Готовый перевод Restraint? The Villain Devoured Me From the Start / Сдержанность? Мой первый день с безумным злодеем: Глава 7

Иметь легкую поступь — это просто чудесно, Цин Цзюэ еще никогда не взбирался на гору так быстро.

Немного устав, он поправил съехавшую набок маску и тяжело задышал.

Остальные Теневые Стражи не обратили на это внимания — разве не дано человеку право подышать, пока он карабкается на гору? — однако Фэн Уцзю, казалось, о чем-то задумался, бросил на Цин Цзюэ взгляд и крепко сжал тонкие губы.

До начала Собрания Улинь оставался еще один час, и представители других сект еще не прибыли.

Пять старейшин Секты Душераздирающего Очарования, ожидавших в Зале Улинь, увидев приближение Фэн Уцзю, дружно поприветствовали его поклоном и проводили внутрь переодеться.

Цин Цзюэ делать снаружи было совершенно нечего; зажав в зубах травинку, он прислонился к дереву в ожидании. Прошло примерно около чайной церемонии, как он увидел выходящего из зала Фэн Уцзю, облаченного в черное.

Ткань этого наряда с первого взгляда казалась превосходной, подчеркивая стройную фигуру Фэн Уцзю. Одежда была расшита золотыми узорами, на поясе висели длинные черные кисти и неброский черный нефрит.

Подобное сочетание цветов еще больше подчеркивало мрачную ауру Фэн Уцзю и его надменный нрав, а в сочетании с и без того свирепыми бровями и взглядом он выглядел донельзя привлекательно, так что от него невозможно было отвести глаз.

Мать моя женщина, да я пропал, да что же это за вселенский непобедимый супер-пупер красавчик, у меня сейчас слюнки потекут, хм-м...

Если бы вы знали, что я фанатею по Фэн Уцзю, да еще и угодил внутрь книги, где воочию узрел его в таком потрясающем наряде, вы бы тоже решили, что мне безумно повезло!

Будь у него в руках камера, Цин Цзюэ наверняка в мгновение ока превратился бы в фаната-мастера фото, наснимавшего девятьсот девяносто девять с лишним идеальных снимков со всех возможных ракурсов!

Заметив, что Цин Цзюэ вновь беззастенчиво и прямо пялится на него, словно потеряв душу, Фэн Уцзю склонил голову и уставился на него в ответ.

Для Цин Цзюэ атмосфера была самой что ни на есть прекрасной, но для всех остальных — чересчур жуткой, и на площадке мгновенно воцарилась мертвая тишина.

Они переводили взгляды то на Цин Цзюэ, то на Фэн Уцзю: хотя все стояли вместе, им почему-то казалось, что их самих безжалостно оттеснили на задний план.

Лишь когда Цин Цзюэ резко пришел в себя и осознал, что они оба пялятся друг на друга, он кашлянул и неловко шагнул вперед.

— Владыка, есть ли какое-то поручение для этого подчиненного?

Фэн Уцзю поглазел на него еще несколько секунд, отвел взгляд и не удостоил ответа.

Спустя полчаса после прибытия Фэн Уцзю и его людей на Гору Тяньюн стали один за другим прибывать представители различных сект.

Цин Цзюэ и прочие Теневые Стражи скрылись в тени, рядом с Фэн Уцзю остались лишь пять старейшин да два ученика, встречавшие приближающихся людей и принимавшие их поклоны.

В Зале Улинь становилось всё теснее, а голоса звучали всё громче.

Фэн Уцзю с холодным лицом восседал на главном месте, и фразы вроде «Приветствуем Лидера Союза Улинь» долетавшие до его ушей, не вызывали у него ни малейшей реакции.

В те времена, когда он узурпировал власть, многие из этих людей выступали против, и в мире Цзянху стоял сплошной непрекращающийся ропот.

Теперь же, видя, как прочно он обосновался на своем месте, они тотчас изменили лица и принялись льстиво ему улыбаться, что выглядело поистине отвратительно.

Цин Цзюэ наблюдал за происходящим из укрытия, как вдруг услышал шелест в роще за спиной. Цин Шуо, стоявший неподалеку, глянул на него и большим пальцем указал вглубь леса.

Схватившись на лету, Цин Цзюэ кивнул и бесшумно нырнул в чащу. Скрыв свое присутствие и исследуя окрестности, он заметил лишь промелькнувшую перед ним белку.

Цин Цзюэ мысленно выругался: «...»

Только и делали, что мешали ему любоваться красавчиками!

На всякий случай он еще раз осмотрел округу и, убедившись в отсутствии опасности, тем же путем вернулся назад.

Однако не успел он дойти до места, как до его слуха донесся зычный крик:

— Ты сам прекрасно знаешь, сколько крови на твоих руках! Исполненный кровожадности, жестокий и бесстыдный, человек без капли сострадания к миру сему совершенно недостоин занимать место Лидера Союза Улинь!

А? Кто-то решил взбунтоваться?

Цин Цзюэ уже давно предполагал, что на Собрании Улинь кто-нибудь попытается напасть на Фэн Уцзю.

Хотя народу собралось много, никто из них не был на стороне Фэн Уцзю — в глубине души люди вовсе не хотели, чтобы тот наследовал этот пост, а стоит их немного раззадорить, глядишь, и впрямь толпой бросятся бунтовать.

Вот только Цин Цзюэ никак не ожидал, что кто-то не выдержит еще до официального начала собрания.

Он быстро подбежал обратно, бросил быстрый взгляд на уже собиравшегося действовать Цин Шуо, а затем перевел взор на человека, оравшего на Фэн Уцзю.

Оказалось, что почти половина собравшихся вокруг людей уже замерли в позах, готовых к нападению.

Сразу видно, что все было обговорено заранее и они намеревались поднять бунт сообща.

Цин Цзюэ вечно недоумевал: почему это некоторые перед тем, как перейти к делу, обязательно считают нужным сперва потрепать языком? Разве нельзя сразу наброситься с кулаками? Они же просто дают врагу фору!

Он-то знал: даже если все эти люди полезут вместе, им ни за что не одолеть Фэн Уцзю, да и сам Фэн Уцзю был вовсе не из тех, кто станет ждать, пока противники первыми перейдут в атаку.

Цин Цзюэ рассчитывал, что болтун даже рта раскрыть не успеет, как Фэн Уцзю отправит его на тот свет.

Однако Фэн Уцзю в поле зрения сохранял царственную позу презрения к толпе, и в его планах вовсе не было нападать.

Что здесь происходит?

Это же совершенно не соответствует характеру Фэн Уцзю!

Неужели...

Неужели сказалось последствие отката от культивации техник, и у Фэн Уцзю сейчас совершенно нет внутренней энергии?!

Цин Цзюэ вовсе не относился к людям нерешительным и колеблющимся.

Поскольку остальные совершенно не ведали о реальном физическом состоянии Фэн Уцзю, ему потребовалось всего два вдоха с момента возвращения из леса и оценки обстановки, чтобы принять решение.

Уж лучше заберут мою жизнь, чем жизнь моего любимого персонажа!

В любом случае, те, кто посмеет причинить вред Фэн Уцзю, должны умереть!

Не дожидаясь приказа Фэн Уцзю, он первым метнул скрытое в рукаве оружие.

Несколько игл, пронзающих кости, сорвались с места одновременно, и двое заговорщиков мгновенно испустили дух.

Пока поднимался переполох и старейшины Секты Душераздирающего Очарования готовились схватить эту шайку, Цин Цзюэ применил легкую поступь и очутился рядом с Фэн Уцзю.

Подхватив Фэн — больного хиляка — Уцзю на руки, он, точно так же, как и в прошлый раз, бросил: Владыка, извольте простить, — и крутанулся на месте.

Крепко прижав к груди вожделенного красавца, он тут же скрылся в зарослях леса.

Неожиданно оказавшись на руках в классическом свадебном подхватывании, ощущая прикосновение чужого тепла, Фэн Уцзю медленно свел брови и вцепился в ткань на груди Цин Цзюэ.

— Что ты делаешь?

— Владыка, здесь небезопасно, этот подчиненный отведет вас в надежное место.

Не так, как обычно, лицо Цин Цзюэ выражало редкую воинственность.

Фэн Уцзю: «...»

Выражение его лица казалось озадаченным, однако на дне зрачков промелькнуло торжество хищника, поймавшего добычу на крючок.

Он не доверял Цин Цзюэ.

Именно поэтому он и хотел воспользоваться случаем, чтобы выяснить, действительно ли этот Теневой Страж, чьи слова и поступки вечно казались странными, имеет какие-то скрытые мотивы.

Глава 10. Допрос: Ты все это время пытался меня облапать?

Цин Цзюэ отыскал укромную пещеру, чтобы Фэн Уцзю мог там переждать, а убедившись, что вокруг нет опасности, собрался уходить.

— Как только подчиненный разберется с этими людьми, я сразу вернусь за вами, — произнес он, одной рукой ухватившись за рукоять меча и крепко сжав ее.

— Владыка, не беспокойтесь, я вас защищу.

Те, кто имел право участвовать в Собрании Улинь, являлись известными мастерами боевых искусств из влиятельных сект, и их сила ничуть не уступала силе старейшин Секты Душераздирающего Очарования.

Мятежников было немало, в то время как их собственная сторона насчитывала всего семнадцать человек, а без Фэн Уцзю — непобедимого главного козыря — снаружи таилась сплошная опасность.

На лице Цин Цзюэ не было и следа страха, когда он стремительно выскочил из пещеры.

Возле Зала Улинь уже вовсю царил полный хаос.

Окликая врагов с обнаженным клинком, Цин Цзюэ применил Технику Шагов Догоняющего Ветер, и его силуэт скользнул вперед подобно тени призрака. Успешно заVйдя противнику за спину, он одним ударом меча перерезал горло какому-то мужчине.

В глазах бушевало кровожадное намерение, вокруг распространялся удушливый запах крови.

Заметив занесшийся для удара меч, Цин Цзюэ отразил атаку клинком и в тот же миг, уходя в сторону, выбросил ладонь, вложив внутреннюю силу, и отбросил попытавшегося совершить подлый удар нападающего.

Он и не подозревал, что Фэн Уцзю, который по идее должен был прятаться в пещере, уже стоял за деревом. Словно затаившаяся в темноте ядовитая змея, его мрачные зрачки намертво впились в Цин Цзюэ.

Будто истинное хладнокровное создание, он совершенно не обращал внимания на происходящую вокруг бойню.

Лишь понаблюдав достаточно, он неспешно вышел из-за дерева, непринужденно подняв руку.

В тот же миг бурная, пугающая внутренняя энергия сконцентрировалась на его ладони, и стоило ему лишь легко взмахнуть рукой, как лица всех бунтовщиков мгновенно побледнели, а внезапно обрушившаяся мощь лишила их возможности нормально дышать.

Только тогда Цин Цзюэ понял, что появился Фэн Уцзю, и оглянулся на стоящего позади мужчину.

Его глаза казались погруженными в тушь — опасные и тяжелые; молча окинув взглядом лица всех присутствующих, он неторопливо перевел взор на лицо Цин Цзюэ.

Хотя восставшие и планировали воспользоваться моментом, чтобы избавиться от Фэн Уцзю, аура противника сковала их движения настолько, что они замерли на месте.

Заметив, что кто-то пытается подкрасться сзади к отвлекшемуся Цин Цзюэ, Фэн Уцзю небрежно швырнул подобранный с земли камешек.

Движение казалось слабым, но когда камень угодил прямо в межбровье нападавшего, оттуда фонтаном хлынула кровь.

Цин Цзюэ быстро отступил к Фэн Уцзю и с беспокойством спросил:

— Владыка, ваше тело восстановилось?

Фэн Уцзю парировал вопросом:

— Разве этот владыка хоть когда-то говорил, что плохо себя чувствует?

Цин Цзюэ: «...»

Главнокомандующий, да вы же последнее время выглядели ходячим мертвецом!

Прекрасно зная, что назревает беда, Фэн Уцзю вел себя настолько беспечно, что даже не захватил с собой личный меч.

Он протянул руку и забрал меч из рук Цин Цзюэ. Неизвестно, какую именно технику он применил, но его фигура и вправду словно обратилась в змею, скользящую сквозь толпу так быстро, что человеческий глаз не успевал ее уловить.

Прошло лишь мгновение ока, а он уже ушел далеко вперед. Всюду, где он проносился, падали бездыханные тела, причем люди даже не успевали понять, как именно они погибли.

Лишь по ранам можно было догадаться, что каждого пронзили мечом точно в жизненно важные точки.

Картину «горы трупов и реки крови повсюду, куда ступала его нога», описанную в книге, Цин Цзюэ теперь наблюдал воочию.

Не отрывая глаз, он во все глаза смотрел, как Фэн Уцзю без малейших усилий отправляет всех бунтовщиков к праотцам.

Расправившись с врагами, Фэн Уцзю не запятнал себя ни единой каплей крови. С бесстрастным лицом вернувшись к Цин Цзюэ, он швырнул ему меч обратно.

С брезгливостью в голосе бросив:

— Что за дрянной меч ты откопал, пользоваться невозможно.

Цин Цзюэ ответил чистую правду:

— Этот подчиненный получил его, когда только примкнул к Секте Душераздирающего Очарования.

Фэн Уцзю: «...»

Больше не тратя на Цин Цзюэ лишних слов, он дошел до самого переднего края площадки, резко развернулся и окинул презрительным, властным взглядом всех присутствующих, словно показывая своей надменной инспекцией, что все находится под его полным контролем.

От пронзительного взгляда наблюдавшие до этого со стороны представители различных сект даже не смели поднять головы.

Фэн Уцзю нарушил пугающую до дрожи тишину:

— Есть ли у кого-то еще что сказать?

Ни у кого не хватило духу вымолвить хоть слово.

http://bllate.org/book/33355/4097950