Готовый перевод The One I Buried Alive / Тот, кого я похоронил заживо: Глава 13

Лин Чэньнань только переступил порог дома, как Лин Мама тут же подскочила на месте, и её зчный голос прорезал гостиную:

— Вернулся! Поужинал? Еда еще есть! Специально для тебя оставила!

Лин Чэньнань ответил:

— Мам, я поужинал.

Лин Мама пропустила это мимо ушей, шлёпая пушистыми тапочками, свернула на кухню:

— Поужинал, так еще поесть можно! Всё твоё любимое, кто же знал, что ты так поздно вернёшься.

Лин Чэньнань скинул обувь у входа и тоже прошёл на кухню вымыть руки:

— Так и знал, что ты так скажешь, хорошо хоть на улице не стал есть.

Лин Мама:

— …

Лин Чэньнань сам наложил себе пиалу риса, сел за стол, подвернул рукава рубашки и спросил:

— Чего это тут еще столько осталось, вы-то сами ели?

Лин Мама ответила:

— Ели, ели, это всё тебе оставлено.

Лин Чэньнань подцепил палочками кусочек говядины — мягкой и нежной, картошка даже разварилась. Он зачерпнул ложку в свою пиалу, быстро закинул в рот несколько ложек риса и с набитым ртом спросил:

— А папа где?

Лин Мама презрительно фыркнула:

— У тебя во рту еда, нельзя помолчать, пока жуёшь? Лучше поешь овощей. Твой отец на улице выпивает, сослуживцы из транспортного батальона приехали.

Лин Чэньнань сказал:

— И чего ему так поздно шататься, да и, не в обиду ему будь сказано, старикан нынче совсем не умеет пить.

— Сам ему это скажешь, когда вернётся, мне он уже надоел, — Лин Мама пронзительным взглядом уставилась на него. — Лучше расскажи о себе, ты в последнее время… как вообще?

Лин Чэньнань покрылся испариной и прикинулся дурачком:

— Это ты про что?

— Про пару, появилась на примете? Есть хоть кто-нибудь на горизонте? — Лин Мама вздохнула. — Твой отец недавно выучил новое словечко, говорит, что ты — одинокий пёс.

Лин Чэньнань чуть не подавился рисом:

— Никому я не нужен, мам, застрял у тебя на руках.

Лин Мама нахмурилась:

— Я тоже так думаю, сынок, неужели ты и правда такой страшный уродился?

Лин Чэньнань поспешно кивнул:

— Ага, да-да, именно так всё и обстоит.

Лин Мама выпрямила спину:

— Нет, я к тому… у вас там что, вкусы какие-то другие? Может, вам всем нравятся такие… больше похожие на девчонок?

Лин Чэньнань рассмеялся:

— Это у кого у нас?

Лин Мама ответила:

— Ну у вас, в гомосексуальных кругах.

Лин Чэньнань залился хохотом, но тут же получил от матери звонкий удар кулаком по плечу и, скривившись, выронил палочки.

Уплетя за обе щеки пиалу риса и прикончив еще полторы пиалы супа из водорослей и креветочной крошки с зеленью, Лин Чэньнань развалился на табуретке, широко раскинув руки и ноги, с видом абсолютного блаженства.

Лин Мама встала, собирая посуду, и проворчала:

— На кого ты похож, не мудрено, что никому не нужен.

Лин Чэньнань заныл:

— Мам, оставь, я сам уберу.

Лин Мама одарила его презрительным взглядом:

— Не притворяйся, сиди уж.

Лин Чэньнань сидел погруженный в задумчивость, вспоминая, как Бай Шэн ест — неторопливо и чинно, словно вокруг него самого собой создавался фильтр дорогого ресторана. Он подумал, что подобная манера трапезы наверняка была предел мечтаний его собственной мамы.

Интересно, ел ли тот что-нибудь вечером и что именно.

Раньше Лин Чэньнань никогда не общался с пациентами вне работы, но сейчас, после плотного ужина, его бдительность немного притупилась. Он убедил себя, что ситуация у Бай Шэна особая, ни семьи, ни друзей рядом нет, и всё же отправился отправить сообщение: Домой добрался? Заказал поесть?

Повертев в руках телефон, он немного подождал, но Бай Шэн не отвечал. Зато Лин Мама тут же подскочила к нему с самым любопытным видом:

— Кто там? Кто там?

Лин Чэньнань виновато улыбнулся:

— Пациент.

Лин Мама поморщилась:

— С каких это пор ты после работы с пациентами связываешься? Меньше общайся с ними в нерабочее время, не хватало еще в один прекрасный день самому в депрессию впасть.

Лин Чэньнань только хотел что-то ответить, как телефон внезапно вспыхнул и громко завибрировал на стеклянной столешнице. Он тут же схватил его, а Лин Мама зашумела над ухом:

— Ты что, ребёнок, я же с тобой разговариваю!

Бай Шэн прислал сообщение: Простите, доктор, сразу не заметил сообщение, ходил к двери на первый заказ, доставка только что пришла! К сообщению прилагалась фотография пластикового пакета с контейнером для еды.

Лин Чэньнань невольно улыбнулся уголкам ртов и напечатал: Что внутри?

Спустя полминуты Бай Шэн прислал новое фото — открытый контейнер с едой, в котором лежала порция хайдяо и два золотистых рулетика.

Лин Чэньнань: Что это за жёлтая штука?

Бай Шэн ответил: Рулетики из соевой спаржи, очень вкусные, внутри мясо, побеги бамбука и грибы шиитаке. Затем он прислал ещё снимок надкусанного рулетика, демонстрирующий начинку на разрезе.

Лин Чэньнань вспомнил, как Бай Шэн жаловался, что обычно ест доставку без всякого аппетита, и ответил: Я только что поел маминой фирменной тушёной говядины с картошкой и морковью, я не голоден! Я совсем не хочу есть!

Бай Шэн, казалось, воодушевился и тут же отправил картинку с морепродуктовой кашей.

На самом деле Лин Чэньнань обычно совершенно не жаловал кантонскую солоноватую пищу и был непритязательным человеком, способным уплетать пустой рис с банкой острой пасты из перца. Но представляя, как Бай Шэн сидит дома один и уныло жуёт безвкусную еду на вынос, он всё же не удержался и подыграл ему, изображая зависть и пуская слюнки. Он заметил, что в текстовом общении собеседник чувствует себя гораздо увереннее и свободнее, лишённый той настороженности дикого зверька, что проявлялась при личной встрече.

Поиграв в переписку ещё немного, Лин Чэньнань написал: Ешь давай, я пойду в душ, и сам ложись пораньше.

Не дожидаясь ответа от Бай Шэна, Лин Чэньнань отложил телефон и побежал обратно в гостиную компанию маме смотреть отечественный сериал, чувствуя себя немного негодяем: с одной стороны, нужно держаться от пациента на расстоянии, а с другой — так и тянет его подразнить.

Посмотрев немного сериал, Лин Чэньнань то и дело не сдерживался, чтобы не высмеять нелепые сюжетные повороты и убогие декорации, и в конце концов вывел Лин Маму из себя. Она решительно переключила телевизор на вечерние новости и принялась снова сверлить его пронзительным взглядом:

— Если серьёзно, есть на примете хоть кто-то подходящий? Мы с папой уже смирились с тем, что тебе не нравятся девушки, но найди ты себе уже пару! Если кто-то есть с кем встречаешься, приводи в дом, покажись, чего стесняться-то.

Лин Чэньнань принялся шарить в коробке с печеньем в поисках арахисовых сладостей и, не поднимая головы, произнес:

— Да нет никого.

Лин Мама проворчала:

— В таком возрасте уже, работа стабильная, сам симпатичный, почему же никак не найдёшь себе человека?

Лин Чэньнань мельком заметил, что его телефон снова засветился, и рассеянно бросил:

— Мам, не забивай себе голову.

Лин Мама тут же набросилась на него с упрёками:

— Если не я буду о тебе думать, то кто? Ты у меня один-единственный сын, эх, и правда пропал парень, застрял на руках.

Лин Чэньнань рассмеялся и полушутя спросил:

— Мам, а если бы я всё же стал кого-то искать, какого человека ты бы хотела видеть рядом со мной?

Лин Мама задумалась:

— Ну даже не знаю… Я в этом не особо разбираюсь, какие у мамы могут требования? Главное, чтобы хорошо к тебе относился, верно?

Лин Чэньнань протянул:

— О?

Мама продолжила:

— И лучше бы из хорошей семьи, воспитанный, вежливый.

Лин Чэньнань:

— Понятно.

Лин Мама:

— Желательно, чтобы работа тоже была стабильная, но только не госслужащий — слишком чувствительное положение, потом проблем не оберешься. Будешь каждый день жить как на иголках, разве это жизнь? Конечно, я не говорю, что нужно выставлять всё напоказ, лучше поосторожнее. Слышала, в иностранных компаниях к этому проще относятся, да, иностранные компании — это хорошо.

Лин Чэньнань:

— Ну да, иностранные компании — это хорошо.

Лин Мама продолжала:

— А если ещё и согласитесь усыновить ребёнка — вообще прекрасно! Если у вас времени не будет, я сама его выращу. Деньги, что я откладывала тебе на свадьбу, наверное, уже не понадобятся, тогда первый взнос за квартиру мы сами оплатим.

Лин Чэньнань поспешно запротестовал:

— Стоп-стоп, и это ты называешь отсутствием требований?! Тут уже и дом покупать собрались, и детей воспитывать!

Лин Мама сердито зыркнула на него:

— Сам-то сидишь сиднем, так хоть помечтать людям не даёшь?

В следующее мгновение шквал упрёков снова обрушился на Лин Чэньнаня, и она ещё добрых полчаса пилила его своими наставлениями.

Лишь когда он наконец пошёл мыться и лёг в постель, то вспомнил про телефон. Бай Шэн прислал три сообщения с интервалом в целый час.

Бай Шэн: Хорошо.

Бай Шэн: Доктор, спасибо вам за сегодня.

Бай Шэн: Спокойной ночи, доктор.

Лин Чэньнань некоторое время молча смотрел на светящийся в темноте экран телефона, но в конце концов перевёл устройство в авиарежим и так ничего и не ответил.

http://bllate.org/book/34427/4244497