Готовый перевод Reborn Five Times, I Just Want a Happy Ending with My Master / Пять жизней в ожидании финала: Моя история с учителем: Глава 16

Женщина в белых одеждах кивнула, неизвестно, насколько глубоко она вникла в суть, и лишь неотрывно смотрела в лицо Ли Ваньцин.

Она не удержалась, протянула палец и легко ткнула в лицо, на котором совершенно не осталось прежних черт Наставника. Та лишь мягко зыркнула на неё, и девушка с чувством вины тут же убрала руку, послушно опустив голову и отвечая:

— Ученица понимает.

— Прошу всех на арену.

Помост для финального дня соревнований стал серо-голубым, его площадь увеличилась, а по четырём сторонам встали четверо судьей, чтобы гарантировать безопасность участвующих адептов.

Шэнь Циюй, Линь И и Цин Юйяо поднялись на помост вместе, а Сяо Цюэ, стоявший напротив, тоже последовал за ними.

Окружающие мгновенно перевели взгляды на обе стороны, ожидая, пока сильные противники первыми потратят свои силы, но после долгой тишины никто так и не сделал движения.

На арене воцарилось затишье, а внизу уже не могли усидеть на месте.

Праздные зеваки закричали им:

— Чего стоите, боитесь! Десятка лучших адептов бессмертных врат — и всего-то уровня?

Один крепыш с мощным телосложением распалился не на шутку, ударив молоты друг о друга так, что раздался глухой металлический звон:

— Хм, раз никто не смеет, я пойду!

С этими словами он направил молоты прямо на тощего монаха у края арены:

— Эй, выходи на бой!

Тут монах открыл глаза, сложил ладони на груди и тихо произмолвил:

— Амитабха.

После этого от него хлынул ослепительный золотой свет, и в тишине арены раздался зловещий хруст скручивающихся костей. Лишь через десять вдохов он принял свой истинный облик.

Худое, похожее на девичье тело исчезло, и монах превратился в гиганта ростом не меньше восьми чи.

Его фигура источала бушующие волны духовной Ци, а голос звучал изысканно и вежливо, когда он опустил голову и поднял ладонь:

— Благодетель, прошу.

Шэнь Циюй нахмурилась — только теперь она узнала этого человека:

— Сюань Ти из монастыря Пуду.

Монастырь Пуду был единственной буддийской обителью в Мире Бессмертных, чьи последователи редко показывались в миру. Но стоило им явиться — жди потрясений по всей Поднебесной.

Похоже, тамошние высокие монахи что-то предсказали, раз отправили своего адепта на нынешнее Великое состязание сект.

А сам Сюань Ти был будущим главой буддийской обители. При женственной внешности и лице, прекрасном как нефрит, он практиковал противоположное боевое дао, и стоило ему изменить облик, как его грубая физическая сила становилась поистине несравненной.

Его противником был Ши Шань, сын известного в Мире Бессмертных мастера артефактов, тоже славившийся своей мощной силой.

Под грохот от столкновения двух бойцов в центре арены мгновенно завязалась схватка.

Сошлись не только они, обмениваясь ударами наотмашь, к ним присоединилось ещё несколько участников, решивших воспользоваться моментом и выискивающих слабые места противников.

Стоило в этой свалке образоваться бреши, как начиналась всеобщая травля.

Но плоть обоих бойцов была невероятно крепкой, и потоки энергии от их взаимных ударов поначалу не позволяли никому вмешаться, создавая поистине отдельное поле боя.

Тогда взгляды тех нескольких смельчаков обратились на Сяо Цюэ.

Не то чтобы у него были плохие отношения с людьми — главный герой обладал смазливой внешностью, держался на людях непринужденно и элегантно, завел много знакомств, да и простые прохожие относились к нему неплохо.

Вот только так совпало, что адепты известных родов, с которыми был близок главный герой, попались на пути Шэнь Циюй и были разбиты один за другим, из-за чего в конце остались лишь выходцы из малоизвестных в будни малых сект.

Трое из Секты Тяньи стояли в стороне, и нападать на них казалось куда менее разумным, чем на одинокого Сяо Цюэ.

К тому же рядом находилась Шэнь Циюй со скрытой истинной силой и грозными возможностями, и никому не хотелось становиться второй Чэн Цюи.

Несколько человек одновременно бросились на Сяо Цюэ, засыпая его вычурными заклинаниями и на ходу извиняясь:

— Прости, соратник Сяо!

Сяо Цюэ скривил губы и с досадой бросил взгляд на Шэнь Циюй, после чего вскинул руки, принимая летевшую со всех сторон духовную силу.

Шэнь Циюй же с удовольствием наслаждалась бездельем, встав за спиной Цин Юйяо и наблюдая за приемами главного героя.

Пусть он и избалованный пустышка, но сын Небесного Пути действительно обладал кое-какой силой — даже под ожесточенным натиском он уверенно отражал каждую атаку, и на его лице не было ни малейшего следа паники.

Перелом наступил на поле боя двух тяжеловесов: внезапно атаковавший мужика с молотами маленький меч оставил глубокую, до самой кости, кровоточащую рану на его боку.

Не успел он оглянуться в поисках нападавшего, как его окружили бдительно следившие за обстановкой соперники. Давление на Сяо Цюэ мгновенно ослабло, и, взмахнув веером, он прямо с ног сбил потерявшего бдительность противника за пределы арены.

Судья объявил:

— Ту И из секты Покорения Дракона выбыл.

Парень на арене сложил веер, изящным движением прижал его к груди и с усмешкой произнес:

— Благодарю за уступку.

Те, кто только что атаковал сообща, заметив, как Сяо Цюэ одним ударом расправился с врагом, замерли на месте, не смея двигаться дальше.

Вскоре окруженный со всех сторон здоровяки рухнул на землю, а когда судьи уносили его с арены, он яростно сжимал в руке маленький меч и ревел:

— Кто посмел ударить исподтишка, смеете делать подлости — так имейте смелость признаться!

Разумеется, никто не был настолько глуп, чтобы расписаться в подлых методах.

Шэнь Циюй скосила глаза и узнала в оброненном оружии тот самый кинжал, которым Сяо Цюэ пользовался в тайном царстве накануне.

Оружием главного героя служил веер, но при себе он имел множество скрытых орудий и целый арсенал техник выживания, перед которыми в оригинальной книге не мог устоять практически никто.

Этот особый кинжал содержал частицу пространственных законов, позволяя на мгновение прорывать пространство и незримо убивать врагов без единого следа.

Она с издевкой бросила Мору Сознания:

— И это тот самый главный герой, который, по твоим словам, должен спасти мир?

Система выдала треск помех и осталась нема.

Этот главный герой совсем не походил на то, что она себе воображала, и уж тем более на то, что было написано в книге.

Гул голосов утих, и на арене вновь воцарилась тишина. Сяо Цюэ легко взмахнул складным веером и громко произнес:

— Подобное затишье ни к чему не приведет, господа, не сойтись ли нам в честном поединке один на один?

Свалка всегда была выгоднее тем, чья сила оставляла желать лучшего, поэтому предложение Сяо Цюэ, естественно, осталось без ответа.

Конечно, он озвучил его лишь ради поддержания образа благородного и светлого мужа, а увидев всеобщее молчание, больше не стал ничего говорить.

Тогда колеблющиеся бойцы снова уставились на монаха, сидевшего с закрытыми глазами и восстанавливавшего дыхание. Тот почувствовал взгляды, открыл глаза, являя взор, полный сострадания ко всем живущим, и легко усмехнулся:

— Уважаемые благодетели могут нападать вместе.

Сколь бы ни был силен человек, под совместным натиском он неизбежно выкажет признаки усталости, а тем более — адепт боевого дао, делающий упор на телесную закалку в ущерб духовной силе.

— Сюань Ти из монастыря Пуду, выбыл.

Как только Сюань Ти продержался до выбытия второго противника и добровольно сошел с помоста, на арене осталось всего шестеро бойцов.

Двое лишних приблизились к Сяо Цюэ:

— Соратник Сяо, судя по текущему раскладу, похоже, нам остается лишь объединиться.

Главный герой звонко рассмеялся, выглядя так, будто вовсе не держал зла на тех, кто только что атаковал его толпой:

— Хорошо.

Линь И шепнула на ухо Шэнь Циюй:

— Погляди-ка на его недобрую улыбку. Даже если эти двое и дотянут до тройки лучших, их наверняка изрядно изколотят.

Шэнь Циюй встретилась взглядом с тем человеком вдалеке, и её духовный меч задрожал, ощущая прилив обильных потоков духовной энергии.

Она первой сделала шаг вперед и бесстрастно произнесла:

— Им не дотянуть до этого момента.

Расстановка сил три на три вызвала у зрителей на трибунах еще больший пыл, некоторые даже начали устанавливать ставки и принимать пари.

— Кто станет первым сегодня? Шэнь Циюй против Сяо Цюэ, коэффициент один к семнадцати.

Хоть новоиспеченная адептка и ворвалась в мир бессмертных вихрем, ей все же было трудно тягаться с гремящими на всю округу именами заносчивых любимцев небес, что были старше на несколько лет.

Услышав это, Ли Ваньцин, никогда прежде не участвовавшая в подобных азартных играх, выкинула целый мешок духовных камней. Они с тяжелым стуком рухнули на помост, и по звуку было очевидно, что их там немало.

Столь щедрая ставка заставила глаза устроителя пари загореться:

— Бессмертная дева, на кого ставите?

Женщина с заурядной внешностью подняла голову на белоснежную девушку, что рассекала воздух мечом в центре арены, и в ее глазах мелькнул мягкий свет:

— Моя ставка на Шэнь Циюй.

Девушка разила мечом с поразительной быстротой: не успевало пройти и десяти шагов, как она уже выпустила несколько заклинаний, прижав двоих противников к стене так, что тем пришлось в панике отражать удары и звать на помощь:

— Соратник Сяо!

Сяо Цюэ взмахнул веером, и воздух внезапно взметнулся бешеным вихрем, который вместе с густой духовной энергией понесся прямо на Шэнь Циюй.

В руке Линь И ярко засиял нефритовый череп, исторгнув алое пламя, столкнувшееся лоб в лоб с бушующим ветром.

Ветер подхватил огонь, и арена в грохоте взрывов заполнилась неконтролируемыми языками пламени. Все участники были вынуждены в спешке уворачиваться, временно прекратив бой.

Цин Юйяо срубила мечом пару огненных языков и вздохнула:

— Ах ты, девчонка…

Тут та сообразила, какую кашу заварила, и в панике поспешила сотворить защитный барьер из огненной духовной силы.

Чудом пронесло — чуть не задела своих.

Не отступи Шэнь Циюй вовремя, ей бы тоже опалило край одежды.

— Простите-простите.

Как только огонь погас, Шэнь Циюй и Цин Юйяо снова взметнули мечи и бросились вперед, сталкиваясь с оставшейся двоицей.

Одна из них нападала стремительно, лезвие ее меча сияло холодной сталью, каждый удар метил прямо в уязвимые места, заставляя противников в ужасе пятиться назад и покачиваться на самом краю помоста.

Другая двигалась причудливой поступью, ведя бой окольными путями, и траектория каждого ее выпада противоречила всякой логике, напрочь лишая соперников возможности наступать или отступать.

В глазах девушки с длинным клинком вспыхнул боевой задор, и она нанесла удар по центру:

— Давно хотела испробовать твою силу, озаренную славой первого среди молодого поколения!

Какой еще первый? По ее мнению, имя это было целиком дутым.

Если она победит сегодня и вернется, наставник наверняка перестанет изо дня в день пилить ее за слабость, верно?

Натиск длинного клинка был яростным, и Сяо Цюэ оставалось лишь уворачиваться в сторону, а когда складной веер находил просвет и наносил удар, тот намертво упирался в барьер из алого черепа.

Мастера клинка превыше всего ценили боевой пыл, и в первые мгновения схватки противостоять ей действительно было некому.

Сяо Цюэ сложил пальцы в заклинание и тихо выплюнул:

— Растворись.

Заклинание вонзилось в покрытие арены перед ним, и серый камень расплавился подобно жидкости, заставив Линь И увязнуть в движении и дав ему возможность отскочить за пределы досягаемости клинка.

Но этого времени хватило Шэнь Циюй и Цин Юйяо, чтобы покончить с теми двумя, сбросить их с помоста и тут же развернуться, взметнув мечи на Сяо Цюэ.

Остановить инерцию его отступления было невозможно, и он в спешке задействовал артефакт: позади возник золотой щит, заблокировавший энергию мечей обеих девушек и пустивший по воздуху рябь из золотых волн.

Шэнь Циюй остановилась, заслонив собой отчаянно пытавшуюся вырваться Линь И. Ее собственный меч вспыхнул синим сиянием, и она бросила двум спутницам:

— Я сама.

Цин Юйяо пустила в ход заклинание, изолируя духовную энергию между подошвами обуви и серым камнем в попытке расколдовать странную и безымянную технику Сяо Цюэ.

Она кивнула Шэнь Циюй:

— Будь осторожна.

Сяо Цюэ тоже находился на Ступени Исследования Духа: четвёртый уровень. И хотя уровень культивации каждого был подавлен, Шэнь-младшей всё же не хватало опыта реальных схваток, так что на сердце у нее было неспокойно.

Все внизу затаили дыхание, ожидая их первого за сегодня столкновения, ожидая мгновения, когда исход пари наконец решится.

Сяо Цюэ не скрывая выпустил наружу духовную силу и наконец извлек свой собственный меч духовной связи, крепко зажав его в руке.

http://bllate.org/book/33419/4105845