Готовый перевод How to Escape the Monsters / Сбежать от монстра? Только если в его объятия: Глава 6

Хань Шу добрался до нужного кабинета, открыл дверь ключом и проскользнул внутрь. Минуя сложенные на полу коробки с книгами, он выдвинул ящик хирургического стола. К счастью, инструменты оказались на месте. Хань Шу перевел дух, обнаружив там около десятка небольших скальпелей и один нож, размером чуть меньше кухонного. Последний он не совсем понял, но выглядел тот весьма внушительно, напоминая старинный трепан для вскрытия черепа. В наше время с развитием медицины такие инструменты заменили лазеры, и лишь в этом обветшалом здании сохранились подобные пережитки прошлого, которые сейчас оказались как нельзя кстати.

Обретя оружие, Хань Шу задумался, как его нести. Поразмыслив несколько секунд, он взял рулон марли, воткнул скальпели острием вниз и обмотал ими внешнюю сторону своего портфеля. Бинт был натянут слабо, так что выхватить нож можно было одним движением. Трепан он просто спрятал во внутренний карман портфеля: хотя инструмент мог прорезать ткань, сейчас выбирать не приходилось.

В операционной хранились по большей части документы, поэтому Хань Шу не стал трогать шкафы с бумагами, а ограничился медицинскими тумбами у стола. Там лежала всякая всячина, и лишь на самой нижней полке ему удалось найти два флакона с анестетиком. Усевшись в углу, он зажал фонарик в зубах, достал из портфеля шприцы и наполнил их жидкостью, проделав отверстие в пластиковых флаконах ножницами. В итоге у него получилось пять заряженных шприцев.

Когда он закончил, к дверям подошли У Мэй и отец с сыном. Оба привели себя в порядок, У Мэй надела сумку через плечо, а в руках держала фонарь помощнее. Цинь Вэньян с помощью ремней и лямок укрепил самодельное детское кресло. Руки у него были свободны, зато за спиной у маленького Цинь Чэна висел рюкзачок.

Хань Шу распределил ресурсы: Цинь Вэньяну, который нес ребенка, было неудобно таскать с собой громоздкий трепан, зато он мастерски метал предметы. Хань Шу отдал ему все скальпели, а из пяти шприцев с анестетиком оставил себе один, остальные четыре разделил между ним и У Мэй.

Только они закончили, как из коридора донесся едва слышный, но в полной тишине оглушительный звон — лифт начал движение.

Хань Шу и Цинь Вэньян мгновенно погасили фонари. У Мэй замешкалась на долю секунды, но, увидев, что остальные погрузились во тьму, поспешила последовать их примеру.

Стараясь не шуметь, все трое бросились вон из операционной.

Как и предполагал Хань Шу, преследователей было трое: один ехал на лифте, двое поднимались по лестницам с северной и южной сторон. Они не спешили, двигались медленно, а каждый шаг отдавался тяжелым шлепком — судя по всему, они были босыми. Позади себя они волочили топоры, которые с визгом скребли по полу. Лезвия были настолько острыми, что на мраморной плитке оставались глубокие зигзагообразные борозды.

Дзынь! Еще один звонок. Хань Шу невольно перехватил дыхание — они здесь!

Троица спряталась в кабинках женского туалета. Наблюдения показали, что преследователи что-то ищут, поэтому туалет казался безопаснее обычного кабинета. А почему именно женский? Ну, там кабинок больше. Цинь Вэньян, не раздумывая, затащил ребенка внутрь, Хань Шу последовал за ним, лишь на миг заколебавшись. У Мэй только хлопала глазами от удивления.

Грохот! За окном усилился ливень, сверкнула молния, загремел гром. Окно в туалете было открыто, и внутрь летели капли дождя, намочив пол.

Снаружи раздались удары в двери и грохот переворачиваемых вещей. Сердце колотилось от тревоги. Они планировали, что когда преследователи начнут крушить комнаты, они проскользнут на четвертый этаж, который те уже обыскали — сейчас там должно быть спокойнее всего. Конечно, это был лишь риск, своего рода авантюра, ведь никто не знал, остались ли там эти твари.

Когда шум за дверью стал ритмичнее, и преследователи, по-видимому, перешли во вторую комнату, Хань Шу первым вышел из кабинки. Цинь Вэньян, не выпуская сына, потянулся к привязанному на бедре скальпелю. Маленький Цинь Чэн послушно прижался к отцу, понимая, что ситуация критическая, и даже не пискнул, хотя лямки сильно впивались в плечи.

Хань Шу осмотрелся. Без фонаря почти ничего не было видно, лишь редкие вспышки молний освещали пространство.

Убедившись, что у выхода никого нет, он трижды тихо постучал по двери — их условный сигнал безопасности. У Мэй и Цинь Вэньян вышли следом. Трое беглецов, прижимаясь к стене, крались к лестничной клетке, но фортуна оказалась не на их стороне: едва они заглянули за угол, как прямо перед ними возник черный силуэт.

В этот момент сверкнула молния, осветив узкий проход лестницы. Двухметровый гигант казался пугающе огромным, а его глаза, казалось, светились, уставившись прямо на них. Хань Шу понял, что дело плохо, и потянул спутников назад.

Хе-хе-хе… Хе-хе-хе! — Лицо у амбала было сплошь покрыто швами, нитки стягивали кожу, словно у порванной куклы. Он растянул рот в жуткой улыбке, издавая скрежещущий звук, похожий на раздираемое дерево. Самым страшным было то, что уголки его рта явно были когда-то разорваны — при открытии челюсти рот занимал чуть ли не половину лица.

Он взмахнул бензопилой. Раздалось гудение. Несмотря на огромный рост и вес под полтора центнера, гигант оказался на удивление проворным. Каждый его шаг сотрясал пол.

Беглецы бросились наутек. Они не могли бежать куда попало — столкнуться с остальными искателями означало верную смерть в клещах. В отчаянии они вбежали обратно в туалет и захлопнули дверь на засов. Гигант, отставший всего на десяток метров, тут же с яростью впился цепью в дерево.

Хань Шу должен был признать — они с Цинь Вэньяном понимали друг друга без слов. Цинь Вэньян бросил лишь: Я залезу наверх! — и Хань Шу тут же сообразил, что делать. Он втолкнул У Мэй в первую кабинку, а сам вместе с Цинь Вэньяном забежал в третью. Хань Шу сложил руки лодочкой, подставил их, и Цинь Вэньян, вскочив на них, перемахнул через перегородку высотой в два метра. Хань Шу впервые выполнял такую поддержку, и вес взрослого мужчины с ребенком заставил его пошатнуться, но он устоял, быстро закрыл кабинку на замок.

В тот же миг дверь в туалет разлетелась в щепки. Огромная туша ввалилась внутрь, и гигант тут же уставился на захлопнутую дверь кабинки.

…Хе… — усмехнулся он, довольно оскалившись. Он бросился к четвертой кабинке и с тем же рвением вгрызся пилой в перегородку. Зубья застряли в дереве, опилки полетели во все стороны. Хань Шу, затаившись внутри, с трудом сглотнул комок в горле.

Амбал, увлеченный процессом и предвкушающий кровавую расправу, довольно хмыкал. Но вдруг он взвыл от боли в правом глазу: А-а-а! — рука с пилой дрогнула. Он начал с удвоенной яростью колотить по двери, пытаясь вырвать застрявший инструмент и расправиться с насекомыми, посмевшими его ранить.

Быстрее! Сейчас! — крикнул Цинь Вэньян, сидя на узкой перегородке. Он метнул еще один скальпель, но на этот раз неудачно: нож отскочил от кожи гиганта, не оставив даже царапины.

Хань Шу выскочил из третьей кабинки и со всей силы вогнал трепан в спину врага. Он навалился всем весом, но даже этот инструмент, предназначенный для вскрытия костей, вошел лишь на пару сантиметров.

Ощутив боль, гигант взревел. Он с силой вырвал пилу, едва не обрушив всю перегородку, на которой сидел Цинь Вэньян. Тот удержался, едва не слетев вниз, и снова метнул несколько скальпелей — не ради точности, а чтобы отвлечь внимание.

Хань Шу повис на трепане, и когда гигант развернулся, его мотало вместе с ним. В последний момент он уклонился от удара, нож выпал, и Хань Шу приземлился на пол. К счастью, внимание гиганта переключилось на Цинь Вэньяна — тот свободной рукой прикрыл лицо от летящих лезвий. Цинь Вэньян потянулся к марле, но рука нащупала пустоту — все ножи закончились.

Когда амбал, проломив дверь, наполовину втиснулся в кабинку, он вдруг пошатнулся. Цинь Вэньян в ужасе увидел, как Хань Шу вонзает шприц прямо в рану на спине врага. Анестезия действовала быстро: пара секунд — и обычный человек был бы повержен, но этот гигант лишь покачнулся, хотя силы его явно покидали.

Хань Шу охватило отчаяние — казалось, это конец. Цинь Вэньян сжал кулаки, а маленький Цинь Чэн тихо заплакал.

Проклятые насекомые! — гигант снова поднял пилу. Хань Шу в отчаянии выставил перед собой скальпель. Завизжал металл, посыпались искры. Удар был такой силы, что руки Хань Шу онемели, словно их сломали, и он рухнул на колени.

Хань Шу!

Брат Хань!

У Мэй в ужасе прижала ладони к губам, а Цинь Вэньян не мог ничем помочь.

Все кончено. Это не человеческая сила, он не выстоит. Хань Шу закрыл глаза, готовясь к смерти…

Но боли не последовало. Раздался резкий лязг металла о металл. Хань Шу не открывал глаз, но никто не заметил, как ровная поверхность стены вдруг выгнулась, из нее что-то вырвалось, и черная текучая масса, твердая, как сталь, заблокировала бензопилу прямо над головой Хань Шу.

Дверь первой кабинки распахнулась: маленькая медсестра с двумя шприцами в руках вонзила их в незащищенную спину гиганта. Три порции препарата наконец подействовали — огромная туша дважды качнулась и осела.

http://bllate.org/book/33747/4150316