Янь Чжао обернулся. Его лицо было расслаблено, а в глазах, отражавших мелкие блики потолочных светильников, застыла мягкая, чистая улыбка — вид у него был поистине неописуемый.
— Я просто выйду в уборную.
Сун Байюй целую минуту стоял в оцепенении, прежде чем пришел в себя. Спустя мгновение он густо покраснел и в досаде хлопнул себя по лбу.
…Снова опозорился перед старшим Янем.
***
Вернувшись из уборной, Янь Чжао обнаружил, что Сун Байюй исчез со своего места.
Фу Южун, подперев подбородок рукой, кивнул в сторону сцены.
Сун Байюй сидел перед пианино, неотрывно глядя на Янь Чжао. Его голос, звучащий через микрофон, слегка дрожал от волнения:
— Эту песню, All of Me, я хочу посвятить человеку, который мне очень нравится. А еще… она поможет мне закрыть один мой гештальт.
Досказав, он перевел взгляд на клавиши, опустил запястья и заиграл — полилась плавная, нежная мелодия.
«Give your all to me»
(Отдай мне себя целиком)
«I‘ll give my all to you»
(Я отдам тебе всё, что имею)
На этих строчках он не удержался и поднял глаза на Янь Чжао.
«You’re my end and my beginning»
(Ты — мой конец и мое начало)
«Even when I lose I‘m winning»
(Даже проигрывая, я выигрываю)
…
В мерцании декоративного освещения голос поющего юноши звучал чисто и мягко, а каждое слово было наполнено нежностью. Сун Байюй смотрел только на Янь Чжао — так серьезно, почти благоговейно, с такой сосредоточенностью и теплом.
Фу Южун, снимая выступление на телефон, слегка пихнул Янь Чжао в бок:
— Янь-Янь, возьму у тебя интервью. Поделись своими впечатлениями.
— Поет он неплохо, — Янь Чжао опустил взгляд. — Не забудь переслать мне видео.
Фу Южун дернул уголком рта:
— …Ну, это в твоем стиле.
Как всегда, упрямый и скрытный.
Когда выступление закончилось и Сун Байюй вернулся за столик, Янь Чжао протянул ему одну светло-фиолетовую розу сорта Долота.
Сун Байюй замер на секунду, глядя на невозмутимого Янь Чжао.
— Это мне?
Фу Южун высунулся из-за спины Янь Чжао и, почти повиснув на его плече, подшутил:
— Это Янь-Янь специально просил официанта сходить купить, представляешь? Правда, осталась только одна, так что принимай, младший сокурсник, что дают.
Сун Байюй вытянул цветок из пальцев Янь Чжао и тихо вдохнул аромат бутона:
— Я очень рад. Спасибо за цветок, старший сокурсник.
Он слегка покрутил стебель в пальцах и тихо спросил:
— Старший, твое настроение стало лучше?
Фу Южун удивленно приподнял бровь. Этот младший — парень не промах. Он-то думал, что только он заметил плохое настроение Янь-Яня.
Янь Чжао на мгновение замер, перестав постукивать костяшками пальцев по колену.
— Так ты поэтому…
— Хотел поднять тебе настроение, — честно ответил Сун Байюй. — Песня была экспромтом, признание — попутно, я просто не хотел, чтобы ты грустил.
Янь Чжао некоторое время молча смотрел на него, и в его холодных, спокойных глазах наконец промелькнула искра.
— Стало.
Выронив лишь это одно слово, он отвел взгляд, прикрыв глаза длинными темными ресницами, чтобы скрыть эмоции на дне души.
Сун Байюй не сразу понял, что Янь Чжао ответил на его предыдущий вопрос. Ему стало лучше. Благодаря ему.
Он довольно сощурился. Ну и отлично.
— Если настроение плохое, можно выпить немного вина, — Фу Южун обнял Янь Чжао за шею, разрушая возникшую между ними незримую, смущающую атмосферу. Он очень «заботливо» сунул Янь Чжао в руки бокал черносмородинового вина: — Господин Янь, сделай одолжение, выпей за компанию, у меня сегодня тоже не самый лучший день.
…Ладно.
Янь Чжао чокнулся с Фу Южуном и сделал небольшой глоток, надеясь, что кисло-сладкий аромат вина перебьет легкую тошноту.
Стоило ему увидеть, как Шао Линь силой целует Сун Яня, как его начало физически мутить. Эта сцена словно наложилась на кадры из недавнего сна — почти один в один, за исключением времени и места.
Прошлой ночью Янь Чжао снова видел сон о себе из «сюжетной линии». Он наблюдал за событиями после того, как «тот» Янь Чжао и Сун Янь обручились.
Глубокая ночь, проливной дождь. Сун Янь, засидевшись на работе, потребовал, чтобы Янь Чжао приехал за ним. Тот, с трудом уснувший после снотворного, был вынужден, превозмогая раскалывающуюся голову и бледный как полотно, выбираться из постели, переодеваться и спешить на встречу.
Но когда он приехал в компанию, то через неплотно закрытую дверь увидел, как Сун Янь целуется с Шао Линем.
Шао Линь крепко сжимал талию Сун Яня, прижимая его к себе и целуя до потери рассудка. А Сун Янь, поначалу сопротивлявшийся, вскоре обмяк и начал отвечать на поцелуй, обвив руками шею Шао Линя.
Звуки страстных влажных поцелуев заставили сопровождавшую Янь Чжао секретаршу покраснеть до корней волос, но сам Янь Чжао лишь равнодушно смотрел на них, сохраняя пугающее спокойствие.
Когда секретарша, не в силах больше смотреть на это, хотела предложить уйти, Сун Янь, приоткрыв затуманенные глаза, заметил фигуру Янь Чжао. Он в испуге оттолкнул Шао Линя — в момент разрыва их губ потянулась тонкая серебристая нить слюны.
Лицо Янь Чжао, и без того лишенное красок, стало еще белее. Он прикрыл рот рукой и отвернулся, не в силах сдержать физиологический позыв к рвоте.
Когда его отпустило, Шао Линь уже стоял перед ним, обнимая Сун Яня за талию, с торжествующей усмешкой и пренебрежением в глазах.
На глазах у законного жениха он поцеловал Сун Яня в щеку и двусмысленно произнес:
— Милый, раз уж твой жених всё увидел, может, попробуем втроем?
Болезненно бледный юноша холодно посмотрел на них и отстранил руку Сун Яня, пытавшегося его поддержать.
— Продолжайте. Мне не интересно участвовать.
…А потом он проснулся.
Когда он рассказал об этом сне Системе 07, маленькая Система только охнула и пояснила, что это контент из экстры. Сам он читал только основной текст, но, оказывается, после него было еще две главы бонусов.
То, что ему приснилось — это как раз бонусная глава, написанная автором. Правда, из-за непредвиденных обстоятельств дописать ее не удалось.
Мало того, что он увидел это во сне, так теперь приходится наблюдать в реальности.
Тошнит по-настоящему.
…
Хаос мыслей и образов в голове не удалось утопить в алкоголе — всё закончилось на одном полароидном снимке.
Фотография выпала из кармана Сун Байюя. Янь Чжао заметил ее, поднял, хотел было отдать владельцу, но замер: на снимке был он сам.
Он, в школьной форме, с чуть отросшими волосами, собранными в короткий хвостик, стоял между книжными стеллажами, углубившись в чтение книги на английском.
Угол съемки выдавал в авторе кадра того, кто фотографировал скрытно.
Янь Чжао взглянул на Сун Байюя, который успел заснуть, обняв руки.
В конце концов, он решил спрятать полароид в карман своего пальто.
Глава 15
Сун Байюй выволок огромную плюшевую игрушку с заднего сиденья и, подтолкнув ее коленкой, захлопнул дверь машины. На его черных брюках тут же осталось серое пятно. Он посмотрел на пыль, но лишь равнодушно пожал плечами.
— Старший, надо бы машину помыть.
Янь Чжао слегка потер переносицу:
— Завтра съезжу.
Сун Байюй заметил его жест и обеспокоенно спросил:
— Голова сильно кружится? Давай я сварю тебе отвар от похмелья, когда вернемся, а то завтра утром будет еще хуже.
— Уже поздно, — Янь Чжао нажал кнопку вызова лифта, голос его звучал вяло. — Ты не хочешь спать?
— Нормально, я же только что поспал, сейчас не очень хочу. — Сун Байюй с игрушкой в руках зашел в лифт следом за Янь Чжао. Глядя, как тот даже в лифте стоит с закрытыми глазами, он понизил голос: — Выпьешь отвар и поспишь. Завтра выходной, можно будет хорошенько отдохнуть. В следующий раз не пей такие крепкие напитки. Похмелье — это полбеды, это еще и для здоровья вредно.
Лифт звякнул, сообщая о прибытии на этаж. Двери открылись, и Янь Чжао, не открывая глаз, позвал его по имени:
— Сун Байюй.
— А? — Сун Байюй, прижимая игрушку к себе, слегка склонил голову набок, отчего его миндалевидные глаза стали еще круглее. — Что такое?
Неужели он так утомил Янь Чжао своей болтовней? Даже перестал называть его Байюй и обратился по полному имени…
— Насчет вопроса днем, — Янь Чжао открыл глаза. Из-за усталости голос его звучал лениво, с легкой гнусавостью: — Это было, чтобы приманить кота.
— Иди спать. Спокойной ночи.
Сун Байюй опешил и лишь по инерции ответил:
— Спокойной ночи.
Только когда Янь Чжао зашел в квартиру и закрыл дверь, он пришел в себя и досадливо стукнул себя по лбу.
Забыл про отвар!
…
— Янь-Янь, ты это специально, да?
Янь Чжао бросил влажное полотенце в корзину для белья и взъерошил свои вечно растрепанные волосы:
— Что специально?
— Специально не договорил, — Система вылетела вслед за ним из ванной. — Днем ты ведь специально выиграл для младшего сокурсника ту игрушку, почему не признался?
— Оу, — Янь Чжао натянул на себя старую хлопковую футболку и зевнул. — Потому что я стесняюсь.
07: «…»
Стесняется он, как же.
— Так какое у тебя сейчас мнение о младшем? — пробормотала Система. — На обычного друга вроде не похоже, но и до симпатии не дотягивает.
— Кот, наверное.
07: «…»
07: «Я же говорил, что ты любишь котов, а ты не признавался».
Янь Чжао тихо кашлянул, не став спорить.
— Янь-Янь.
— Мм?
— Высуши волосы феном, а то простудишься.
Янь Чжао молча достал фен, проглотив фразу, которая наверняка взбесила бы 07: «Ты что, действительно воспитываешь меня как собственного сына?»
Эх, ну почему его маленькая Система с каждым днем становится всё больше похожа на мамочку.
Высушив волосы, он отложил фен, и в этот момент загорелся экран телефона.
/White/: Старший, ты еще не спишь? Если нет, я могу принести тебе отвар от похмелья?
…Ну почему, почему от этого отвара никак не скрыться?
http://bllate.org/book/33561/4125039
Сказали спасибо 0 читателей