Готовый перевод The Self-Cultivation of a Drama Queen (Quick Transmigration) / Искусство перевоплощения: Как стать идеальной актрисой: Глава 7

Началось! Вот-вот развернется грандиозная ежегодная драма: законная жена против любовницы!

Услышав вопрос Юй Цин, Лу Исянь сперва удивилась, а затем ее выражение лица стало смущенным. Губы шевельнулись, и она произнесла:

— В последнее время с деньгами туговато…

Юй Цин нахмурилась. Если память ей не изменяла, зарплату выдали всего пару дней назад. К тому же Фу Юньфань вечно находил предлоги вроде отличной работы Лу Исянь, чтобы выписать той премию. Хотя Юй Цин уже упоминала, что это несправедливо по отношению к остальным сотрудникам, позже Фу Юньфань продолжал поступать так же, и она махнула на это рукой.

При этой мысли лицо Юй Цин стало чуть более холодным. Она решила, что Лу Исянь просто не умеет обращаться с деньгами, а теперь выглядит так по большей частью лишь для того, чтобы разжалобить окружающих, либо же просто пожинает плоды собственных поступков. Кивнув и ничего не сказав, она взяла поднос с едой и ушла.

Такая реакция Юй Цин была вполне ожидаема для Лу Исянь. Было бы просто невероятно, если бы Юй Цин, услышав такое, тут же перевела ей денег. Так что она совершенно спокойно грызла свой паровой маньтоу, заставив разочарованно опустить головы толпившихся вокруг любителей зрелищ.

На следующий день Юй Цин спустилась в столовую довольно поздно и снова с первого же взгляда заметила Лу Исянь, которая усердно грызла маньтоу. На третий день, на четвертый, целую неделю подряд — Юй Цин уже казалось, что она на это насмотрелась, но Лу Исянь, вопреки ожиданиям, продолжала есть пресные маньтоу. Ой, нет, сегодня ее рацион, кажется, улучшился: вместо обычного белого маньтоу был с бурым сахаром.

На мгновение выражение лица Юй Цин стало сложным. Если она правильно помнила, все, кто раньше шел за Фу Юньфаном, жили очень даже неплохо; когда он был щедр, то даже дарил квартиры. С чего вдруг дошло до того, что Лу Исянь даже поесть нормально не может?

Это сомнение мелькнуло и тут же исчезло. Убедившись, что вокруг никого нет, Юй Цин взяла две порции еды и, будто невзначай выбрав местечко, села по диагонали напротив Лу Исянь. Неторопливо пообедав, она поднялась с подносом, собираясь уходить, но тут ее окликнула Лу Исянь.

— Госпожа Юй, это ваша еда.

Лу Исянь держала в руке маньтоу и с улыбкой смотрела на изящный профиль Юй Цин, гадая, не повернет ли та голову и не скажет ли ей с улыбкой: «Детка, это твоя еда».

Конечно же, картинка из воображения сильно отличалась от реальности. Ресницы Юй Цин дрогнули, и она протянула руку к контейнеру с едой. И в тот момент, когда Лу Исянь уже подумала, что та передумала и хочет забрать обед с собой, Юй Цин слегка толкнула коробочку вперед.

— Мне уже надоело, будь добра, помоги разобраться.

Юй Цин подняла взгляд на Лу Исянь и, не дожидаясь ответа, застучала каблуками прочь.

Фигура у Юй Цин была стройной, уходя, она держала спину абсолютно прямо и выглядела очень собранной. Мягкие черные волосы ловили солнечные лучи, отчего ее облик казался чуточку мягче, а издалека выглядела она и вовсе очень нежно. Сейчас в столовой стояла тишина, так что звуки шагов ее каблуков были особенно четкими и громкими. Шаг за шагом — казалось, они танцуют прямо на самом сердце Лу Исянь, а ее прекрасный вид заставлял сердце биться еще чаще.

Проводив взглядом спину Юй Цин, Лу Исянь заправила за ухо прядь волос с левой стороны, опустила голову и тихонько улыбнулась:

— Система, сестричка Юй Цин ведет себя как-то странно…

В недавнем прошлом компания как раз выпустила новый продукт, что знаменовало собой завершение определенного этапа работы, так что Юй Цин была не слишком занята и находила время спускаться вниз пообедать. Но как только начался новый рабочий цикл, Лу Исянь больше не видела Юй Цин в столовой.

Лу Исянь грызла маньтоу и от нечего делать разглядывала окрестности. Не найдя ту, которую так хотела увидеть, она сочла это скучным, в два счета расправилась с обедом и поднялась наверх.

Рабочее время, как обычно, уходило на написание глав, в жизни тоже не происходило никаких перемен. Последние дни она вовсе не обедала с Фу Юньфаном, а после окончания работы убегала быстрее кролика. И хотя она каждый раз находила самые разные отговорки, Фу Юньфань всё же не выдержал, в нем вновь проснулось сияние властного генерального директора, и он напролом преградил ей путь прямо у выхода.

— Сяо Я, почему в последнее время тебе кажется, что ты от меня прячешься?

Фу Юньфань уперся одной рукой в стену и, повернув голову, обворожительно усмехнулся. От этого зрелища у Лу Исянь зачесались руки врезать ему так, чтобы он ощутил всю прелесть социалистических лучей.

Однако, почувствовав, что совсем неподалеку вот-вот появится Юй Цин, она расплылась в улыбке:

— Директор Фу, некоторое время назад я случайно наткнулась в видео на информацию о том, что в настоящее время наша страна все еще переживает период относительной нехватки продовольствия. Поразмыслив над собственным транжирством, я пришла к выводу, что такое поведение крайне недопустимо.

Каждая чашка риса — помни о труде, что в нее вложен; каждая нить и волоконце — всегда помни, как трудно даются материальные блага! Семейные заветы предков звучат чрезвычайно разумно, поэтому в последнее время я затягиваю пояса, надеясь сэкономить лишнюю горсть зерна, кусок ткани или лепешку для людей из бедных регионов!

Лу Исянь увернулась от прижимания к стене в исполнении Фу Юньфаня, а в ее глазах читалось такое осуждение капитализма, что Фу Юньфалю, пожалуй, даже чудилось, будто на ее груди развевается на ветру красный галстук.

Придя в себя и оглядевшись — а вокруг ничего не было, — он нахмурился, решив, что Лу Исянь в последнее время подверглась какому-то стрессу:

— Ты сейчас всего лишь скромный ассистент, что ты можешь сэкономить? Лучше сначала разбогатей, а потом уже заботься о других.

Кабинеты Юй Цин и Фу Юньфаня находились на одном этаже. Выйдя наружу, она увидела, как они стоят там и о чем-то спорят. Расстояние было довольно большим, поэтому разобрать слова толком не удавалось — до нее донеслись лишь обрывки вроде ассистент и деньги.

Шаги Юй Цин замерли. Не став ломать голову над глубинным смыслом услышанного, она взяла папки с документами, намереваясь спуститься на лифте с противоположной стороны. Точно так же рассуждала и Лу Исянь: бросив напоследок фразу о том, что она должна оставаться верной своим принципам, она бросилась в погоню за Юй Цин.

Юй Цин, пройдя полпути, как раз повернула назад — видимо, о чем-то вспомнив, — и Лу Исянь наотмашь врезалась прямо ей в грудь, нечаянно выбив из ее рук бумаги, которые разлетелись во все стороны.

Пытаясь удержать равновесие обоих тел, Лу Исянь протянула руки и обняла Юй Цин за талию. Талия под ее ладонью оказалась невероятно тонкой, не шире пяди. Видимо, от неожиданности рубашка на талии Юй Цин слегка натянулась, позволив Лу Исянь отчетливо ощутить изгибы ее фигуры.

Получив неожиданный толчок, Юй Цин отступила на два шага назад и замерла, но, заметив, что Лу Исянь обнимает ее за талию, неестественно изменилась в лице и положила руку той на плечо, пытаясь оттолкнуть.

Заметив ее намерение, Лу Исянь глубоко вдохнула носом донесшийся от Юй Цин аромат. Улыбка на ее губах мелькнула и исчезла. Послушно отступив назад, она присела на корточки и принялась собирать разлетевшиеся документы.

http://bllate.org/book/33080/4058367