Готовый перевод The Iceberg Guide Matched My Obsessive Nemesis / Ледяной проводник: В объятиях одержимого врага: Глава 3

Какой же он жалкий.

Уголки губ Цзин Сюйчуаня слегка приподнялись — это была его первая за весь сегодняшний день искренняя улыбка, хотя, разумеется, в ней сквозило немало насмешки.

— Ты теперь даже убежать не в силах?

— Ха… Всё ещё наблюдаешь за представлением? — Дыхание Ци Шао почти заглушало его собственные слова. Привалившись спиной к стене, он исподлобья уставился на Цзин Сюйчуаня.

— К тому же, какое побег? Я сегодня и не думал никуда бежать.

Хотя Ци Шао выглядел столь слабым и беспомощным, Цзин Сюйчуань знал — это лишь видимость.

Свирепый волк вовсе не выбился из сил, и его глаза, в которых таился мрачный блеск, хищно впились в добычу: стоило жертве хоть на мгновение ослабить бдительность, как он тут же израсходовал бы последние крохи сил, чтобы схватить её.

Пусть даже конечным итогом стала бы смерть, он бы утащил противника за собой.

Цзин Сюйчуань прищурился: ему не хотелось больше связываться с этой занозой. Однако то, что Ци Шао не собирался улепётывать, оказалось несколько неожиданным.

У него были желания, но не было возможностей, или же…

Он протянул руку к Ци Шао, но прежде чем успел перехватить того за подбородок, его запястье перехватили.

Хотя Ци Шао и держал руку Цзин Сюйчуаня, хватка была слабой — стоило лишь чуть-чуть стряхнуть его пальцы, и можно было освободиться.

— Ой, какая же у тебя жестокая душа, — Ци Шао нарочно протянул слова, и голос его прозвучал мягко и бесхитростно. — Даже если наши отношения не заладились, зачем же сразу лишать меня жизни?

Цзин Сюйчуань не ответил. Он смотрел, как чужие глаза становятся хрупкими и беззащитными, словно вся только что исходившая от него опасность была лишь иллюзией.

В следующее мгновение это казалось бы добродушное лицо резко подалось вперёд, приживаясь к ладони Цзин Сюйчуаня.

Что он вытворяет?

Цзин Сюйчуань нахмурился, чувствуя себя несколько озадаченным: неужели Ци Шао показывает свою слабость?

Проявлять слабость — для Ци Шао это и впрямь было редкостью. В конце концов Цзин Сюйчуань подал голос:

— Совсем расклеился?

— Ха, раскусил. — Разоблачённый Ци Шао бросил всякие притворства и просто обмяк, всем телом привалившись к Цзин Сюйчуаню.

К счастью, Цзин Сюйчуань как проводник тоже не отличался хрупкостью, да и ростом они с Ци Шао были почти равны, так что по крайней мере сойти за идеальные живые ходунки он вполне мог.

Тяжесть, внезапно обрушившаяся на левое плечо, излучала жгучее тепло, от которого Цзин Сюйчуань невольно поморщился.

Но это жгучее пламя не собиралось останавливаться: перекинувшись на правое плечо, оно поползло к самому сердцу, постепенно сводя на нет естественное тепло тела Цзин Сюйчуаня.

— Ты даже не пытаешься скрывать свои истинные цели, — холодно произнёс Цзин Сюйчуань. — С чего ты вообще взял, что я соглашусь?

Цзин Сюйчуань никогда в жизни не думал, что станет парой для Ци Шао. И теперь, когда из-за проблем с духовной силой у Ци Шао помутился рассудок и он принял такое решение, как он мог позволить втянуть себя в эту авантюру?

Оттолкнув голову Ци Шао, Цзин Сюйчуань с бесстрастным лицом двинулся вперёд — избежать ритуала соединения было нельзя, но вступать с Ци Шао в какие-либо дальнейшие близкие отношения он вовсе не собирался.

Однако стоило ему лишь слегка толкнуть парня, как ещё минуту назад полный сил и задора страж рухнул на землю, словно подкошенный.

А Снежный волк, следовавший по пятам за Ци Шао, синхронно со своим хозяином с глухим стуком завалился набок — всё выглядело донельзя правдоподобно.

Поверженный страж медленно приподнял голову, глядя на Цзин Сюйчуань практически мертвенно-бледным лицом.

Капли пота скатывались со лба Ци Шао по щекам и падали на землю — звук капающей воды нарушил тишину высохшей земли, пуская по ней круги.

Он промолвил:

— Хороший братец… сделай одолжение.

Услышав обращение, которое Ци Шао произнёс нарочно осипшим голосом, Цзин Сюйчуань что-то припомнил, и его взгляд затуманился.

Но это замешательство продлилось недолго: он резко выдернул руку и, проигнорировав распростёртого на полу человека, тут же развернулся.

Однако стоило ему сделать лишь шаг, как его мёртвой хваткой ухватили за ногу.

Сила была такой чудовищной, что никак не вязалась с состоянием полного истощения.

— И впрямь бросишь меня умирать? А я-то думал, наши отношения ещё не докатились до такого.

— Я не из тех, кто оставляет людей в беде, — обернувшись и глядя на до боли знакомое лицо, ровным тоном произнёс Цзин Сюйчуань.

— Просто мне показалось, что с такой прытью ты в моей помощи пока не нуждаешься.

Заметив ледяное выражение на лице Цзин Сюйчуаня, Ци Шао, казалось, тоже погасил остатки тепла во взгляде, однако недуг не был подделкой — и бледность, и катившиеся градом капли пота служили тому неоспоримым доказательством.

Пусть это и не могло разжалобить, но и бесполезным назвать было нельзя.

Хотя отношения между Цзин Сюйчуанем и Ци Шао можно было назвать водой и огнем, как бы яростно они ни враждовали, смотреть, как этот человек сходит с ума прямо здесь, он бы всё равно не смог.

Сейчас вокруг никого не было, но стоило остальным броситься на поиски, как они обнаружили бы стража с полностью вышедшей из-под контроля духовной силой.

Ни к чему хорошему это бы не привело.

В конце концов Цзин Сюйчуань при помощи духовной силы провёл простейшую чистку: хоть он и не погружался в духовный пейзаж глубоко, но даже так мог заметить первые признаки зияющих там пробоин.

Сморщив брови, Цзин Сюйчуань отозвал духовную силу и, открыв глаза, обнаружил, что они с Ци Шао уже окружены плотным кольцом преследователей.

Цзин Сюйчуань нисколько не удивился. Его спокойный взгляд скользнул по настороженным лицам окружающих.

— В его нынешнем состоянии ритуал соединения продолжать нельзя. Если вы не хотите, чтобы его духовная сила окончательно разрушилась, обеспечьте нам тишину и уединение.

Люди переглянулись, но в конце концов приняли предложение Цзин Сюйчуаня.

Пусть это и шло вразрез с планами, а ритуал странным образом лишился главных участников, всё же это было лучше, чем сошедший с ума прямо во время церемонии виновник торжества.

Разумеется, помня о давней вражде между ними, во избежание сюрпризов Цзин Сюйчуаня препроводили обратно под усиленным конвоем.

Судя по их бдительности, если бы не нужда проводника в закрытом и тихом пространстве для очищения духовной силы, за сеансом психорезонанса наблюдала бы целая толпа зевак.

Вот только те самые люди, которые в спешке доставили обоих по домам и спешно окружили жилище кольцом охраны, и помыслить не могли, что неимоверно слабый всю дорогу Ци Шао, стоило им переступить порог квартиры Цзин Сюйчуаня, вмиг ожил и обрёл бодрость.

Он поднял глаза, и в них мелькнули насмешливые нотки:

— Несколько лет не виделись, а ты, похоже, уже не такой черствый.

Голос звучал непринужденно — от прежнего полумёртвого вида не осталось и следа!

Этот человек даже принялся озираться по сторонам, разглядывая убранство дома Цзин Сюйчуаня.

— С твоей нынешней должностью ты ютишься в такой конуре? Наша академия теперь настолько жадная?

При взгляде на эту фонтанирующую энергию трудно было поверить, что ещё пару минут назад этот человек едва не испустил дух под пыткой собственной духовной силы.

И всё же Цзин Сюйчуань прекрасно знал, что творить чудеса исцеления не умеет, а столь быстрое «выздоровление» могло иметь лишь одно объяснение: кое-кто попросту разыгрывал спектакль.

Актёрское мастерство Ци Шао было на высоте, но это вовсе не означало, что Цзин Сюйчуань жаждал подыгрывать в этой пьесе одного актёра.

Заметив, что Цзин Сюйчуань никак не реагирует, тот перевёл взгляд на его отрешённое лицо, и улыбка на губах парня постепенно увяла.

— Кажется, ты не слишком рад тому, что со мной всё в порядке?

— Вполне естественно, — кивнул Цзин Сюйчуань, говоря чистую правду. — Когда ты был на волосок от смерти, я тоже не особо переживал.

Слова звучали неприятно, но в случае с Ци Шао это было в порядке вещей.

Услышав это, он вновь расплылся в улыбке и с издевательской ухмылкой протянул:

— А мне нравится, когда ты не рад.

Цзин Сюйчуань: «…»

Именно поэтому он искренне надеялся, что из-за хаоса в духовной силе Ци Шао превратится в круглого дурака.

Отупев, Ци Шао перестал бы так раздражать окружающих и не стал бы бегать повсюду сумасшедшим, доставляя всем проблемы.

— О-о~ — Ци Шао уставился на это бесстрастное лицо, словно проникая сквозь маску хладнокровия ко всем спрятанным за ней эмоциям. — Ты ждёшь, пока духовная сила превратит меня в идиота, чтобы потом привязать к себе и держать дома на поводке, как ручную собачонку?

— Ого, а ты неплохо всё рассчитал.

Цзин Сюйчуань холодно усмехнулся:

— Домашних животных вообще-то можно отдавать на передержку. Будь я твоим хозяином, я бы предпочёл отправить тебя в психиатрическую лечебницу.

Трудно было поверить, что преподаватель Цзин, обычно держащийся холодно и отстраненно, но неизменно соблюдающий все нормы приличия, способен выдавать подобные вещи.

Однако Ци Шао, судя по всему, к такому привык — их «беседы» всегда протекали в подобном ключе. Сейчас он лишь покачал головой и наигранно вздохнул:

— Хорошо ещё, что я подстраховался, иначе и вправду влетел бы по-крупному.

Едва эти слова сорвались с губ, как воздух рядом с ухом Цзин Сюйчуаня рассек свист ветра, и прежде чем он успел хоть как-то среагировать, Ци Шао набросился на него.

С глухим стуком они оба рухнули на пол.

Этот внезапный манёвр Ци Шао застал врасплох, а последовавшие за ним действия оказались и вовсе стремительными — он принялся напропалую срывать с Цзин Сюйчуаня одежду.

— Возьму тебя силой, — фыркнул он, самодовольно искривив губы в улыбке. — Сегодня наши духовные силы просто обязаны слиться воедино.

Цзин Сюйчуань прожил на свете уже больше двух десятков лет, но подобному бесчинству подвергся впервые, причём из всех людей этим занимался именно Ци Шао. Его неизменно невозмутимое выражение лица наконец дало трещину.

Тонкие губы были крепко сжаты, превратившись в бледную ниточку.

Ци Шао прекрасно понимал, что тот бесится, но кто станет принимать во внимание чувства своего злейшего врага? Раз уж противник ни в грош не ставил его собственную жизнь, с какой стати ему самому церемониться?

Одежда Цзин Сюйчуаня была измята и разодрана в клочья, от былой безупречной аккуратности не осталось и следа.

Однако на фоне всё большего беспорядка в наряде выражение лица Цзин Сюйчуаня, напротив, постепенно возвращалось к привычному покою.

Хотя поведение Ци Шао вызывало у него физическое отвращение, неожиданностью это не стало.

Ещё задолго до этого Цзин Сюйчуань успел досконально изучить психическое состояние Ци Шао — ни один вменяемый страж не додумался бы довести собственный духовный пейзаж до столь плачевного состояния.

А значит, с самого порога Ци Шао всего лишь притворялся здоровым, чтобы усыпить бдительность Цзин Сюйчуаня.

Поскольку доверия между ними изначально не существовало, любые подозрения цвели пышным цветом, стоило Цзин Сюйчуаню хоть на миг заколебаться — и Ци Шао тут же получил бы шанс.

Как бы то ни было, объединять свои силы с Ци Шао Цзин Сюйчуань не собирался, хотя человек, державший в руках инициативу, судя по всему, думал иначе.

Пожалуй, предел прочности его духовной силы и впрямь был исчерпан, иначе заносчивый до мозга костей Ци Шао никогда не опустился бы до того, чтобы искать помощи у самого Цзин Сюйчуаня.

Объединить силы с ним? Несколько лет назад при одной мысли о подобной перспективе Ци Шао наверняка просыпался бы в холодном поте по ночам.

Впрочем, сам Цзин Сюйчуань чувствовал примерно то же самое.

— Хватит сходить с ума, — Цзин Сюйчуань протянул руку и отмахнулся от тянущейся к нему собачьей морды, намереваясь усмирить этот взбесившийся сгусток энергии, но в ответ получил лишь укус.

С очередным движением страж словно лишился последних крупиц рассудка: в его прежде ясных зрачках мелькнул кровавый отблеск, а пальцы мёртвой хваткой вцепились в запястье Цзин Сюйчуаня, наотрез отказываясь разжимать хватку.

http://bllate.org/book/33626/4133573