Готовый перевод My Life and Death, A Deer Dies in the Wild / Моя жизнь, твоя судьба: Встреча с диким оленем: Глава 11

Вэй Юанье сказал:

— Ты такой красивый, и в имени у тебя есть «дэн», так что давай я буду звать тебя «Лянг-Лянг».

Чжан Дэн повернул голову и бросил на него взгляд.

Приближаясь к дому, Вэй Юанье припарковал машину на обочине у жилого комплекса, поскольку здесь не было гаража, и заодно они зашли в супермаркет купить немного продуктов.

Расплатившись, Вэй Юанье нёс пластиковый пакет, который шуршал от трения. Не расслышав слов Чжан Дэна, он повернул голову и переспросил:

— Что?

Чжан Дэн произнес:

— Ты собираешься пробыть здесь долго?

— Наверное, несколько дней? — спросил Чжан Дэн. — Месяц?

Вэй Юанье ответил:

— Не знаю.

— До тех пор, пока он не извинится передо мной? — уточнил Чжан Дэн.

— До тех пор, пока твоя жизнь не вернется в привычное русло, — сказал Вэй Юанье. — После того как ты сможешь жить нормально.

Но что вообще можно считать нормальным?

Чжан Дэн на самом деле не до конца это понимал. Значит ли это, что Вэй Юанье уйдет не сразу?

В глубине души Чжан Дэн знал, что не должен питать слишком много надежд. В конце концов, Вэй Юанье ему не друг, он просто пришел сюда выполнить свою работу. Сделать так, чтобы тот почувствовал себя счастливым — часть обязанностей Вэй Юанье.

Но как же всё-таки было тепло.

Чжан Дэн думал о том, что защищать кого-то — это, оказывается, такое теплое дело.

Неудивительно, что Хэ Сяоцю влюбился в это ощущение.

Неужели и у него в будущем будет такая жизнь?

Стоило Чжан Дэну лишь дерзко помечтать о будущей жизни, как один телефонный звонок потушил большую часть его энтузиазма.

Телефон звонил долго. Вэй Юанье услышал его еще из кухни, и даже когда он вынес готовые блюда, Чжан Дэн все еще не отвечал.

Вэй Юанье спроил:

— Тот хмырь по фамилии Лю?

Чжан Дэн вздохнул и покачал головой.

Вэй Юанье заглянул через плечо и увидел, что на экране высвечивается «Мама».

Тогда Вэй Юанье больше не стал лезть с разговорами.

Подождав еще немного, телефон продолжил звонить без перерыва. Чжан Дэн морально подготовился и наконец нажал кнопку ответа.

— Мам, — произнес Чжан Дэн всего одно слово, но собеседница на том конце, казалось, тут же перебила его. Он долго слушал, прежде чем ему представилась возможность заговорить снова.

— Прости, — сказал Чжан Дэн. — Но я не во всем виноват…

На том конце снова что-то сказали, и Чжан Дэн попытался возразить:

— Завтра у меня еще есть дела.

Иногда из трубки доносились обрывки звуков. Усевшись за стол, Вэй Юанье временами улавливал отдельные фразы — казалось, там говорили, что раз он всё равно уволился, то каких таких дел у него еще может быть полно.

Опустив голову и разглядывая узоры на своем кресле-качалке, Чжан Дэн издал неопределенное «угу» и произнес:

— Тогда я вернусь вместе с другом.

— С каким еще другом?

Опасаясь, что Вэй Юанье услышит эти неприятные для него слова, Чжан Дэн невнятно откликнулся:

— Я понял, давай закончим.

Продолжая есть, Вэй Юанье спросил:

— Едем к тебе домой?

— Прости, — только тут опомнился Чжан Дэн. — Забыл спросить твоего мнения.

Да какое у Вэй Юанье могло быть мнение? Он бросил небрежно:

— Когда?

— В обед, — помедлив, ответил Чжан Дэн. — Не переживай, к посторонним мои родители относятся очень хорошо.

— Завтра туда, наверное, тоже приедут Лю Янь и Хэ Сяоцю, — добавил Чжан Дэн. — Мама немного сердится на меня, возможно, она хочет обсудить это.

Вэй Юанье кивнул:

— Добро.

Чжан Дэн поднялся с места, чтобы найти лекарство, и Вэй Юанье, не оборачиваясь, протянул ему бутылку с водой. Запив таблетку, Чжан Дэн наконец почувствовал себя спокойнее.

После этого за обеденным столом воцарилась тишина.

И даже весь оставшийся вечер Чжан Дэн провел тихо: вымыл посуду, умылся и, обняв кота, пожелал ему спокойной ночи.

Вэй Юанье начал думать, что Чжан Дэн похож на крайне чувствительного энергосберегающего робота, который при активации режима бедствия автоматически переходит в режим экономии энергии.

Что же за семья должна быть у человека, чтобы вырастить ребенка вот так? Вэй Юанье на самом деле не до конца понимал страх Чжан Дэна перед собственной семьей. С его точки зрения, если совместная жизнь дается с таким трудом, в ней нет абсолютно никакого смысла.

Однако, понаблюдав за Чжан Дэном эти пару дней, Вэй Юанье нашел ответ и на этот вопрос. Чжан Дэн принадлежал к тем людям, которые предпочитают починить сломанную вещь, а не выбрасывать ее. Он страдал тяжелой формой сентиментальной привязанности к вещам и был неспособен отпустить прошлое, даже если оно уже стало для него злокачественной опухолью.

Чжан Дэн был из тех, кто широко раскрывает объятия навстречу боли, твердо веря, что если он проявит стойкость и упорство, то сможет преодолеть все невзгоды.

Это шло в абсолютный разрез с жизненной философией самого Вэй Юанье.

Человек — это продукт своего окружения. То, каким Чжан Дэн стал сегодня, было результатом двадцати шести лет внушения со стороны окружавшего его мира и ожиданий близких людей.

Подумав об этом, Вэй Юанье едва заметно улыбнулся в темноте.

Что ж, давай попробуем, подумал он, давай проверим, чьих же слов в итоге послушается Чжан Дэн и во что превратится.

На следующий день погода выдалась на удивление мягкой.

После нескольких дней резкого похолодания температура уже опустилась ниже нуля. Чжан Дэн вытащил из шкафа всю теплую одежду и с самого утра облачился в тонкие ватные штаны, но, глядя на сегодняшнее небо за окном, снова засомневался.

Он подготовился слишком рано. Когда Вэй Юанье вернулся с завтраком, Чжан Дэн все еще стоял перед зеркалом, а когда Вэй Юанье закончил со своей порцией, Чжан Дэн продолжал ломать голову над тем, что надеть.

На самом деле одежды у него было немного: перебрав все возможные комбинации по несколько раз, он уже примерил каждый наряд, но оставался недоволен.

Вэй Юанье увидел, как тот снял ватные штаны, остался в одних тонких брюках для примерки, а затем повернулся к нему с вопросом:

— Так нормально?

Вэй Юанье ответил:

— На улице минус два.

Чжан Дэн слегка погрустнел и произнес:

— Я поправился.

Вэй Юанье подошел ближе и тоже посмотрел на отражение Чжан Дэна в зеркале. Его ноги, если судить консервативно, были тоньше руки самого Вэй Юанье.

Сказав это, Чжан Дэн испугался, что Вэй Юанье может разозлиться, однако тот просто повернулся к лежавшей на кровати одежде, взял купленную вчера новинку, подобрал к ней более тонкие кальсоны и пару темных джинсов со словами:

— Примерь-ка этот комплект.

Чжан Дэн, очевидно, был из тех, кому стоит дать лишь лучик света, чтобы он засиял.

— Пойдет? — обрадовался он.

Вэй Юанье хмыкнул:

— Мы что, по красной дорожке собрались идти?

Чжан Дэн послушно примерил предложенный вариант: в целом получилось неплохо, да и выбора лучше действительно не было.

Не став упрекать его за излишнюю суету с переодеваниями, Вэй Юанье аккуратно сложил остальные вещи и сказал:

— Если тебе что-то не нравится, можешь купить еще пару вещей.

Но это шло вразрез с потребительскими привычками Чжан Дэна, и он отказался:

— У меня и так много одежды.

Типичное проявление привязанности к вещам.

Вэй Юанье окинул его оценивающим взглядом и заметил:

— Этот наряд тебе очень к лицу.

Классическое сочетание свободного верха и узкого низа. У Чжан Дэна была маленькая голова и хрупкое телосложение, поэтому на самом деле на нем хорошо смотрелось абсолютно всё.

В тот момент Вэй Юанье еще думал, что тот просто слишком нервничает, поэтому ему всё кажется не тем.

Сегодня Вэй Юанье тоже был одет в купленную накануне обновку, и вместе они выглядели несколько вызывающе.

Сейчас даже настоящие парочки редко выходили на улицу в одинаковой одежде.

Впрочем, Чжан Дэн быстро нашел этому рациональное объяснение: Вэй Юанье в принципе был мужчиной с довольно размытыми личными границами. Он не обращал внимания на чужие взгляды и не придавал особого значения рамкам в общении. Выйти на улицу в парной одежде с человеком, с которым познакомился всего три дня назад, казалось ему столь же естественным, как принять пищу — в конце концов, это всего лишь одежда.

На самом деле это больше походило на абсолютную уверенность в себе: человеку было на все плевать, поэтому он ни о чем не беспокоился.

Чжан Дэн даже немного завидовал такому душевному складу Вэй Юанье.

Дом Чжан Дэна находился на другом конце города. Когда он устраивался на работу, то из эгоистичных побуждений специально выбрал офис как можно дальше от дома. Проработав три года, все коллеги были уверены, что он приезжий, хотя на самом деле до дома Чжан Дэна можно было добраться на метро.

Тем не менее, сняв отдельное жилье, он и впрямь жил как иностранец, стараясь без лишней нужды туда не возвращаться.

Проведя за рулем сорок минут, они подъехали к жилому комплексу.

К удивлению Вэй Юанье, обстановка во дворе дома Чжан Дэна оказалась весьма приличной, ее даже можно было назвать тихой и элитной.

Охранник, прежде не видевший эту машину, вышел посмотреть. Чжан Дэн выглянул в приоткрытое окно и произнес:

— Дядя.

— А, — вахтер поначалу даже не узнал его, лишь лицо показалось знакомым, но спустя пару секунд сообразил: — Ты вернулся?

Он открыл шлагбаум и добавил:

— А я-то думаю, чего это твоя мама столько продуктов накупила.

Чжан Дэн вежливо кивнул. С момента въезда сюда он стал каким-то зажатым и скованным.

Вэй Юанье с поджатыми губами загнал машину на подземную парковку комплекса, и Чжан Дэн произнес:

— Тебе не нужно нервничать.

— Тебе тоже, — бросил Вэй Юанье, глядя в зеркало заднего вида и выруливая на парковочное место.

Чжан Дэн тихо ответил «угу» и вылез из машины, чуть ли не путая правую и левую ногу.

Едва они прошли пару шагов, как перед глазами неожиданно вспыхнул свет фар. Оба невольно прищурились, а не самый броский коммерческий автомобиль мягко посигналил им.

В салоне сидели два человека. Бегло окинув их взглядом, Вэй Юанье узнал сидевшего на пассажирском сиденье Хэ Сяоцю, а значит, за рулем должен был быть Лю Янь.

В реальности Хэ Сяоцю выглядел еще более худым и бледным, чем на экранах. Легкий макияж делал его лицо невероятно утонченным, однако не мог скрыть покрасневших глаз, придававших ему беззащитный вид. Даже несмотря на это, он был прекрасен: волосы уложены с безупречным стилем, рубашка отглажена до абсолютной гладкости. Одного мимолетного взгляда хватало, чтобы понять — внешность и манеры у него поистине выдающиеся.

Хэ Сяоцю всегда и везде выглядел безупречно и элегантно, словно сошедший с экранов персонаж, но за этой безупречной оболочкой проступали тщательно отмеренные нотки уязвимости и надлома — как его заплаканные глаза и удрученный вид. Это добавляло происходящему еще больше драматизма, заставляя невольно захотеть приблизиться к нему и узнать его поближе.

В Хэ Сяоцю действительно была такая притягательность, заставлявшая всех вокруг добровольно крутиться вокруг него.

Вэй Юанье лишь мельком взглянул на них, а затем перевел взгляд на окаменевшее лицо Чжан Дэна.

Вэй Юанье оттащил его в сторону, пропуская машину, после чего они остались стоять на прежнем месте. Его рука крепко сжимала предплечье Чжан Дэна и не отпускала; он чувствовал, как мышцы Чжан Дэна напряжены и даже слегка подрагивают.

http://bllate.org/book/34177/4208773