Готовый перевод Transmigrated into My Nemesis's White Moonlight / Стать белой луной заклятого врага: Глава 10

В кабинете клана Гу господин Хэн был крайне не согласен с догадками Гу Чжо, но ничего поделать не мог: в конце концов, родные братья не стали бы желать друг другу зла.

Что же до господина Хэна, этого отпрыска из боковой ветви, то они знали о нём слишком мало. Если его действительно связывает что-то с Вэй Минхуанем, выяснить это в ближайшее время вряд ли удастся. На этом моменте маркиз Чантин Гу Янь настаивал особо: он велел Гу Юю продолжать тщательное расследование, чтобы, каков бы ни был результат, быть во всеоружии.

Ближе к вечеру, проявляя чрезмерную заботу о здоровье господина Хэна, Гу Ю снова пригласил лекаря Линя для осмотра, да и госпожа Ю не отходила от него ни на шаг.

Господин Хэн никогда прежде не оказывался в центре такого внимания. Раньше со всеми трудностями он справлялся в одиночку и не любил изливать душу домашним, поэтому, видя такую заботу, даже немного смутился.

— Разве лекарь Линь не осматривал меня вчера? Лекарства я пью по часам, сегодня чувствую себя уже гораздо лучше, — сказал он.

Как ни странно, когда господин Хэн несколько дней назад пришел в себя на почтовой станции Цинъя, он едва держался на ногах — сил не было даже на то, чтобы ходить. Однако после двух дней отдыха, несмотря на то, что одну ночь ему пришлось провести на коленях, все силы вернулись к нему, и он совсем не походил на болезненного слабака, каким его считали.

Лекарь Линь тщательно прощупал пульс и даже удивился:

— Глядя на пульс господина Хэна, можно сказать, что он полностью выздоровел и ничем не отличается от обычного человека.

Господин Хэн поспешно обернулся к Гу Юю:

— Вот видишь, я же говорил, что со мной всё в порядке.

Гу Ю не обратил на него внимания и лишь спросил лекаря:

— Сколько еще дней нужно принимать лекарства?

Лекарь Линь ответил:

— Никогда еще не видел, чтобы пациент поправлялся так быстро. Господина Хэна поистине хранят небеса. На мой взгляд, у всякого лекарства есть свой яд, так что пить их больше не нужно. Пусть повара в поместье несколько дней готовят укрепляющие лечебные блюда, и этого будет достаточно.

Гу Ю кивнул и вежливо проводил лекаря. Обернувшись, он увидел довольное лицо господина Хэна и лишь беспомощно, с нежностью вздохнул:

— Эти дни как следует отдохни в поместье, поменьше ходи по делам.

Господин Хэн согласился:

— Слушаюсь, кузен Ю.

Госпожа Ю всё еще оставалась в комнате, поэтому Гу Ю, не имея возможности поговорить, ушел, оставив ее наедине с господином Хэном.

Господин Хэн чувствовал себя крайне неловко с этой женщиной, которая приходилась ему матерью лишь по названию. Он не знал, как себя с ней вести, и боялся, что она заметит неладное.

К счастью, прежний господин Хэн тоже не был близок с госпожой Ю. Они какое-то время молчали, пока госпожа Ю не заговорила, явно колеблясь:

— Хэн-эр, сейчас, когда твой отец скончался, мать понимает, что поднимать эту тему не совсем уместно. Но ты уже в том возрасте, и если прождешь еще три года траура, я не знаю, дождусь ли того дня, когда понянчу внуков…

Как только господин Хэн услышал это, он сразу понял: речь о женитьбе.

По обычаям династии Вэй, свадьбы разрешалось проводить в период «горячего» траура, а после него приходилось ждать еще три года. Господину Хэну уже двадцать восемь, время не ждет, и так продолжаться не могло — именно поэтому госпожа Ю так спешила женить сына, даже несмотря на недавнюю смерть мужа.

Многие его сверстники уже стали дедушками, а господин Хэн всё еще был один, у него не было даже наложницы, не говоря уже о детях.

Особенно теперь, когда Гу Ю скончался, госпожа Ю еще больше хотела продолжить род мужа. Видя, что господин Хэн молчит, она спросила:

— Ты прожил в уезде Чантин более десяти лет, мать не часто могла тебя видеть. Если тебе не нравятся девушки из Цзинду, может, у тебя есть избранница в уезде Чантин?

Господин Хэн поспешно покачал головой:

— Нет.

Госпожа Ю удивилась:

— Быть не может. За столько лет вокруг тебя не было ни одной девушки?

Господин Хэн тихо кашлянул. Он не знал, как обстояли дела у настоящего господина Хэна, но если говорить о себе, то у него просто не было на это ни времени, ни сил. Он каждый день ходил по лезвию ножа — какая уж тут романтика?

Одни только попытки расхлебать последствия дел Вэй Минкая отнимали у него всю энергию.

К тому же его мать рано умерла, а отец больше не женился. Помимо браков старшего и второго братьев, которые организовала еще мать, о его собственной судьбе никто особо не заботился.

Что же до трех мужчин в доме, то, хоть они и были отцом и братьями, они оставались грубыми мужланами, которые не способны думать о таких вещах предусмотрительно.

Вот господин Хэн и остался холостяком. Сейчас, слушая слова госпожи Ю, он не знал, что ответить.

— Матушка, с этим не стоит спешить, — подумал он. — Решим всё после того, как обсужу это с маркизом.

Госпожа Ю засуетилась:

— Как это не спешить? Посмотри на свой возраст! Если сейчас не помолвиться, люди начнут судачить, будто с твоим здоровьем что-то не так.

Господин Хэн рассмеялся:

— Что со мной может быть не так? Лекарь только что осматривал меня, сейчас я чувствую себя прекрасно.

Кое-как успокоив госпожу Ю — он совершенно не умел противостоять женским слезам — он вынужден был согласиться и позволить ей делать всё, что она пожелает.

Госпожа Ю уже присмотрела несколько семей, все они были из знатных домов. Она осторожно прощупала почву, и, казалось, у всех было желание породниться. В конце концов, правило клана Гу не брать наложниц было широко известно. Даже для не самого выдающегося отпрыска из боковой ветви это был редкий шанс для девушки: по крайней мере, не нужно будет бояться соперниц в доме, а госпожа Ю всегда славилась добротой и великодушием.

Получив согласие господина Хэна, госпожа Ю принялась готовить подарки. Она так завертелась в делах, что даже забыла о горе из-за смерти мужа.

На самом деле господин Хэн понимал: госпожа Ю спешит еще и потому, что не хочет сидеть без дела и предаваться тоске, вспоминая о смерти Гу Ю. Поэтому он решил просто подыграть ей.

Кто бы мог подумать, что на этот раз госпожа Ю столкнется с трудностями: на все ее визитные карточки пришли отказы, а подарки вернули обратно нераспечатанными.

На следующий день, узнав об этом, госпожа Ю поникла, будто увядший овощ, и молчала, не желая ни с кем говорить.

Ее служанка Цзин Юэ поспешила позвать господина Хэна:

— Господин Хэн, сходите, пожалуйста, к почтенной госпоже. Мне кажется, с ней что-то неладное.

Увидев тревогу на лице Цзин Юэ, господин Хэн тут же взял с собой Чэнь Юя и направился к ней.

Госпожа Ю жила в поместье маркиза Чантин в отдельном внутреннем дворе. По дороге господин Хэн расспросил служанку, и та рассказала всё как есть.

Господин Хэн был в недоумении:

— Наш клан Гу предлагает породниться, а в городе Цзинду все дома только и мечтают об этом — как же кто-то мог отказать?

Цзин Юэ вздохнула:

— Я сама не понимаю. По идее, наш клан Гу — влиятельный дом, и для других породниться с нами — большая честь. Но ни на одну визитную карточку, что отправила госпожа Ю, не ответили. Кто-то отказал вежливо, а кто-то открыто выразил пренебрежение, более того… они принялись порочить господина Хэна, наговорили много гадостей. Я боюсь, что почтенная госпожа слишком расстроится. Она и так из-за смерти господина Гу держала всё в себе, а теперь, если еще и заболеет от гнева…

Господин Хэн отмахнулся:

— Не беспокойся, я рядом. Кто посмел оскорбить мой клан Гу — жить, должно быть, надоело!

Они вошли во двор госпожи Ю и через пару шагов оказались перед главным домом. Почти пятидесятилетняя женщина сидела у окна, тупо глядя на пустую площадку снаружи. Там ничего не было, даже сорняка — смотреть было не на что.

Господин Хэн почувствовал неладное и громко позвал:

— Матушка.

Госпожа Ю не ответила. Он позвал снова.

Цзин Юэ подошла и нежно погладила госпожу Ю по руке:

— Почтенная госпожа, господин Хэн пришел вас навестить, он с вами разговаривает.

Господин Хэн подошел ближе:

— Матушка, что с вами?

Он увидел, что еда на столе осталась нетронутой, и поспешил добавить:

— Почему вы даже не поели? Какая бы беда ни случилась, на то и существует всё наше поместье Хоу, чтобы мы могли на него опереться. Мы должны беречь здоровье.

После этих слов взгляд госпожи Ю оживился и медленно сфокусировался на господине Хэне:

— Хэн-эр, скажи, раз твоего отца больше нет, неужели наш дом пал?

— Как можно так говорить? — поспешно утешил ее господин Хэн. — Наш клан Гу, маркизы Чантин, существуют сотни лет. Даже если нынешний Ваше Величество захочет урезать титулы, наш клан Гу всё равно устоит. Не волнуйтесь, матушка.

Госпожа Ю пробормотала:

— Но почему тогда они все смотрят на тебя свысока? Ты видный мужчина, не урод какой-нибудь, выходец из поместья маркиза Чантин, будущее твое обеспечено, талант тоже есть. Почему же те люди… почему они называют тебя никчемным слабаком?

Услышав это, господин Хэн разозлился:

— Кто назвал меня никчемным слабаком?

Госпожа Ю промолчала, и он посмотрел на Цзин Юэ. Та ответила:

— Граф Цаньань, клан Чжэнь.

— Граф Цаньань, клан Чжэнь? — господин Хэн нахмурился.

Насколько он знал, клан Чжэнь был обычным флюгером, который держался у власти несколько поколений, лишь потакая сильным мира сего. Репутация у них была не лучшая, а по статусу они и вовсе не могли сравниться с кланом Гу.

Такой род посмел смотреть свысока на поместье маркиза Чантин? Да клан Гу мог раздавить их одним пальцем! У них просто наглости не занимать!

— Мне казалось, что этот клан Чжэнь — наши родственники… — с сомнением спросил господин Хэн.

Цзин Юэ кивнула:

— Госпожа Вань вышла замуж за господина из клана Чжэнь.

Госпожа Вань была старшей сестрой господина Хэна — Гу Вань.

— Раз они родственники, почему они говорят такие ужасные вещи? — господин Хэн был в крайнем недоумении. — Если бы таких отношений не было — одно дело, но быть в родстве более десяти лет и так поносить своего шурина — это показывает лишь их низость!

Цзин Юэ вздохнула:

— Вот именно поэтому почтенная госпожа так сильно расстроилась. Она ведь изначально больше всего ценила госпожу из клана Чжэнь, считая, что они знают друг друга как облупленные, да и девушка была хорошая. Она думала, что если господин Хэн женится на ней, то это лишь укрепит наши узы. Кто же знал, что клан Чжэнь осыплет нас такими оскорблениями…

Господин Хэн тут же отрезал:

— Больше не надо об этом. Я и сам не факт, что хотел бы их дочь. Клан Чжэнь — те еще мерзавцы!

В этот момент в комнату ворвался встревоженный Чэнь Юй:

— Беда, господин Хэн! Случилось ужасное!

Господин Хэн нахмурился:

— Что еще?

Чэнь Юй перевел дыхание:

— Нашу госпожу Вань изгнали из клана Чжэнь!

Гу Вань была на два года старше господина Хэна и состояла в браке уже более десяти лет. В клане Чжэнь она была не просто работящей, а добродетельной женой, которую все только хвалили.

Даже если господин Хэн раньше не вникал в домашние дела, он слышал от сослуживцев о мудрости Гу Вань. И ее изгнали?

Господин Хэн не мог поверить:

— Ты не ослышался?

Чэнь Юй с горечью ответил:

— Разве мог я ошибиться? Я сам видел, как госпожа Вань вошла в дом. Она была так измождена, что на нее было больно смотреть. Сейчас она, должно быть, заперлась у себя в комнате.

Сердце господина Хэна ушло в пятки. Услышав новости о дочери, госпожа Ю вскочила:

— Моя Вань-эр! — тут же ее охватило волнение, глаза закрылись, и она упала без чувств.

Цзин Юэ в панике подхватила ее. Господин Хэн поспешил на помощь, уложил ее на кровать и приказал Чэнь Юю немедленно звать лекаря Линя.

Устроив госпожу Ю, он наконец нашел время навестить сестру, Гу Вань.

Гу Вань стояла в коридоре с верной служанкой, молча глядя в пол. Увидев господина Хэна, она поклонилась:

— Служанка Шуй Юэ приветствует господина Хэна.

Господин Хэн кивнул:

— Где госпожа?

Шуй Юэ, чьи глаза были красными от слез, тихо ответила:

— Госпожа в комнате. Сначала она много плакала, но сейчас притихла.

— Я войду, посмотрю, — господин Хэн уже сделал шаг, но вдруг остановился. — Шуй Юэ, что произошло с госпожой в клане Чжэнь?

При упоминании этого служанка расплакалась:

— Господин Хэн, вы ведь знаете, какой мягкий характер у госпожи. С тех пор как она вышла замуж в клан Чжэнь, она была почтительна к старшим, дружна с сестрами и братьями мужа, родила двух сыновей и дочь. Она никогда не ссорилась с семьей, всё терпела в себе. Разве можно требовать большего от жены?

Шуй Юэ возмущенно продолжала:

— Но несколько дней назад мать мужа начала к ней цепляться, а потом и сам муж начал придираться. Госпожа не сделала ничего плохого, но они искали повод… А сегодня они написали письмо об изгнании и бросили ей в лицо, велев убираться обратно в клан Гу!

Тут господин Хэн понял всё. Скорее всего, клан Чжэнь возненавидел клан Гу и искал повод избавиться от женщины из их рода. Какая низость, какая бесстыдная алчность!

Клан Гу состоял в родстве со многими знатными домами Цзинду, но никто никогда не вел себя так низко, как эти люди! Они что, решили, что клан Гу остался беззащитным?

Гнев ударил господину Хэну в голову. А Шуй Юэ продолжала плакать:

— Госпожа была так унижена, что даже не собрала вещи. Она лишь поговорила с тремя детьми и вернулась сюда со мной. Господин Хэн, женщина из клана Гу никогда не терпела таких обид! Я осмеливаюсь просить вас восстановить справедливость для госпожи…

Господин Хэн ответил:

— Я всё понимаю. Этот долг, безусловно, будет возвращен. Не волнуйся, в этом мире еще никто не смел безнаказанно оскорблять женщин клана Гу!

Если мужчины клана Гу терпели неудачи на службе — это одно, у всех бывают взлеты и падения. Но если обижают их женщин — это пощечина всему клану из сотен человек, это значит растоптать честь предков. Даже мелкие семьи, не чета поместью маркиза Чантин, не допустили бы такого.

Женщина, не нарушившая ни одного из правил, родившая троих детей — и ее изгнали без разбора?! Этот клан Чжэнь совсем обезумел! Если за ними никто не стоит, откуда у них такая храбрость?

Господин Хэн размышлял и пришел к неутешительному выводу: кто, кроме самого императора, мог дать клану Чжэнь такую поддержку, чтобы они стали настолько наглыми? Похоже, Вэй Минхуань действительно сошел с ума!

http://bllate.org/book/34278/4223821