Готовый перевод The Eleventh Year of Loving You / Одиннадцатый год с возлюбленным: Ненависть и чернила: Глава 3

Образ человека из снов казалось переплетался с ним самим…

【Шэнь Ван, я до смерти тебя ненавижу…】

До смерти ненавижу…

У него не осталось воспоминаний о периоде перед смертью, но этот силуэт, так много раз являвшийся ему в круговороте снов, — тут и гадать не нужно, это его заклятый враг.

Шэнь Ван почувствовал лишь прилив крови к голове, его слегка затрясло. На лице не дрогнул ни один мускул, зато в душе бушевала настоящая буря. Он мысленно позвал систему.

【Кажется, я немного того... умер.】

Система растерянно отозвалась: 【?】

【Эта твоя цель задания — мы с ним заклятые враги.】

Система на мгновение замерла, после чего проанализировала: 【Но ты сейчас отчаянно в нём нуждаешься. Неважно, идет ли речь о выполнении задания или о ментальном успокоении.】

【Я считаю…】 Не успел он закончить диалог с системой, как сидевший неподалеку мужчина снова надел верхнюю одежду и бросил ему: — Я пойду поищу что-нибудь поесть.

Какую еду можно найти в этой кромешной тьме… Но он и впрямь немного проголодался.

Странно. Тот даже не спросил, зачем Шэнь Ван явился сюда, не поинтересовался, что ему нужно, словно заранее всё знал.

Шэнь Ван не издал ни звука и так и лежал неподвижно. Спустя какое-то время он приподнял одежду, чтобы кое-как обработать раны на теле, и лишь после этого направился к выходу из пещеры. У входа мерцал тонкий, подобный цикадиному крылу барьер, но прорваться сквозь него одной лишь грубой силой было невозможно.

Перед уходом мужчина намеренно запечатал вход с помощью Сверхспособности — судя по всему, чтобы помешать Шэнь Вану сбежать.

Уйти или остаться?

У Шэнь Вана были все шансы пробить этот слабенький барьер, вот только на это уйдет чуть больше ментальной энергии. Но как быть с его ментальным бунтом? И что делать с программой самоуничтожения, зашитой в его Духовном Море?

Шэнь Ван глубоко вздохнул и мысленно спросил: 【У тебя есть какая-нибудь информация о нем?】

Система немного порылась в базах данных и вывела перед ним голографическую панель. Шэнь Ван бегло пробежал ее глазами.

У Цюэ… Наследник Семьи У, первый человек в Альянсе, топовый Пробудитель на Базе Тяньшу… Почти сплошные хвалебные оды.

Если он наследник Семьи У, почему сородичи заперли его? Неужели его медузья ипостась нестабильна и нуждается в жестком контроле? — предположил Шэнь Ван.

Ему доводилось встречать Пробудителей, способных принимать форму животных, но еще ни один не был способен достичь стадии полной трансформации.

【Эм… Хозяин, есть еще кое-что…】

【Говори.】

【У Цюэ — он тебе еще и…】 Система замялась, а в этот момент У Цюэ как раз вернулся с добычей, и когда Шэнь Ван попытался переспросить, тот уже закрыл рот.

Еще и кто?

У Цюэ небрежно швырнул пару диких фруктов, а заодно и барахтающуюся рыбешку.

— Тебе не нужно? — Шэнь Ван искренне удивился, ведь тот принес всего одну рыбину, но сразу кинул ее ему.

У Цюэ поморщился и с отвращением бросил:

— Воняет.

Принимать рыбу из рук заклятого врага и нанизывать ее на ветку для запекания над костром — Шэнь Ван испытывал целую бурю противоречивых чувств. После перерождения в чужом теле У Цюэ его ни за что не узнает. А если бы узнал…

Шэнь Ван покачал головой. Как ни крути, а из-за провалов в памяти он понятия не имел, какая черная кошка между ними пробежала. В снах, точнее сказать, в прошлой жизни, та безудержная ненависть поначалу неизменно и часто будила его среди ночи. Позже, когда сны стали повторяться всё чаще, он просто привык.

У Цюэ маленькими кусочками откусывал фрукт, всем своим видом излучая глубокую усталость. Уставившись в лицо Шэнь Вана, он заговорил:

— Как только рассветет, мы уйдем. Здесь нельзя задерживаться.

Шэнь Ван автоматически парировал:

— Кто сказал, что я собираюсь идти с тобой?

Система в этот момент снова ожила и принялась напоминать: 【Хозяин, ты действительно очень в нем нуждаешься.】

【Заткнись.】

У Цюэ приподнял веки и окинул его взглядом:

— Сейчас ты — особо разыскиваемый преступник Семьи У. Или, может, хочешь, чтобы тебя затащили обратно?

Он усмехнулся:

— У Семьи У найдется немало способов как следует помучить людей.

Шэнь Ван умолк. И правда, подставленный этой системой, теперь он оказался поневоле привязан к нему.

От готовой рыбы поплыл аппетитный аромат, и Шэнь Ван опустил голову.

Ладно, была не была, шагу за шагом разберемся, в конце концов, он последние несколько месяцев только так и жил. Чего бояться человеку, который уже однажды побывал на том свете?

Шэнь Ван повернул голову, собираясь откусить кусок, и перед тем как отправить его в рот, специально протянул угощение вперед:

— Точно не хочешь?

Хотя никаких приправ не было, запеченное рыбное мясо обладало совершенно естественным ароматом, и человеку с его неразборчивым вкусом всё показалось в самый раз.

У Цюэ пристроил верхнюю одежду сушиться над костром и, услышав это, слегка раздраженно бросил:

— Дали — ешь, чего развопился.

— … — Ну и вредный же, совсем не такой милый, как в облике медузы.

Разобравшись с проблемой голода и почувствовав приятную сытость, Шэнь Ван заметно повеселел. Даже сидевший напротив человек стал казаться чуточку симпатичнее — особенно когда в отсветах пламени его белоснежные длинные волосы отливали мягким теплом.

Огонь, казалось, разгорелся сильнее, и от его пляшущих бликов у сидевшего перед ним человека начало двоиться в глазах.

Подтянув колени и прислонившись спиной к каменной стене, Шэнь Ван вдруг почувствовал, как от живота и аж до самой шеи разлился невыносимый жар, от которого все вокруг поплыло.

Что-то было не так. Он нашарил рану на пояснице: запекшаяся кровь давно проступила наружу и слиплась с одеждой, а поскольку на нем была черная рубашка, это оставалось незаметным.

Это была травма, полученная от защитных механизмов во время недавнего проникновения в поместье Семьи У. Похоже, внутри механизмов содержался какой-то яд замедленного действия.

Шэнь Ван вытащил припасенный кинжал, собираясь продолжить обработку раны, но пальцы отказывались слушаться, зрение расплылось еще сильнее, и он даже не заметил, как к нему подошел У Цюэ.

У Цюэ по-прежнему не выпускал из рук кислую минну, однако опустившись на корточки, действовал очень мягко. Сперва он протянул руку и слегка похлопал Шэнь Вана по щеке — леденящая прохлада заставила Шэнь Вана инстинктивно податься навстречу.

— Легкий жар.

Эта прохладная рука коснулась его лба, скользнула вниз к груди, после чего отстранилась и вытащила из ослабевших пальцев кинжал.

Красноречиво задрался край одежды, обнажая крепкие рельефные мышцы живота. У Цюэ бесцеремонно провел по ним рукой и лишь после этого перевел взгляд на кровоточащую рану.

— … — Куда лапаешь?

Грубо наложенная ранее повязка сорвалась, и из раны сочилась черная кровь. У Цюэ повертел в руке кинжал и подержал его над огнем.

Шэнь Ван инстинктивно попытался вырваться и приподняться, но тело было напрочь лишено сил. У Цюэ навалился на него, прижав своими обнаженными бедрами его ноги.

— Не двигайся. Сейчас пройдет.

Чтобы Шэнь Ван не прикусил язык, он засунул ему в рот сухую ветку.

Шэнь Ван зажал зубами деревяшку и с абсолютно пустым выражением лица уставился на него.

Поразмыслив секунду, тот тяжело вздохнул, вытащил ветку изо рта Шэнь Вана, подался верхней частью тела вперед, и его дыхание, коснувшись шеи Шэнь Вана, вызвало легкий зуд.

У Цюэ облизнул губы и, не колеблясь ни секунды, впился зубами в шею Шэнь Вана.

— …

— Ты, мать твою, собака сутулая… — Его ругань постепенно затихла.

Черт, эта чертова медуза ядовитая.

Одурманенный микродозой яда человек пребывал в полубессознательном состоянии. У Цюэ глянул на отпечаток зубов на его шее, и выражение его лица стало мрачным и нечитаемым:

— Так будет не больно.

Он взял кинжал и сосредоточенно принялся за обработку раны. То ли дивиться его выносливости, то ли чему еще: рана уже дошла до такого жуткого состояния, а этот тип еще секунду назад брыкался и имел силы ругаться.

Закончив чистить рану, он оторвал длинный лоскут от подола собственной одежды и туго обмотал вокруг его поясницы.

Шэнь Ван уже наполовину погрузился в забытье. Глаза не были закрыты до конца, а ресницы отбрасывали на лицо легкие тени. У Цюэ подпер щеку рукой и неотрывно, без единого моргания смотрел на него.

У сидевшего перед ним черноволосого и черноглазого юноши были удивительно четкие, решительные черты лица, резкие линии скул, а под нижними веками залегли едва заметные тени синяков. Когда на лице не было эмоций, весь его облик казался слегка отстраненным и холодным.

Его пересохшие губы и от природы были бледными, а из-за ранения лишились последних крох краски и слегка шелушились, напоминая только что опавший лепесток цветка, лишенный влаги.

У Цюэ долго вглядывался в его лицо, наконец отвел взгляд и уставился на коммуникационный терминал у него на запястье.

Он активировал интерфейс терминала и отправил запрос на подключение по давно забытому адресу.

【Это Надзиратель Третьего сектора У Цюэ, ответьте, если слышите…】

* * *

Когда Шэнь Ван снова очнулся, он с неожиданной легкостью ощутил свое тело, а рана на пояснице была аккуратно перевязана.

Приподняв веки, он увидел У Цюэ: тот прислонился к противоположной каменной стене, опустив уголки глаз, и с размеренным видом вытирал пальцы. Засохшие следы крови делали его костяшки еще более бледными.

Хотя этот тип всё время ходил с кислой миной и выглядел так, будто вовсе не желал иметь с ним дел, но он ведь и за едой бегал, и раны ему обрабатывал… Неужели всё из-за того, что Шэнь Ван вытащил его из капсулы для культивации?

Шэнь Ван вспомнил, как старейшины Семьи У обращались к нему «господин Шэнь», и его внезапно озарило. Он спросил:

— Ты знаком со мной?

У Цюэ услышал его, на мгновение замер, а затем обнажил белые зубы и недобро усмехнулся:

— Знаком? Да мягко сказано.

— Прошло всего несколько лет после развода, а ты уже решил притвориться незнакомцем? Бывший муж.

Развод… Бывший муж…

Эти два слова ударили с такой силой, что у него потемнело в глазах, и прежнее головокружение грозило накатить с новой силой.

Шэнь Ван наконец-то сообразил, о чем так невнятно бормотала система.

【У Цюэ — он тебе еще и…】

Твоя бывшая жена.

Он молча сжал губы и мысленно попытался выстроить цепочку взаимосвязей: Получается, нынешняя жена хозяина тела, в которое я вселился, — мой собственный заклятый враг?

【Система, я хочу умереть.】

Система: 【Потерпи.】

Шэнь Ван попытался сделать вид, что ничего особенного не произошло, и небрежно бросил:

— Я повредил голову во время прошлого задания, у меня амнезия.

Впрочем, строго говоря, это была чистая правда. Хотя он и захватил чужое тело, он совершенно не унаследовал память прежнего владельца, так что понятия не имел, какие там между ними были счеты.

У Цюэ ничуть не удивился, лишь усмехнулся с легким оттенком насмешки.

Уголки его губ приподнялись:

— Ничего страшного. Главное — помни, что общая сумма компенсации за развод составляет 800 миллионов… И половину ты еще не выплатил. Не забывай переводить мне деньги вовремя каждый месяц.

У Шэнь Вана снова потемнело в глазах: 【Система, может, ты всё-таки запустишь протокол самоуничтожения?】

【……】

Какой же косяк нужно было упороть, чтобы влететь на такую гигантскую компенсацию?

Измена? Двоеженство? Домашнее насилие?

У Шэнь Вана дернулся уголок рта. У прежнего владельца тела, судя по всему, еще и не хватало половины Духовного Ядра — сам калека калекой, так еще и обязан ежемесячно отстегивать бывшей благоверной кругленькую сумму.

Неудивительно, что тот отдал концы… Жизнь-то не оставляла надежд.

Шэнь Ван: Стоило только открыть глаза, как сразу задолжал астрономическую сумму.

У Цюэ: Стоит потерять память, как его тут же так легко обвести вокруг пальца.

Шэнь Ван больше не стал приставать к нему, а просто закрыл глаза, чтобы немного вздремнуть — намаявшись за день, он смертельно устал.

http://bllate.org/book/34299/4227228