Готовый перевод Ten Thousand Miles of Long Wind / Десять тысяч ли под ветром: Глава 11

Се Чжо издал короткое «угу»:

— Дело с покушением связано с молодым маркизом Лу, так что дальше можешь не копать.

Гэ У тут же сообразил: до того, до чего додумался он сам, его господин не мог не догадаться. Наверное, еще тогда, в полуразрушенном храме увидев молодого маркиза Лу, господин уже обо всем догадался.

Всё всегда было так: как скажет его господин, так и будет. Гэ У снова кивнул:

— Слушаюсь.

— Кроме того, найми двух праздных бездельников, пусть в эти дни подежурят возле дома ожидающего императорских указов в Ханьлиньюане Ян Яня и выведают, что происходит в его семье.

Только что Гэ У чувствовал себя виноватым в том, что не уберег господина, но теперь, получив приказание, он тут же хлопнул себя по груди:

— Господин, не беспокойтесь, я сейчас же всё устрою и непременно выполню как надо!

Как и говорил лекарь Сун, хотя Се Чжо в эти дни пил лекарство строго по часам, легкий жар до конца так и не спал.

Услышав его тихий кашель, Шэн Хаоюань с беспокойством произвел:

— Яньлин, может, пойдешь домой пораньше отдохнуть?

Они шли по Ханьлиньюаню, прижимая к груди найденные архивные дела. Услышав это, Се Чжо покачал головой:

— Не нужно. Старая болячка: стоит подхватить простуду, и вылечиться потом очень трудно.

В этот момент мимо них быстрым шагом прошел Ян Янь. О чем-то глубоко задумавшись, он даже не заметил Се Чжо и Шэн Хаоюаня.

Когда фигура Ян Яня скрылась за поворотом, Шэн Хаоюань с улыбкой произвел:

— Пару дней назад я видел, как ожидающий указов Ян украдкой разглядывал какую-то закладную на имущество, и в шутку сказал: если он обзавелся новым жильем, то просто обязан пригласить всех сослуживцев отпраздновать это в таверну Хуэйсянь. И угадай, что было дальше? Все последние дни, едва завидев меня, ожидающий указов Ян тут же разворачивается и уходит — до смерти боится, что я разорю его на этот обед.

Шэн Хаоюаню было почти тридцать лет. Он сдал императорский экзамен на звание цзиньши в восемнадцатом году правления Сяньнин и находился в Ханьлиньюане уже почти четыре года; еще немного поднакопит выслуги лет — и сможет пойти на повышение в одно из шести ведомств. Он отлично умел сходиться с людьми, лавировал между всеми и редко отзывался о ком-то плохо.

Се Чжо с улыбкой произвел:

— Дома в городе Лоцзин стоят дорого. Для ожидающего указов Яна обед в таверне Хуэйсянь, должно быть, стоит не больше стоимости одной черепицы?

Шэн Хаоюань не стал отвечать прямо на этот вопрос и перевел разговор в другое русло:

— Трудно сказать. Ожидающий указов Ян служит в Ханьлиньюане уже двенадцать лет.

Шэн Хаоюань недоговорил, но Се Чжо понял скрытый смысл его слов.

Хотя Ханьлиньюань считался местом почетным и благородным, жалованье там платили весьма скромное, да и других путей разбогатеть не было. Суметь приобрести новое жилье в таком месте, где каждый клочок земли на вес золота, значило выскрести до дна все семейные сбережения.

Что же до покупки на семейные накопления — будь у семьи Ян тугой кошелек, способный подкупать нужных людей наверху и внизу, Ян Янь не дожил бы до сорокета с лишним и за двенадцать лет службы в Ханьлиньюане не остался бы всего лишь чиновником пятого ранга, ожидающим указов.

Заметив, что Шэн Хаоюань, судя по всему, не ладит с Ян Янем, и узнав всё, что хотел, Се Чжо улыбнулся и легко сменил тему.

Когда после окончания рабочего дня он сел в повозку, Гэ У доложил:

— Господин, болтливые соседи Ян Яня говорят, что семейство Ян купило лавку в квартале Сюаньпин. Я велел людям навести справки: лавку и впрямь купил Ян Янь, вот только в закладной записано имя его младшей сестры.

— Иными словами, эта лавка записана на госпожу Ян?

— Именно так. Сосед Ян Яня еще захлебывался желчью, говоря, что семейство Ян голь перекатная и гроша ломаного не имеет, а тут неизвестно откуда свалилось такое богатство. — Гэ У выложил всё, что удалось узнать. — Господин, что мы будем делать дальше?

Прислонившись к стенке повозки, Се Чжо кашлянул пару раз:

— Расспроси-ка тех двух праздных бездельников еще раз: что за семья та, в которую госпожа Ян вышла замуж вторым браком? Чем они занимаются?

— Слушаюсь!

Гэ У подумал о том, что если они сейчас вернутся, господин снова запрется у себя в кабинете. А если об этом узнает лекарь Сун, то наверняка опять начнет сердито топорщить усы и кричать, что господин не слушает наставлений врача и совсем не выходит на прогулки.

Он натянул поводья:

— Господин, может, заглянем в ту лавку?

Се Чжо сквозь бамбуковую занавеску смотрел на зыбкую суету и оживленные голоса за пределами повозки. О чем-то раздумывая, он равнодушно бросил:

— Поехали.

Двигаясь на восток от дворцовых ворот через кварталы Тайпин и Тунли, они въехали в пределы квартала Сюаньпин. Гэ У с чувством произнес:

— Говорят, лавка, которую купил ожидающий указов Ян, небольшая, но дела в ней идут отлично. У прежних хозяев дома случилось несчастье, срочно понадобились деньги, и они были вынуждены продать дело, так что ожидающий указов Ян сорвал большой куш.

Повозка остановилась. Гэ У первым спрыгнул с оглобли и обратился к Се Чжо внутри повозки:

— Господин, мы у лавки с румянами и пудрой!

Се Чжо, сидевший с закрытыми глазами и дававший отдых разуму, открыл глаза. Едва он приподнял занавеску, собираясь выйти наружу, как до его слуха долетел приветливый голос Гэ У:

— Молодой маркиз Лу? Какая неожиданность, вы тоже пришли за румянами?

Лу Сяо?

На мгновение Се Чжо замер в нерешительности — выходить или нет.

Но Лу Сяо уже повернулся в их сторону.

Спустившись по скамеечке для ног, Се Чжо опустил взгляд и сложил руки в приветственном поклоне:

— Молодой маркиз Лу.

Лу Сяо в сопровождении Чжан Чао как раз стоял у входа в лавку, собираясь войти. Заметив спускающегося Се Чжо, он невольно бросил взгляд на его бледное лицо, а затем его взор опустился на запястье Се Чжо.

Тот выглядел тоньше и изящнее многих женщин, и трудно было представить, что в нем таилась такая силища: когда он потерял сознание, то вцепился в его одежду мертвой хваткой, словно утопающий, ухватившийся за обломок дерева, и ни за что не хотел разжимать пальцев.

Хорошо еще, что одежда стражи цилиней была пожалована императором и отличалась отменным качеством.

Лу Сяо поприветствовал его:

— Наставник Се уже полностью оправился от болезни?

— Благодарю маленького хоу за беспокойство, мне намного лучше, и всё благодаря своевременной помощи маленького хоу. — На лице Се Чжо промелькнуло выражение вины. — Се снова задолжал маленькому хоу.

Лу Сяо с проницательностью отметил, что этот человек наверняка сейчас снова холодно и отстраненно бросит ему что-нибудь вроде впредь, если понадобятся мои услуги, Се сделает всё от него зависящее.

Как-то раз ему довелось увидеть Се Чжо идущим вместе с сослуживцами по Ханьлиньюаню: пусть они не сыпали шутками, но оживленно переговаривались, и это выглядело как самая обычная беседа.

Почему же при встрече с ним этот человек каждый раз выглядит так, словно готов отступить на восемьсот ли назад?

Прерывая то, что ему вовсе не хотелось слышать, Лу Сяо произнес:

— Наставник Се тоже пришел за румянами? Как удачно, я ведь тоже за ними. Не зайти ли нам вместе?

Сам Лу Сяо, произнеся эти слова, не усмотрел в них ничего странного, зато Чжан Чао, стоявший у него за спиной, озабоченно почесал в затылке.

Его господин частенько покупал румяна и пудру — в кладовых Поместья хоу хранился как минимум один полный набор всех ходовых в Лоцзине косметических средств, и всё это предназначалось для юной возлюбленной детства, к чему он уже давно привык.

http://bllate.org/book/34312/4229402