Готовый перевод The Scorned Awakens to Galactic Adoration / Изгой поневоле: как стать любимцем всей галактики: Глава 12

Обернувшись, он посмотрел в конец коридора и увидел лишь удаляющуюся спину Янь Сяо — его походка была непринужденной и исполненной изящества.

Завтрак был уже готов, и слуги расставили тарелки на обеденном столе.

Когда Янь Сяо спустился вниз, Янь Лукунь с остальными всё еще были там. Не обращая на них никакого внимания, он взял две миски с лапшой и направился к небольшому особняку Лугэсы.

Проводив его взглядом, Нар с улыбкой произнес:

— Похоже, они неплохо ладят.

Лицо Янь Лукуня оставалось невозмутимым:

— Будем надеяться.

— Какая неожиданная удача! Ты говорил, когда это Сяо Сяо успел положить глаз на Лугэсы? Может, стоит предупредить Сяо Сяо, Лугэ... — Нар не успел договорить, как Янь Лукунь поднятой рукой остановил его. — Телохранители сказали, что вчера вечером Сяо Сяо подменил того слугу, который должен был терпеть издевательства Лугэсы, и сам вызвался быть для него боксерской грушей. Ты и я прекрасно знаем, в каком состоянии находится Лугэсы. Как думаешь, сколько Сяо Сяо сможет продержаться?

Нар остолбенел.

Янь Лукунь протянул руку и ласково погладил своего омегу:

— Сейчас главная задача — заставить его отказаться от квоты на зачисление в Первый военный колледж без экзаменов. А еще те вещи, что у него на руках, особенно остров, оставленный Тан Мэйна, — всё это нужно заполучить. Я найду время и поговорю с ним, тебе не о чем беспокоиться.

Услышав слова Янь Лукуня, Нар успокоился.

Он уже давно положил глаз на квоту для поступления в Первый военный колледж без экзаменов и только и ждал, когда эта возможность достанется его сыну Юнь Мо.

С улыбкой он произнес:

— Теперь молодой господин семьи Мо вместе с Юнь Мо, да и Сяо Сяо наконец всё понял — двух зайцев одним ударом.

Янь Лукунь одобрительно кивнул. Он перевел внимание на младшего сына, Янь Юньмо, и на его лице исчезло холодное выражение, сменившись мягким и балующим взглядом:

— Юнь Мо, ты поел? Твой подарок на день рождения уже прибыл в район Таса. Поедешь с нами в район Таса взглянуть на него или подождешь, пока его доставят в твою академию, чтобы ты мог его приручить?

Услышав о подарке на день рождения, до этого молчавший Янь Юньмо заметно воодушевился.

В этом году подарок на день рождения был самым необычным из всех, что он когда-либо получал.

Редкий Божественный зверь SSS-класса, пойманный Мо Цзянем во время полевых тренировок, временно находился на хранении в районе Таса, откуда его позже должны были доставить обратно в академию.

До тех пор пока этот Божественный зверь не будет приручен и не признает его своим хозяином, он принадлежал академии.

На всю академию было всего два студента SSS-класса — он сам и Мо Цзянь, так что приручить этого зверя были способны только они двое.

Мо Цзянь, разумеется, не стал бы отнимать его у него, ведь он сам пообещал преподнести это в качестве подарка на день рождения.

А значит, этот Божественный зверь SSS-класса принадлежал исключительно ему.

— Я поеду с вами, хочу заранее взглянуть на подарок, который приготовил для меня брат Цзянь. А после приручения я приглашу всех наблюдавших за этим однокурсников на свой банкет в честь дня рождения.

Янь Лукунь ласково произнес:

— Хорошо, тогда ешь быстрее, а мы с твоим папой поднимемся наверх и подготовимся.

Янь Лукунь и Нар поднялись наверх, и за обеденным столом остался один лишь Янь Юньмо.

Он знал, что отец и папа быстро не спустятся, сколько ни собирайся, поэтому не спешил и продолжал неторопливо трапезничать.

В мыслях он воображал, насколько величественным и свирепым окажется его Божественный зверь, но вскоре мысли вернулись к недавним словам и поведению Янь Сяо.

Он вспомнил то, что Янь Сяо велел передать ему вчера вечером: будто бы он больше не хочет быть его спарринг-партнером. Добавим к этому и сегодняшнее заявление Янь Сяо о том, что при жизни мама говорила, будто он может не делать ничего, чего не хочет или что ему не нравится.

Если бы такие слова были адресованы только ему, он бы еще мог подумать, что тот дуется из-за ситуации с ним и Мо Цзянем. Но теперь Янь Сяо сказал нечто подобное отцу, которого всегда так глубоко уважал, — это выглядело уже странно.

Раньше Янь Сяо ни за что не посмел бы сказать отцу столь крамольные вещи. В конце концов, больше всего на свете Янь Сяо жаждал одобрения отца. Он вечно пытался ему угодить, так с чего бы ему вдруг идти против воли родителя?

Но только что...

Уплетая сэндвич, Янь Юньмо чувствовал, что в Янь Сяо что-то неуловимо изменилось...

Его не покидало ощущение, что всё не так просто, как думают отец и папа, и Янь Сяо, похоже, начал выходить из-под контроля.

Оставалось лишь надеяться, что он просто накручивает себя.

Закончив завтрак, отец с папой, как он и предполагал, еще не спустились. Янь Юньмо встал из-за стола, намереваясь подняться наверх за кое-какими вещами, как вдруг заметил слугу, который шел к выходу с охапкой одежды в руках. Несколько вещей показались ему смутно знакомыми.

Он преградил слуге путь, взял те самые знакомые предметы одежды и мгновенно узнал в них те вещи, которые он выбросил, когда они перестали ему нравиться, отдав носить Янь Сяо.

— Откуда это? — спросил Янь Юньмо у слуги.

Слуга торопливо ответил:

— Это старший молодой господин приказал мне выбросить.

Лицо Янь Юньмо помрачнело, пальцы, сжимавшие одежду, медленно сжались в кулак.

Похоже, расставание с Мо Цзянем нанесло Янь Сяо сильнейший удар.

Дурное предчувствие росло с каждой секундой.

***

Янь Сяо принес две миски с лапшой в небольшой особняк. Войдя внутрь, он застал Лугэсы за уборкой — тот замер на месте, увидев, как он заходит с подносом.

— Ешь завтрак, снова лапша, ты не против? — Янь Сяо подошел к столу и поставил поднос.

Лугэсы взглянул на поднос: на этот раз порций было две.

— Будем есть вместе. — Янь Сяо подошел, забрал из рук Лугэсы веник, отложил его в сторону и кивнул на ванную: — Вымой руки.

Лугэсы ничего не сказал, сходил в ванную, вымыл руки и вернулся к столу. Янь Сяо не притронулся к еде первым: заметив, что Лугэсы вернулся, он сначала протянул ему палочки для еды, затем взял свои и произнес:

— Ешь, пока не остыло, иначе будет невкусно.

Сидящий напротив Лугэсы посмотрел на стоящую перед ним миску, затем перевол взгляд на Янь Сяо, который так же неторопливо ел свою лапшу напротив, тоже взял палочки и принялся за еду.

В тишине маленькой гостиной раздавался лишь едва слышный стук палочек о фарфор.

Утренний свет за окном, оранжево-красные листья деревьев и петляющая вдалеке тропинка создавали удивительное ощущение умиротворенности и покоя.

Янь Сяо был более чем доволен царившим вокруг спокойствием. Наслаждаясь вкусным завтраком, он одновременно исподволь пустил в ход Духовную силу, чтобы просканировать состояние организма Лугэсы.

Из-за того, что физическое тело Лугэсы и его духовная сущность были разделены, подобное состояние очень легко могло спровоцировать самые разные опасные осложнения.

Особенно учитывая то, каким жестоким истязаниям его подвергали Янь Лукунь и Нар, Янь Сяо чувствовал, что состояние Лугэсы может быть куда опаснее, чем он предполагал.

http://bllate.org/book/33496/4116413