Готовый перевод My Boss is Dangerously Attractive / Смертельное притяжение начальницы: Офисный роман: Глава 15

Только и знаешь, что работать, какая же ты скучная.

Услышав это, Шэнь Лу слегка вздрогнула, и одна клубника скатилась на пол. Ей показалось, что чья-то невидимая рука внезапно скомкала и сжала ее сердце.

Занимая такое положение, Су Ман просто не могла не испытывать колоссального давления, но казалось, будто никого не волнует, как именно она с ним справляется — ведь она всегда выглядела так уверенно и невозмутимо.

Как у такого человека, как Су Ман, вообще могли быть проблемы? Когда Цзинь Юэ с вызовом отчитывала Су Ман за то, что та «выжимает все соки» из Шэнь Лу, на самом деле Су Ман была занята куда сильнее самой Шэнь Лу.

— Все вы, руководители, бессердечные.

Су Ман кивнула.

— Люди в вашей компании — просто монстры. Включая ее. — Цзинь Юэ кивнула на Шэнь Лу.

Уголки губ Су Ман чуть изогнулись:

— Возможно, монстр здесь только я.

Когда она произнесла это, налетевший ветер растрепал ей волосы, а глаза в сгущающейся ночной темноте сияли подобно звездам.

Только в этот момент Шэнь Лу отчетливо поняла, насколько жестоким было каждое слово Цзинь Юэ, и при этом у нее не было ни единого аргумента, чтобы оправдать Су Ман.

Цзинь Юэ бросила:

— Ты не монстр, ты — оборотень.

Красивый оборотень, способный пожирать человеческие души.

Цзинь Юэ задрала подбородок и подалась корпусом вперед, высунувшись за пределы балкона, сладко потянулась, распрямляя руки, и ее тело выгнулось изящной, гибкой линией.

Су Ман спросила ее:

— Только что ты сказала, что не выходишь замуж из-за нее. Что это значило?

Этот вопрос заставил Цзинь Юэ развернуться полубоком и с любопытством взглянуть на Су Ман. Чуткая Цзинь Юэ уловила в этом вопросе нечто необычное, заметив в глазах Су Ман явное стремление докопаться до истины, в то время как сама собеседница, казалось, еще ничего не осознавала.

Шэнь Лу поспешно вмешалась:

— Ее нежелание выходить замуж не имеет ко мне ни малейшего отношения!

Цзинь Юэ громко рассмеялась, глядя на Су Ман:

— Будь я мужчиной, я бы тоже захотела взять Шэнь Лу в жены. Она умная, красивая, заботливая и умеет ухаживать за другими, правда?

Су Ман не ответила, лишь улыбнулась.

Что вообще происходит? Что за бред несет ее лучшая подруга?

— Впрочем, — Цзинь Юэ переключила свое любопытство на Су Ман, — ты выглядишь очень молодо. Я думала, что на такой должности человек обязан быть как минимум за сорок.

— Можно сказать и так, в этом году мне тридцать девять.

Ее спокойное отношение к возрасту немного удивило Цзинь Юэ.

— Ты выглядишь на двадцать девять.

— Разве существует какой-то стандарт того, как должна выглядеть женщина в тридцать девять?

Цзинь Юэ опешила от такого вопроса и слегка заикнулась:

— Н-ну… кажется, нет.

— Тогда дело не в том, что я похожа на двадцатидевятилетнюю, просто я и есть тридцатидевятилетняя женщина.

— Круто, — Цзинь Юэ одобрительно кивнула. — Сначала я испытывала к тебе некоторую враждебность, но теперь ты мне даже нравишься.

— Не имеет значения, — равнодушно отозвалась Су Ман.

Су Ман сделала глоток алкоголя и бросила взгляд на сидевшую рядом и молча жующую клубнику Шэнь Лу. Заметив, как та зябко сжалась в комочек на стуле, закутавшись в собственное хрупкое тело, она сходила за пледом на диван в гостиной и протянула его Шэнь Лу.

Шэнь Лу все еще погружена в свои мысли, как вдруг пушистый плед мягко укутывает ее с плеч до ног. До ее носа доносится легкий аромат Су Ман, а перед глазами отчетливее, чем обычно, предстает лицо начальницы: едва заметные лучики мимических морщинок у глаз, крошечные поры на носу, живая текстура кожи и чуть впалые щеки — подлинная, ошеломляющая красота.

Возможно, это лицо уже не назовешь юным, но годы оставили на нем несравненное сияние, и это чаровало Шэнь Лу куда сильнее цветущей молодости, лишая ее всякого самообладания.

— Почему именно я? — спросила Су Ман.

Она вернулась к вопросу, на который Шэнь Лу так и не ответила минуту назад, эта тема ее не отпускала.

— Я пойду приму душ, а вы пока поболтайте.

Цзинь Юэ проявила тактичность, оставив балкон в их полном распоряжении, но от этого Шэнь Лу вдруг напряглась еще сильнее. Без шумной и неугомонной Цзинь Юэ воздух вокруг стал невероятно, звеняще тихим.

Шэнь Лу подбирала слова, а Су Ман, потягивая вино маленькими глотками, терпеливо ждала.

— Вы помните, как я проходила у вас собеседование?

— Кое-что помню. — Да уж, кое-что.

— Тогда вы задали мне три вопроса: почему я хочу сюда устроиться, что смогу делать и как собираюсь действовать.

— О? Самые обычные вопросы.

— Для меня они были очень необычными, потому что вы не спросили ни про мой возраст, ни про замужество, ни про детей.

— Мм.

— К тому моменту я действительно успела побывать на собеседованиях в нескольких компаниях, и везде, без исключения, на финальном этапе мне задавали именно эти вопросы. Единственная, кто этого не сделал — вы. Вы цените человека за его собственные качества, заставили меня почувствовать, что такая, как я… еще не списана со счетов обществом.

Тон Шэнь Лу был необычайно серьезным — настолько серьезным, что Су Ман почти поверила, будто совершила нечто великое, хотя для нее самой это было само собой разумеющимся делом.

— Так вот почему ты так упорно работала, пытаясь отплатить мне?

— Это совсем другое. — Шэнь Лу все еще мысленно возвращалась в тот день. — Тогда вы казались такой… острой, лишающей всяких слов и одновременно попадающей точно в цель. В тот день, после всего, я просидела в небольшом парке до самого вечера, прокручивая в голове ваши вопросы, и перетряхнула всю свою прошлую жизнь.

Су Ман рассмеялась:

— Слишком преувеличиваешь.

— Ни капли. — Шэнь Лу посмотрела на нее. — Я упорно трудилась именно для того, чтобы стать такой, как вы.

Су Ман замерла. Еще никогда и никто не говорил ей ничего подобного.— Быть таким человеком, как я, пожалуй, не такая уж удача.

— С чего вы взяли!

Су Ман снова сделала глоток вина, сдувая со щеки несколько прилипших к губам прядей, растрёпанных ветром.

— Когда ты идёшь на всё ради достижения цели, понимаешь ли ты, какова цена на самом деле?

— Какая же?

— Это потери. Теряешь очень многое, а в конце остаются лишь одинокое сердце и не самое крепкое здоровье. Так что обязательно береги себя.

Су Ман, судя по всему, слегка захмелела: её белоснежная кожа покрылась лёгким румянцем, во взгляде читалось туманное манящее лукавство. Губы порозовели, а из-за алкоголя они, наверное, немного пересохли, и после каждого слова она то и дело проводила по ним кончиком языка.

Шэнь Лу изо всех сил старалась уловить смысл её слов, но не могла заставить себя перестать смотреть на её губы.

— Я знаю, как трудно женщинам выживать в мире корпораций, чтобы проявить себя, нужно прикладывать куда больше усилий. Ты, возможно, не знаешь, но слова Цзинь Юэ вовсе не разозлили меня. На самом деле, когда ты заболела, я винила себя ещё больше, чем она: не из-за ли моей стратегии возникли непрерывные переработки и такой тяжёлый ритм? Я то и дело спрашивала себя, хорошая ли я начальница, с которой подчинённые могут чувствовать себя в безопасности.

Произнося это, Су Ман всё чаще облизывала губы. Казалось, она нервничает даже сильнее, чем Шэнь Лу: её розоватый кончик языка то и дело сновал туда-сюда, словно юркая змейка, и Шэнь Лу казалось, будто её сердце царапает сотня невидимых рук.

Какой-то голос в голове нашептывал Шэнь Лу: я хочу поцеловать её.

Стоило этой мысли промелькнуть, как Шэнь Лу забила мелкая дрожь.

— Уже поздно, мне пора возвращаться.

Су Ман бросила взгляд на наручные часы, и Шэнь Лу словно очнулась от долгого сна.

Оказывается, сегодняшний вечер всё же подойдёт к концу; оказывается, такие уединённые беседы — лишь редкое исключение; оказывается, им суждено вечно оставаться в рамках отношений начальника и подчинённого.

Су Ман хотела допить остатки вина из своего бокала, но Шэнь Лу протянула руку и перехватила его, а так как движение вышло слишком резким, вино расплескалось прямо на неё.

Белая ткань мгновенно пропиталась багровой жидкостью, и пятна стали похожи на свежую кровь. Су Ман с лёгкой досадой посмотрела на неё, не понимая, почему этот человек вечно норовит заступиться за неё и выпить за неё вино.

— Ты только что оправилась от болезни, какое тебе вино?

— У тебя аллергия на алкоголь.

Су Ман вытащила салфетку, пытаясь вытереть пятно, но ткань впитала влагу слишком быстро, и было уже поздно. А виновница происшествия смотрела на неё с совершенно невозмутимым и дерзким видом.

— У тебя аллергия на алкоголь, Су Ман.

— Больше не зовёшь меня сестрицей Ман?

— Сейчас всё ещё нерабочее время. — Шэнь Лу перехватила запястье Су Ман, заставив её прекратить попытки оттереть одежду. — Если ты хочешь снять напряжение, но при этом оставаться в трезвом уме, отныне твоим алкоголем буду я.

Су Ман тихонько усмехнулась:

— И как же ты собираешься стать моим алкоголем?

— Я пока не придумала, но я обязательно справлюсь.

И правда, ничего она ещё не придумала, да и Су Ман не собиралась воспринимать эти слова всерьёз.

— Ничего страшного, если ты бессердечна, — произнесла Шэнь Лу. — Моя кровь горячая.

Салфетка в руке Су Ман слегка задрожала — как раз в том месте, где под одеждой билась грудная клетка Шэнь Лу, а находившееся внутри сердце бешено колотилось.

Однако Шэнь Лу не почувствовала никаких особых изменений в пульсе на запястье Су Ман.

Су Ман молча высвободила руку, её лицо оставалось совершенно спокойным.

— Приехал водитель по вызову. — Су Ман погасила экран телефона и зашагала прочь уверенным шагом, в котором читалось нечто схожее с паническим бегством с поля боя.

Шэнь Лу подавила улыбку — да, вино она пролила совершенно нарочно.

Услышав шум, Цзинь Юэ вышла из комнаты и, заметив красное вино на одежде Шэнь Лу, со странной гримасой на лице изобразила ей целую тираду на языке глухонемых. Шэнь Лу некогда было ей объяснять: она набросила на плечи первое попавшееся в прихожей пальто, схватила ключи и бросилась следом, бросив через плечо, что проводит Су Ман до выхода.

Двигалась она так быстро, что Су Ман даже не успела отказаться.

Навстречу хлынул шум ночного города, улицы по-прежнему пестрели потоками машин. Су Ман шла впереди с прямой спиной, а Шэнь Лу догнала её легкой пробежкой, и их тени слились на земле в единую пару.

Добравшись до машины, водитель уже собирался открыть дверцу и сесть внутрь, но Шэнь Лу вдруг озарила новая идея — она перехватила ключи со словами: я сама поведу.

Заказ отменили, Шэнь Лу перевела полную сумму на телефон водителя; тот остался озадачен, но спорить не стал и охотно принял деньги.

Су Ман молча наблюдала за происходящим с заднего сиденья, не пытаясь её остановить, лишь с лёгкой досадой покачала головой.

Шэнь Лу отрегулировала сиденье и зеркало заднего вида, после чего произнесла, глядя на Су Ман через отражение:

— Видишь? Твой alcohol может работать твоим личным водителем.

Су Ман лишь снисходительно улыбнулась, словно прощая детские шалости, и, решив не спорить с ней, закрыла глаза на заднем сиденье.

— Цзяньшань Ваньли, — назвала она адрес жилого комплекса.

— Слушаюсь, госпожа Су, — Шэнь Лу завела мотор и, устроившись на водительском месте, невольно расплылась в улыбке.

Навигатор проложил маршрут в сторону Цзяньшань Ваньли, и когда машина остановилась, Су Ман уже решила, что они приехали домой, но тут услышала, как Шэнь Лу опускает стекло и говорит:

— Сестрица Ман, посмотрите наверх!

В тот же миг, как она открыла глаза, над их головами распустился огромный цветок фейерверка.

Су Ман на мгновение замерла, и внезапная ослепительная вспышка ярко озарила её глаза.

В затуманенных влагой зрачках фейерверки отражались всё отчётливее и ярче, заполняя собой всё пространство над головой, и она уже и не помнила, когда в последний раз любовалась салютом.

http://bllate.org/book/33832/4162667