— Хорошо.
Оба на цыпочках вернулись в детскую, словно боясь потревожить царившую там тишину.
В инкубаторе Маленький черный дракон свернулся калачиком на мягкой подстилке и крепко спал, а его грудка и животик мерно вздымались в такт дыханию. Уникальные золотые крапинки на кончике его хвоста слабо мерцали в тусклом свете встроенных индикаторов инкубатора.
Хо Сяо подошел ближе, некоторое время молча смотрел сквозь прозрачную стенку, а затем аккуратно приоткрыл маленькое смотровое окошко на крышке и протянул руку.
Его кончики пальцев засияли едва заметным, невероятно мягким золотистым свечением, которое легонько коснулось самой нежной чешуйки на лбу младшего брата, а затем плавно скользнуло вниз по спине.
Этот золотой свет, подобный самому нежному и теплому течению, бесшумно влился в тело молодого дракона, помогая упорядочить его еще не до конца обузданную циркуляцию энергии.
Во сне Маленький черный дракон, похоже, почувствовал знакомое и успокаивающее дыхание. Он чмокнул губами, издал из горла едва слышное урчание и заспался еще крепче, даже маленькие лапки расслабленно раскинулись в стороны.
Глядя на эту трогательную сцену, Линь Сяо вдруг что-то вспомнил и, понизив голос, спросил: — Кстати, мы всё время звали его Маленький черный дракон, а теперь знаем его имя — Хо Жань. Скажи, Трой — это его детское прозвище?
Хо Сяо медленно отдернул руку и закрыл смотровое окошко.
Он на мгновение замолчал и лишь потом заговорил. Его голос стал еще глубже, чем раньше, и в этой тихой ночи казался исполненным какого-то далекого эха: — Имя Хо Жань мама выбрала для него еще тогда, когда он был яйцом. Она говорила, что хочет, чтобы его жизнь была подобна пылающей звезде — теплой и яркой, способной указывать путь даже во тьме.
— Трой... так отец звал его временами. Они оба так ждали его появления на свет.
Линь Сяо уловил в его словах глубоко затаенную тоску и капельку неискоребимой печали. Он вспомнил, что родителей Хо Сяо уже нет в живых, и братья должны были полагаться друг на друга, но вместо этого долгие годы были разлучены. Теперь же младший брат нашелся, и те поиски, переживания, отчаяние и дикая радость, что выпали на их долю, едва ли можно было поведать посторонним.
— Хо Жань... прекрасное имя, — тихо произнес Линь Сяо. Он посмотрел на мирно спящего в инкубаторе маленького дракона, а затем перевел взгляд на четкие линии профиля стоящего рядом мужчины в полумраке, и какая-то мягкая струна в его сердце слегка затронута.
— Я ведь тоже пришел в этот мир совершенно один, — голос Линь Сяо был очень тихим, словно ночной ветер, скользящий по листьям, и нес в себе попытку передать толику утешения. — Ни родных, ни дома, а поначалу даже выжить было трудно.
Хо Сяо повернул голову, и его золотые глаза посмотрели на него из темноты.
— Но теперь, — уголки губ Линь Сяо чуть приподнялись, тронутые легкой улыбкой, — у меня есть директор Талия, у меня есть Грулк, есть коллеги, с которыми мы работаем вместе, есть все эти шумные, но такие милые малыши, и есть такой вредный, но искренний друг, как Эйвор...
Его взгляд снова вернулся к Маленькому черному дракону, после чего он решительно встретился глазами с Хо Сяо. — А теперь появился еще и Сяо Жань. Видишь, как удивительна судьба...
Его голос звучал мягко, но обладал силой, способной утешить: — Господин Хо, теперь мы оба — семья Сяо Жаня, и так будет всегда. На этом пути ты не один.
Лунный свет проникал сквозь окно детской, отбрасывая на пол четкие тени оконных переплетов и освещая суровое лицо Хо Сяо.
Он стоял неподвижно, ничего не говоря, лишь повернув голову, и его золотые глаза, необыкновенно яркие в ночной тишине, молча смотрели на Линь Сяо.
Две души, пробивавшиеся сквозь долгие годы одиночества, в эту спокойную ночь стали еще немного ближе друг к другу благодаря крошечной жизни, которую им предстояло защищать вместе.
—
Следующим утром Линь Сяо проснулся под шум и возню малышей.
За завтраком директор Талия села рядом с ним, ее пушистые уши мягко опустились.
— Линь, — заговорила она, и в ее янтарных глазах светилась улыбка вперемешку с легкой сентиментальностью. — Если все пройдет гладко, сегодня наш последний день на планете Гли.
Она вывела в воздух голографический экран, демонстрируя трансляцию в реальном времени. На планете Сайрус уже практически завершилось возведение целого комплекса прекрасно оборудованных зданий. — Благодаря особой заботе генерала Хо и лорда-герцога темпы строительства просто поражают. Транспортный корабль прибудет сегодня вечером, и до полуночи мы полностью завершим переезд.
Линь Сяо смотрел на новый дом на экране, испытывая легкое удивление — он никак не ожидал, что все построят так быстро. Магия больших денег действительно творит чудеса эффективности.
Талия резко сменила тему: — Поэтому я даю тебе выходной, Линь. Сегодня тебе не нужно участвовать в подготовке к переезду, оставь заботы детского сада на нас.
— Выходной? — Линь Сяо на мгновение замер, а затем невольно рассмеялся. — Директор, мне не нужен выходной, я могу остаться и помочь...
— Нужен. — Талия мягко, но непреклонно перебила его. — Линь, ты провел в Детском саду «Рассвет» столько времени, отдав почти все свои силы этим детям. Даже когда у тебя были отгулы, ты все равно оставался здесь, то с одним повозишься, то другого успокоишь. У тебя здесь нет кровных родственников, но детский сад — твой дом, а мы — твоя семья.
Портовая зона планеты Сайрус сегодня была оживленнее, чем обычно.Средний космический корабль с опознавательными знаками маршрута планеты Гли плавно пришвартовался, шлюзовой люк открылся, и выдвинулся трап.
Первым сошел крепкий и рослый Грулк. В руках он держал несколько больших ящиков, на его лице не было особого выражения, но взгляд бдительно сканировал всё вокруг.
За ним последовала заведующая Талия. На руках она прижимала Гуангуан, которая из-за утомительного путешествия выглядела немного привядшей, и даже свечение крошки слегка поблекло.
Затем поочередно с корабля вышли остальные малыши под присмотром воспитателей.
Многие дети, особенно помладше, после нескольких часов прыжкового перелета были сонными.
Кто-то примостился на плече у воспитателя, то и дело клевая носом, а кого-то держали на руках, и малыши спали так крепко, что слюнки вот-вот готовы были скатиться с губ.
Среди всех этих людей самым приметным, без сомнения, оказался Линь Сяо.
На его плече уверенно устроился пушистый белый комочек.
Этот малыш, напротив, выглядел чрезвычайно бодрым: обеими передними лапками он цеплялся за воротник Линь Сяо, серебристо-белый хвост обвился вокруг его шеи, а большие синие глаза широко распахнуты. Крошка с огромным любопытством изучал всё вокруг и время от времени издавал короткое цвиканье, словно комментируя происходящее.
Но по-настоящему требовал предельного внимания тот, кого Линь Сяо бережно прижимал к груди — маленький черный дракон Хо Жань.
Малыш явно чувствовал себя не в своей тарелке из-за смены привычной обстановки с термостатом и детским садом. Едва ступив на борт, он начал капризничать, и его энергия слегка выплескивалась наружу, из-за чего терморегулятор на соседнем с Линь Сяо сиденье на мгновение даже дал сбой.
Позже Линь Сяо взял его на руки и стал мягко поглаживать по спине, и только тогда Хо Жань успокоился, а в конце концов, поддавшись природной сонливости молодых драконов, крепко уснул у него на руках.
Сейчас маленький черный дракон свернулся калачиком на сгибе локтя Линь Сяо, его черная чешуя отливала таинственным блеском, а золотистые крапинки на хвосте чуть покачивались в такт дыханию.
Он спал очень крепко, прижавшись маленькой головкой к груди Линь Сяо, и изредка чмокал во сне, обнажая крошечные розоватые десны.
Пройти весь путь с таким малышом на руках было непросто — руки и впрямь заметно затекли.
Но каждый раз, опуская взгляд и видя безмятежно спящее лицо Хо Сяожаня, ощущая тепло и абсолютное доверие его маленького тела, Линь Сяо понимал, что эта усталость не стоит и упоминания.
Величие космопорта планеты Сайрус далеко превосходило скромный терминал планеты Гли. Огромные межзвездные грузовые суда и обтекаемые военные корабли медленно скользили мимо. Воздух был пропитан гулом передовых технологий и незнакомыми запахами бесчисленных разумных рас.
Разве могли малыши видеть подобный масштаб? Все они смотрели по сторонам во все глаза.
Хвост Мило плотно обвился вокруг ноги воспитателя, вертикальные зрачки расширились от удивления, и он тихонько бормотал что-то о летающих в воздухе световых шарах.
Циси попыталась взлететь повыше, чтобы рассмотреть всё получше, но мягкий барьер воздушного потока нежно отбросил ее назад. Она качнулась и едва не упала, но ее вовремя подхватил воспитатель, а на личике застыло крайнее изумление: Не получается взлететь!
Больше всего хлопот доставила парочка волчьих братьев, Кай и Рэй.
Они зарились на стоявший неподалеку торговый автомат и, воспользовавшись тем, что воспитатель отвлекся, вдвоем бросились на аппарат, продающий сияющие энергетические напитки. Стоило их когтям коснуться стекла, как машина издала приветливый электронный сигнал: Обнаружено прикосновение детеныша, активирована защитная блокировка, пожалуйста, попросите взрослого продолжить операцию.
Кай и Рэй замерли в позе броска, глядя на автомат совершенно ошеломленными взглядами, словно на них наложили заклинание паралича.
Линь Сяо поспешно бросился вместе с воспитателем отрывать двух опечатанных малышей от автомата и, одновременно чувствуя и раздражение, и веселье, щелкнул каждого по лбу: Нельзя трогать всё подряд!
Этот небольшой эпизод развеял напряжение от прибытия в незнакомое место, и даже обычно застенчивая Лия робко выглянула из-за спины сотрудника.
Под молчаливым руководством и защитой охранников в штатском, чья выучка выдавала в них профессионалов, заранее подготовленных Хо Сяо, группа из детского сада без труда миновала экспресс-терминал космопорта. Избежав любых лишних допросов и помех, они напрямую вышли в просторный зал.
В вестибюле сновали толпы людей, но их процессия выглядела настолько необычно, что приковала к себе немало взглядов.
В этот момент с противоположной стороны зала быстрым шагом кто-то приближался.
Это был юноша на вид лет шестнадцати-семнадцати, стройный и подтянутый. На нем была сшитая по фигуре темная повседневная одежда, которая еще больше подчеркивала белизну его кожи.
Больше всего привлекали внимание его мягкие серебристо-серые короткие волосы — под лучами света, падавшими из стеклянного купола, кончики прядей словно отливали легким сиянием.
У него было красивое лицо, а в чертах проступала свойственная юности прохладная чистота. Глаза же обладали невероятно прекрасным золотисто-карим оттенком, напоминая застывший в глубине веков янтарь.
Юноша целеустремленно направлялся прямо к той стороне, где стояли Линь Сяо и остальные.
Охрана, отправленная Хо Сяо, лишь слегка кивнула ему при встрече, не пытаясь преградить путь, — очевидно, они были знакомы.
Он остановился всего в нескольких шагах от Линь Сяо, устремив на него золотисто-карие глаза. Во взгляде читались сложные эмоции: предвкушение, капелька нервозности и радость от долгожданной встречи.
На самом деле Эйвор прибыл сюда гораздо раньше.
Он приехал целым часом раньше назначенного времени и все это время ждал за прозрачной перегородкой в vip-зоне отдыха.
Его отец, герцог Огюст, собирался отправить дворецкого или личную стражу, но Эйвор настоял на своем.
Я пойду сам.
http://bllate.org/book/33113/4063717
Сказали спасибо 0 читателей