Готовый перевод The Little Town Debater / Мастер слов: Архитектор и разрушитель: Глава 7

*Плюх*, — слеза скатилась по щеке.

Бай Сюэ подавленным голосом произнесла:

— Наша сторона по-прежнему считает, что праведные поступки следует совершать соразмерно своим силам... потому что наши жизни принадлежат не только нам самим. Спасибо.

Она смахнула слёзы и села на место.

Уй Цзэи: «?????»

Какого чёрта? Какого чёрта?! Какого чёрта?!

Заставил меня зависнуть на минуту?!

Нет, стоп, что происходит?

Как она умудрилась вернуть тему назад? А?!

Твою мать, пока я припоминал, как она меня обратно притянула?

А?!

Председатель:

— Благодарим второго спикера стороны оппозиции за выступление. Далее просим третьего спикера стороны утверждения выступить с речью и перекрёстными вопросами.

В зале для зрителей младший командир выглядела совершенно растерянной, а вот Цзян Линь даже усмехнулся.

Девушка:

— Что происходит?!

Цзян Линь сказал:

— Ты заметила? Юй Цзэи мастерски умеет рушить чужие аргументы. В прошлый раз было то же самое: какими бы прочными ни казались твои тезисы, он быстро их разносит и загоняет тебя в совершенно новый угол зрения.

— За… заметила.

— Но на эту девушку это не действует, — усмехнулся он. — Видишь? Стоило ей заплакать, как теперь тема третьего спикера снова вернулась к исходной, и все усилия Юй Цзэи пошли прахом.

Еще бы нет!!!

На сцене у Юй Цзэи от злости дёргались брови.

Нет, в конце концов, что тут происходит?! Как эта логика вообще вернулась назад?! Как она умудрилась её повернуть?!

Справа третий спикер его собственной команды продолжал бросать на него взгляды, пытаясь понять, какой кусок текста ему читать. Юй Цзэи небрежно махнул рукой.

Да говорите что хотите. Наступит свободная дебата — сам выйду и разнесу её.

Наконец.

Председатель:

— Переходим к свободной дискуссии. Время на выступления каждой из сторон составляет по четыре минуты. Начинаем со стороны утверждения, прошу.

Юй Цзэи поднялся, приветствуя всех, и заговорил:

— Наша сторона считает, что праведное дело — это поступок, наполненный чувством чести, но в то же время он крайне опасен. Разумеется, опасность — это плата за честь. Поэтому, глядя на подобные поступки, нельзя замечать лишь одну честь, закрывая глаза на опасность. Если мы решаемся на такое, значит, мы уже взвесили все за и против или приняли твёрдое решение. И если в этот момент — не приложить все усилия для достижения успеха: как помощи другой стороне, так и спасения самих себя от гибели и травм — вместо этого отступить... разве это не лицемерие? Более того, если думать лишь о чести и не думать об опасности, разве это не тщеславие?

Бай Сюэ поднялась, её глаза по-прежнему блестели от готовых пролиться слёз:

— Уважаемый оппонент, неужели думая о себе, я проявляю лицемерие... или тщеславие?

Юй Цзэи: «………………»

Опять! Опять начинается!!!

Черт!!!

Бай Сюэ:

— Уважаемый оппонент, я уверена, что вы очень успешный человек. Вы, возможно, всё просчитываете наперед и всегда добиваетесь того, чего хотите. Но для таких людей, как мы, для обычных простолюдинов, многое далеко не всегда идеально. Мы даже не слишком умны, не умеем оценивать, где правы, а где нет, и не знаем, справимся ли с задачей. Слишком многие герои, погибшие, совершая праведные поступки, — неужели они действительно думали о себе? Нет, они уже забыли о себе. Слишком многие герои в одно мгновение бросались вперёд, успев подумать лишь: «Ой, а я умру? Наверное, да. Ладно, сначала полезу, а там разберёмся». Они даже не успевали мысленно попрощаться с родителями, жёнами и детьми — вот так просто уходили...

Бай Сюэ всхлипнула:

— Вы хотите, чтобы таких трагедий становилось всё больше?

Юй Цзэи: «……………………»

Прекрасно, просто великолепно, вышел на дебаты — и превратился в преступника.

Он поткёр переносицу:

— Разумеется, нет. Мы и так потеряли слишком много героев. Разве мы можем продолжать, сидя в тени чужих свершений, заниматься моральным террором?

Едва не исчерпав аргументы, он перевёл дыхание и резко сменил тон:

— Именно поэтому мы надеемся, что, совершая праведные поступки, люди делают это тогда, когда действительно способны на них, когда при условии всех усилий гарантирован успех. Мы призываем: если вы чувствуете, что можете не справиться, обращайтесь за помощью. Это поможет свести к минимуму жертвы и сделать так, чтобы подобных трагедий становилось всё меньше. Например, вернуть даме украденный кошелёк — это мелочь, мы можем сделать это немедленно. Но спасение людей из пожара — дело серьёзное, здесь нужно оценить обстановку, позвать на помощь, действовать слаженно или вовсе не браться за это.

— Если во всём искать лишь возможность рассчитать силы, это превращается в попустительство. То, что сегодня словосочетание соразмерять свои силы может служить синонимом выражения сем раз отмерь, объясняется лишь тем, что слишком много героев бросалось в огонь без оглядки, слишком много героев отдали свои жизни. Сегодня, стоя снаружи горящего здания и ожидая возможности помочь, мы называем это соразмерением сил. Но когда все начнут действовать лишь по принципу достаточности сил, возможно, подать тонущему ребёнку палку тоже будут называть соразмерением сил. Когда общественные стандарты падут ещё ниже, помощь упавшему на землю старику тоже сочтут подвигом, совершённым по силам. Разве общество, в котором каждый держится в стороне от чужой беды, — это общество, о котором вы мечтаете?

Трогательная и беззащитная Бай Сюэ:

— Уважаемый оппонент хочет сказать, что призыв беречь себя — это ошибка?

Юй Цзэи: «...??»

Разве я так сказал?!

Черт, этот твой приём подмены понятий круче моих манёвров.

Бай Сюэ:

— Вам знаком такой человек по имени Сюй Цзянь? Он увидел, что односельчанин тонет, и сам бросился в воду спасать его, в итоге они оба утонули. Согласно вашей логике, перед поступком надо взвесить, по силам ли тебе это: если да — делай, если нет — не делай. Но разве господин Сюй успел подумать? Или, вернее, разве он размышлял в духе: «Возможно, я не смогу вытащить его»? Просто он понял, что не сможет спокойно смотреть, как человек тонет, и всё равно прыгнул.

— И по другой вашей части: вы говорили, что отказываться от принятого решения в процессе — это тщеславие. Но ведь у него были бесчисленные возможности передумать. Он мог сотни раз бросить человека и выплыть самому. Он этого не сделал.

Её глаза, казалось, всегда были влажными, отражая свет слёз, похожие на лунный свет.

— Если бы сейчас вам дали выбор: хотите ли вы, чтобы он бросил затею и погиб только один человек, или чтобы он шёл до конца изо всех сил, и оба отправились на тот свет? Уважаемый оппонент.

Прямой удар в сердце.

Председатель:

— Время стороны оппозиции истекло.

Юй Цзэи посидел несколько секунд в тишине, поднялся и произнёс:

— Дорогая сторона оппозиции. Первое: я не стану вмешиваться в изначальный путь любой человеческой жизни, и мир не предоставит мне такой возможности. Что бы я ни ответил, ушедших не вернуть. Второе: я не считаю, что ценность жизни можно измерить количеством. Если ценность жизни каждого человека равна положительной бесконечности, то две положительные бесконечности не больше одной, а одна положительная бесконечность не меньше двух.

— Если вам нравятся истории, знаете ли вы Ван Сяннаня? Военный в отставке, стойкий и храбрый. Заметив обвал на скоростной трассе, он развернул свой грузовик-рефрижератор поперёк дороги, чтобы преградить путь едущим сзади машинам. Вместе с женой он выбежал наружу и побежал назад, предупреждая приближающийся транспорт сбавить скорость и остановиться. В итоге все остались живы и невредимы.

— На самом деле он мог этого не делать. Он мог просто остановить свою машину, чтобы спасти себя, или просто преградить путь транспорту, не выбегая предупреждать каждого по отдельности. Какова была вероятность понести финансовые убытки на скоростной трассе или рискнуть жизнью? Знал только он сам в тот момент. Но именно благодаря тому, что он выложился на сто процентов, бесчисленные автомобили избежали катастрофы, а бесчисленные семьи — трагедии. Наша сторона считает, что праведные поступки следует совершать изо всех сил. Спасибо.

Председатель:

— Время стороны утверждения истекло.

Глава 4. Личэн (часть 4)

— Давайте поздравим лучшего спикера этого матча — Бай Сюэ!

...

Никаких сюрпризов: Юй Цзэи снова проиграл.

Какая-то там команда «Узы» со счётом 89 очков проиграла дебат-клубу из Мэйчэна, набравшему 91 очко.

— Это нормально. По судьбе ему суждено проигрывать, да и тема была не в его пользу, — прокомментировал Цзян Линь.

Младший командир, молоденькая девушка, обиженно протянула:

— Но Линь-гэ, у нас ведь тоже тема была невыгодной...

— Была так была, — Цзян Линь приподнял подбородок. — На сцену.

В комнате ожидания в центре проведения соревнований Юй Цзэи сидел в окружении троих ребят, изливая им горькие жалобы... точнее, потоки желчи.

Первый спикер:

— Было безумно сложно, Юй-гэ! Я же читал точно по твоему тексту!

Третий спикер:

— Да, Юй-гэ! И я читал всё, как ты велел! Они такие сильные!

Четвёртый спикер:

— Точно, они очень сильные! В финальной речи твои наброски мне даже не пригодились!

Юй Цзэи: «………………»

Чирикают и чирикают.

Он сидел у края стола; из-за высокого роста его ноги полностью стояли на полу, но колени всё равно сгибались. В голове у него роились чёрные тучи тумана. Наконец, он махнул рукой и небрежно бросил:

— Да, сложно. Писать вам тексты всё равно бесполезно. В таких турнирах главное — импровизация. Текст может лишь поднять вашу нижнюю планку, но прыгнуть выше головы с ним не получится.

Внезапно Юй Цзэи что-то вспомнил:

— Эй, а команда Личэна когда выступает? С кем они играют?

Первый спикер почесал затылок:

— Эм... не обратил внимания, кажется, с уездом Юй.

Третий спикер:

— Уезд Юй? Они уже на сцене, наверное?

— А? Идём-идём, займём места в зрительном зале. — Он поднялся и потащил за собой троих подростков. — У них сильная команда, надо посмотреть, набраться опыта.

***

Должны ли мы судить о героях по их успеху или неудаче?

Сторона утверждения: Дебат-команда Личэна.

Сторона оппозиции: Дебат-команда уезда Юй.

Юй Цзэи нашёл свободное место, сел и устремил взгляд на сцену.

Молодой мужчина с холодными и отрешенными чертами лица, в той же застиранной рубашке с засученными рукавами, зажимал между пальцами ручку. Ручка сделала оборот вокруг нескольких пальцев и вернулась к указательному. Крутил он её весьма ловко.

На треугольной табличке перед ним чётко значилось: «Второй спикер стороны утверждения: Цзян Линь».

— Уважаемый оппонент. Вы только что сказали, что нельзя судить о героях по успеху или неудаче, потому что мы не можем по достижению или недостижению какой-то одной цели судить о человеке целиком, верно? — спросил он.

— Да, уважаемый оппонент, — поднялся представитель стороны оппозиции. — Сян Юй покончил с собой на берегу Уцзян после сокрушительного поражения, но разве можно сказать, что он не герой? Мэн Тянь стал жертвой интриг Цинь Эр-ши и погиб без всякой вины, но разве можно сказать, что он не герой? Синь Цицзи всю жизнь служил родине, но его великие стремления так и остались неосуществленными, но разве можно сказать, что он не герой?

http://bllate.org/book/33737/4149059