Готовый перевод The Matchmaker's Ghost Marriage Business / Сватовство от Аида: Мой жених — оживший кошмар: Глава 13

Он помолчал немного, а затем добавил: Меня зовут Ван Тяньцы, я встретил их сегодня утром.

Я по фамилии Лю, — произнесла высокая стройная женщина и принялась заново поправлять ленту в волосах. Ее взгляд, едва коснувшись Ли Шэнжэнь, замер. По какой-то причине она не могла отвести от нее глаз.

Невысокая полноватая девушка всё время подавалась в сторону Ван Тяньцы. Она выглядела совсем юной, от силы лет семнадцати-восемнадцати. Она теребила в руках платок, игриво пытаясь накинуть его на Ван Тяньцы, но тот перехватил ее запястье и велел держать при себе.

Девушка покраснела, что-то пробормотала себе под нос и, воспользовавшись моментом, бросила взгляд на Чай Юйшэна и остальных. Увидев их, она застыла, а затем тихо произнесла: Меня зовут Линь Юйцзин.

Чай Юйшэн изо всех сил старался сдержать усмешку. Имя у нее, конечно… мастерски недосказанное.

Ван Тяньцы пристально смотрел на них, ожидая, пока они представятся.

Чай Юйшэн бросил взгляд на Ли Шэнжэнь, затем на Чжу Ху. Видя, что один сохраняет суровое выражение лица, а другой — полное безразличие, он был вынужден заговорить: Моя фамилия Чай, зовите меня просто Сяо Чай. Это мой старший брат, его фамилия Чжу. А эта госпожа — Ли.

Ван Тяньцы кивнул и спросил: Какие подсказки получили вы трое?

Услышав это, Ли Шэнжэнь внезапно сунула руку за пазуху. Движение было резким, словно она выхватывала нож, из-за чего Ван Тяньцы инстинктивно отпрянул. Затем Ли Шэнжэнь достала предмет и с шумом развернула его. Это оказался желтый бумажный «денежный» листок для подношений.

Забой быка, — отчеканила Ли Шэнжэнь.

На желтой бумаге этими словами красовались два темных, багровых пятна, будто брызги крови.

Чай Юйшэн невольно содрогнулся. Эта госпожа Ли пугала его во всех отношениях.

Он набрался смелости и спросил: Ты написала это собственной кровью, когда порезалась о гвоздь?

Ли Шэнжэнь лишь равнодушно кивнула.

Чай Юйшэн мысленно воздал ей должное, назвав воительницей. Если судить по количеству крови, то какой же глубокий должен был быть порез! Да еще и на лодыжке — и она всё еще могла стоять на ногах!

Все на мгновение замолчали. Ван Тяньцы перевел взгляд на Чай Юйшэна и Чжу Ху.

А у вас?

О, — Чай Юйшэн выудил из кармана несколько раз сложенную, но всё еще внушительную по толщине рисовую бумагу. Стоило ему звонко развернуть ее, как Ван Тяньцы втянул воздух сквозь зубы, Линь Юйцзин издала возглас изумления, у госпожи Лю отвисла челюсть, а дыхание Ли Шэнжэнь на мгновение прервалось.

По сравнению с предыдущими четырьмя кровавыми надписями, гигантское «Почти меня» в руках Чай Юйшэна было венцом кровавого ужаса и королем зловещих знамений.

Чай Юйшэн высунул голову из-за листа бумаги, наблюдая за шокированными лицами окружающих, и вдруг почувствовал приятное воодушевление: даже кровь, которой писал Чжу Ху, выглядела куда внушительнее чужой.

Подумав об этом, он улыбнулся и, указав на два огромных устрашающих знака, ответил с подчеркнутой скромностью: Ну, вот такие дела.

Линь Юйцзин тут же встала на цыпочки и вцепилась в плечо Ван Тяньцы, испуганно воскликнув: Брат Тяньцы, что это значит?!

Ван Тяньцы не обратил на нее внимания. Через некоторое время он пришел в себя, посмотрел на Чжу Ху и напряженно спросил: А твоя?

Чай Юйшэн быстро прикрыл Чжу Ху рисовой бумагой и выпалил: У него нет. Эта такая большая, она одна на двоих.

Что за черт?! — брови Ван Тяньцы сошлись на переносице, и он воскликнул: Не неси чепухи!

Линь Юйцзин, почувствовав, что момент неподходящий, смущенно убрала руку с плеча Ван Тяньцы.

Он не несет чепухи, — глядя на Ван Тяньцы, произнес Чжу Ху. — Я не считаю себя одним из вас.

Выражение лица Ван Тяньцы тут же изменилось.

Он сделал шаг вперед и, с поистине героическим видом заслонив собой Линь Юйцзин и госпожу Лю, оглядел Чжу Ху с ног до головы. В его густых бровях и широко раскрытых глазах вспыхнула настороженность. Осмотрев Чжу Ху, он принялся внимательно изучать Чай Юйшэна и вскоре заметил странности в их поведении.

Ранен он, а подсказку держишь ты, — Ван Тяньцы обратился к Чай Юйшэну с очень серьезным видом. — Кто вы такие? И в каких вы отношениях?

Ли Шэнжэнь снова одарила всех той самой улыбкой, от которой мурашки бежали по коже, и беззаботно добавила: Говорят, отношения между старшим братом и младшим.

Чай Юйшэн мгновенно ощутил, как со всех сторон на него устремились подозрительные взгляды, и сглотнул ком в горле.

В комнате воцарилась тишина.

Однако вскоре это тревожное безмолвие нарушил какой-то звук, донесшийся из проема лестницы. Это был даже не столько звук шагов, сколько тяжелое, глухое притоптывание — медленное, тяжелое и неритмичное.

Все тут же притихли, обратив внимание на проем.

В дверях показался хромающий человек в бамбуковой шляпе, похожий на старого крестьянина. Он опирался на длинную ветку, перенося на нее весь вес своего тела. Его правая нога была согнута в колене и слегка волочилась по полу, так что вся нагрузка приходилась на левую ногу.

На вид мужчине было не меньше шестидесяти, его волосы наполовину поседели. Он был одет в черные штаны, в которых обычно работают крестьяне, но правая штанина была явно пропитана кровью. От нее исходил густой запах железа, и с края ткани даже капала кровь.

Старик тяжело дышал, его загорелое лицо сморщилось от боли, но голос был на удивление громким: Вы здесь… У меня уши плохие, тихих звуков не слышу. Долго ждал внизу, никого не увидел, решил подняться… Моя фамилия Ли, все зовут меня Старик Ли.

Все на мгновение замолчали. Ван Тяньцы посмотрел на ногу Старика Ли и сказал: Вы так тяжело ранены. Стоило только крикнуть внизу, мы бы услышали и спустились.

А? — Старик Ли заторможенно отреагировал, какое-то время вглядываясь в движения губ Ван Тяньцы, после чего прошамкал: Ничего страшного… ничего страшного…

От Старика Ли веяло простотой, присущей крестьянам, и говорил он так, словно беседовал с соседями: Вчера ночью на призрака напоролся. Злой попался, чуть ногу мне не отрубил!

Опираясь на свою палку, он некоторое время смотрел на огромный кровавый иероглиф, который всё еще держал в руках Чай Юйшэн, а затем с трудом развязал узел на плечах. Оказалось, что это была разорванная напополам простыня, которую он повязал как плащ.

На этой полоске ткани кровью были выведены два всё еще свежих, проступающих иероглифа: Забой курицы.

Ван Тяньцы увидел их, но промолчал.

Линь Юйцзин, похоже, всё еще была под впечатлением от огромного «Почти меня» в руках Чай Юйшэна и даже не вскрикнула.

Зато Ли Шэнжэнь приподняла свою сломанную бровь и прочитала: Забой курицы?

Высокая госпожа Лю заметила: Похоже, это из той же серии, что и твой «Забой быка».

Брови Ван Тяньцы спутались в узел: Слишком много путаницы. Подсказок слишком много.

Помолчав, он сказал: У меня «Совместная жизнь и смерть», у госпожи Лю — «Деревянный терем», у госпожи Линь — «Пятнадцатый день первого месяца», у той госпожи — «Забой быка», у Старика Ли — «Забой курицы», а там еще есть «Почти меня».

Госпожа Лю вдруг покосилась на Чжу Ху и Чай Юйшэна: Мы точно берем их с собой?

Чай Юйшэну эти слова показались резкими. Он уже хотел что-то возразить, но почувствовал, как Чжу Ху сжал его плечи. Голос Чжу Ху раздался над самой его головой: Можете не обращать на меня внимания, брать его с собой или нет — решайте сами.

Плечи Чай Юйшэна приятно согрелись от прикосновения, а затем он услышал, как Чжу Ху добавил: Но если что-то случится, я буду защищать только его одного.

Чай Юйшэн вздрогнул. Он почувствовал себя так, словно ему неожиданно запихнули в рот только что приготовленную, мягкую горячую булочку. Рот немного обожгло, но внутри разлилось тепло.

Увидев, что Чжу Ху держит руку на плече Чай Юйшэна, словно его преданный дух, остальные на какое-то время замолчали. Взгляд Линь Юйцзин был самым откровенным: она несколько раз прошлась глазами по их фигурам, задрала подбородок и закатила глаза.

Ли Шэнжэнь, стоявшая до этого рядом с Чай Юйшэном, сделала шаг в сторону Ван Тяньцы. Она с улыбкой сказала Чай Юйшэну: Новичок, не дай себя одурачить. Слишком доверять людям в этом мире — значит рисковать жизнью.

Чай Юйшэн сердито зыркнул на нее. Эта женщина еще совсем недавно предлагала союз, а теперь так быстро переобулась! Они ничего не понимают: Чжу Ху — небожитель, его благодетель. А вот такие непостоянные люди, как Ли Шэнжэнь, не ценящие чужие жизни, доверия не заслуживают.

Подумав об этом, Чай Юйшэн с гордым видом отодвинулся чуть дальше назад, прижимаясь к Чжу Ху и тем самым выражая свою позицию.

В одно мгновение группа разделилась на два лагеря: Ли Шэнжэнь и остальные стояли спиной к лестничному проему, лицом к Чай Юйшэну и Чжу Ху.

Взгляд Чжу Ху вдруг снова устремился к лестнице.

Остальные заметили неладное и поспешно обернулись.

В проеме лестницы обнаружился еще один человек.

Он был весь в черном, бесшумно скрываясь в тени, и неизвестно, сколько времени там простоял, пока его не заметили. Когда он вышел, Чай Юйшэн вдруг вспомнил, что видел этого человека в окне.

Это был тот самый невероятно стройный одиночка с андрогинной внешностью. Когда Чай Юйшэн смотрел на него снаружи, он так и не смог понять, мужчина это или женщина. Теперь, когда он подошел ближе, Чай Юйшэн наконец разглядел, что это мужчина.

Еще находясь снаружи, этот человек намеренно держался на расстоянии от остальных, чтобы его не заметили. Так же он поступил и сейчас: появился лишь тогда, когда все закончили свой разговор.

Его длинные, послушные волосы были слегка распущены, на затылке закреплены белой нефритовой заколкой. Черный воротник был немного распахнут, открывая очертания грудных мышц, а на изящной шее красовалась черная лента шириной в три пальца, что придавало его и без того загадочной, двойственной внешности еще больше демонического очарования.

Выйдя из проема, он прошел мимо всех прямо к Чай Юйшэну и одарил его улыбкой, способной свести с ума любого.

Чай Юйшэну на мгновение почудилось, что перед ним паучиха из Пещеры Паутины, а затем он почувствовал, как рука Чжу Ху на его плече сжалась сильнее.

Чай Юйшэн, верно? — он подошел к нему, слегка склонил голову и спросил мягким, как патока, голосом.

Чай Юйшэна словно прошило током, он оцепенело кивнул.

Незнакомец, стоя спиной ко всем остальным, наклонился и двумя пальцами вытянул из-под ленты на шее кусочек шелка. Он развернул его прямо перед лицом Чай Юйшэна, словно показывая только ему одному, и полностью закрыв собой от остальных.

Глаза Чай Юйшэна расширились от изумления.

На шелке было два черно-красных кровавых иероглифа: Посмертный брак.

Человек понизил голос, почти прижавшись к уху Чай Юйшэна, и с улыбкой спросил: Моя подсказка — ты уже выполнил ее?

http://bllate.org/book/33432/4107404