Готовый перевод Inn of the Mortal World / Постоялый двор в мире красной пыли: Глава 14

Цзи Хуэйюнь склонила голову, посмотрела на Цзян Сэня и спросила:

— У нас тут сзади есть ресторан, что-нибудь закажешь поесть? Или, может, выпьешь чего?

Договорив, она перевела взгляд на Лун Эра и с усмешкой добавила:

— Или сразу прямо к вам в номер принести?

Цзян Сэнь приоткрыл рот, но с минуту не мог вымолвить ни слова. Лун Эр посмотрел на него с гордым видом и заявил:

— Повар готовит вполне сносно.

— Тц… тогда давай поедим.

Цзи Хуэйюнь обернулась и позвала недавнюю старшую смену:

— Шу Да, скажи на кухне, чтобы оставили одну порцию тушеного деликатеса «Будда перепрыгивает через стену» и свинины по-дунпо, а еще рыбу-белый амур в кисло-сладком соусе, цыпленка по-дунъаньски…

Она вдруг опомнилась и снова спросила Цзян Сэня:

— У тебя есть какие-нибудь пищевые ограничения?

— Нет… никаких.

— Тогда пускай еще сварят суп с побегами бамбука? Сегодня только привезли, свежайшие, и давай еще потушим хризантемную зелень.

Она быстро всё уладила и спросила Шу Да:

— Сегодня варили суп из птичьих гнезд?

— Нет, пару дней назад из Подземного мира приходили с проверкой, сказали, это нарушает дух гуманизма, и запретили использовать такие продукты.

— Мать твою, есть птичьи гнезда — негуманно, а есть свинину — гуманно? Свиньи вот тоже недовольны, раз такие умные, питайтесь росой и ветром да не жрите, блин! — обругала всех Цзи Хуэйюнь и, повернувшись, добавила: — Ну а на десерт подадим суп из папаи с белым грибом?

Лун Эр запротестовал:

— Сюцю не любит папаю.

Цзи Хуэйюнь не стала его слушать, а повернулась к Цзян Сэню, спрашивая его мнение. В душе она на самом деле не верила, что сидящий перед ней Цзян Сэнь — это и есть переродившийся Сюцю.

Цзян Сэнь и вправду покачал головой:

— Не нужно десерта.

Цзи Хуэйюнь на мгновение растерялась:

— Тогда давайте ян-чжи гань-лу, манго-то ешь?

Лун Эр тут же подсказал:

— Он любит манго.

Шу Да получила приказание и отправилась на кухню передать заказ, а Цзян Сэнь заметил, как из-под ее одежды сзади выглянул и покачивался тонкий длинный хвост. Цзи Хуэйюнь усмехнулась:

— Не бойся, они все крысиные демоны.

Цзян Сэнь опустил глаза и увидел, как хвост Цзи Хуэйюнь мгновенно втянулся обратно. Она вышла из-за стойки, граммофонной походкой ступая в паре красных туфель на высоченных каблуках, и попыталась сделать вид, что ничего не было:

— Не смотри, что вид другой, вообще-то мы все законопослушные граждане.

Цзян Сэнь с улыбкой кивнул. В его профессии чего только не повидаешь, он человек бывалый.

Лун Эр скосил голову на Цзян Сэня, не отводя от его лица глаз.

Цзи Хуэйюнь жестом пригласила их пройти и только собралась заговорить, как сверху раздался грохот — это Ян Сяоэр, шумно стуча своими бараньими копытцами, бежал вниз. Обернувшись на ходу, он принялся ругаться:

— Ты не можешь, твою мать, хоть чуть-чуть потише? И чего ты не следишь за входом, зачем спустился?

— Хозяйка вернулась, за каким чертом еще за входом следить? — пропищал Ян Сяоэр своим овечьим голоском. — Чего ты вечно на меня орываешься, я чуть со страху не умер.

— Заткнись, как слышу твой голос, аж выворачивает.

Ян Сяоэр презрительно скривился, но спорить больше не стал.

Лун Эр пояснил сидевшему рядом Цзян Сэню:

— Они муж и жена.

— Кто с ним муж и жена? — возмутилась Цзи Хуэйюнь. — Больше всего бесит эта его жалконькая рожа.

На этот раз Ян Сяоэр взбунтулся:

— Называешь мою рожу жалконькой — так и говори, не припшитай остальное! Свидетельство о браке получили, теперь хоть заотрицайся, не выйдет!

— Заткнись! Еще слово — и я тебя живьем проглочу!

Ян Сяоэр замолчал, но вид у него сделался обиженным. Скукожившись и свесив нос, он с этой своей шевелюрой желтых волос уселся за барную стойку.

— Ишь ты, еще смеет передо мной морду воротить! — бросила Цзи Хуэйюнь. — Я с тобой еще разберусь!

Повернувшись к Цзян Сэню, она вновь расплылась в весенней улыбке:

— Не обращай внимания на этот балаган, мой благоверный умом не блещет, вот и ведет себя как дурачок.

Цзян Сэнь лишь улыбнулся в ответ. Цзи Хуэйюнь повела их в ресторан и по дороге заговорила:

— Когда я только познакомилась с боссом, Цилин был вот такущим крохой.

Она показала руками примерную длину и продолжила:

— Ты же знаешь, какой он у нас: в голове каша, одновременно и ребенка растил, и за лавкой присматривал. Цилин у нас родился в рубашке…

Цзян Сэнь слушал очень внимательно и кивал.

Заметив, что тот вникает, Цзи Хуэйюнь продолжила с намеком:

— Вот так он искал тебя больше тысячи лет. Мы, посторонние, смотреть на это без слез не могли, думали: да пусть она хоть трижды не родная мать Цилиню, лишь бы он нашел кого-нибудь подходящего.

Тут она намеренно сделала паузу и продолжила:

— На вид он глупенький, а на самом деле всё понимает. И лицом пригож, и нрав кроткий, а главное — умеет о людях заботиться. Если не хочешь жить здесь, мы можем купить вам квартиру наверху.

Цзян Сэнь сначала слушал со всем вниманием, но чем дальше, тем страннее ему всё это казалось. Он только открыл рот, чтобы возразить, как Цзи Хуэйюнь добавила:

— Ты своей работой занимаешься, лучше всех знаешь: в мире живых жизнь и смерть предопределены судьбой, а у нас тут всё иначе. Наш босс с виду простак, но на самом деле за ним стоят серьезные люди. Вот станете вы парой — с твоим земным сроком жизни тогда легко будет разобраться.

Цзян Сэню было смешно слушать, как Цзи Хуэйюнь изо всех сил набивает цену Лун Эру.

— На самом деле… — попытался он что-то сказать, но с полминуты не мог подобрать слов. Взглянув на застенчивый вид Лун Эра, который так и ждал, пока его выдадут замуж, Цзян Сэнь всё же собрался с духом и произнес: — На самом деле я давно советовал ему возвращаться домой. Раз он столько лет искал, с такой преданностью, мама ребенка обязательно вернется.

Услышав это, Цзи Хуэйюнь сразу поняла, что дело прогорело, но всё же попыталась уговорить:

— Ты еще подумай хорошенько. Какие бы условия ни были, обо всем можно договориться.

С лица Лун Эра вмиг слетело застенчивое выражение, и он выпалил:

— Ты и есть мама ребенка!

Цзян Сэнь смотрел на него и молчал. Заметив это, Цзи Хуэйюнь поспешила сгладить неловкость:

— Давайте-давайте садитесь, как раз время обеда, Цзян Сэнь наверняка проголодался.

Только тогда Лун Эр унялся. Наверное, опомнившись, он с обиженным видом уселся напротив Цзян Сэня.

Цзян Сэнь оглядывал обстановку и в то же время слышал, как из зала доносится голос Цзи Хуэйюнь, успокаивающей Ян Сяоэра:

— Чего это ты вдруг обиделся?

А Ян Сяоэр бубнил:

— Мы с тобой муж и жена или кто?

— Шуток не понимаешь, что ли? Мужик ты или кто, почему такой обидчивый?

Ян Сяоэр, видимо, снова надулся и молчал.

Тогда Цзи Хуэйюнь заговорила мягким голосом:

— Да-да, ладно тебе, довольно.

— Всё, не буду больше так жить, возьми да съешь меня! Вечно ты мне угрожаешь, раз такая смелая, так сожри меня по-настоящему… — завывал овечьим голоском Ян Сяоэр.

Лун Эр заметил, с каким интересом Цзян Сэнь слушает чужую перепалку, и, несмотря на собственную обиду, принялся объяснять:

— Ян Сяоэр — баран, а Цзи Хуэйюнь — питон. Они целыми днями грызутся.

Цзян Сэню стало любопытно, и он спросил:

— И как же они сошлись?

— Ян Сяоэр пришел на постоялый двор, Цзи Хуэйюнь поначалу на него и смотреть не хотела — считала трусом. Ян Сяоэр ее вроде бы и боялся, а с другой стороны, не мог не любить. Вот так взад-вперед и сошлись, — объяснил Лун Эр, тяжело вздохнул и спросил: — Сюцю, я тебе тоже не нравлюсь? Ты считаешь меня глупым?

Цзян Сэнь: «……»

— Ты погоди немного, поживем вместе подольше, и я перестану быть глупым, — умоляюще произнес Лун Эр.

— Да проще уж попросить его вернуть тебе душу сразу, так ведь куда быстрее, — раздался голос Цилина. Он спустился вниз с мокрыми волосами, накинув на плечи одежду.

Лун Эр оборвал его:

— Не твое дело, сопляк, не лезь.

Цзян Сэнь перевел взгляд на отца с сыном. Цилин отодвинул стул, сел и сказал:

— Зато сразу узнаем, мама я ему или нет. А если нет, так перестань уже преследовать человека.

http://bllate.org/book/34125/4201196