Готовый перевод The Bone I Found at the Start / Костяной след: Загадка кровавого праздника: Глава 2

— Нет.

— Разве меня не раскроют власти? Не подумают, что я занимаюсь незаконными сделками?

— Нет.

— Есть ли угроза жизни?

— Есть.

Чэнь Лидун замер, его шаги оборвались.

Система Наград, до смерти боявшаяся, что тщательно отобранный носитель сбежит, поспешила объясниться:

— Поскольку эти преступники — отъявленные убийцы, риск для жизни неизбежен. Но не бойся слишком сильно: я буду предоставлять тебе полезную информацию. Особенно если возникнет прямая угроза твоей жизни, я автоматически просканирую обстановку и предупрежу тебя, чтобы ты принял меры предосторожности. Если процент раскрытия этого дела достигнет ста, ты получишь единовременную премию в сто тысяч — это ничуть не меньше, чем если бы ты поступил в университет А.

— Эти сто тысяч не конфликтуют с предыдущими наградами за раскрытие?

— Нет. В первом деле общая сумма превышает триста тысяч, но, конечно, при условии, что ты достигнешь стопроцентного идеального результата.

Чэнь Лидун… постыдно воодушевился.

Хотя у него и были кое-какие сбережения, их было далеко не достаточно.

Прошлой зимой, вскоре после того, как ему исполнилось восемнадцать, завершились результаты Всекитайской олимпиады по физике среди школьников. Он вошел в топ-60 по стране, был зачислен в национальную сборную и заранее получил квоту на зачисление без экзаменов в университет А и университет Б.

Школа проявила щедрость, выплатив ему премию в сто тысяч юаней — деньги сразу перевели на карту.

Узнав о его успехах, университеты А и Б наперебой предлагали заманчивые условия: полное освобождение от оплаты четырех лет обучения плюс ежемесячная стипендия в восемьсот юаней. В итоге он выбрал физический факультет университета А.

Казалось бы, денег вполне хватило.

Но Чэнь Лидуна не покидало беспокойство: он боялся, что во время учебы в университете у него не будет времени зарабатывать.

Поэтому, воспользовавшись промежутком между зачислением и официальным началом учебы, он нашел подработку.

Он пробовал давать частные уроки: с его результатами по физике и математике на выпускных экзаменах многие родители, узнав об этом, были готовы платить по двести юаней в час за занятия с их детьми.

Но это оказалось невероятно трудно.

Ему было сложно объяснить ученикам, почему нужно считать именно так — ведь это же очевидно?

Дети с хорошей базой еще кое-как успевали за его мыслью, а те, у кого база была слабее, и вовсе ничего не понимали.

Он впадал в отчаяние, дети — тоже.

Ладно, лучше уж оставить друг друга в покое.

Все-таки лучше идти мыть посуду.

Ресторан китайской кухни находился недалеко от его съемного жилья — минут двадцать пешком.

Дом стоял в старом районе рядом с Первой средней школой Цзянчэна, в основном это были здания без лифта. Он жил на седьмом этаже, на самом верху. В основном здесь снимали комнаты школьники, живущие отдельно от родителей, или те, кто приехал сюда вместе с матерью ради учебы.

Его комната находилась на шестом этаже, в квартире из двух комнат и гостиной. В главной спальне жили хозяева, но пару дней назад они собрали чемоданы и отправились в кругосветное путешествие.

Второй спальней и санузлом пользовался он.

Комната была крошечная, около восьми квадратных метров: маленький подоконник-эркер, письменный стол, двустворчатый шкаф — и на этом место заканчивалось.

Чэнь Лидуна все устраивало, а больше всего радовала арендная плата — всего четыреста пятьдесят юаней в месяц.

Поэтому он старался быть полезным: часто убирался, выносил мусор и до блеска натирал общие зоны.

В гостиной висели большие часы с маятником. Вернувшись, Чэнь Лидун взглянул на них:

Двадцать один ноль восемь.

Было уже поздно, он быстро умылся и лег спать.

Густые облака скрыли яркую луну.

Мартовский ночной ветер, пропитанный холодом, проникал сквозь щели в ветхом окне и дул прямо на узкую кровать.

Чэнь Лидун внезапно проснулся.

Он лежал с открытыми глазами, глядя на тонкую дверь, навострив уши. Взгляд его был ясным.

— Пи-пи-пи...

— Проникновение постороннего. Пожалуйста, позаботьтесь о собственной безопасности.

Чэнь Лидун поджал губы. В первую секунду он не стал совершать резких движений, а лишь пошарил рукой у подушки, нащупав острый нож.

Хозяин ресторана дал его для самообороны, длина лезвия составляла около тридцати сантиметров.

Сейчас это давало ему достаточное чувство защищенности.

Он крепко сжал рукоять.

Прислонившись к изголовью, он не мигая смотрел на дверное полотно.

Он запер дверь.

Но нельзя исключать, что у злоумышленника есть способы взлома.

Впрочем, неважно.

Он немного читал законы.

Раз тот вторгся незаконно, то, что бы ни случилось, виноват будет он.

Главное — не трусить.

Он не обязательно проиграет.

Стоп.

Чэнь Лидун внезапно опешил: почему он должен ждать, пока тот придет?

Он же может просто выскочить сам!

Увидеть лицо преступника или вступить с ним в тесный контакт — это же явно должно считаться уликой.

Это же деньги!

Его пронзила дрожь, глаза и уголки губ расплылись в улыбке.

В одних только застиранных добела широких трусах, с ножом в руке, он босиком бесшумно спрыгнул с кровати.

Мысленно спросил пришельца:

— Он еще снаружи? Ты можешь отследить, где он?

Система Наград захлопала крыльями, повернулась и испугалась странного выражения на его лице. Подумав целых ноль целых одну сотую секунды, она ответила:

— В гостиной. Постой, кажется, он хочет сбежать.

Удивительно.

Система даже подумала, что убийца струсил.

Тот явно почувствовал, что человек в комнате проснулся.

Но вместо того чтобы, как испуганный скот, забиться в угол кровати и плакать, он сам схватился за оружие, превращаясь в палача.

Хочет сбежать?

Чэнь Лидун жил здесь больше двух месяцев и знал планировку квартиры до мельчайших деталей. Зачастую, возвращаясь поздно ночью после подработки, он не включал свет и молча пробирался мимо обувной полки, обеденного стола и кулера прямо к своей комнате.

Чэнь Лидун крепко сжал нож, рывком распахнул дверь, одновременно щелкнул выключателем в гостиной и бросился на фигуру, стоящую в комнате.

Силуэт замер на секунду.

Этого хватило Чэнь Лидуну, чтобы разглядеть его:

Одет в толстовку с капюшоном, а поверх него, видимо, для пущей уверенности, надет бежевый бейсбольный кепи.

Черная маска надежно скрывала большую часть лица.

Но в тот краткий миг Чэнь Лидун успел заметить глаза — с белками, видимыми с трех сторон, и беспорядочными, растущими вниз бровями.

— Стоять! — рявкнул Чэнь Лидун.

Входная дверь была не заперта.

Человек бросился к выходу, с грохотом захлопнув дверь так, что содрогнулись стены!

Когда Чэнь Лидун выскочил следом, того уже и след простыл.

Он посмотрел вниз на лестничную клетку:

Места, освещенные датчиками движения, выглядели пятнистыми, а на старых известковых перилах можно было разглядеть темную пыль.

Светильники гасли один за другим, этаж за этажом.

Когда свет погас на первом этаже, там внизу мелькнуло лицо, глянувшее вверх.

Чэнь Лидун даже не шелохнулся.

Свет погас.

Воцарилась тьма.

Щелк.

Чэнь Лидун запер дверь, включил свет в гостиной и прошелся по квартире, проверяя, плотно ли закрыты окна и двери в обеих комнатах.

Лишь тогда он сел на диван.

Казалось, из окна потянуло холодом, и по его открытой коже побежали мурашки.

Чэнь Лидун цокнул языком, глядя на свою грудь, которая, казалось, становилась только бледнее, на крепкие мышцы ног и босые ступни.

Неудивительно, что становится все холоднее.

— Где он сейчас?

Вернувшись в свою каморку, Чэнь Лидун достал с полки шкафа новые синие трусы, босиком дошел до санузла.

— Я пойду приму душ. Если он вернется, сообщи мне.

Подумав, что нельзя полностью полагаться на этого пришельца, Чэнь Лидун все же взял с собой нож, положил его на раковину и запер дверь.

Только тогда он расслабился.

С того момента, как Чэнь Лидун выскочил в гостиную, и до того, как он взял одежду и закрылся в ванной, Система Наград пребывала в состоянии шока.

Опомнившись, она затрепетала своими тонкими конечностями и пролепетала с любопытством:

— Тебе не страшно?

— Страшно, конечно. Поэтому я и прошу тебя быть внимательнее.

— Он ушел, сейчас он в ста метрах по прямой от тебя.

Система послушно присела на край раковины, разглядывая «детеныша».

Да, в бесконечном течении времени системы, этот юноша, которому едва исполнилось восемнадцать, был лишь детенышем.

Но его смелость оказалась неожиданной.

Она осторожно извлекла информацию из архива:

Чэнь Лидун, родился 12 мая 2000 года в приюте Зеленое яблоко города Цзянчэн, учился в средней школе Зеленое яблоко в западной части города, получил образование благодаря спонсорской помощи, поступил в 1-й класс Первой средней школы Цзянчэна после сдачи экзаменов по физике и химии на высший балл, затем вошел в национальную сборную по физике, зачислен без экзаменов на физический факультет университета А...

Казалось, ничего примечательного.

Обычный ребенок.

Разве что ради выживания ему приходилось браться за любую работу.

Однако система тайно взломала его банковский счет: общая сумма накоплений составляла 210 765,36 юаня — по сравнению со многими сверстниками это были уже огромные деньги.

— Возможно, он еще вернется, — осторожно предупредила система. — Он не из хороших людей.

— Я знаю.

Раз уж он пробрался в дом незаконно, какой же он после этого хороший человек.

Чэнь Лидун быстро принял душ, наскоро вытерся полотенцем, надел трусы, сунул ноги в тапки, кинул грязное белье в таз, присел на корточки, намылил его мылом и принялся старательно стирать.

Закончив, он сполоснул полотенце, повесил все на плечики и выставил на балконный парапет.

После душа тело горело.

Он опирался на перила балкона, глядя сквозь защитную решетку на старый жилой район, скрытый в кронах больших деревьев.

Шорох листвы на ветру, звуки игры в маджонг из какого-то укромного уголка, хриплые крики уличных кошек во время брачного периода.

Все это заставило Чэнь Лидуна прийти в себя.

Оказывается, все, что произошло сегодня — чистая правда.

Но страшно ли ему?

На самом деле, бояться нечего.

Раз он сбежал, значит, у него самого нет твердости духа.

Он человек, а значит, у него есть слабости.

Он не высок, даже ниже, чем сам Чэнь Лидун.

http://bllate.org/book/34040/4190078