Готовый перевод The Bricklayer's Rich Heir Reveal / Любовь под маской: когда бездомный оказывается наследником: Глава 9

Всё выброшу.

Чэнь Сун сбежал из того места, где прожил три года, словно спасаясь бегством.

Он не знал, куда идти, да и идти ему было некуда.

В этом огромном Цзине его единственным убежищем был тот дом, который дал ему Гу Мо. Гу Мо видел его самым уязвимым, видел в худшие минуты, и единственным человеком, на которого он мог положиться и с которым мог чувствовать себя непринужденно, был тоже только Гу Мо.

Но Гу Мо оказался фальшивкой.

Что же делать? Как теперь быть? Почему такое вообще произошло с ним? Почему стоило ему лишь потянуться за счастьем, как на него обрушился столь сокрушительный удар?

Полночная улица была холодной и пустынной, а сухие желтые деревья на обочине жалобно завывали на ледяном ветру, словно оплакивая его.

Никто не мог дать ответа на волю судьбы — лишь безвольно осыпались на землю сухие листья, исполненные глубокой тоски.

Одинокая худая фигура Чэнь Суна растворилась в тусклом свете желтых уличных фонарей, и он побрел по улице, словно ходячий мертвец. Он смертельно устал, но точно знал, что этой ночью ему не уснуть.

В полном отчаянии он даже подумал: лучше бы он во всем этом не разбирался, и тогда Гу Синцзюэ продолжал бы его обманывать.

Тогда Гу Мо оставался бы прежним Гу Мо, и у него еще оставался бы шанс, была бы возможность остаться с Гу Мо.

Чэнь Сун поймал такси и поехал к больнице — он знал, что уснуть сегодня не сможет. Ему были нужны снотворные.

Врач после осмотра сказал: Судя по вашему нынешнему психическому состоянию, я рекомендую обратиться к специализированному частному психотерапевту. У вас хроническая недосыпание, если так пойдет и дальше, разовьется неврастения или даже нервный срыв, подхватить психическое расстройство проще простого.

Чэнь Сун ответил, что понял, но обращаться туда не станет. Ему нужны были только снотворные.

Врач, как он и просил, выписал небольшую дозировку, строго предупредив, что нельзя полагаться на лекарства.

Забрав таблетки, Чэнь Сун кое-как отыскал дешевую гостиницу, чтобы перебиться ночь. Уснуть он так и не смог, и после того, как проглотил несколько захваченных с собой таблеток снотворного, на мгновение почувствовал неестественную ясность ума.

Рассудок твердил, что нужно вернуться в общежитие, что необходимо держаться подальше от Гу Синцзюэ...

Сознание постепенно затуманилось, и под воздействием лекарства он погрузился в тяжелый сон...

Чэнь Суна разбудил звонок из гостиницы — администратор напомнил, что если он не съедет, придется доплатить за еще одни сутки.

Чэнь Сун продлил номер еще на три ночи. Он был искренне рад, что благодаря подработкам и стипендии скопил немало денег, иначе уходить оттуда пришлось бы в куда более жалком виде.

Что же касается вещей, оставшихся в том доме, он действительно не хотел забирать ни единой. Каждая вещь там хранила воспоминания о Гу Мо, а он больше не желал вспоминать.

Сегодня была суббота. Продлив номер, Чэнь Сун лег спать дальше. Спалось ему плохо, снилось бесчисленное множество снов, и в каждом из них присутствовал Гу Мо.

В полном тумане Чэнь Сун пережил выходные, и наконец настала понедельник. Расписание в понедельник было плотным до предела, и Чэнь Сун был этому несказанно рад — только так он мог не думать о случившемся.

К его облегчению, все учебные принадлежности Чэнь Суна хранились в библиотеке.

Причина, по которой он не носил их в дом, была проста: квартира оказалась не такой уж большой, да и жил там не он один, а учебных материалов скопилось много, и хранить их было негде. К тому же, находясь в том доме, Гу Мо требовал, чтобы все внимание Чэнь Суна принадлежало только ему, а для поддержания высокой концентрации лучше всего подходила библиотека.

Закончив все занятия за день, Чэнь Сун отправился в кабинет куратора.

Куратор, облаченный в синюю куртку и выставляя напоказ внушительное пузатое брюхо, как раз собирался выйти, но, заметив Чэнь Суна, замер: — Почему у тебя такой ужасный вид?

Чэнь Сун проспал два дня, и синяки под глазами немного поблекли, однако ел он мало, поэтому лицо его казалось бледнее штукатурки, а в глазах плескалась стоячая вода.

Чэнь Сун спокойно ответил: — Все в порядке.

Куратор нахмурился и принялся его отчитывать: — Парень, зарабатывай деньги, но не гроби ради них жизнь! У тебя столько медицинских предметов, дел в студсовете хватает с головой — если совсем невмоготу, бросай подработки, ведь стипендий и помощи малоимущим студентам в университете вполне хватает. Что ты будешь делать, если случится беда? Как быть твоим родным?

Чэнь Сун с трудом выдавил из себя небрежную улыбку: — Куратор, со мной правда все в порядке. Просто забыл пообедать, сейчас поем, и полегчает.

Куратор замахнулся лежавшим у него в руке пакетом и слегка шлепнул его: — И такое умудряешься забывать! Как ты вообще не забываешь, что ты человек?

— Ладно, выкладывай, зачем пришел?

Чэнь Сун бросил взгляд на вещи в пакете — они показались ему смутно знакомыми, вроде бы это была одежда профессора Юня.

Отводя глаза, Чэнь Сун произнес: — Я хочу переселиться в общежитие.

— Понял, я устрою это в ближайшее время, а ты на досуге сходи к коменданту и заполни заявление. — Куратор, не раздумывая и ни о чем не расспрашивая, сразу же согласился. — Еще вопросы есть?

Переселяться в середине семестра — дело крайне хлопотное, и Чэнь Сун рассчитывал, что куратор его немного отчитает, но тот взял и согласился так легко.

Чэнь Сун покачал головой: больше вопросов не было.

В этот момент у куратора снова зазвонил телефон, и тот тут же ответил: — Алло, декан Сун.

— Вы уже прибыли? Хорошо-хорошо, я сию минуту! Прошу прощения, тысяча извинений. Задержался тут по одному делу, уже бегу.

— Ладно-ладно, так и договорились!

Завершив вызов, куратор раздраженно бросил: — Приперся раньше времени и даже не предупредил, настоящий живой предок!

Чэнь Сун посмотрел на пакет и мягко предложил: — Давайте я отнесу его за вас. Это ведь одежда профессора Юня?Классный руководитель кивнул, посмотрел на Чэнь Суна, помедлил секунду, но всё же согласился, передал ему пакет и тут же зашагал к выходу, на ходу наставляя:

— Я скину тебе адрес, поешь — и сегодня же отвези. Обязательно поешь!

Чэнь Сун проводил взглядом мужчину, и на сердце у него стало как-то тревожно и тепло.

За три года классный руководитель сильно выручал его и во всём опекал. Чэнь Сун чувствовал это искреннее отношение и порой эгоистично пытался найти в нём замену тому чувству, что называют «отцовской любовью».

В конце концов, учитель на день — отец на всю жизнь.

К словам отца нужно прислушиваться, и Чэнь Сун послушно отправился в столовую, взял еды и сел за стол.

Ему тоже хотелось поесть поплотнее, но аппетита совсем не было. Ковырнув ложкой пару раз, он бросил.

Как раз в этот момент классный руководитель прислал адрес профессора Юня. А заодно и несколько непрочитанных сообщений.

Студсовет интересовался его самочувствием, плюс там же висел отчет по рабочей деятельности в студенческой группе.

Чэнь Сун по очереди ответил всем, что чувствует себя нормально и спасибо за заботу.

У Чэнь Суна не было сил ждать автобус или ехать на электроскутере, и он — небывалая роскошь — поймал такси до дома Юнь Цзиншэна.

Юнь Цзиншэн жил в элитном жилом комплексе, застроенном отдельными небольшими особняками.

Чэнь Сун не стремился к жизни богачей — он просто хотел иметь собственный уютный угол и жить счастливо с любимым человеком.

Он никогда прежде не бывал в столь роскошных местах, но не стал озираться по сторонам с удивлением или завистью.

Его глаза, вечно подёрнутые лёгкой печалью, оставались сероватыми, спокойными, как вода, без единой ряби.

Прямой и худой силуэт замер у двери, палец нажал на звонок.

У небольшого особняка Юнь Цзиншэна обнаружился дворик, заросший пышной зеленью и цветами. Лёгкий вечерний ветерок разносил ароматы, лунный свет сплетался с лепестками, мягко исцеляя душу.

Через мгновение дверь отворилась.

Юнь Цзиншэн был одет в домашний костюм цвета кофе, волосы слегка растрепаны, губы бледные, в глазах читалась усталость. Рассмотрев гостя, он слегка удивился.

Мягкий голос Юнь Цзиншэна прозвучал хрипло:

— Сяо Сун?

Чэнь Сун кивнул и протянул пакет:

— Профессор Юнь, я принёс вашу одежду от классного руководителя. У него срочные дела, сам он приехать не смог.

Взгляд Юнь Цзиншэна упал на пакет, и его соображающая с трудом голова наконец всё вспомнила. Пару дней назад преподаватели и деканы собирались вместе, он немного выпил и за руль уже сесть не мог.

Декан Хэ — то есть тот самый человек, которого Чэнь Сун называл классным руководителем — приехал с женой забрать его, заодно подбросив и Юнь Цзиншэна. Куртка тогда и осталась в машине.

На верхнюю одежду Юнь Цзиншэна случайно пролили алкоголь, поэтому он её снял. Декан Хэ тогда пообещал постирать вещь и вернуть позже.

Лунный свет падал на спину Чэнь Суна, и в тенях его глаза казались менее меланхоличными, придавая всему его облику мягкость.

Вот только его тонкую рубашку то и дело прохватывало порывами холодного ветра, прорисовывая хрупкие кости — казалось, подуй ветер еще чуть сильнее, и он просто улетит.

— Заходи, выпей горячей воды, а потом уже пойдешь, — с трудом выдавил Юнь Цзиншэн, терпя саднение в горле.

После той вечеринки у него держалась небольшая температура, видимо, подхватил грипп, и до сих пор не отпустило.

Чэнь Сун легко улыбнулся и покачал головой:

— Не буду беспокоить, профессор Юнь. Поздно уже, я пойду.

Юнь Цзиншэн вдруг зашелся в яростном кашле, перед глазами поплыли темные круги, ноги подкосились. Чэнь Сун встревоженно шагнул вперед и успел поддержать его.

— Профессор Юнь? — позвал он, проверяя, в сознании ли тот.

Юнь Цзиншэн немного перевел дух, мир перед глазами прояснился, а на обычно бесстрастном лице Чэнь Суна впервые проступило беспокойство.

Юнь Цзиншэн с улыбкой отмахнулся:

— Так, легкий грипп, ерунда. И правильно, что хочешь пойти, незачем тебе передавать заразу.

Чэнь Сун спросил:

— Вы пили лекарства?

Он протянул руку и коснулся лба Юнь Цзиншэна:

— Горячевато. Похоже, температура.

Юнь Цзиншэн замер, его взгляд на мгновение затуманился, но он быстро взял себя в руки:

— Еще нет… И ужин не ел.

Заметив заторможенность Юнь Цзиншэна, Чэнь Сун смущенно отдернул руку:

— Давайте я вам чего-нибудь приготовлю.

Они не раз заводили разговор о местной еде, и раз уж Чэнь Сун как-то обмолвился, что подрабатывал и учился кулинарному искусству, Юнь Цзиншэн всегда шутил, что однажды непременно попробует его блюда.

Можно сказать, сегодня настало время выполнять обещание.

Юнь Цзиншэн с улыбкой кивнул и впустил его в дом.

Кухня оказалась просторной, чистой и аккуратной, на подоконнике зеленело несколько горшочков с суккулентами и цветами.

Похоже, профессор Юнь очень любит растения, подумалось Чэнь Суну.

Продуктов в холодильнике нашлось вдоволь, но Чэнь Сун решил сварить легкую кашу и сделать простые закуски для аппетита.

Юнь Цзиншэн стоял в стороне и любовался изящным молодым человеком, хозяйничающим на его красивой кухне.

В груди невольно зародился теплый источник.

Чэнь Сун не привык к чужому вниманию; молча нарезая овощи, он глубоко вздохнул и произнес:

— Профессор Юнь, идите отдохните. На кухне слишком пахнет едой.

Заметив смущение Чэнь Суна, Юнь Цзиншэн мягко улыбнулся, согласился, развернулся и ушел в гостиную. Включив телевизор, он поставил какую-то артхаусную ленту, но взгляд его то и дело возвращался к фигуре на кухне.

В Чэнь Суне было что-то от природы утонченное, южное, а эта легкая грусть накладывала на него особый отпечаток. То, как он в фартуке хлопотал у плиты, создавало редкое ощущение мирного течения времени, уюта и домашнего тепла.

http://bllate.org/book/34230/4216613