Готовый перевод Assassin Omega's Advance [ABO] / Ассасин: Восстание Омеги [ABO]: Глава 16

Если бы кто-то в этот момент взглянул на две ядерно-магнитные бомбы, летящие к Императорскому дворцу Клейпа через мощный инфракрасный телескоп, он бы поразился: внутри одной из них, прямо в корпусе снаряда, затаилась черная тень. Это был не кто иной, как сам Шэнь Сюэнь.

Шэнь Сюэнь еще не хотел умирать. По крайней мере, не сейчас.

Покончить с собой вместе с той шайкой Альф, что гналась за ним? От одной этой мысли ему становилось до тошноты смешно. Если бы он, как полагали солдаты на перехватчике, дошел до крайности и совершил безумный поступок, не думая о последствиях, стоило ли вообще так мучиться и городить весь этот огород? Проще было бы просто свести счеты с жизнью еще на планете Мейцзо!

Поэтому в последнюю секунду, перед тем как взорвать «Силач», Шэнь Сюэнь выпустил по планете Лама два снаряда. Он опустошил один из них, избавившись от энергетической жидкости, пробрался внутрь и, вместе с запуском, устремился к планете Лама.

Взрыв «Силача» прикрыл его: в ослепительном пламени ядерно-магнитные снаряды успешно вышли на заданную траекторию.

Шэнь Сюэнь лежал в тесном отсеке для хранения энергетической жидкости. Он чувствовал, как корпус снаряда раскаляется все сильнее. Ступени ускорителя одна за другой отбрасывались, и по мере приближения к атмосфере планеты Лама скорость снаряда росла. Началась сильная тряска, а внешняя обшивка запылала от трения о разреженные слои воздуха.

Шэнь Сюэнь понимал, что шансы выжить здесь — один на миллион, но ему было все равно. Разве каждый день, каждый час его прошлой жизни не были такой же ходьбой по краю пропасти? Для него, пока теплится хоть один шанс из ста, это уже дорога к спасению, этого достаточно. Более того, именно там, где другие видели верную смерть, он мог добиться невозможного, вырвав жизнь из пасти самой судьбы.

Когда снаряд окончательно вошел в плотные слои атмосферы, температура внутри достигла предела. Энергетический защитный купол Шэнь Сюэня начал трескаться, а затем и вовсе перестал функционировать; кое-где начал гореть защитный костюм. В этот момент он вдруг услышал два коротких сигнала: снаряд перешел в режим обратного отсчета до детонации. В ту же секунду штаб Имперской армии на планете Лама выпустил ракеты-перехватчики.

От невыносимого жара сознание Шэнь Сюэня начало мутнеться. Он на ощупь пытался открыть люк отсека — ему нужно было выбраться до взрыва. Однако из-за огромной разницы давления снаружи и внутри, вызванной бешеной скоростью, дверь не поддавалась. Обливаясь потом, Шэнь Сюэнь из последних сил надавил на створку, сумев лишь немного приоткрыть ее.

Его руки дрожали от напряжения. В критический миг он нащупал на поясе лазерный меч, выхватил его, развернул рукоятью вперед и с силой втиснул в узкую щель. Переведя дыхание, он использовал прочный материал рукояти как рычаг и поднажал, расширяя отверстие. Ворвавшийся поток воздуха с силой распахнул дверь, и корпус снаряда содрогнулся, словно его разорвали изнутри. Казалось, он вот-вот развалится на части.

Шэнь Сюэнь прыгнул, но край штанины защитного костюма за что-то зацепился. Раздался резкий треск — ткань порвалась, но не до конца. Костюм был сделан из сверхпрочного материала, устойчивого к износу, жару и давлению, поэтому Шэнь Сюэнь повис снаружи снаряда, болтаясь в воздухе и продолжая нестись к Императорскому дворцу Клейпа.

Защитное стекло шлема давно сорвало, и на такой скорости встречный поток воздуха не давал даже открыть глаза. Его лицо буквально деформировалось от ветра, но как бы он ни дергался, зацепившаяся нога не освобождалась.

Шэнь Сюэнь понимал, что если так пойдет и дальше, он погибнет. Стиснув зубы, он, преодолевая сопротивление ветра, взмахнул лазерным мечом. Закрыв глаза и полагаясь исключительно на многолетний опыт и интуицию, он без колебаний нанес удар!

Ледяной голубой клинок прошел точно и безжалостно, перерезав край штанины. Шэнь Сюэнь мгновенно освободился и камнем полетел вниз. Сила и точность этого удара были ювелирными — опоздай он хоть на долю секунды, и ноги бы он лишился.

Шэнь Сюэнь выдохнул, позволяя себе падать. В состоянии резкого падения в невесомости ему казалось, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

У него за спиной был спасательный парашют, но рука, лежавшая на вытяжном кольце, медлила. Он ждал. На такой высоте раскрытие парашюта неминуемо выдало бы его, и хотя он знал, что каждая секунда промедления смертельно опасна, Шэнь Сюэнь был вынужден терпеть.

Скорость падения росла, сердце работало на пределе. В этот момент раздался оглушительный грохот.

Ядерно-магнитную ракету перехватили военные!

В восточной части неба медленно расцвело огромное грибовидное облако оранжево-красного пламени — величественное и ослепительное.

Шэнь Сюэнь чуть заметно улыбнулся и решительно дернул кольцо. Парашют мгновенно раскрылся, скорость падения резко упала, и стропы больно врезались в тело. Шэнь Сюэнь почувствовал, как от колоссальной перегрузки чуть не хрустнули ребра; в груди вспыхнула боль, а во рту появился приторный привкус крови.

Он раскрыл парашют слишком поздно — до земли оставалось всего несколько сотен метров, и времени на нормальное торможение не было. К счастью, у него с собой были самодельные крюки-кошки. У самой земли он метнул их, зацепившись за верхушки высоких деревьев. Это хоть немного сбавило инерцию. Приземлившись, он перекатился пару раз и, наконец, выжил.

Хорошо, что здесь росли деревья, иначе после такого падения он, если бы и выжил, то остался бы калекой. Видно, Шэнь Сюэню еще не суждено умереть.

Лежа на ровной земле, он сбросил с себя купол парашюта и посмотрел в небо, жадно хватая ртом воздух. Он чувствовал, что только что вернулся с того света. Тело казалось разбитым, одежда превратилась в лохмотья и едва прикрывала его. В руке он все еще крепко сжимал сломанный лазерный меч — больше у него не осталось ничего.Не смыкая глаз двое суток напролет, Шэнь Сюэнь смертельно устал. Его веки становились все тяжелее и тяжелее, теглое солнце припекало землю, воздух был напоен ароматом свежей травы, а рядом весело журчал ручей, переливаясь на солнце бриллиантовыми бликами. В полудреме Шэнь Сюэнь на мгновение подумал, что вернулся в мир своей прошлой жизни — туда, где не было всей этой странности, туда, где он рос и жил с самого детства. Даже соверши он деяние, идущее вразрез со всем миром, с него бы спросили не более чем собственной жизнью. Там он был просто мужчиной, бродящим по вольному свету, которому не нужно было бояться, что его в один прекрасный день схватят, заставят рожать детей и кормить их грудью, и не нужно было источать феромоны, по которым его легко могли узнать, не оставляя во всем этом огромном мире ни малейшей надежды на спасение.

Шэнь Сюэнь прикрыл глаза, отчаянно желая просто провалиться в сон, но в глубине души понимал: сейчас не время останавливаться на отдых.

Внезапно он ощутил странные колебания чужих феромонов. Тело отреагировало быстрее, чем сознание: он резко распахнул глаза, единым плавным движением подскочил с земли, выхватил меч и занял оборонительную позицию — все это в долю секунды.

Однако, когда Шэнь Сюэнь разглядел того, кого прижал к земле своим клинком, он невольно замер. Перед ним стоял всего лишь трех-четырехлетний малыш. Тем не менее бдительности он не утратил: меч оставался наготове, сам Шэнь Сюэнь по-прежнему стоял на одном колене и молча, исподлобья, смотрел на кроху.

Мальчик был невероятно хорошеньким, ростом примерно с колено стоявшего на одном колене Шэнь Сюэня. Его огромные глаза занимали почти половину миловидного личика. Было очевидно, что когда он вырастет, то станет писаным красавцем.

По уловимому от ребенка аромату Шэнь Сюэнь определил, что это маленький омега.

Маленький омега распахнул свои влажные глазищи и, ни капли не испугавшись, с любопытством уставился на Шэнь Сюэня. Они некоторое время таращились друг на друга, словно соревнуясь, кто первый моргнет.

Прошло больше минуты, и малыш наконец сдался, заморгал и детским, чуть картавым голоском спроил:

— Ты альфа?

Шэнь Сюэнь ничего не ответил. Убедившись, что ребенок не представляет для него никакой угрозы, он медленно опустил меч, выпрямился и перевел взгляд на окрестности, начиная изучать местность.

— Ты омега? — снова спросил малыш.

Шэнь Сюэнь пропустил его вопрос мимо ушей и, удостоверившись, что поблизости никого нет, зашагал прочь.

— Ты точно альфа, да? — не унимаясь, малыш побежал следом.

Ребенок еще толком не умел распознавать чужие феромоны, и в его детском понимании альфы были исключительно могущественными и сильными людьми, а этот красивый старший брат только что обращался с мечом так быстро и так потрясающе красиво — значит, он наверняка тоже сильный альфа.

Малыш семенил за Шэнь Сюэнем, а потом внезапно подбежал вплотную и вцепился в его ногу.

Тело Шэнь Сюэня мгновенно оцепенело, и ему пришлось остановиться.

— М? Это так пахнет феромон альфы? Почему мне кажется, что он ничем не отличается от моего? — кроха потерся носом, забавно закрутился во все стороны, обнюхивая Шэнь Сюэня, как маленький щенок, и с совершенно озадаченным видом пробормотал: — Мама говорила, что когда я вырасту, то буду жить вместе с сильным альфой, а чтобы сэкономить на учебе для братьев и сестер бета и дать им возможность учиться, меня даже в школу не отправляют! А какие они, альфы? Почему говорят, что мне не нужно учиться? Разве они тоже могут учить меня грамоте?Многие выходцы из простых семей из-за нехватки средств даже не тратили силы на воспитание детей-омег, ведь в этом не было никакого смысла. Достигнув пятнадцати лет, омеги отправлялись на База Мейзо, а после совершеннолетия напрямую становились исключительными производителями потомства для альф. Все необходимые для выживания навыки они осваивали на планета Мейцзо, и в получении полноценного образования не было никакой нужды. Именно поэтому уровень грамотности среди омег из низших классов на База Мейзо был крайне низким, а некоторые из них едва ли знали все буквы.А эти омеги из-за ограничений в собственных природных данных зачастую не могли рассчитывать на хорошую судьбу при распределении.

Шэнь Сюэнь не особенно любил детей, да и чужую близость переносил с трудом. Как назло, этот болтливый маленький омега сочетал в себе оба этих недостатка.

Малыш снова попытался прильнуть к Шэнь Сюэню, чтобы потрогать и поцеловать его, но внезапно почувствовал, как воротник натянулся, ноги оторвались от земли, и он повис в воздухе.Шэнь Сюэнь взял Доудина за шиворот, приподнял и бесстрастно оглядел. Доудин умоляюще уставился на него, и его жалкий вид напоминал беззащитного крошечного щенка, которого подняли за шкирку.

— Где это место? — спросил Шэнь Сюэнь.

Наконец-то услышав голос прекрасного старшего брата, Доудин слегка взволновался, облизал нежно-красные губки и ответил:

— Это деревня Хантон!

— Сколько времени зайдет дорога до дворца?

Доудин старательно припомнил, как когда-то мама водила его смотреть на Императорский дворец Клейпа, напряг все извилины и в конце концов выдал лишь смутный ответ:

— Надо сесть на транспорт в городе! Ехать придется очень долго!

Шэнь Сюэнь изначально не рассчитывал добиться от ребенка хоть какой-то толковой информации. Прекрасно понимая, что задерживаться здесь нельзя, он швырнул Доудина в сторону и повернулся, чтобы уйти.Кроха всё ещё хотел догнать его, изо всех сил перебирая короткими ножками, но шаги Шэнь Сюэня были слишком стремительными, и угнаться за ним не было никакой возможности. В конце концов малыш споткнулся и рухнул на землю, с глазами, полными слёз, наблюдая, как тот человек в несколько прыжков скрылся впереди, среди деревьев.

Какой же он сильный… Альфы такие сильные…

Почему же он сам не Альфа? Будь он Альфой, смог бы стать таким же сильным, как тот старший брат? И тогда он не падал бы вот так легко?

В тот момент Асир ещё не знал, что человек, которым он так глубоко восхищался и которого боготворил, на самом деле был самым настоящим Омегой.

Однако спустя несколько лет, когда громогласное имя Шэнь Сюэня разнеслось по всей Звездной Империи, а этот суровый чистокровный Омега стал регулярно появляться на первых полосах ведущих СМИ и в военных ориентировках на розыск, этот самый малыш, который когда-то втайне горевал из-за того, что родился Омегой, точно так же, как и многие другие юные Омеги, затаив в сердце непоколебимую веру, решительно покинул родные края. И всё ради того, чтобы вступить в тот легендарный тренировочный лагерь, столь разительно отличавшийся от Базы Мейзо.

Это по-прежнему был тренировочный лагерь для Омег, но он больше не являлся «императорским гаремом».

Парламент и члены императорской семьи называли его «бесстыдной антиправительственной организацией» и «кошмаром Империи», а бесчисленные высокопоставленные аристократы кусали локти и горько сожалели о том, что вовремя не задушили этот мятежный очаг в зародыше — к тому моменту, когда они опомнились, было уже слишком поздно.

Потому что к тому времени весь мир уже погрузился в хаос.

http://bllate.org/book/33400/4103056