Готовый перевод The Beautiful Wife of the Arranged Marriage / Брак по расчету: Уступить невесту: Глава 1

Когда его разбудили, Цзян Юань видел уже второй сон.

Бортпроводница в красно-синей форме наклонилась к нему и мягко сообщила, что господин Сюй из бизнес-класса просит его подойти. Сна у Цзян Юаня как не бывало.

Он быстро поднялся, поправил одежду, мысленно выбросил из головы увиденные во сне солнце, пляж и девушек в бикини, и направился в переднюю часть салона, в бизнес-класс.

Это был ночной рейс CZ2576 из Брюсселя в Биньган. Бизнес-класс был наполовину пуст, а редкие пассажиры, закутавшись в пледы, сладко спали под белый шум двигателей. Цзян Юань подошел к креслу с включенной лампой для чтения, склонился и почтительно произнес:

— Директор Сюй.

Сюй Байшэн был всё в том же черном костюме, в каком они вели переговоры днем. Пиджак он снял, но рубашка и галстук сидели на нем безупречно. Держа в руке перьевую ручку, он постукивал ею по разложенным перед ним документам и спросил Цзян Юаня:

— Эти данные сверяли с техническим отделом?

Цзян Юань ответил честно. Сюй Байшэн перевернул страницу и продолжил задавать вопросы.

Слушая его низкий голос, Цзян Юань чувствовал, как его ноги слабеют, хотя он старался держаться прямо. Его взгляд то и дело падал на лимитированную перьевую ручку с сияющим звездным небом на корпусе. Он изо всех сил таращил глаза, пытаясь собрать воедино ускользающие мысли.

Они прилетели в Брюссель ради сделки по поглощению. Пять дней и четыре ночи они провели, не покидая стен отеля; с утра до ночи и снова до утра работали практически без передышки.

Цзян Юань с детства был лучшим среди сверстников, учился в ведущем университете, а сразу после выпуска устроился в группу компаний Сюйши Хуанъя. Он во всём преуспевал и считал себя человеком с неиссякаемым запасом энергии. Однако, начав работать на этого молодого и перспективного босса, он только теперь понял, что всегда найдется кто-то выше, а до некоторых высот ему просто не дотянуться.

Теперь, когда сделка завершилась успехом, он и остальные члены команды были готовы рухнуть на пол и проспать трое суток напролет. Сюй Байшэн же, не теряя ни секунды, велел забронировать билеты обратно — ему нужно было спешить на отчетное совещание по другому проекту.

Его мозг, работавший на предельных оборотах уже несколько дней, оставался абсолютно ясным, и Сюй Байшэн всегда безошибочно находил саму суть проблемы. Цзян Юань одновременно завидовал ему и чувствовал легкую досаду: этот Сюй и впрямь был каким-то монстром неисчерпаемой энергии.

Сюй Байшэн листал бумаги и задавал вопросы, но в какой-то момент рядом воцарилась тишина. Он поднял голову.

Он увидел, что его помощник уставился куда-то в проход по другую сторону. Всегда сообразительный парень выглядел так, будто у него вытащили душу — он застыл на месте без движения.

Сюй Байшэн тоже посмотрел в ту сторону.

То было место у окна через один проход. Там сидел человек. Садясь в самолет, Сюй Байшэн уже обратил на него внимание, поскольку в том ряду находились всего двое пассажиров. Человек этот был высоким, худощавым, одетым в худи и джинсы — полная противоположность строгим костюмам, на вид максимально свободные и уютные. Широкие поля панамы скрывали лицо, на носу красовалась защитная маска, виднелись лишь глаза.

После взлета этот пассажир сидел тихо — точнее, правильнее было бы сказать, что он сжался в комок. Он крепко обхватил себя руками, словно сильно мерз, лицом к непроглядному, похожему на чернила ночному небу за иллюминатором. На вопросы бортпроводницы о еде он отвечать не стал.

Сюй Байшэн бросил на него лишь мимолетный взгляд и отвлëкся. Он был слишком занят, в его голове роилось слишком много мыслей, и на посторонних людей просто не оставалось внимания. Он искренне надеялся, что этот попугайчик просидит так тихо до самого конца и не станет мешать ему работать.

Но в этот момент человек, чьё присутствие до сих пор едва ощущалось, вдруг выпрямился. Он снял панаму, затем маску, и волосы вырвались из заточения. Ровно до плеч, черные, слегка вьющиеся, кончики волос несколько раз подпрыгнули, прежде чем непокорно лечь на плечи, а к ним повернулось молодое лицо.

Дерево умственных сил Сюй Байшэня, глубоко укоренившееся, мощное и непоколебимое, дало небольшой побег в сторону: мужчина это или женщина, подумал он.

Цзян Юань так и стоял с опущенными вдоль тела руками, продолжая тупо смотреть вперед, кажется, даже забыв про такие базовые инстинкты, как дыхание и моргание.

Сюй Байшэн понаблюдал за этим пару секунд, перевел взгляд на помощника и легко кашлянул.

Цзян Юань наконец пришел в себя. Сообразив, что он только что творил, он слегка покраснел и нервно посмотрел на Сюй Байшэня. Тот не стал его упрекать: во-первых, к тем, кого он зачислял в круг своего доверия, он всегда относился снисходительно, а во-вторых... стремление к прекрасности заложено в каждом, так зачем же излишне строго судить?

Сюй Байшэн указал на несколько мест в документах и велел Цзян Юаню привести их в порядок до посадки. Помощник отдал честь и пошел на свое место, но по пути не удержался и снова бросил взгляд на то кресло у окна.

Сюй Байшэн заметил это, чуть опустил уголки губ, но ничего не сказал и вернулся к работе. Часом позже он наконец захлопнул папки, откинул спинку кресла назад, достал плед, стряхнул его и укрылся, решив немного вздремнуть перед приземлением.

Наступил март, в Европе перевели стрелки часов на летнее время, и разница между Брюсселем и Биньганом составляла теперь всего шесть часов, причем Брюссель отставал. Рассекая облака крыльями самолета, преодолевая пространство и время, Сюй Байшэн словно впустую лишился этих шести часов.

Шесть часов — это продолжительность ежедневных торгов на подавляющем большинстве мировых финансовых рынков. Сегодня в полете Сюй Байшэн не мог следить за котировками, но его дальновидное мышление и уникальное чутье гарантировали, что даже во время его сна деньги будут непрерывным потоком поступать на его личные счета.

Лампа для чтения погасла, Сюй Байшэн растворился в царившем вокруг полумраке. Переход от света к темноте позволил ему заметить еще больше деталей.

Боковым зрением он уловил, как то андрогинное лицо снова повернулось от иллюминатора. В уголках глаз блеснул свет, а мгновение спустя прозрачные слезы покатились по щекам, оставляя за собой четкие влажные дорожки.

Из рукава худи протянулась рука, небрежно смахнула влагу, а затем потянулась нажать кнопку вызова стюардессы.

Бортпроводница подошла быстро, заслонив Сюй Байшэню обзор.

Под рокот двигателей Сюй Байшэн услышал, как тот сказал: Дайте мне бокал вина. Голос оказался чистым и приятным, но с примесьй хрипоцы от недавних слез.

Мужчина, подумал Сюй Байшэн, кутаясь в плед перед тем, как закрыть глаза.

Лайнер описал дугу по поверхности Земли и точно по расписанию приземлился в международном аэропорту Биньгана.

При выходе из телетрапа лицо и шею обдало теплом субтропического морского муссона. Сюй Байшэн провел Цзян Юаня и еще двух сотрудников по VIP-коридору — привычно, уверенно, без всяких провожатых.

Пассажир у окна направлялся туда же.

Казалось, он здесь ориентировался плохо и был изрядно рассеян: свернув не туда, он пару раз крутанулся на месте, словно слепая муха, после чего побежал обратно к выходу из салона искать кого-нибудь, кто укажет дорогу. Бежал он быстро и порывисто, лямка тяжелого рюкзака била по спине, а на ногах у него так и оставались пушистые домашние тапочки.

У паспортного контроля работало две стойки. Сюй Байшэн направился к одной из них и протянул паспорт. Вскоре у соседней стойки тоже выросла чья-то фигура.

В самолете Сюй Байшэн сидел справа, теперь же он стоял слева, а потому заметил, что в левом ухе этого пассажира сверкала серьга-гвоздик, отражая яркий свет высоких потолков.

Пограничник что-то сказал, и тот снял панаму, зачесав волосы назад. Его лицо, белое и нежное, как молоко, полностью открылось. Он снова зашарил руками по карманам, то опускаясь, то поднимаясь, пока наконец не выудил из заднего кармана джинсов резинку для волос. С ее помощью растрепанные до плеч кудри превратились в небольшой хвост на затылке.

Сюй Байшэн невольно отвел взгляд — следы от слез, должно быть, стерлись, раз он их не заметил.

Бам!

Звук штампа вернул Сюй Байшэня в реальность. Он забрал паспорт и, не глядя по сторонам, зашагал вперед. Цзян Юань семенил следом, докладывая по телефону, что машина уже на месте.

За стенами терминала закатное солнце окрасило небо Биньгана в роскошные розовато-лиловые тона. Прекрасным ранним утром у обочины дороги были припаркованы два лимузина Rolls-Royce Phantom Extended Wheelbase — один абсолютно черный, второй в ретро-стиле цвета слоновой кости. Возле белой машины стоял мужчина средних лет в старомодном китайском костюме-чжуншанке. Время от времени он поглядывал на часы, в то время как водитель в белых перчатках почтительно ждал, опустив голову.

В обычные дни редко увидишь хотя бы одну роскошную машину, не говоря уже о двух. Их лакированные кузова в лучах восходящего солнца излучали чарующий аромат денег, заставляя прохожих останавливаться и глазеть по сторонам. Кто-то даже попытался поднять телефон для снимка, но суровый взгляд мужчины среднего лет заставил телохранителей, скрывавшихся в тени, немедленно пресечь это.

Биньган был одним из первых открытых для торговли портов, важнейшим транспортным узлом, связывающим море и внутренние водоемы, издавна славившимся как город, который никогда не спит. Утренний аэропорт кишел путешественниками со всех концов света.

Сюй Байшэн ступил в толпу спешащих людей. Выход был уже близко, автоматические двери то открывались, то закрывались, и врывающийся ветер приносил с собой всё больше влажного и теплого воздуха, присущего только этому городу. Родные места инстинктивно расслабили нервы Сюй Байшэня, но уже через мгновение он снова натянулся струной — в воздухе будто чья-то невидимая рука сжала его горло.

Подняв руку, он чуть ослабил галстук и уже собирался шагнуть за дверь, как вдруг сзади послышались торопливые шаги.

Прежде чем он успел среагировать, шаги догнали его и быстро обогнали. При проходе мимо повеяло ветерком, раздалось шлепанье домашних тапочек, а завязанный резинкой хвостик закачался на затылке.

Мужчина средних лет шагнул вперед, принимая с плеч парня рюкзак, а водитель распахнул дверцу белого «Фантома».

Сюй Байшэн чуть приподнял бровь. Не сбавляя шага, он вышел следом и едва заметным взглядом скользнул по номеру машины.

Номер был незнакомым — по крайней мере, в его памяти такой не отложился.

Водитель черного «Фантома» тоже шагнул навстречу и почтительно произнес:

— Господин Сюй.

http://bllate.org/book/34501/4255564