Готовый перевод Hidden Love Survival / Скрытые тени: Путь к вершине: Глава 13

После того ужина все четверо разошлись по своим делам. Циньши Боинь с ним больше не связывался, а Цзянь Лоюй тем более не собирался звонить первым. Время от времени он вспоминал тот особый яблочный мильфей — в меру сладкий и невероятно вкусный. Хотя этот поступок, казалось, немного сблизил их, на самом деле он не стер все преграды до конца.

Цзянь Лоюй не горел желанием гадать, что на уме у Цинь Цяньжуя: это походило на черную дыру, в которую стоило лишь угодить — и выбраться уже не получится. К тому же он вовсе не собирался тешить себя напрасными надеждами.

Время отдыха всегда пролетает незаметно. После череды съемок и подготовительных работ новый сингл Цзянь Лоюя официально поступил в продажу, и одна за другой развернулись рекламные кампании. Он тоже переключил все внимание на деятельность, связанную с новой песней.

Помимо кадров, снятых в студии, в видеоклип вошли записи его повседневных репетиций и фрагменты живых выступлений. Четырех с лишним минутный видеоряд смонтировали на редкость насыщенно; в него даже вставили две фотографии времен шоу талантов, вызвав у толпы фанаток бурю визгов и бурных обсуждений.

Цзянь Лоюй сидел в переговорной в полном одиночестве и пересматривал клип от начала до конца раз десять. В этой записи запечатлены все его поэтапные успехи за три года... нет, пожалуй, за последние восемь лет. Он не отрицал, что клип сделан с огромной душой и безупречно качествен.

Однако за этим роскошным фасадом, который окружающие видели на протяжении восьми лет, изнутри уже давно не осталось былого блеска. Даже если он и сиял, то лишь позолотой, нанесенной поверхностным слоем. Никто не знал его лучше, чем он сам...

Поскольку речь шла не о полноценном альбоме, промоушен оказался не столь напряженным. Цзянь Лоюй воспринимал это как последнее дело, которое ему надлежит сделать в Тяньшэн, и в то же время как подведение итогов за те три года, что неумолимо тянули его на дно. А потому рекламную кампанию постарались провести как можно безупречнее, насколько позволяли обстоятельства.

К настоящему моменту ни одна другая компания еще не обращалась к нему с предложениями, и Цзянь Лоюй прекрасно понимал, что здесь наверняка не обошлось без участия Линь Цзиньхэ. Он не хотел оставаться в Тяньшэн, и если его загонят в угол, возможно, ему останется лишь уйти. Но до крайности доводить не хотелось — уступать так просто он не собирался.

Конфликт с семьей, собственное юношеское упорство, стиснув зубы пережитые унижения и скрытое давление... Если в конце концов всё это пойдет прахом, Цзянь Лоюй и впрямь не представлял, чего стоили все эти восемь лет его жизни.

Благодаря тщательно продуманному планированию в период промоушена и изначальной популярности Цзянь Лоюя за двадцать дней после релиза было продано в общей сложности 280 тысяч копий сингла, и он две недели подряд уверенно удерживал первое место в еженедельном чарте продаж альбомов. Для сольного сингла это был великолепный результат.

В знак признания заслуг Цзянь Лоюя и ради максимального охвата аудитории компания специально организовала для него небольшую фан-встречу. Билеты на входе были раскуплены подчистую спустя два часа после начала продаж. Подобная популярность привела высшее руководство Тяньшэн в восторг: если бы не нерешенный вопрос с продлением контракта, это мероприятие вполне могло перерасти в полноценный концерт.

В день фан-встречи Цзянь Лоюй появился на сцене в короткой черной куртке, вызвав волну восторженных криков среди собравшихся поклонников. Их руки синхронно вздымали вверх светящиеся палочки цвета морской волны, сливаясь в единое прекрасное голубое море.

Сохраняя безупречно выверенную улыбку, Цзянь Лоюй обменивался приветствиями с фанатами, выглядя непринужденно и естественно.

— Стоя здесь, я чувствую, что все слова, которые приготовил заранее, словно вылетели из головы, — тихонько рассмеявшись, Цзянь Лоюй обвел взглядом зал. — Пройдя весь путь со времен Season, я постепенно привык стоять на сцене один и чувствовать вашу поддержку. Сейчас я могу сказать лишь одно: огромное вам спасибо.

Упоминание Season словно задело за живое каждого в зале. После короткой паузы дружный скандирующий хор слился воедино из отдельных голосов:

— Лоюй!

— Лоюй! — доносилось снова и снова.

Цзянь Лоюй чуть кивнул в знак признательности. Оставив позади все невзгоды последних лет, он со спокойной душой внимал этому гулу и принимал его... это было именно то, чего он заслужил за эти три года...

Жестом попросив всех утихнуть, Цзянь Лоюй поднес к губам микрофон и продолжил:

— Интересно, понравился ли вам мой новый сингл?..

Его голос еще не смолк, как со всех сторон донеслось сокрушительное:

— Понравился!

Цзянь Лоюй улыбнулся:

— Тогда излишних слов говорить не стану. Раз уж это встреча с фанатами, то музыка должна порадовать каждого. Если вы знаете слова, подпевайте мне.

После этого под всплеск восторженных оваций Цзянь Лоюй устроился на высоком стуле посреди сцены и начал вечернее выступление.

Оранжево-желтые софиты со всех четырех сторон сменились одиноким белым лучом, упавшим на Цзянь Лоюя и позволив поклонникам разглядеть его во всей красе, окутанного легкой дымкой.

Песня, проходя через динамики, безупречно сливалась с мелодией. Магнетический, звенящий тембр проникал в сердца каждого присутствующего, лаская слух и словно легкий ветерок витая под сводами зала, заставляя смаковать каждую ноту.

Цзянь Лоюй слегка прикрыл глаза, вкладывая душу в каждую строчку, а на лице его царило безмятежное выражение. Зрительный зал внизу казался застывшей декорацией, а в его песне остался лишь он один, в то время как всё остальное растворилось в пустоте...

За сорок минут выступления Цзянь Лоюй больше почти ничего не говорил, лишь изредка бросая короткое спасибо, ибо сам не знал, что еще добавить. О чем-то говорить не стоило, о чем-то — не хотелось.

В самом последнем ряду зала стояли двое. Из-за тусклого света внизу они не привлекли к себе лишнего внимания. Когда фан-встреча подходила к концу, один из них поднялся и направился к выходу, а второй встал следом, бросил прощальный взгляд на Цзянь Лоюя на сцене и последовал за ним.

— И чего ты ушел? — Гу Цзэи догнал Цинь Цяньжуя по дороге на подземную парковку.

Цинь Цяньжуй, засунув одну руку в карман брюк, ничего не ответил, лишь задал встречный вопрос:

— И как впечатления?

— Ты о человеке или о песне?

— Обо всем.

Гу Цзэи на мгновение задумался:

— Чего-то не хватает... Словно самую малость не достает взрывной мощи.

Будучи помощником Цинь Цяньжуя, Гу Цзэи должен был всегда сохранять проницательность и давать лучшие советы. А как друг — оставаться честным в оценках.

По мнению Гу Цзэи, пел Цзянь Лоюй превосходно, но в его исполнении сквозила некоторая сдержанность, не хватало внутреннего взрыва. Иными словами, его голос не раскрылся на полную мощность. Проблема заключалась вовсе не в самом Цзянь Лоюе, а в том, что песня не выдерживала той скрытой силы, что таилась в его голосе.

Цинь Цяньжуй ничего не ответил, открыл заднюю дверцу и сел в машину. Гу Цзэи последовал за ним. Проработав рядом с Цинь Цяньжуем столь долго, он прекрасно знал, что их взгляды совпадали — это было негласное понимание, доступное лишь им двоим.

Вопли из концертного зала, казалось, готовы были снести крышу, и их прекрасно было слышно даже на подземной парковке. Разделяя успех артиста такого уровня, Гу Цзэи в то же время мог примерно догадываться, что творится в голове у Цинь Цяньжуя.

— Трогай, — отдал приказ водителю Цинь Цяньжуй, сохраняя бесстрастное выражение лица. Его синие глаза потемнели, словно он о чем-то глубоко задумался.

Гу Цзэи молча устроился на сиденье, перелистывая ежедневник, и больше ничего не говорил.

«Майбах» выехал с подземной парковки и затерялся в потоке машин ночного мегаполиса...

В кабинете президента Тяньшэн Эртэйнмент Линь Цзиньхэ положил трубку и велел секретарю позвать Линь Цзиньсюаня. Он только что узнал, что перед самым релизом сингла Цзянь Лоюй и Цинь Цяньжуй пересеклись в западном ресторане при отеле и вместе поужинали. Там же присутствовали Ся Минь и младший брат Цинь Цяньжуя.

Из-за влияния Цинь Цяньжуя в тот временной отрезок ресторан больше никого не принимал, а потому оставалось лишь гадать, о чем они беседовали. Да и весть об этом дошла до него спустя почти целый месяц.

Глядя на тающие дни до истечения срока контракта, Линь Цзиньхэ решил ускорить процесс подписания нового соглашения с Цзянь Лоюем. Другие компании его не волновали, но Боинь находилась далеко за пределами его возможностей.

Линь Цзиньсюань символически постучал и тут же толкнул дверь кабинета:

— Брат, звал?

— Да, садись. — Линь Цзиньхэ привычно переплел пальцы, оперся локтями на подлокотники кресла и откинулся назад, принимая непринужденную позу. — Как идут дела в отделе новичков?

— Нормально. Одна новая группа сейчас как раз притирается друг к другу, — ответил Линь Цзиньсюань. Поскольку братья жили раздельно, все рабочие вопросы они обычно обсуждали прямо в компании.

— Ты в последнее время видел Цзянь Лоюя? — не собираясь ходить вокруг да около, Линь Цзиньхэ сразу перешел к сути, хотя ответ примерно знал и сам.

— Лоюя? С чего бы? — Линь Цзиньсюань усмехнулся. — Мы столько времени не общаемся, что я уже и сам забыл, когда в последний раз созванивались.

— Контракт Цзянь Лоюя истекает через десяток с небольшим дней. Я хочу продлить его, сходи поговори с ним, условия пусть назовет сам. — Линь Цзиньхэ посмотрел на брата. — Я тут подумал и решил, что лучше тебя кандидата не найти. Вообще-то Тания тоже неплохо подошла бы, но раз ты приставил ее к Кан Юэфаню, отправлять ее туда теперь неуместно.

Линь Цзиньсюань нахмурился:

— Я не пойду, мне с Цзянь Лоюем говорить не о чем.

— Ты обязан пойти. — Линь Цзиньхэ не оставил ему ни малейшего шанса на отказ. — Что между вами было, ты знаешь лучше всех. Стоит тебе сейчас проявить к нему чуточку тепла, как отношения еще можно будет выправить.

Линь Цзиньхэ знал, какими были чувства Цзянь Лоюя к Линь Цзиньсюаню в прошлом, и теперь этот факт стал его главным козырем. По мнению Линь Цзиньхэ, раз три года назад Цзянь Лоюй остался ради Линь Цзиньсюаня, то и теперь поступит точно так же.

— С чего упираться именно в Цзянь Лоюя? Популярность Юэфаня сейчас стремительно растет, у него огромный потенциал для дальнейшего развития. Цзянь Лоюй, конечно, звезда, но в последние годы топчется на месте, и удерживать его — не значит помочь Тяньшэн, — высказал свою точку зрения Линь Цзиньсюань.

— На данный момент темпы роста Кан Юэфаня действительно впечатляют, но сможет ли он догнать Цзянь Лоюя — пока вопрос. Хоть мы и закрепили за ним Танию, результат все еще далек от ожидаемого. Тяньшэн не может ставить всё на карту одного лишь Кан Юэфаня.

— В Тяньшэн хватает артистов первого эшелона, к чему так цепляться за его контракт? Даже если в итоге Кан Юэфань не вытянет, это не значит, что заме заменой может быть только Цзянь Лоюй. — Брови Линь Цзиньсюаня сошлись еще круче. Кан Юэфань был первым артистом, которого он взрастил после прихода в компанию, к тому же этот малец умел вовремя проявить уступчивость, поэтому Линь Цзиньсюань явно благоволил ему.

— В Тяньшэн есть звезды высшей величины, но смена поколений хромает на обе ноги. Season были прекрасным резервом, да только из четырех человек трое ушли. Если мы не сможем удержать даже его, не станет ли Тяньшэн посмешищем во всей индустрии? Звезды первой величины тоже когда-нибудь уйдут со сцены, Тяньшэн не может вечно выезжать только на них. — Линь Цзиньхэ выпрямился в кресле, сурово обрисовывая брату перспективы компании.

В Тяньшэн Эртэйнмент Линь Цзиньсюань отвечал исключительно за отбор новичков и почти не касался других стратегических решений:

— И все же я считаю, что отправлять меня к Цзянь Лоюю — плохая идея.

— Я с тобой не советуюсь, это приказ. Будь ты менеджером отдела новичков или моим младшим братом — это твой долг. — Линь Цзиньхэ явно остался недоволен ответом. — Мне нужен результат, а как ты этого добьешься — твои проблемы.

— Брат!

— Свободен, я жду хороших новостей как можно скорее. — Линь Цзиньхэ махнул рукой, прерывая собеседника и давая понять, что разговор окончен.

Линь Цзиньсюань тяжело вздохнул и молча вышел из кабинета. Он понимал, что брат прав, и как младший член семьи должен думать об общих интересах компании.

Остановившись у окна в коридоре, он с жадностью затянулся сигаретой, заставляя себя взять себя в руки. Достав телефон, он попытался отыскать номер Цзянь Лоюя, но пролистав записную книжку от начала до конца, так и не обнаружил там знакомого имени — те одиннадцать цифр были стерты подчистую неизвестно когда.

Потушив недокуренную сигарету, Линь Цзиньсюань вызвал лифт и покинул этот чересчур тихий этаж.

После завершения фан-встречи промоушен сингла Цзянь Лоюя подошел к концу.

Пробыв дома три дня, он, по просьбе Цинь Цяньчэна, отправился в больницу в частном порядке навестить маленькую поклонницу, борющуюся с лейкемией, в надежде поддержать ее добрым словом.

Перед самым выходом зазвонил телефон, оставленный на журнальном столике.

Бросив взгляд на экран, Цзянь Лоюй принял вызов:

— Алло?

— Лоюй? Это Акили, секретарь менеджера Линь Цзиньсюаня, — раздался в трубке мягкий женский голос.

Акили раньше была ассистенткой Линь Цзиньхэ, но когда Линь Цзиньсюаню потребовалось освоиться на новой должности, ее перевели к нему в секретари, где она и оставалась до сих пор.

— Да, здравствуйте. — Он знал, что этот номер относится к внутренней сети компании, но никак не ожидал звонка от секретаря Линь Цзиньсюаня.

— Менеджер Линь хотел бы встретиться с вами сегодня вечером, у вас найдется время?

— Мм, где именно? — Догадаться о цели встречи с Линь Цзиньсюанем было несложно, но Цзянь Лоюй не стал отказываться — в некоторых делах требовалось доводить всё до конца.

Акили продиктовала точное время и адрес.

Поблагодарив ее, Цзянь Лоюй повесил трубку. Затем накинул куртку, переобулся и вышел из дома.

Этот звонок не произвел на него никакого впечатления, словно ничего и не произошло. Всё шло строго по намеченному плану.

Тот, кто однажды выпал из его жизни, пускай продолжает выпадать дальше...

http://bllate.org/book/34414/4242886