Готовый перевод Accidental Firing Beyond the Mountains / Случайный выстрел: Любовь сквозь годы: Глава 5

Гример начал наносить макияж, а Янь Чуань закрыл глаза.

Вскоре из соседней комнаты внезапно донесся голос: — Учитель Сы, как вы думаете, так пойдет?

Следом за этим раздался знакомый голос: — Пойдет, очень неплохо.

Этот голос спутать было просто невозможно.

Нервы в голове Янь Чуаня затрепетали, словно от удара молнии.

Он открыл глаза.

Его взгляд столкнулся с тем, кто смотрел на него прямо из зеркала.

Мужчина смотрел на него в упор, а его глаза были настолько глубокими, будто черные дыры, поглощающие свет. Янь Чуань уже очень давно не видел этот взгляд за пределами телеэкрана.

— Давно не виделись, Янь Чуань. — Раздавшийся голос был низким и бархатистым, словно шепот прямо у уха, а дыхание — мягче всякого сна.

— Почему ты здесь?

— Разве режиссер Дин не говорила тебе, что в этом сериале сменился главный герой? — Брови Сы Чуня слегка опустились, а говорил он с невероятной естественностью.

— Кого ты играешь?

Кисточка для макияжа мягко скользнула по векам, и Сы Чунь прикрыл глаза: — Я заменяю Шэнь Чжи.

Глава 4. Пробы

Услышав это, Янь Чуань широко раскрыл глаза, резким движением поднялся на ноги, отчего ножки стула издали резкий звук, и, крутанувшись на месте, направился к выходу.

Не обращая внимания на крики гримера сзади: — Учитель Янь, вы куда?

— Где Дин Ли? — Янь Чуань поймал первого попавшегося человека в коридоре.

Это был подсобный рабочий, которого временно позвали помочь с декорациями. Он прижимал к груди толстую пачку плит из пенопласта и, не узнав Янь Чуаня, махнул рукой в сторону съемочной площадки: — Режиссер Дин обсуждает с декоратором, как всё расставить.

Янь Чуань отпустил его и большими шагами направился к съемочной площадке.

— Почему Сы Чунь здесь?

Дин Ли как раз обсуждала с декоратором несколько сцен, а когда обернулась и увидела внезапно появившегося перед ней Янь Чуаня, испугалась: — Ты чего сюда прибежал?

Янь Чуань выпалил: — Я только что встретил в гримерке Сы Чуня, и он сказал мне, что в этой драме сменился актер на главной роли. Почему я ничего не знал об этом заранее?

Дин Ли смущенно замялась: — Всё произошло слишком внезапно, я не успела тебе сказать. Позавчера Шэнь Чжи вдруг заявил, что у него возникли дела, и отказался от участия. Выплатив огромную неустойку, он просто исчез. К счастью, неожиданно объявился учитель Сы и сказал, что эта драма его заинтересовала, и поинтересовался, остались ли еще роли без исполнителей. — При этих словах глаза Дин Ли засияли, и она возбужденно заговорила так, будто нашла золото: — Это же Сы Чунь! Обладатель трех главных кинонаград, он сам выбирает сценарии, и у меня, конечно же, не было причин отказываться.

Лицо Янь Чуаня потемнело пуще тучи: — Его гонорар рассчитывается по времени экранного времени, съемочная группа это потянет?

— Он сказал, что понимает: у нас малобюджетный сериал, поэтому его гонорар будет таким же, как у прежнего исполнителя главной роли.

— А Шэнь Чжи?

— Я видела его пост в Вейбо о том, что у него недавно появился секретный проект и уже начались интенсивные сборы, видимо, взял другую работу.

— Тебе не кажется, что всё это слишком подозрительно? Почему Сы Чунь объявился ровно в тот момент, когда Шэнь Чжи отказался?

— Есть немного странного, но ничего страшного, — Дин Ли пожала плечами, выражая позицию человека, который не хочет ломать голову над неразрешимой задачей. — Мы ничего не потеряли, не только получили компенсацию, но и заполучили в главные роли еще более звездного и популярного кумира, одни сплошные плюсы. Одно только имя Сы Чуня на афише заставит людей драться за право посмотреть этот сериал, он ведь больше года не появлялся на экранах, а уж в сериалах не снимался уже несколько лет!

— Но ты хоть подумала, подходит ли он?

Когда Сы Чунь вышел на связь, Дин Ли, не раздумывая, дала согласие и действительно не устраивала предварительных пробах. Однако она была уверена в актерском мастерстве Сы Чуня — в конце концов, награды кинофестивалей с неба не падают. — Не переживай, хуже некуда не будет.

— Ладно, я больше не снимаюсь. — Янь Чуань помассировал виски, заставляя себя успокоиться, прекрасно понимая, что Сы Чунь тут явно затеял какую-то интригу. — Что касается неустойки, я выплачу её в течение трех дней.

Дин Ли аж остолбенела: — Что?

Янь Чуань сорвал с шеи только что надетый реквизитный галстук: — Я сказал, что не буду сниматься.

— Почему?

— Я не могу с ним работать.

— Из-за Сы Чуня? У вас действительно есть давний конфликт? — Сердце Дин Ли заколотилось. Конечно, ей были известны ходившие в прессе слухи о принципиальном нежелании двух звезд делить одну площадку, но она думала, что это лишь пустые домыслы. Общих точек соприкосновения у этих двоих было кот наплакал, о реальных столкновениях интересов никто не слышал, да они и вовсе вживую не пересекались — с чего вдруг такая лютая ненависть?

Янь Чуань сжал губы и не пожелал произнести больше ни единого слова.

— То снимаешься, то отказываешься — ты что, ребенок? — внезапно раздался холодный голос.

Янь Чуань обернулся на звук и обнаружил, что Сы Чунь, который по идее всё еще должен был находиться в гримерке, сейчас стоял, скрестив руки на груди, у дверного косяка. Интересно, сколько из их недавнего разговора он успел услышать?

— Насколько я помню по прошлым интервью, многие режиссеры превозносили профессионализм и самоотдачу учителя Яня, говоря, что при любых обстоятельствах он выкладывается на съемках на все сто, а сложные сцены в заснеженных обрывах и вовсе играл без дублеров. Но теперь, стоит лишь партнеру по сцене оказаться недостаточно желанным, ты готов всё бросить? Не слишком ли выборочный подход? — Сы Чунь шагнул от двери, а его голос звучал сурово и чужой. — Проявлять такой детский каприз и не уметь совладать с собственными эмоциями будучи актером... Разве учителю Яню не пора задуматься о смене профессии?

— Это не каприз, это съемочная группа не соизволила предупредить меня перед заменой актера! У меня было право знать, это элементарное уважение! — Янь Чуаня захлестнула волна обиды и злости на то, как ловко Сы Чунь перекладывает всё с ног на голову и смещает акценты. Он ведь прекрасно знал истинную причину и понимал, что сам Янь Чуань не сможет оправдаться, но намеренно выставил виноватым его, хотя обманутым оказался именно он!

А Сы Чунь к тому же продолжал подливать масла в огонь.

— Мы всего лишь актеры, наша задача — хорошо играть свои роли, а кастинг — не наша забота. — Сы Чунь посмотрел на него, холодно усмехнувшись уголком рта, и нарочно произнес: — Мне вот любопытно, ты изначально пришел сюда ради Шэнь Чжи или всё-таки ради самого сценария? Даже если учитель Янь так восхищается Шэнь Чжи, нельзя же примешивать личные чувства к работе. Или ты считаешь, что в этом сериале можешь играть исключительно в паре с Шэнь Чжи, а все остальные тебе и в подметки не годятся?

У Янь Чуня от злости на лбу выступили вены. Он прекрасно понимал, что Сы Чунь намеренно берет его на слабо, но тем не менее послушно велся на провокацию, словно бы потеряв над собой контроль.

— Я ни к кому не отношусь предвзято, просто сомневаюсь в твоей способности справиться с этой ролью, — глубоко вдохнув и сдерживая клокочущую ярость, ответил Янь Чуань. — Если говорить начистоту, скажи, ты вообще читал сценарий заранее? Имеешь хоть представление о том, кого тебе играть? Мы, конечно, польщены тем, что вы, столь высокое лицо, снизошли до участия в столь скромном проекте, но я боюсь, что в конце концов ничего путного не выйдет и мы лишь понапрасну потратим твое и наше время.

Сы Чунь ни капли не растерялся. Опустив взгляд на Янь Чуня, он посмотрел на него так глубоко и маняще, словно сирена из мифов, способная заворожить человека одним лишь мимолетным взором, и тихо произнес: — Ты ведь еще даже не пробовал играть со мной, с чего вдруг решил, что я не справлюсь с ролью?

Янь Чуань выпалил: — Если пробы покажут, что ты не тянешь, ты уйдешь?

Сы Чунь словно только этого от него и ждал, и на его красивом лице расцвела двусмысленная улыбка.

Он поднял глаза на режиссера: — Режиссер Дин, учитель Янь хочет проверить, насколько хорошо мы сочетаемся с нашими персонажами. Как думаете, какая сцена лучше всего подойдет для проб?

Позднее обновления будут выходить по вторникам, четвергам и субботам в зависимости от позиций в рейтингах, иногда с дополнительными главами. Если к десяти часам вечера глава не появилась, значит, её и не будет. Надеюсь, вы поддержите эту пару «Гор и Рек».

Глава 5. Достойный соперник

Дин Ли, ошеломленно наблюдавшая за их пикировкой, внезапно услышав обращение к себе, торопливо опустила голову и принялась лихорадочно листать режиссерский сценарий: — Эм... раз вы работаете вместе впервые, может, для начала сыграете что-нибудь попроще — сцену первой встречи, чтобы привыкнуть друг к другу?

Но Сы Чунь прервал её: — Режиссер Дин говорит дело, однако мне кажется, что именно эмоционально насыщенные сцены с противостоянием лучше всего демонстрируют актерскую «химию» и степень сыгранности, разве нет?

Дин Ли растерянно подняла голову: — А... кажется, вы правы...

Сы Чунь продолжил: — У меня есть предложение. Насколько я помню, в сценарии есть сцена, где Ло Шэн прячется, а Ци Мин его отыскивает. Как насчет того, чтобы взять её и проверить, подхожу ли я?

Янь Чуань ничего не ответил. В сценарии было несколько эпизодов, где Ло Шэн прятался, и он на мгновение запутался.

— Хорошо, тогда, может, разойдетесь подготовиться, освежите текст, а через полчаса начнем? — осторожно поинтересовалась Дин Ли.

— У меня нет проблем, а у тебя? — Сы Чунь покосился на Янь Чуаня.

— Я тоже готов, — бесстрастно бросил Янь Чуань.

Оба синхронно двинулись к выходу. Выйдя в коридор и собираясь повернуть за угол, Янь Чуань замер в нерешительности, не зная, куда податься — возвращаться в гримерку и снова делить одно пространство с Сы Чунем ему совсем не хотелось.

Словно прочитав его мысли, Сы Чунь тихонько бросил так, чтобы слышал только он: — Можешь идти в гримерку и доделывать макияж, я уже закончил. Тебе ведь наверняка неприятно меня видеть, так что я спущусь в комнату отдыха этажом ниже.

Сказав это, Сы Чунь сменил направление и зашагал вниз по лестнице.

Усевшись в кресле перед зеркалом, Янь Чуань наконец окончательно взял себя в руки.

Хотя только что он держался с абсолютной уверенностью и заявлял, что Сы Чунь наверняка провалится, дело было еще и в том, что судьба оригинального Ло Шэня выдалась чересчур трагичной — тот хлебнул лиха и издевательств сполна. Сы Чунь же с самого рождения купался в привилегиях, всёдавалось ему куда легче, чем остальным, да и выглядел он истинным аристократом. Любимец небес с малых лет, он одним своим присутствием создавал совершенно иную ауру, отличающую его от прочих, поэтому перевоплотиться в подобного персонажа ему было бы вдвойне сложнее. К тому же — играть вместе с бывшим парнем, неужели ему самому не жутко неловко?

И тем не менее, Янь Чуань прекрасно знал о возможностях Сы Чуня.

Если Сы Чунь захочет, он способен воплотить любой образ.

Поначалу, когда они только познакомились, Янь Чуань даже считал себя везунчиком — именно благодаря Сы Чуню он впервые понял, что такое настоящий профессиональный актер.

В отличие от самого Янь Чуня, самоучки без систематического образования, Сы Чунь был выходцем из классической академической школы. Он глубоко прорабатывал персонажа, а каждый вдох, каждая реплика и каждое движение перед камерой или на сцене были продуманы им до мелочей и выверены с безупречной точностью — словно работа сложнейшего, безотказного механизма.

Его мать, Ли Менг, была ученицей Лоуренса Оливье и неустанно повторяла, что актерское мастерство — это ремесло. Она и заложила основы его игры. К тому же у Сы Чуня с детства была феноменальная память, что позволяло ему с легкостью обращаться со всеми техническими приемами.

Стоило режиссеру скомандовать «мотор», как другим актерам порой требовалось время на настройку и пару прогонов текста, чтобы окончательно вжиться в образ, но только не Сы Чуню. Хлопушка режиссера еще не успевала щелкнуть, а он уже преображался, мгновенно растворяясь в роли. Точно так же, стоило прозвучать команде «снято», как Янь Чуань еще долго продолжал тонуть в переживаниях своего героя, не в силах вернуться в реальность, в то время как Сы Чунь мгновенно выходил из образа — и на его лице не оставалось ни единого следа от только что пролитых слез или смеха.

http://bllate.org/book/33864/4167362