Готовый перевод The Ghost Boss Fell for Me / Пленник Владыки преисподней: Роман с призрачным боссом: Глава 14

Очень вкусно, очень сладко — он никогда прежде не пробовал таких вкусных конфет.

Инь Бай увидел, что тот съел угощение, и, довольно улыбнувшись, развернул конфету для себя. Он не заметил, что Лу Ван в этот момент не сводил глаз с его пальцев, освобождающих леденец от обертки.

Лу Ван вспомнил вчерашний закат. Инь Бай тогда этими же руками сжимал его горло. Казалось, он прилагал немало усилий, но для самого Лу Вана это было лишь легкое щекотание. Он не только не испугался — напротив, пришел в еще большее возбуждение.

Руки Инь Бая, которыми он разворачивал конфету, были белыми и изящными, ногти — аккуратно подстрижены. Кончики пальцев испачкались в липкой сладости, поблескивая на свету. Кадык Лу Вана несколько раз дернулся, он поспешно опустил голову, пряча горящий взгляд.

Так хочется слизать…

Чувствуя, как конфета тает во рту, Лу Ван увидел, как Инь Бай небрежно бросил фантик в парту. В этот самый миг из коридора донеслись шум и смех учеников, и Инь Бай тут же отвернулся, делая вид, что они с Лу Ваном едва знакомы.

Гу Янь первой вошла в класс. Едва вернувшись, она увидела, как Инь Бай, примостившись за партой, обдувает себя вентилятором, а Лу Ван, сжавшись в углу, по-прежнему выглядит робким и запуганным.

Уголки губ Гу Янь приподнялись в улыбке, она направилась к Инь Баю и протянула ему пирожное. Инь Бай как раз был голоден, и при виде угощения его глаза засияли.

— Утром принесла, лежало в кармане, совсем забыла, — сказала Гу Янь. — Знаю, что ты любишь такие сладости, держи.

— Спасибо! — Инь Бай с улыбкой принял подарок, и они заговорили, выглядя очень дружелюбно.

Но почему-то эта близость между ними резала глаза Лу Вану.

Его руки под партой сжались в кулаки. Он отвел взгляд, закусив губу, и слушал смех и болтовню Инь Бая и Гу Янь, чувствуя, что готов задохнуться от боли.

Все несправедливо. Почему те, кто насмехается над ним, могут быть счастливы? Почему те, кто издевался над ним, живут так беззаботно? Он не сделал ничего дурного, так почему же его жизнь так тяжела?

За сегодняшний день его сердце разрывалось снова и снова. Внезапно его охватила ненависть: почему у него нет нормальной семьи, почему он не обладает внешностью, которой можно гордиться, почему он должен выносить все это в одиночку…

Он тоже хотел вот так, лицом к лицу, поговорить с Инь Баем, почувствовать тепло его тела, увидеть его улыбку, а не прятаться в тени, украдкой наблюдая за ним.

Инь Бай не догадывался обо всем этом. Он тем более не знал, что после уроков, когда он ушел, Лу Ван в опустевшем классе тайком достал из парты брошенный им фантик.

Тонкий лимонный аромат все еще не выветрился. Лу Ван думал о красивых пальцах Инь Бая, его дыхание сбивалось, а лицо заливалось румянцем.

Дрожащей рукой он поднес фантик к носу и жадно вдохнул, словно на бумажке все еще сохранился запах кончиков пальцев Инь Бая.

Он лизнул свои пересохшие губы, и кончик языка случайно коснулся фантика. Лимонная свежесть мгновенно наполнила рот, и, что привело его в еще больший восторг, в этом аромате ему почудилось что-то еще…

Это был запах Инь Бая… Такой приятный, такой манящий.

Лу Ван с жадностью вдыхал этот аромат. Долгое время он сидел так, а затем бережно спрятал фантик, положив его рядом с именной табличкой Инь Бая, которую хранил в кармане.

Это были его сокровища, единственные вещи, дарившие ему ощущение, что счастье еще не покинуло его окончательно.

Он обязательно будет их беречь.

Когда Инь Бай вернулся домой, родители уже были на месте. Казалось, они пребывали в прекрасном настроении, за ужином почти не расспрашивали о Лу Ване, и вечер прошел в относительном спокойствии.

Это была третья ночь Инь Бая в этом мире и самая обычная ночь для этой пары.

Но Инь Бай чувствовал, что что-то не так. Он впервые за все время не видел снов, однако просыпался несколько раз, пока сильная жажда не заставила его окончательно встать за водой.

Когда он сонный побрел на кухню, то невольно заметил, что из-под двери родителей сочится свет. Инь Бай потер глаза и взглянул на часы: три часа ночи. Зачем им не спать в такое время?

Инь Бай бесшумно поставил стакан, на цыпочках подошел к их спальне и, затаив дыхание, осторожно прильнул к двери.

Внутри, при тусклом, дрожащем свете, он услышал приглушенные голоса.

— Tibi offerimus animas nostras sordidas

Pro divitiis indiget insula

ignosce mihi despectum

Tolle hanc animam sordida

Перевод: Мы приносим вам в дар наши грязные души в обмен на богатство. Этот остров жаждет процветания и золота. Простите мое невежество, примите же эту грешную душу.

Снова сложная латынь. Хотя Инь Бай запомнил слова, их смысла он не понимал, догадываясь лишь, что это как-то связано с островом.

Затем он услышал женский голос:

— Я все правильно произнесла?

Мужской голос ответил:

— Да, завтра ночью произнеси точно так же.

Разговор оборвался. Сонливость Инь Бая как рукой сняло, он нахмурился еще сильнее. Он хотел прислушаться получше, но в следующую секунду дверь резко распахнулась.

Инь Бай испугался, но не успел отпрянуть и буквально влетел в объятия женщины. Стоило им соприкоснуться, как он почувствовал ее неестественную температуру тела.

Она была холодной. Такой холод не подобает живому человеку в это время года — кожа женщины напоминала лед, от которого Инь Бая пробрало до дрожи.

Женщина не рассердилась. Напротив, она ласково убрала прядь волос с лица, а затем протянула руку и нежно коснулась шеи Инь Бая.

— Сяо Бай, почему ты не спишь так поздно? Подслушиваешь, о чем говорят папа и мама?

От этих слов Инь Бая бросило в дрожь. Особенно жутко было чувствовать, как ее ногти скользнули по его коже, словно сухие ветки, вызывая невольный трепет.

http://bllate.org/book/34565/4263592