Готовый перевод The Scum Top Senior Wants My Medicinal Dregs / Старший брат-злодей: Моя кровь — не ваше лекарство: Глава 12

Чэн Ецю сжал собственную руку, опустив голову и размышляя, какую бы причину придумать, чтобы как-то выкрутиться, но Сунь Цзючэнь уже совершенно естественно заговорил:

— Пожалуй, это я проявил излишнюю поспешность. Старейшины уже ждут, пойдемте.

С этими словами он призвал летающий меч, жестом велев Чэн Ецю встать на него, а затем окружил его потоком духовной энергии, и они вместе полетели к Залу Совещаний.

……

Когда они прибыли в Зал Совещаний, Истинного Владыки Цюаньцзяня там не оказалось, присутствовало лишь несколько старейшин, которые беседовали между собой.

Заметив, что Сунь Цзючэнь кого-то привел, двое старейшин слева поднялись на ноги, обменялись с Сунь Цзючэнем парой вежливых фраз, а затем перевели взгляд на стоявшего за его спиной Чэн Ецю:

— Это и есть младший соученик Чэн Ецю?

Не понимая, в чем дело, Чэн Ецю осторожно ответил:

— Именно так, ученик здесь.

Один из старейшин погладил бороду и с улыбкой произвел:

— Дело в том, что мы оба получили приказ от Реального Человека Хань Юэ и хотим забрать тебя на Пик Пилюль в качестве личного ученика. Что ты об этом думаешь?

Услышав столь неожиданную новость, Чэн Ецю на мгновение замер, глубоко удивившись, а в следующее мгновение его сердце заколотилось.

В тот же миг он вспомнил слова, сказанные ему Сы Яном два месяца назад.

Тогда он думал, что Сы Ян отправился просить за него старших, и те, даже если и проявят снисхождение ради Сы Яна, всё равно потребуют, чтобы Чэн Ецю сначала достиг стадии Закладки Основы... Кто же знал, что пройдет всего два месяца, и Реальный Человек Хань Юэ сама пришлет людей за ним?

По соображениям самого Чэн Ецю, он был согласен на всё, тысячу раз за — однако он немного замялся и не стал отвечать сразу.

И действительно, Сунь Цзючэнь холодно произнес:

— Младший соученик Чэн уже является учеником Пика Меча, разве пристало Пику Пилюль забирать его к себе?

Двое старейшин переглянулись, в их взглядах промелькнуло недоумение:

— Старший соученик Сунь, Реальный Человек Хань Юэ хочет взять младшего соученика Чэна в личные ученики, это же великое благословение! К тому же никто не принуждает силой — раз младший соученик Чэн не желает, тогда и разговоров нет. Что здесь не так?

Сунь Цзючэнь нахмурился.

Сидевший позади них старейшина Меча вставил слово:

— Всего лишь ученик на стадии Очищения Ци, раз хотят забрать — пусть забирают, к чему разводить пустые разговоры?

Сунь Цзючэнь на мгновение замолчал и сказал:

— В этом деле всё же следует узнать волю самого младшего соученика Чэна.

Он повернулся и с мягким выражением в глазах посмотрел на Чэн Ецю:

— Младший соученик Чэн, ты хочешь перейти на Пик Пилюль или остаться со мной?

Чэн Ецю опустил взгляд, размышляя пару мгновений, тщательно подобрал нужные эмоции и лишь затем искренне поднял голову:

— Старший братец Сун в эти дни на Пике Меча проявлял ко мне немало заботы, я должен был как следует отблагодарить его, однако мой характер, похоже, совсем не подходит Пику Меча. Если я останусь здесь и буду попусту тратить время, в будущем вряд ли представится шанс отплатить старшему братцу Суну за добро. Уж лучше отправиться на Пик Пилюль — если мне удастся хоть в чем-то преуспеть, я смогу куда лучше отблагодарить старшего братца Суна за его милость.

Под конец слова Чэн Ецю звучали так искренне, что даже напряженное выражение на лице Сунь Цзючэня смягчилось.

Несмотря на это, Сунь Цзючэнь всё еще выглядел довольно недовольным:

— Младший соученик Чэн, если ты отправишься на Пик Пилюль, то в дальнейшем...

Старейшины Пика Меча в большинстве своем обладали дурным нравом, и, услышав это, потеряли всякое терпение:

— Старший соученик Сунь, с каких пор ты стал таким нерешительным? Этот младший ученик — тебе ведь не партнёр по даосизму, чего ты устраиваешь сцену, будто они навеки прощаются?

Брови Сунь Цзючэня чуть заметно дрогнули.

Смертельно боясь, что Сунь Цзючэнь действительно ляпнет что-нибудь вроде он мой партнёр по даосизму — ради Кости Небесных Звезд прошлая жизнь Чэн Ецю предоставила ему слишком много подобного опыта, — Чэн Ецю поспешно произнес:

— Большое спасибо Реальному Человеку Хань Юэ за её расположение, ученик, разумеется, подчиняется приказу. Интересно, когда будет подходящим временем отправиться на Пик Пилюль?

Старейшина с Пика Пилюль с улыбкой ответил:

— Сначала я отведу тебя поприветствовать Реального Человека Хань Юэ, а когда вернешься, соберешь вещи и переберешься туда.

Чэн Ецю согласился и, обернувшись, как раз встретился взглядом с мрачным выражением в глазах Сунь Цзючэня.

Эта мрачность в прошлый раз проступила в глазах Сунь Цзючэня именно тогда, когда Чэн Ецю был близок к тому, чтобы успешно вырваться на свободу.

В этот самый миг Чэн Ецю даже подумал, что Сунь Цзючэнь наотрез упрется со старейшинами Пика Пилюль и прямо потребует оставить его силой.

К счастью, уже в следующее мгновение выражение лица Сунь Цзючэня вернулось к прежнему, и на нем вновь заиграла мягкая улыбка:

— Я помогу младшему соученику Чэну с переездом.

По спине Чэн Ецю внезапно пробежал холодок, и он быстро опустил голову, чтобы не выдать своего смятения.

— Нынешний Сунь Цзючэнь — всего лишь старший ученик Пика Меча, он еще не сформировал Ядро и, не будучи до конца уверен в успехе, не станет действовать опрометчиво.

Хотя в мыслях Чэн Ецю всё четко разложил по полочкам, от воспоминания о недавнем взгляде Сунь Цзючэня его всё равно слегка затошнило.

Как он в прошлой жизни не замечал, что Сунь Цзючэнь с самого начала приближался к нему с дурными намерениями?

К счастью, на этот раз он всё же успел вовремя сделать первый шаг, чтобы держаться от Сунь Цзючэня подальше.

Реальный Человек Хань Юэ полностью оправдывала свое имя — ее темперамент был холодным, как луна над ледяными горами, даже парадное платье из ткани цвета морской волны украшал морозный узор, а от самой Беседки Абрикосового Моста веяло ледяным холодом.

В прошлой жизни Чэн Ецю несколько раз видел Реального Человека Хань Юэ, и у него сложилось впечатление, что она только и делает, что затворяется в покоях ради пилюль и не вмешивается в мирские дела. Поскольку ученики Пика Пилюль постоянно контактировали с травами, их нрав обычно был весьма ровным, и лишь у Реального Человека Хань Юэ характер оказался куда холоднее ее манеры держаться, казалось, она от рождения была лишена каких-либо чувств.

Приняв пожелавшего выразить почтение Чэн Ецю, она бесстрастно произнесла:

— Раз уж ты вошел в число личных учеников Пика Пилюль, значит, теперь ты мой ученик. Через пару дней проведем церемонию ученичества, и можешь считать, что ты принят в секту.

Чэн Ецю на мгновение замер.

Что значит — Реальный Человек Хань Юэ собирается взять его в ученики?

Вспомнив наставления Сы Яна, Чэн Ецю осторожно произнес:

— Для ученика уже великое счастье попасть на Пик Пилюль, я и не смею мечтать о том, чтобы стать учеником в личных владениях Владыки.

Реальный Человек Хань Юэ равнодушно бросила:

— К чему эти разговоры о смелости и несмелости? Ты просто скажи, желаешь ты или нет.

Чэн Ецю опешил.

Хотя в словах Реального Человека Хань Юэ не было и намека на смену интонации, если бы кто-то отказался от предложения истинного человека Золотого Ядра лично принять его в ученики — даже если у Реального Человека Хань Юэ широкая душа и она не стала бы мелочиться, ее подчиненные неизбежно отнеслись бы к Чэн Ецю с большим предубеждением. И кто из других старейшин после этого осмелился бы взять его к себе, рискуя вызвать недовольство Реального Человека Хань Юэ?

В худшем случае она могла просто отменить свое решение и выгнать его обратно на Пик Меча! Чэн Ецю уже чувствовал, как взгляды нескольких учеников и старейшин устремились на него.

http://bllate.org/book/33554/4124181