Готовый перевод The One I Buried Alive / Тот, кого я похоронил заживо: Глава 15

Восьмая неделя. Ночь.

Бай Шэн сжался в клубок в самом углу, зарыв лицо в колеи и видом своим выражая полное нежелание общаться. Лин Чэньнань немного посидел, глядя на него, после чего тоже опустился на ковер рядом.

Подражая пациенту, Лин Чэньнань обхватил колени руками, склонив голову, и некоторое время уставился на его черные волосы, а затем наклонился к самому уху, пытаясь разглядеть выражение лица — увы, не было видно абсолютно ничего, маленький зверек снова спрятался в свою раковину. Он придвинулся чуть ближе — никакой реакции. Подвинулся еще ближе, а затем легонько толкнул локтем плечо Бай Шэна.

Тот машинально отпрянул, а потом, обхватив себя руками, выставил наружу один глаз и украдкой покосился на него.

Лин Чэньнань улыбнулся ему и мягко произнес:

— Привет~

Ресницы Бай Шэна дрогнули, и он высунул наружу оба глаза, уставившись на него с озадаченным и растерянным выражением. Лин Чэньнань спросил:

— Разве спиной к стене не холодно?

Бай Шэн повел носом, но по-прежнему крепко сжимал губы, теребя пальцами край собственных брюк.

Лин Чэньнань с осторожностью протянул руку. Пациент не стал отстраняться, тогда он накрыл ладонью его ледяные пальцы, один за другим распрямил переплетенные пальцы, крепко взял за руку и помог подняться.

Хотя Бай Шэн и колебался, но послушно позволил себя поднять и последовал за ним к рабочему месту.

— Хочешь попить воды? — спросил Лин Чэньнань.

Тот покачал головой.

Прозвенел звонок, возвещающий об окончании сеанса. Лин Чэньнань хотел было выключить будильник, но Бай Шэн перехватил его руку с таким видом, будто собирался расплакаться, стоило тому разжать пальцы.

Лин Чэньнань приподнял бровь — он еще никогда не видел Бай Шэна таким. Даже при самых первых встречах всё было иначе: тогдашний Бай Шэн, хоть и казался хрупким, инстинктивно держался от него на расстоянии, а сейчас он не просто робел, но, казалось… еще и немного привязался.

— Я пойду выключу будильник, — объяснил Лин Чэньнань, однако тот не отпускал его руку, да вдобавок ухватился обеими руками.

Лин Чэньнань попытался прочитать выражение его лица и снова спросил:

— Тогда… пойдешь со мной?

Бай Шэн поднял лицо и моргнул, словно соглашаясь.

Тогда Лин Чэньнань, ведя его за руку, вернулся к своему письменному столу, выключил будильник, а затем неуклюже, одной рукой, собрал свои бумаги и блокнот. Всё это время Бай Шэн крепко держал его обеими руками, неотступно следуя по пятам. Он слегка сутулился, шагал очень мелко, чуть согнув колени и слегка завозя носки внутрь — такого языка тела Лин Чэньнань у него еще никогда не видел.

Это странно, подумал Лин Чэньнань, неужели его состояние ухудшилось, и всё из-за одного только звонка Шэнь Иньчуаня?

— Бай Шэн? Ты в порядке? — спросил Лин Чэньнань. — Скоро конец рабочего дня, давай сегодня… не пойдем играть в мяч?

Бай Шэн, уставившись в пол, никак не отреагировал, словно и не слышал его вовсе. Лин Чэньнань пошевелил пальцами и произнес:

— Отпустишь меня, хорошо? Я позвоню и отменю бронь.

Бай Шэн поднял голову и бросил на него быстрый взгляд. Руки он всё же разжал, но тут же намертво обнял за талию, уткнувшись лицом ему в шею.

Лин Чэньнань, внезапно оказавшись крепко обнятым, замер.

— Бай Шэн… Бай Шэн? — позвал Лин Чэньнань.

Как бы он ни уговаривал, Бай Шэн хранил полное молчание. Лин Чэньнаню оставалось лишь, застыв в этой щекотливой позе, сделать звонок в спорткомплекс. Повесив трубку и еще немного постояв в нерешительности, он с вздохом предложил:

— Ладно… всё-таки возьми меня за руку, в таком положении я не могу двигаться. Держись за левую.

Бай Шэн поднял лицо от его шеи, и его мягкое дыхание повеяло на щеку и ухо. Поразмыслив пару секунд, он разжал объятия и протянул руку, чтобы взяться за его ладонь.

К счастью, в офисе уже никого не осталось, иначе Лин Чэньнань просто не представлял, как бы объяснил картину их ухода за руку. Спустившись с Бай Шэном на лифте на подземную парковку, он снова столкнулся с трудностью.

— Бай Шэн, пока ты держишь меня, я не смогу вести машину, — сказал Лин Чэньнань.

Однако тот не только отказался отпускать его, но, заметив, что врач пытается высвободить руку, тут же испуганно поджал губы, и не прошло и трех секунд, как его глаза наполнились блестящими слезами.

Лин Чэньнань остолбенел от столь внезапной картины плачущего красавца.

— Б-Бай Шэн, я никуда не ухожу, я… я просто хочу отвезти тебя домой. — Проработав столько лет психотерапевтом, Лин Чэньнань впервые в жизни заикался перед пациентом. Усадив его на пассажирское сиденье и пристегнув ремнем безопасности, он потихоньку высвободил свои пальцы и погладил его по плечу, успокаивая то ли маленького ребенка, то ли испуганного котенка.

Добежав до водительского места и всё еще испытывая сильное потрясение, Лин Чэньнань повернулся к нему и спросил:

— Напомни-ка мне адрес твоего дома.

Тот по-прежнему игнорировал его: теребя ремень безопасности, он молча ронял слезы, всем своим видом выражая горе и испуг.

Делать было нечего, и Лин Чэньнань принялся копаться в истории своего навигатора, пока наконец не отыскал адрес, который Бай Шэн вбивал несколько недель назад. Сняв машину с ручника, он выжал педаль газа.

Ночные улицы пестрели алыми огоньками стоп-сигналов, стекла постепенно заволакивало тонкой пеленой сырого тумана. Сжав руль, Лин Чэньнань уже успокоился, лихорадочно прокручивая в голове различные варианты. Всю дорогу он старался вовсю заговорить с Бай Шэном, но те меры, к которым он прибегал, не принесли результатов — пациент так и не произнес ни слова, хотя слезы, по крайней мере, удалось остановить.

Учитывая пробки, дорога заняла всего полчаса. Припарковав машину у дома Бай Шэна, он отстегнул ремень безопасности и вывел спутника с пассажирского сиденья.

Уже почти не надеясь на ответ, Лин Чэньнань спросил:

— Какой этаж?

В этот момент двери лифта внезапно открылись. Бай Шэн мгновенно спрятался за его спину, а из кабины вышла женщина, державшая за руку ребенка. Лин Чэньнань завел руку за спину и виновато улыбнулся ей. Женщина слегка растерянно кивнула в ответ и, бросив на них еще один взгляд, вышла из подъезда.

Лин Чэньнань поспешно завел Бай Шэна в лифт и повторил вопрос:

— Какой этаж?

Бай Шэн перевел взгляд и свободной рукой нажал нужную кнопку.

Лин Чэньнань снова спросил:

— Почему ты перестал со мной разговаривать?

Бай Шэн посмотрел на него, прикусил губу и покачал головой.

— Ты не хочешь говорить или не знаешь, что сказать? — поинтересовался Лин Чэньнань.

Бай Шэн снова мотнул головой.

— И то, и другое неверно?

Бай Шэн указал на собственный рот и еще раз покачал головой.

Лин Чэньнань приподнял брови, чувствуя себя крайне озадаченным:

— Не можешь говорить? Почему?

Лифт прибыл на место. Бай Шэн привел его к двери самой крайней квартиры слева и замер перед ней, уставившись пустым взглядом.

— А ключ? — спросил Лин Чэньнань.

На сей раз он не стал долго ждать, а решительно сам залез в карманы пальто и брюк Бай Шэна, нащупал связку ключей и, перебрав их по очереди, успешно открыл дверь.

Оказавшись дома, Бай Шэн, похоже, немного расслабился. Воспользовавшись этим, Лин Чэньнань отпустил его руку, и тот тут же подбел к небольшому дивану в углу гостиной, уселся на ковер за журнальным столиком, обхватил лежащую рядом большую желтую подушку и уткнулся в нее лицом, прячась от всего мира.

До чего же странно, подумал Лин Чэньнань, прямо как будто подобрал на улице бессловесного дикого котенка.

— Хочешь пить, Бай Шэн? Может, заказать тебе доставку еды? — Все вопросы оставались без ответа. Не найдя выхода, Лин Чэньнань сказал:

— Ну… я тогда пойду?

Подойдя к Бай Шэну, он легко провел рукой по его волосам. Поразмыслив секунду, он задернул за него шторы, прибавил температуру отопления и повторил:

— Ну что, я пошел?

Будучи единственным человеком в квартире, способным издавать звуки, Лин Чэньнань и сам не понимал, кому предназначались эти слова — Бай Шэну или ему самому.

Он знал, что уже вложил в Бай Шэна слишком много сил и времени. Как бы он ни пытался убедить себя, что всё дело в тяжелом состоянии пациента, он еще ни к одному больному не относился подобным образом.

Возил его на обеды, составлял компанию на тренировках, да еще и привез домой.

Поднявшись на ноги и подобрав пальто, Лин Чэньнань еще раз окинул взглядом эту квартиру — безмолвную, с минимумом мебели, в которой напрочь отсутствовало ощущение домашнего тепла.

Словно сдавшись, он снова опустил пальто на диван, прошел на кухню, чтобы вскипятить воду, а затем снял с холодильника рекламный буклет службы доставки.

Закажу еду и сразу уйду, подумал Лин Чэньнань. Нет, уйду, как только принесут заказ.

Сжимая в руке листок с меню и одновременно набирая номер на телефоне, он медленно направился обратно в гостиную, случайно бросив взгляд на полуоткрытую дверь спальни.

— Алло? Алло, здравствуйте? Алло? — раздался в трубке вопрос сотрудника службы доставки, но Лин Чэньнань лишь приоткрыл рот, не в силах вымолвить ни слова.

Рука, державшая телефон, совершенно онемела, хотя на том конце провода уже повесили трубку, не дождавшись ответа.

Подойдя к двери спальни, Лин Чэньнань легонько толкнул ее, и створка беспрепятственно распахнулась.

Свет из коридора падал на паркет спальни желтым треугольником.

В комнате стояли лишь кровать и письменный стол. А стена напротив кровати была сплошь — от края до края — усеяна фотографиями разных размеров, записками, записями и чеками. На снимках были запечатлены как день, так и ночь, фоном служили как интерьеры, так и улицы. Было лишь одно общее у всех этих изображений — единственный главный герой фотографий ни о чем не подозревал, оставаясь в неведении относительно объектива, нацеленного на него.

У Лин Чэньнаня задрожали руки, колени подкосились, и он сделал шаг вперед, вглядываясь в снимок, который, судя по всему, был сделан совсем недавно: на нем был изображен он сам, выходящий из такси после вчерашнего ужина с друзьями.

***

1. Пейринг, разумеется, врач и пациент, над ролями пока глубоко не задумывался;

2. Если вечером быстро допишу, будет еще одна глава, если нет — тогда выложу завтра утром. Содержание этой главы (ночь) еще не закончено.

http://bllate.org/book/34427/4244499