Готовый перевод Sorry, I Shouldn't Compete in the Underworld / Прости, загробный мир, я не хотел здесь пахать: Глава 13

Золотистые двери лифта отражали любопытные глаза Шэнь Ицзю.

— Я даже не знал, что здесь есть еще один лифт. Обратно наверх нас довезут на машине? — наивно спросил Шэнь Ицзю.

Лу Цан указал на кнопки лифта: привычного первого этажа там не было, только минус восемнадцатый.

Это что, ад?

Погодите-ка, в его кабинете есть роскошный лифт, который ведет прямиком в ад?!

Какая-то неописуемая смесь чувств мелькнула в душе Шэнь Ицзю. Он замялся и спросил:

— Босс, если мы сейчас спустимся на лифте, то сразу попадем в Царство Мертвых?

Дверь действительно открылась и закрылась, а они уже на месте.

Лу Цан поинтересовался:

— Недоволен?

Поскольку Шэнь Ицзю отправлялся в Царство Мертвых впервые, Лу Цан заранее распорядился, чтобы Чжан Айя всё украсила как следует и произвела на его сотрудника хорошее впечатление. Изначально этот лифт был обычным грузовым, и из щелей разило трупным запахом Царства Мертвых вместе со всякими липкими жёлтыми субстанциями.

Чжан Айя же специально превратила лифт с помощью бутафории из папье-маше в подобие пятизвёздочного казино — должно быть, в глазах Шэнь Ицзю это выглядело невероятно круто!

Шэнь Ицзю покачал головой:

— Мне просто любопытно. В конце концов, в детских страшных фильмах путь в загробный мир никогда не был спокойным: там полно злых духов и монстров. Не думал, что здесь всё так мирно.

В его голосе явственно слышалось лёгкое разочарование.

Лифт начал движение вниз, и из динамиков раздался мягкий женский голос:

— Мы приближаемся к Царству Мертвых, пожалуйста, пассажиры, присмотрите за находящимися рядом с вами живыми людьми, спасибо.

Шэнь Ицзю: «Почему этот голос кажется мне таким знакомым?»

Да это же Чжан Айя!

И вообще, есть ли хоть какой-то смысл в этом объявлении? Разве это не предупреждение специально для него?!

Уголки губ Лу Цана изогнулись в улыбке: ну вот, а Шэнь Ицзю ведь так хотел жуткой атмосферы, она как раз подоспела.

В лифте заиграла зловещая фоновая музыка из фильмов ужасов, как вдруг кабину сильно тряхнуло, и она застряла посреди шахты. Жидкокристаллический экран, на котором до этого светилось приветствие, покрылся чёрно-белыми помехами и зашёлся рябью. Хрустальная люстра замигала, издавая слабые, потрескивающие от электрического разряда звуки.

Шэнь Ицзю: «Почему мне кажется, что с лифтом что-то не так?»

Но босс выглядит таким невозмутимым, значит, всё в порядке.

И Шэнь Ицзю послушно замер на месте.

Лу Цан опустил взгляд на часы, а затем с деланным равнодушием произнёс:

— Кажется, у нас небольшие проблемы.

Шэнь Ицзю: «Босс, если бы в твоем голосе было хоть немного тревоги, я бы, пожалуй, даже поверил».

Лу Цан чуть заметно улыбнулся, глядя на Шэнь Ицзю. Его выражение лица словно говорило: «Ну наконец-то дождался, всё, как ты и хотел!»

В следующее мгновение свет погас окончательно.

— Ш-ш-ш...

— Ш-ш-ш...

На экране с помехами проступил силуэт заброшенного колодца. Женщина с длинными черными волосами высунула бледные руки, вцепилась в каменную кладку и, неестественно выкручивая туловище, стала карабкаться наверх под жуткий хруст суставов.

— Вот только почему у колодца воткнута табличка «По газонам не ходить»?!

С каждым новым мерцанием экрана женщина подбиралась всё ближе, пока из рамы не высунулась пара чудовищных костлявых рук!

Шэнь Ицзю совершенно спокойно посмотрел на вылезающую из экрана Садако, прикинул на глаз диаметр монитора и с наивным видом спросил:

— Босс, она же не сможет пролезть, да? Экран слишком маленький!

Садако, застрявшая в экране: «……»

Шэнь Ицзю шагнул вперед и ткнул пальцем в измазанный землей пакт Садако.

— Тц!

В ту же секунду изо рта Садако хлынула колодезная вода, окатив с ног до головы белоснежное лицо Шэнь Ицзю.

Яростный крик Садако:

— Ну и что, что не могу вылезти?! Вы, мужики, только и любите худых да бледных, да?! Если у меня нет талии девяносто-шестьдесят-девяносто, я уже и Садако побыть не имею права?!

Шэнь Ицзю: «Имеешь, имеешь...»

Лу Цан вытащил из кармана салфетку:

— Ты весь мокрый, вытрись сам.

Глава 12. Первая ночь в Царстве Мертвых

Какая-то неведомая сила втянула Садако обратно в экран, и та исчезла как раз перед тем, как монитор в лифте окончательно разлетелся на куски.

Однако следом за этим в тесном пространстве раздался оглушительный грохот: кто-то принялся яростно молотить в двери, оставляя в нержавеющей стали одну за другой черные вмятины. Прямо перед лицом Шэнь Ицзю возникли три жуткие человеческие физиономии. Только что облитый водой Шэнь Ицзю лишь нахмурился, наблюдая за этим представлением с эффектом присутствия в комнате страха.

Со всех сторон доносились вопли и удары, и весь лифт заходил ходуном.

— Бах!

Окровавленная рука проломила обшивку стены и вцепилась в одежду Шэнь Ицзю. Тут он внезапно сообразил, что этот ослепительный мрамор на самом деле — обычный плотный картон с цветной печатью.

Из стены послышалось шуршание, словно между картонными листами гулял сквозняк. Услышав это, Лу Цан оттащил Шэнь Ицзю назад на пару шагов, и стена с пышным узором с грохотом рухнула на пол!

Шэнь Ицзю: «Что за халтурный ремонт...»

Призрак, проломивший стену: «……Черт, влип... Чжан Цзэ убьет меня! [прим. переводчика: Чжан Цзэ — здесь имеется в виду Чжан Айя, просто разговорное обращение]»

Призрак молча втянул руку и с жалким воем растворился в темноте.

Шэнь Ицзю огляделся по сторонам: и правда, самый обыкновенный грузовой лифт.

Лицо Лу Цана слегка потемнело — подчиненные снова оплошали. Даже нормально отделать лифт и устроить приличную встречу при входе в Царство Мертвых не смогли!

Заметив, как у босса шевельнулись губы — точь-в-точь как у дикой кошки, приготовившейся растерзать добычу, — Шэнь Ицзю понял, что дело пахнет керосином. Он изобразил испуг, забился в угол и испуганно пискнул:

— Как опасно! Неужели каждая командировка с боссом сопряжена с такими мучениями?! Это намного страшнее, чем я себе представлял!

Лицо Лу Цана немного разгладилось:

— Не настолько уж здесь и опасно. Впредь я прикажу им усилить бдительность, такого больше не повторится.

Мужчина опустил взгляд и отменил сообщение в WeChat, отправленное Чжан Айе.

Лу Цан: [Улыбка.jpg]

[Лу Цан отменил отправку сообщения.]

Чжан Айя: [Спасибо, босс, что помиловали! Падаю на колени.jpg]

Шэнь Ицзю: «Как страшно, у-у-у...»

Лу Цан остался крайне доволен:

— Мм, больше не бойся.

Лифт благополучно остановился на минус восемнадцатом этаже.

Стоило дверям лифта открыться, как внутрь хлынул порыв ледяного ветра. Шэнь Ицзю невольно передёрнуло от холода, и он наконец понял, к чему был тот намек Лу Цана надеть куртку: одежды на нем и правда было маловато, немудрено и продрогнуть. Из-за жары в офисе под пиджаком у него красовалась лишь короткая футболка да бледно-голубые спортивные штаны чуть ниже колен — Шэнь Ицзю просто поленился переодеваться и после работы сразу рванул в тренажерный зал опробовать премиальные тренажеры.

— Впрочем, Шэнь Ицзю даже не догадывался, что истинная причина была вовсе не в этом.

Снаружи лифта тянулся длинный белый коридор — аккуратный и безупречно чистый. На его стенах висели портреты с подписями: Доска почета передовиков Управления образования. Миновав коридор, они вышли в богато убранное фойе, роскошью ничуть не уступающее офисным высоткам в финансовом районе. Шэнь Ицзю не удержался и потрогал стену пальцем.

Лу Цан пояснил:

— Она настоящая, не бумажная.

Шэнь Ицзю хвостиком последовал за ним.

Если судить исключительно по воздуху и дыханию, то, за исключением легкой прохлады Царства Мертвых, здесь всё было точь-в-точь как в мире живых. Вот только попадавшиеся им на пути сотрудники неизменно бросали на него странные взгляды: с какой стати в Царстве Мертвых делать живому человеку? Неужели опять какой-то слепец спустился сюда тропой живых?

Лу Цан провел Шэнь Ицзю через фойе, посмотрел вдаль и сказал:

— Поскольку ты здесь впервые, просто делай так, как я говорю.

Шэнь Ицзю уже привык к тому, что Лу Цан с абсолютно каменным лицом изъясняется двусмысленными фразами. Быстрым шагом выйдя на улицу, он поднял глаза и увидел, как в багрово-фиолетовом небе плывут золотисто-красные облака благовещения, а внизу кипит жизнь на залитых огнями оживленных улицах. Под глазурованной черепицей крыш висели ярко-красные шелковые фонари, и откуда-то из трехэтажного чайного дома неподалеку доносились переливчатые звуки струнных и духовых инструментов.

На улицах и переулках толпились люди, пестрели вывески на шестах, а иллюминация сияла ярче дневного света.

— Не отставай, — бросил Лу Цан, выходя из высотки.

Шэнь Ицзю неотступно следовал за ним. Обернувшись и задрав голову, он увидел, что на взмывающем в небеса небоскребе красуется солнечный логотип Образовательной группы «Светлое Будущее», ярко сияющий подобно заре рождающейся надежды.

Золоченые павильоны теснились друг к другу, торговая улица соседствовала с каменным мостом, в водной глади которого отражались огни, а рябь отливала серебром.

Со всех сторон неслись зазывающие крики торговцев.

— Сладкие лакомства-эй! Карамельные яблоки на палочке!

— Иmopтные японские одэн, свежайшие фрикадельки из человечины! Количество ограничено, кто первый встал, того и тапки!

В булькающем бульоне одэна покачивались фрикадельки в форме человеческих голов, а на кассовом лотке хозяина красовалась банка с разноцветными человеческими глазными яблоками. Рядом с фрикадельками-головами висела табличка: «Вкусишь человечины — обретешь путь бессмертия!»

Лу Цан достал кошелек и спросил:

— Хочешь попробовать?

Шэнь Ицзю тут же замахал руками:

— Да как я могу есть человечью плоть?! К тому же, с чего бы от человечины становиться бессмертным? Бред какой-то.

Лу Цан объяснил:

— О, они вегетарианские. Разве правительство разрешило бы есть человечину в Царстве Мертвых? Это обычные травяные шарики с добавлением глутамата натрия, просто бродячие монахи любят так дразнить свои вкусовые рецепторы.

Шэнь Ицзю поднял руку:

— Босс, тогда мне тоже заверните одну!

— Американский импортный айфон двадцатый, сверхдлинный экран, десять камер — нет предела совершенству!

— Освященные талисманы для вещих снов! Связь между мирами инь и ян, действуют безотказно!

Шэнь Ицзю остолбенел, глядя на айфон, который был чуть выше его самого и при этом медленно поворачивался из стороны в сторону:

— В Царстве Мертвых что, тоже процветают поддельные заводы?

Лу Цан молча извлек из кармана свой полностью прозрачный и гибкий айфон двадцать первый:

— Нет, это разработка Стива Джобса. Можно купить в любом розничном магазине.

Шэнь Ицзю: «……»

Позади тесно прижавшихся друг к другу зданий возвышалась гигантская черная статуя высотой метров пятьдесят, стоявшая прямо на оживленном перекрестке с плотным транспортным потоком. Сначала Шэнь Ицзю не разглядел ее из-за нависавших высоток, но, подойдя ближе, с удивлением обнаружил, что изваяние обуто в туфли, сшитые на заказ. Проследив взгляд снизу вверх...

Это же увеличенная копия статуи самого Лу Цана!

Человек и божественное изваяние неловко уставились друг на друга.

Шэнь Ицзю:

— Босс, а вы и впрямь большой любитель ставить себе памятники.

— Это для популяризации экзаменов на перерождение, — Лу Цан остался весьма доволен тем, как его статуя чинно восседает в кресле.

Шэнь Ицзю присмотрелся и действительно заметил: в руке изваяния зажат тот самый транспарант из кабинета босса: «Учеба меняет судьбу».

Спустя двадцать минут ходьбы они наконец добрались до места своего ночлега — отеля с горячими источниками «Хуанцюань», выполненного в форме огромного золотого гроба, по бокам которого стояли каменные фигуры мальчиков и девочек, державших в руках слитки-юани с высеченной надписью: «Узри гроб и разбогатей».

При внушительных размерах отеля приватность здесь была на высшем уровне. Внутри люксов располагались уединенные висячие сады на верхних этажах, где клубились пары горячих источников. Им с Лу Цаном достались два выходящих окнами друг на друга стандартных люкса, прямо за которыми начинались те самые купальни.

http://bllate.org/book/34053/4192161