Готовый перевод Married After Blind Date With Baby [Rebirth] / Перерождение: С племянником под мышкой — прямиком в замужнюю жизнь: Глава 12

Ся Цзиньцзюэ внезапно что-то почувствовал, и улыбка медленно сползла с его лица. У него возникло предчувствие, что Не Фучун собирается сказать ему что-то важное.

— Я только что спросил тебя, не кажется ли тебе, что я тоже неплох? — высокая фигура Не Фучуна заслонила большую часть света, и его красивое лицо в игре теней выглядело таинственным и манящим. — Теперь ты можешь дать мне ответ?

Ся Цзиньцзюэ почувствовал, как сердце заколотилось, словно град, ударяющий по глади озера, нарушая его спокойствие. Агрессивная мужская аура, исходящая от Не Фучуна, не только не вызывала отвращения, но, напротив, заставила его ноги слегка ослабеть.

Он с трудом сглотнул и несколько раз облизнул пересохшие губы:

— Я…

— Папа! Мы с Бяо-гэ вернулись! Слушай, Бяо-гэ помог красивой сестрёнке найти её амулет, и она купила ему целый пакет лакомств! — радостный голос ребёнка донёсся от самой двери, сопровождаемый громким лаем собаки, которая словно поддакивала своему маленькому хозяину.

Ся Чао двумя руками обнимал огромный пакет, который был настолько большим, что почти полностью скрывал его маленькую голову. Пакет был набит всевозможными собачьими вкусностями — настоящий праздничный набор.

Войдя в дом, Бяо-гэ старательно вытер лапы о коврик, очищая их от грязи, а затем достал из своего привычного места полотенце и самостоятельно вытер подушечки. Только закончив эту процедуру, он спокойно прошёл в комнату.

Ставший свидетелем всего этого Не Фучун приподнял бровь:

— Твоя собака очень умна.

Ся Цзиньцзюэ с гордостью выпятил грудь:

— Мой Ся Бяо славится своим умом во всех окрестных деревнях.

— Ся Бяо? — Не Фучун обернулся к Ся Цзиньцзюэ.

В армии, где он служил, служебных собак обычно называли именами вроде Погоня за ветром, Громовой леопард или Тигр, а собаки его однокурсников носили клички вроде Арес или Ванцай. Редко когда встретишь собаку с полноценным именем и фамилией.

Ся Цзиньцзюэ вполне естественно кивнул:

— Да, полное имя Ся Бяо, а все зовут его Бяо-гэ.

Его невозмутимый вид вызвал слабую улыбку в уголках глаз Не Фучуна. Ся Цзиньцзюэ на первый взгляд казался совершенно обычным человеком, но время от времени проявлял интересные черты характера. Это было похоже на участие в лотерее с золотыми яйцами: даже если знаешь, что главный приз не выиграть, внезапный выигрыш в один или два юаня всё равно приносит радость.

— Красивый дядя! Почему ты у нас дома? — Ся Чао, пыхтя, поставил пакет на журнальный столик и, повернувшись, уткнулся взглядом в пару длинных мужских ног. Ему даже не нужно было гадать, кому они принадлежат.

— Дядя пришёл поблагодарить тебя за то, что помог спасти братишку Чжаоюя, — Не Фучун сам подошёл и присел на корточки, чтобы пообщаться с малышом.

Ся Чао замахал руками:

— Красивый дядя, вы слишком вежливы.

Он огляделся по сторонам, обошёл вокруг Не Фучуна, и в его больших глазах читалось недоумение:

— Красивый дядя, а где красивый братик?

После долгих наставлений отца Ся Чао пришлось признать, что Не Чжаоюй — мальчик, а не девочка, хотя он так и не сказал отцу, что в душе всё ещё считает его маленьким небесным небожителем — ведь только у фей с небес может быть такая внешность.

— Он остался дома отдыхать, — как только Не Фучун договорил, улыбка на лице малыша заметно увяла.

Он выглядел настолько жалобно, что Не Фучун погладил его по голове:

— Хочешь, в выходные папа отвезёт тебя к дяде в гости, чтобы ты поиграл с Чжаоюем?

Ся Чао вмиг поднял голову, и в его глазах вспыхнул огонёк:

— Правда можно?

Не Фучун не смог сдержать усмешку:

— Конечно можно, но разве тебе не стоит спросить разрешения у своего папы?

Ся Чао резко подался вперёд и пустил в ход всё своё обаяние, глядя на Ся Цзиньцзюэ:

— Папа, папочка… я хочу поиграть с красивым братиком, отвези меня, пожалуйста!

Улыбка на лице Ся Цзиньцзюэ едва не дрогнула. Почему ему кажется, что его только что обвели вокруг пальца?

— Папа, папочка…

Ребёнок продолжал без умолку звать отца, словно заклинанием. Ся Цзиньцзюэ повернул голову и встретился взглядом с глубокими тёмными глазами мужчины, его кадык судорожно дёрнулся.

Этот парень определённо расставил ловушку. Прыгать в неё или нет?

Ся Цзиньцзюэ перевёл взгляд на крепкие ноги мужчины, которые неподвижно стояли в приседе, его прямую, как у сосны, спину и резкие, словно высеченные на скале, черты лица.

Раз уж перед ним такая мужская красота, выбора нет — надо прыгать!

— Мы не будем вас беспокоить?

Не Фучун оставался невозмутим:

— Нет, мы будем рады.

— В воскресенье подойдёт? — Ся Цзиньцзюэ прикинул своё расписание.

На самом деле в субботу он был совершенно свободен, но навязываться не хотелось, поэтому он намеренно предложил воскресенье.

— Хорошо, — согласился Не Фучун.

Ся Цзиньцзюэ взглянул на его лицо, которое оставалось спокойным, словно перед лицом рушащихся гор, в то время как у самого Ся Цзиньцзюэ внутри всё бурлило от хитроумных планов.

Они договорились о времени. На улице тусклые уличные фонари освещали дорогу домой, и Ся Цзиньцзюэ проводил гостя вниз.

В узком лестничном пролёте старого дома двум мужчинам ростом выше метра восьмидесяти было тесно идти плечом к плечу, поэтому Ся Цзиньцзюэ сделал шаг назад. Как только он ступил на последнюю ступеньку, свет в подъезде внезапно погас.

Единственным источником света остались далёкие уличные фонари. Внезапное погружение в темноту на несколько секунд ослепило его. Ся Цзиньцзюэ, съёжившись, протянул руку в сторону, пытаясь нащупать опору и удержать равновесие.

Его ладонь внезапно обожгло чем-то тёплым, мягким и упругим.

— Уф. — Мужчина издал короткий приглушённый вздох. Звук был негромким, но в этой тишине прозвучал прямо над ухом.

Зрачки Ся Цзиньцзюэ дрогнули, дыхание сбилось. Его руку перехватила другая, более крупная, и потянула прочь от того места, где он пытался нащупать опору.

— П-прости… я сделал тебе больно? — заикаясь, спросил Ся Цзиньцзюэ и поспешно оправдался: — Свет внезапно погас, я просто хотел схватиться за перила.

Не Фучун, казалось, выровнял дыхание. Он достал телефон и включил фонарик, освещая пространство вокруг:

— Всё в порядке, не больно.

Он повёл Ся Цзиньцзюэ к перилам:

— Держись крепче, я схожу посмотрю, что случилось.

Не Фучун не винил его. Он прошёл специальную подготовку, его глаза быстро привыкали к темноте, а ночное зрение было превосходным. Для обычного человека внезапная тьма — это испытание, легко потерять равновесие, так что реакция Ся Цзиньцзюэ была вполне естественной.

Не Фучун, повернувшись спиной и поднимаясь по лестнице, чтобы проверить лампу, даже не подозревал, что в темноте уголки рта Ся Цзиньцзюэ изгибались в такой улыбке, которую невозможно было сдержать.

***

Рано утром в выходной Ся Цзиньцзюэ разбудил громкий голос любимого сынишки:

— Папа, папочка, вставай скорее! Мы идём играть к красивому братику!

Ся Цзиньцзюэ нахмурился и с силой натянул одеяло на голову. Ну и шумный же этот мелкий засранец!

— Папа, папочка, папа, папочка! — Ся Чао, сидевший на одеяле, от резкого рывка отца полетел назад, перевернувшись вверх тормашками. Но он тут же воспрянул духом, вцепился в край одеяла и затеял со своим отцом соревнование по перетягиванию.

— Бяо-гэ! Бяо-гэ! Скорее помоги мне! — Ся Чао выложился на полную, дважды упал, но одеяло отца даже не сдвинулось с места. Его личико покраснело от натуги.

Пришло время звать подкрепление.

— Гав! — Бяо-гэ, быстрый как молния, ворвался в комнату и с лёгкостью запрыгнул на кровать.

Ся Чао тянул за край одеяла, Бяо-гэ вцепился в капюшон пижамы Ся Чао с изображением динозавра — в ранний час человек и собака были полны решимости.

Как бы сильно Ся Цзиньцзюэ ни хотелось спать, он не выдержал такого напора. Ещё даже не встав с кровати, он уже был вынужден растратить остатки сил. Раздражённо схватив телефон, он проворчал:

— Девять часов всего! Вы что, не можете поспать подольше!?

— У-у? — Бяо-гэ наклонил голову, его собачьи глаза светились невинностью.

Что значит поспать подольше? Он с маленьким хозяином уже успели сбегать на прогулку и вернуться.

Ся Чао упёр руки в бока, копируя манеру тётушек с рынка:

— Солнце уже печёт, а ты всё не встаёшь! Кто тебя такого возьмёт? В семье мужа только и будешь, что выслушивать ругань!

Ся Цзиньцзюэ чуть не поперхнулся — на этом детском личике он увидел выражение сварливой бабки. Он тут же протянул руку и закрыл сыну рот, испуганно пробормотав:

— Хватит, прекрати! А то лицо так и останется!

Хоть Ся Чао и не понимал, что такое черты лица, главное — его папа наконец встал с кровати.

Пока Ся Цзиньцзюэ умывался, Ся Чао разогрел завтрак, купленный на рынке. В их семье единственным лентяем был папа, а у него с Бяо-гэ энергии хоть отбавляй.

Наверное, быть взрослым очень утомительно, иначе почему его папа при любой возможности сразу же падает на диван?

Лишь много лет спустя Ся Чао, повзрослев, осознал, что глубоко заблуждался. Быть взрослым, конечно, нелегко, но не до такой же степени. Его папа был просто ленивым.

Ся Цзиньцзюэ договорился с Не Фучуном на два часа дня. Это был первый визит, так что устраивать обед не имело смысла, к тому же их отношения были довольно неловкими.

— Куплено в пельменной Лю? — Ся Цзиньцзюэ по вкусу узнал булочки.

Ся Чао не мог обхватить большой паровой пирожок палочками, поэтому держал его двумя маленькими ручками и откусывал по чуть-чуть. Пирожок был таким большим, что после нескольких укусов на нём осталась лишь пара царапин.

— Ага, дедушка Лю специально для меня оставил.

Бизнес в пельменной Лю шёл очень успешно, за булочками нужно было стоять в очереди, а если прийти поздно — ничего не оставалось. Ся Цзиньцзюэ и Ся Чао были частыми гостями, особенно Ся Чао — ребёнок был милым и умел расположить к себе, так что его все любили.

Ся Цзиньцзюэ нередко удавалось угоститься за счёт сынишки.

— Молодец, — Ся Цзиньцзюэ поднял большой палец и тут же вытер салфеткой жир с его лица.

Ся Чао расплылся в улыбке, обнажив белые зубки.

— Погоди, дай папа посмотрит на тот зубик. — Ся Цзиньцзюэ подхватил подбородок малыша и осмотрел шатающийся зуб.

Когда у Ся Чао впервые начали меняться зубы, он думал, что умирает, и плакал так, будто рушится мир. Ся Цзиньцзюэ тогда очень жалел его и даже записал всё на телефон.

Теперь, когда папа объяснил ему, что зубы меняются у всех, Ся Чао больше не проливал слёз. Разве что когда зуб начинал болеть.

— Надеюсь, ты не таскал конфеты за моей спиной? — спросил Ся Цзиньцзюэ, глядя сыну прямо в глаза.

Малыш тут же занервничал:

— Н-нет… не было такого.

— М-м? — Ся Цзиньцзюэ слегка прищурился.

— Ну… совсем чуть-чуть, — Ся Чао соскочил со стула и, обняв отца за руку, начал раскачиваться из стороны в сторону: — Я же послушно чистил зубы, папа, не злись, хорошо?

Ребёнок моргал своими большими глазами, его пухлые щёчки так мило подрагивали, что даже у самого сурового человека не поднялась бы рука его ругать.

— Не вешай мне лапшу на уши, — Ся Цзиньцзюэ щёлкнул его по лбу.

— Ай! — Ся Чао прикрыл лоб рукой, его глаза тут же покраснели.

— Ну ты актёр, если не станешь артистом, это будет преступление против твоего таланта, — Ся Цзиньцзюэ сразу раскусил поддельные слёзы и снова замахнулся, чтобы щёлкнуть его по голове.

Но не тут-то было: Бяо-гэ вцепился передними лапами в его колено, защищая Ся Чао своим пушистым телом. Стоило Ся Цзиньцзюэ только замахнуться, как Бяо-гэ тут же обхватил его руку лапами, жалобно поскуливая, умоляя остановиться.

http://bllate.org/book/34297/4226897