Готовый перевод My Desk Mate Distracts Me / Соседка по парте... или опасный хулиган?: Глава 6

Послеполуденная большая перемена длилась целых полчаса. Стоило только заиграть музыке для гимнастики для глаз, как кто-то в классе уткнулся носом в парту и заснул, а кто-то принялся строчить варианты тестов.

Домашних заданий во втором классе старшей школы задавали много. Учителя по всем предметам, словно предварительно сговорившись, задавали по одной-три тетради с тестами на каждый урок. Если не воспользоваться обеденным перерывом и переменами, а оставить всё на вечернюю самоподготовку, осилить такой объём было абсолютно невозможно.

Вэнь Сяо взял наугад один из тестовых листов, снял колпачок с ручки, расписался вверху, после чего отбросил ручку в сторону и поднялся с места.

Чжао Иян, казалось, обзавелся глазами на затылке: он резко обернулся и окликнул его:

— Вэнь Сяо, ты куда?

— В магазин.

— Иду-иду, захвати меня с собой! — охотно отозвался Чжао Иян, нащупал в кармане школьной формы деньги и убедился, что они на месте. — Умираю с голоду, в столовой сегодня почему-то ввели лимит — всего один куриный окорочок в одни руки. Они что, не уважают аппетит солнца нашей юности, сияющего во всей красе? Вэнь Сяо, ты разве не остался голодным?

Вэнь Сяо кивнул. Покидая своё место, он заметил, что его сосед по парте снова куда-то запропастился.

Присутствие соседа по парте в лице Чи Е вообще казалось чем-то призрачным: на уроках он спал, на переменах спал — такое ощущение, будто по ночам он промышлял профессиональным воровством. Должно быть, эта ночная работа отнимала столько сил, что ему приходилось навёрстывать упущенное и отсыпаться каждая свободная минута дневного времени.

Школьный магазин находился далеко: если выходить из второго учебного корпуса, нужно было сначала пересечь главную аллею между статуей Конфуция и баскетбольной площадкой, а затем обойти библиотеку.

Чжао Иян любил улыбаться — когда он улыбался, на щеках появлялись ямочки. Парнем он был общительным, и пока они шли от второго корпуса, со всеми знакомыми здоровался по пути. Вэнь Сяо был немногословен и легко мог убить любую беседу на корню, но Чжао Иян всё равно упорно продолжал болтать:

— Я тут в обед заходил в учительскую задать вопрос по математике и заметил, что старый Сюй как раз составлял график нашей успеваемости. В монитор чуть ли не носом утыкался, до чего же ответственный человек!

Вэнь Сяо ответил:

— Да, он очень серьёзно относится к работе.

— Вот именно, до выпуска в старшей школе ещё целый год, а старый Сюй уже душой болеет за наши баллы на экзаменах. С такими темпами его линия роста волос точно не доживёт до нашего выпуска, — продолжал тараторить Чжао Иян. — К слову, результаты нашей школы на экзаменах не бьют рекорды по городу, да и качеством преподавания мы не первые в Миннане, но вот если мериться историей и традициями, наше учебное заведение запросто заткнет за пояс всю страну!

Он с утрированной важностью сложил пальцы, подсчитывая что-то в уме, и в его голосе прорезалась едва сдерживаемая гордость:

— Наша школа стоит на этом месте уже около двух тысяч лет! Ну и конечно, теперь и впредь это твоя школа. Видел статую Конфуция? Она стоит там без движения уже больше трёхсот лет.

Вэнь Сяо заметил:

— Старая усадьба, древняя школа — разве там не должно быть полно призраков?

— ...Благодетель, — Чжао Иян сложил руки перед грудью. — Нам вообще-то ещё на вечернюю самоподготовку идти!

Школьный магазинчик был небольшим, но выбор товаров — полным. Всё, что могло понадобиться: напитки, снеки, пластыри или канцелярские ножи — нашлось бы без труда.

Чжао Иян и впрямь проголодался: выбрав два хлебца, коробку печенья и пакет молока, он запихнул в карман школьной формы ещё и бутылку сока.

Заметив, что Вэнь Сяо стоит перед полкой в нерешительности, Чжао Иян подкатился к нему с рекламой:

— Обязательно возьми этот сэндвич с беконом. Пальчики оближешь, местная гордость Вторая присоединенная школа Миннань! Если сейчас не возьмёшь, их в мгновение ока разберут.

Вэнь Сяо протянул руку, взял один сэндвич, а заодно прихватил синий стержень для ручки.

Кто бы мог подумать, что стоило отстоять очередь на кассу и сделать пару шагов от магазина, как стержень потёк, измазав Вэнь Сяо всю руку.

Вэнь Сяо страдал лёгкой формой гермофобии.

— Поблизости есть кран с водой?

Чжао Иян распечатывал булочку и уже вовсю её уплетал:

— Есть-есть! У входа возле умывальников вечно толпа лапшу быстрого приготовления заваривает, на дне раковины сплошной жир, противно жуть. Давай я отведу тебя за магазин, там и народу меньше, и чисто.

За магазином и правда оказалось тихо. Несколько воробьёв клевали что-то на земле, а услышав шаги, с шумом вспорхнули и улетели. Раковина выглядела как аварийное сооружение: она криво и косо прилепала к стене и, казалось, могла рухнуть после первого же сильного ливня.

Вэнь Сяо открутил проржавевший кран, и после серии громких хрипящих звуков из трубы тонкой струйкой побежала чистая вода. Краем глаза заметив какое-то движение, Вэнь Сяо повернул голову и волей случая увидел, как кто-то перелезает через школьную ограду.

Парень сделал несколько быстрых шагов для разбега, легко взмыл вверх, ухватился руками за стальные прутья и в один миг оказался наверху. Сделав ещё одно ловкое движение запястьем, он перемахнул через забор и был таков.

Вэнь Сяо показался этот силуэт смутно знакомым. Поразмыслив пару секунд, он сопоставил факты: это был его сосед по парте — Чи Е.

Который сейчас перелезал через забор.

Чи Е тоже заметил Вэнь Сяо. Между ними было приличное расстояние, но он сложил средний и указательный пальцы вместе, поднёс их ко лбу и со свойственным ему нагловатым видом отдал Вэнь Сяо шутливый салют. Уголки его губ изогнулись в ухмылке, и он спрыгнул с ограды на улицу.

Взгляд Вэнь Сяо переместился на стоявшего рядом Чжао Ияна.

— Только что это был...

Чжао Иян повернулся к нему:

— Что было?

— Ты разве не видел?

Чжао Иян зажал зубами соломинку и с нажимом произнёс:

— Что видел? Я ничего не видел! Разве тут только что не прыгали по земле пара воробьев? Я им даже крошек от булки отсыпал.

Вэнь Сяо:

— [...]

Оскаровская игра.

Младшеклассники теперь заканчивали уроки рано, и когда Чи Е добрался до начальной школы Нинюань, у ворот уже никого не было. Лишь сонный охранник, завернувшись в армейский тулуп, дремал в сторожке.

Остановившись у дверей третьего класса первой параллели, Чи Е лениво прислонился плечом к косяку и постучал согнутым пальцем по зелёной классной двери:

— А я Я, неужели ты до сих пор так усердно делаешь уроки?

Услышав голос, Я Я резко подняла голову, и её маленькие косички забавно затряслись:

— Братец! — крикнула она, но тут же ее брови снова сошлись на переносице.

В классе, кроме Я Я, никого не было. Чи Е вошёл внутрь и наблюдал, как его сестрёнка запихивает в ранец пенал с Барби:

— Что случилось, кто тебя обидел?

Я Я прижала ранец к груди, выглядя до слёз несчастной:

— Мою маленькую заколку-бантик... На уроке физкультуры, когда мы бегали, после забега она куда-то пропала.

— Расстраиваешься из-за такой ерунды? — Чи Е сунул руки в карманы брюк, а затем вытащил одну, сжатую в кулак, и протянул перед носом сестры. — Смотри внимательно.

Он разжал ладонь — на ней лежал ровно такой же розовенький пластмассовый бантик-заколка.

Я Я широко распахнула глаза от восторга:

— Братец, где ты нашёл мою заколку?

Ишь, искать он станет! Эта маленькая растеряша за неделю теряла штук по десять заколок, так что он давно уже заказал их оптом штук сто точно таких же.

— У твоего брата безграничные магические способности. — Чи Е протянул руку и подхватил небольшой поильник Я Я, скривившись: — Опять розовый?

— Братец, это же ты мне выбрал, цвет маленькой принцессы.

Я Я аккуратно надела ранец, а поскольку одета она была тепло, маленькая фигурка казалась совсем круглой. У Чи Е возникло стойкое ощущение, будто он ведет на поводке розовый мячик для пинг-понга.

Мотоцикл ждал прямо за воротами школы. Чи Е надел на голову сестры самый маленький шлем, натянул на уши чёрную маску и закинул длинную ногу в седло.

Я Я привычно забралась на сиденье и устроилась поудобнее, крепко вцепившись в одежду брата:

— Братец, во сколько ты сегодня утром встал?

Чи Е уперся ногой в бордюр:

— В пять. А что?

Я Я высунула язычок, с торжеством маленького разоблачителя:

— Врёшь! Я вставала в туалет, а тебя уже не было дома. Я посмотрела на часы — было три часа.

— Тебе со сна показалось, перепутала. Наверное, ты вообще в туалет не вставала, всё это тебе приснилось.

Я Я так ошеломили этими доводами, что она замерла в растерянности. Подумав с полминуты, она просветлела лицом:

— Выходит, я вчера вечером и вправду в туалет не вставала!

Столовая Второй присоединенной школы Миннань не отличалась разнообразием блюд: меню из пяти позиций повторялось по кругу весь семестр, отчего у любого могло свезти челюсти от тоски. Зато прилегающая уличная забегаловок пользовалась бешеной популярностью.

Улица еды была узкой, но по обеим сторонам на ней ухитрились уместиться всевозможные лотки с закусками. Длинные прилавки из нержавейки, баллоны с газом и натянутые синие тенты — всё это вместе создавало колоритные точки общепита, от одного вида которых разыгрывался аппетит.

Усевшись на пластиковые табуретки, Чжао Иян заказал три порции жареного риса и принялся нахваливать блюдо Вэнь Сяо:

— Фирменная жареная кимчи в этом заведении — просто шедевр! Зуб даю, попробуешь хоть раз, и даже через десять лет будешь вспоминать этот вкус!

Заметив, что Чжао Иян собирается продолжать тираду, Вэнь Сяо уже раскусил его манеру и обратился к хозяюшке лотка:

— И ещё одну порцию жареной кимчи, пожалуйста.

Чжао Иян поднял вверх большой палец:

— Благодетель, толк в еде знаешь!

Шангуань Юй переломил палочки для еды и ехидно вставил:

— Дело не в том, что он знает толк, просто твой язык без костей его утомил.

За соседним свободным столиком кто-то шумно уселся. Голос у говорившего был хриплым, а смех в период мутации голоса напоминал скрип пилы по дереву.

— Этот фамилия Чи обругал меня на уроке физики! Ха, его новый сосед по парте, наверное, ещё ни сном ни духом. Чи Е ведь та еще тёмная лошадка. В параллельном классе сорок два человека, почему в нашем только сорок один? Всё из-за Чи Е — он одному парню ноги переломал, руку раздробил так, что кости торчали, а ещё что? Точно, разрыв селезёнки! Опоздай они в больницу ещё на пару минут, и парень бы Богу душу отдал.

Говоривший бросил косой взгляд в сторону столика, за которым сидел Вэнь Сяо.

Его собутыльник тут же подхватил:

— Будь он совершеннолетним, это точно квалифицировали бы как покушение на убийство, не меньше. Иначе с чего бы в школе ни один учитель не смел ему слова поперек сказать? Все просто боятся, что в один прекрасный день Чи Е и их до смерти забьет за какую-нибудь мелочь.

Чжао Иян с хлопком опустил палочки на стол:

— Смелости хватает только за глаза языками чесать, а в лицо сказать кишка тонка? Или они все евнухи?

Шангуань Юй невозмутимо парировал:

— Ты сейчас оскорбил евнухов.

Голос за соседним столом стал ещё громче:

— Я отлично помню, в первом классе старшей школы, шёл вечерний урок самоподготовки, как вдруг Чи Е, словно с цепи сорвался, влетел в класс с ноги, схватил Чжан Минфэна и набросился на него. Такой свирепый взгляд, будто убить хотел! — говоривший даже изобразил испуг, вжав голову в плечи. — Жуть просто.

Когда пришло время расплачиваться, парни с соседнего столика поднялись и, проходя мимо Вэнь Сяо, с нескрываемой издевкой понизили голоса:

— Смотри-ка, а у тебя кости, пожалуй, похрупче, чем у Чжан Минфэна будут. Так что поосторожнее, а то глядишь, ляпнешь что-нибудь не то — и Чи Е тебя тоже прикончит...

Вэнь Сяо сделал шаг в сторону, и в его голосе отчетливо повеяло холодом:

— Мы с тобой на брудершафт пили?

Слова, которые собеседник собирался выдать напоследок, так и застряли у него в горле.

Когда те парни скрылись из виду, Чжао Иян заговорил:

— Понимаешь... я сидел с братцем Чи сзади целый год и половину, и хотя его вечно нет в школе, на самом деле он совсем не такой. Хотя... хотя насчет того, что он дерётся — это, конечно, правда.

Под конец его голос заметно стих. Чжао Иян, всегда гордившийся своим красноречием, сейчас чувствовал, что чем больше оправдывается, тем сильнее всё запутывает.

Вэнь Сяо был на полголовы выше Чжао Ияна. Опустив взгляд, он спросил:

— Переживаешь, что я пойму его неправильно?

Чжао Иян яростно закивал:

— Хотя это и не сказать чтобы недоразумение... то есть нет, да! Недоразумение!

Протянув Чжао Иян деньги за жареный рис — ровно пятнадцать юаней — Вэнь Сяо привычно-ледяным тоном произнес:

— Какой он человек, у меня есть глаза — сам разгляжу.

http://bllate.org/book/33394/4102467