Готовый перевод Don't Coax Me Moon Drunk Puppy / Не строй из себя пай-мальчика: История опального наследника: Глава 15

Сун Цинъи не хотел позориться перед Ци Юем. Он кое-как вытер слёзы и, опираясь на стену, поднялся на ноги.

Худощавый юноша в огромной толстовке выглядел так, будто изо всех сил сдерживает себя — костяшки его пальцев побелели, а длинноватые пряди волос нелепо торчали в разные стороны.

Ци Юй нахмурился и отвёл взгляд от покрасневших уголков глаз юноши:

— Что случилось?

Сун Цинъи промолчал.

Он боялся, что если откроет рот, то первым делом издаст всхлип.

Это было бы верхом идиотизма. Идиотизм в квадрате, да что там — чистейшее безумие. От такого позора он, пожалуй, был бы готов в отчаянии разбить голову о стену.

Но чем дольше он молчал, тем более пугающим казалось его состояние.

Брови Ци Юя сдвинулись ещё сильнее:

— Почему не отвечаешь на сообщения?

Только тогда Сун Цинъи вспомнил, что Ци Юй присылал ему сообщение. В тот момент он был настолько не в себе, что даже не вчитался.

Он открыл мессенджер: красная точка уведомления всё ещё висела в самом верху списка.

Ци Юй: Как раз проезжаю мимо, во сколько вы заканчиваете?

Ци Юй: Метро уже закрыто, могу отвезти тебя домой.

Ци Юй решил сделать крюк и заехать сюда после деловых переговоров лишь потому, что сегодня утром, уходя из дома, Сун Цинъи пожаловался, что у него осталось всего шестьдесят четыре юаня — на такси не хватит, придётся ехать на метро.

Ци Юй уже успел проложить маршрут до дома, но, поразмыслив, развернул машину и направился к студии. И кто бы мог подумать, что по приезде он застанет такую картину.

Президент, чей ход мыслей всегда отличался от обычного, немного подумал. Он не стал спрашивать, что стряслось, не предложил бумажных салфеток, а просто открыл телефон и… перевёл ему деньги.

На Сун Цинъи обрушился шквал уведомлений из WeChat.

Ци Юй: /У вас есть невостребованный красный конверт/

Ци Юй: /У вас есть невостребованный красный конверт/

Ци Юй: /У вас есть невостребованный красный конверт/

…

Сун Цинъи остолбенел от этого бомбардирования красными конвертами. Пальцы, которыми он нажимал на экран, дрожали.

Двести, двести, двести…

Ци Юй продолжал их отправлять. Высокий мужчина стоял в углу коридора клуба, свет ламп сверху наполовину скрывал его лицо. С того ракурса, под которым на него смотрел Сун Цинъи, была видна напряжённая линия челюсти и выражение полной сосредоточенности.

Настолько сосредоточенной, что Сун Цинъи стало неловко его прерывать. Но и молчать дальше было неправильно. Главное — он боялся, что у Ци Юя от такой бесконечной рассылки сведёт пальцы.

Сун Цинъи осторожно пробормотал:

— Эм… понимаешь, лимит одного красного конверта — двести юаней, но там есть кнопка Перевод.

Сказав это, он опустил взгляд, стараясь не смотреть на Ци Юя.

Ци Юй: «…»

Ци Юй: — Оу.

Армия красных конвертов замерла на пару секунд.

Ци Юй: /У вас есть невостребованный денежный перевод/

Ци Юй: /У вас есть невостребованный денежный перевод/

…

Последовало ещё несколько переводов.

Сун Цинъи подсчитал: в его кошельке, который почти месяц пустовал, прибавилось двенадцать тысяч юаней.

Ох.

Маленький учитель Сун, уже привыкший к бедности, почувствовал, что его вот-вот окончательно развратит аромат денег.

По крайней мере, он сможет первым делом вернуть те двести юаней, что задолжал Сун Юэ. Если сравнивать Сун Юэ и Ци Юя, то первый был куда противнее, поэтому Сун Цинъи предпочёл бы, чтобы его кредитором оставался Ци Юй.

От нахлынувших чувств слёзы, которые он только что удержал, снова покатились из глаз.

— Всё, хватит реветь, — Ци Юй посмотрел на Сун Цинъи сверху вниз, и в его голосе проскользнуло нескрываемое пренебрежение. — Ведёшь себя как девчонка.

Сун Цинъи, не успевший вытереть слёзы, сквозь пелену влаги дерзко уставился на него в ответ. К чёрту сравнения с девчонкой! Хотел назвать жеманным — так и сказал бы, нечего принижать девушек.

Впрочем, взяв чужое — отдавай своё, а съев чужое — подчиняйся. Сун Цинъи мало того что жил за счёт Ци Юя, ел и одевался на его деньги, так теперь ещё и тратил его личные средства. Стоя перед ним, он даже не мог распрямить спину, не говоря уже о том, чтобы найти слова для возражения.

Сун Цинъи помолчал, поднял голову и посмотрел Ци Юю прямо в глаза:

— Спасибо тебе. Когда у меня появятся деньги, я всё верну.

Двенадцать тысяч юаней для такого человека, как Ци Юй, — пшик. Даже меньше, чем пшик: от звука хотя бы есть толк, а для Ци Юя эта сумма — словно дуновение ветерка, который можно развеять одним взмахом руки. Но для Сун Цинъи это была реальная помощь в трудную минуту.

Ци Юй нетерпеливо бросил:

— Хватит болтать ерундой.

Он развернулся и зашагал прочь. Сделав несколько шагов, он остановился и оглянулся:

— Ещё не идёшь? Хочешь вернуться и дальше позволять себя обижать?

Сун Цинъи вздрогнул и поспешил следом.

Этой ночью мировоззрение маленького господина Суна, всю жизнь прожившего в теплице, претерпело серьёзные изменения.

Вернувшись в дом Ци Юя, он ворочался в постели и никак не мог уснуть. Вдруг он осознал: раньше он и правда был слишком капризным. Индустрия развлечений — место, где связи решают всё, но он с рождения не любил общаться с людьми. Ни в школе, ни во взрослой жизни он почти не пытался поддерживать отношения. Как он мог рассчитывать на успех, если всё время ждал, что его будут кормить с рук?

Долго глядя в потолок широко раскрытыми глазами, Сун Цинъи внезапно сел на кровати, открыл список контактов и начал прокручивать его сверху вниз.

В кабинете на другом конце особняка, за гостиной, Ци Юй звонил своему секретарю Чжоу Цзэ.

Сун Цинъи сегодня плакал так горько, что Ци Юй забеспокоился: не случилось ли чего-то серьёзного? В клубе было видеонаблюдение, но Ци Юй не был наивным мальчишкой — в этом мире полно способов затравить человека, не нарушая при этом закон.

Ци Юй был знаком с владельцем клуба, поэтому Чжоу Цзэ без труда разузнал всё, что происходило сегодня в том банкетном зале, и теперь докладывал обо всём Ци Юю по телефону.

http://bllate.org/book/33834/4162813