Готовый перевод Rebirth Is Nothing / Перерождение? Подумаешь!: Глава 3

— Обычные люди и те чураются присваивать чужое, а ты как умудрился забрать чужого ребёнка?!

Один старик с седой бородой выскочил вперед, всем своим видом выражая глубочайшую скорбь и негодование. Заметив, что Ши Фэн сидит, опустив веки и погрузившись в медитацию, и никак на это не реагирует, старик от злости даже начал закатывать рукава.

В этот момент крошечная, нежная и пухленькая ручка робко ухватила старика за подол халатов.

— Малыш, ты проснулся? Не бойтесь, я сейчас же заставлю его отправить тебя обратно! — старик принялся с грохотом хлопать себя по тощей впалой груди.

— Вы новый управляющий, дедушка?

— …

Ши Фэн открыл глаза. Те, кто до этого притаился в укромном уголке в ожидании зрелища, переглянулись.

— Кхм, старик — не управляющий, я Властелин Долины Черной Бездны здесь, на Утесе Мотянь. Малыш, ты знаешь, что такое долина? Долина — это как долина для зерна, а это место — горная впадина, — старик выпятил грудь, поглаживая аккуратно подстриженную аккуратную бородку в три пряди, и с гордым видом взмахнул рукой. — Вот эта самая округа...

— Округа, полная зерна? — Чэнь Хэ моргнул.

— Пф.

В темных углах тут и сочувственные смешки, и насмешки зазвучали один за другим. Старик от гнева аж задохнулся, гневно повернулся и рявкнул:

— Кто там?!

— Раз это зернохранилище, мы тут все от силы — охапка сорго.

— Гречиха же! Гречиха растет гораздо быстрее.

Разъяренный старик едва усы не топорщил, подхватил ошеломленного ребенка под мышки, усадил на циновку из рогожи, взял крошечные пухлые ладошки, похожие на стебли лотоса, слегка потряс их и, указав на серебряный бубенчик на запястье, спросил:

— Ты из Клана Чэнь из Юньчжоу? Кто твой отец?

— Отец... ну... папа, — малыш недовольно надул губки и забормотал.

— Чем ваша семья занимается?

Кроха ошеломленно опустил голову и принялся теребить краешек одежды.

Старик в недоумении окинул остальных озадаченным взглядом. Мальчишка вроде бы уже перерос возраст трехлетних малышей, не такой уж большой, но и не взрослый, по идее, должен хоть что-то соображать, почему же на любой вопрос отвечает полным неведением?

Свирепо зыркнув на Ши Фэна, старик решил, что это тот до смерти напугал ребенка.

Старик принялся шарить по карманам и лишь спустя долгое время выудил сморщенный дикий фрукт. Протягивая его, он ласково заговорил, пытаясь выведать:

— Почему ты играл не дома, а забрался в глухие горы и дикие места?

Кроха поднял голову и с самым серьезным видом ответил:

— Ни в какие глухие горы я не забирался... Я дома, во дворе, у пруда.

— …

С каких это пор ребенок, играя на заднем дворе у пруда, может свалиться в защитный барьер Утеса Мотянь и превратиться в янтарную куколку?

Да этого малыша просто оглушили злодеи прямо дома, похитили и под покровом ночи сбросили со скалы!

Толпа практикующих переглянулась. На их лицах читалось искреннее недоумение: похитить ребенка и мчаться через горы так, что кони дохнут, только для того, чтобы бросить его на дно глубокой горной пропасти? Какая же у кого-то к нему лютая ненависть?

— Ши Фэн, что в конце концов произошло?

Столкнувшись с вопросами окружающих, Ши Фэн молча встал, подошел к Чэнь Хэ, стер пот с его лба, выбросил сморщенный фрукт, который ребенок сжимал в руке, и достал из собственной пространственной сумки сверток с горячими, пышущими паром булочками. От их аромата Чэнь Хэ уставился на него во все глаза, не в силах отвести взгляд.

— Погодите-ка, откуда у тебя мясные булочки?! На Утесе Мотянь этой гадости не видели уже несколько сотен лет! — старик отскочил назад на три шага, его лицо исказилось от ужаса.

Ши Фэн купил у подножия горы не только мясные булочки. У него нашлись и мягкое ватное одеяло, и шелковая подушка, и детские туфельки с вышитыми тигриными мордочками, и даже нагрудники-дудоу.

Раз уж он решил забрать этого ребенка, разве мог он действовать без всякого плана? Совать малышу в рот пилюлю для избавления от зерновой пищи и бросать его на произвол судьбы — до такого мерзкого поступка Ши Фэн опуститься не мог.

Чэнь Хэ с трудом сглотнул слюну, продолжая жадно смотреть на еду, но бросаться на нее и вгрызаться не спешил.

— А манеры-то у пацана на редкость хорошие, — пробормотал старик.

Взгляд Ши Фэна, ласкавшего затылок ребенка, стал еще глубже и холоднее.

Не бывает послушных от рождения детей, все малыши капризны. Младенцы плачут оттого, что им некомфортно, а дети постарше — проверяя реакцию окружающих. Если же, смеешься ты или плачешь, никто вокруг не обращает на тебя ни малейшего внимания, ребенок становится тугодумным, заторможенным, а внешне начинает казаться донельзя послушным и тихим.

Ши Фэн еще раз мысленно подтвердил расположение застоявшейся крови в голове Чэнь Хэ и медленно убрал руку.

Сгустки крови скопились слишком давно, и если попытаться насильно разогнать их циркуляцией, это повредит меридианы. Оставалось действовать постепенно, лучше всего — позволить Чэнь Хэ Самому начать постигать Технику культивации, чтобы устранить эту скрытую угрозу.

Обычному человеку трудно было бы представить, что этот тихий ребенок, смирно сидящий на циновке, на самом деле — несмышленый глупыш.

— Да уж, одурачил всю Долину Черной Бездны.

Ши Фэн слегка улыбнулся и сунул в руку Чэнь Хэ булочку идеальной температуры.

Кроха с сомнением посмотрел на Ши Фэна, чьи волосы не были собраны в пучок, а тело укутывали просторные широкие одежды с широкими рукавами, интуитивно чувствуя, что этот человек совсем не похож ни на кого из тех, кого он помнит. Слуги в Поместье Чэнь пахли потом, от служанок несло пудрой и благовониями, а от этого незнакомца — ни тем, ни другим. Напротив, он напоминал чистую воду у ног каменного Будды в семейном алтаре — глубокую, умиротворенную и преисполненную тонкого аромата.

Чэнь Хэ заторможено опустил голову и принюхался к мясной булочке.

Как вкусно.

И так тепло, совсем как та рука, что только что гладила его по волосам.

Чэнь Хэ снова поднял голову, огляделся, переступил ногами и спрятался за спину Ши Фэна, после чего осторожно откусил кусочек. Жар мясного сока обжег рот, принося утешение изголодавшемуся желудку.

— Лицо этого ребенка...

Один старый даос с глубокими познаниями в мистических искусствах разглядел нечто странное. Он торопливо протянул руку, принявшись делать пальцами сложные подсчеты, а его длинные седые брови, свисавшие до скул, забавно подпрыгивали при каждом движении.

Малыш развеселился и звонко рассмеялся.

Даос протянул руку, желая проверить кости Чэнь Хэ, но Ши Фэн сделал шаг вперед, незаметно заслонив мальчика собой.

— Ты? — даос внезапно все понял. — У этого ребенка тоже судьба трех бедствий и девяти напастей, такая же, как у тебя?

Ши Фэн ничего не ответил и сунул в руку Чэнь Хэ еще одну булочку.

— Тьфу! — Властелин Долины воздел руки к небу и тяжело вздохнул. — Эта головная боль теперь твоя, а мы в это вмешиваться не будем!

С этими словами он развернулся и ушел, а следом за ним разбеглась и вся толпа зевак.

Из глубин пещеры донеслись негромкие голоса:

— Властелин Долины, разве так можно?

— А что не так? Когда Ши Фэн только прибыл в Долину Черной Бездны, его сердце было мертво, а сам он казался безжизненным предметом. Теперь же ему подкинули сорванца специально для того, чтобы тот трепал ему нервы, — хоть не помрет со скуки и не отправится в Преисподнюю в очереди стоять раньше нас, стариков! Идиот, разве ты не знаешь, как сейчас ограничены квоты на чиновников в Преисподней?

— Ну а семья этого ребенка...

— Раз уж выпала такая судьба, лучше и не пытаться отправить его обратно, — Властелин Долины протяжно вздохнул. — У Ши Фэн есть сострадание, неужели у нас его нет?

***

Прошло совсем немного времени после того, как Властелин Долины Черной Бездны произнес эти слова, как он горько пожалел о сказанном.

Дни на дне Утеса Мотянь тянулись томительно и скучно, все обитатели уже давным-давно надоели друг другу, а появление маленького ребенка показалось практикующим невероятной диковинкой.

— Властелин Долины, а этот малец и впрямь послушный! Не плачет, не капризничает, а если рассмешить — улыбается.

Дурак, да все дети такие.

— Властелин Долины, этот ребенок такой белоснежный и нежный, куда там до него бессмертным грибам-линьчжи, что я вырастил!

Балбес, кто просил тебя выращивать женьшень, тот еще белее.

— Властелин Долины, Ши Фэн достал поминальную табличку Нань Хунцзы. Судя по всему, он собирается принять ученика от имени своего покойного учителя.

— Чего и стоило ожидать, — поглаживая бороду, произнес Властелин Долины Черной Бездны. — Все ученики, которых когда-либо брал Ши Фэн, погибли. И хотя мирские физиономисты обладают недостаточным мастерством и обычно считают судьбу трех бедствий и девяти напастей зловещим проклятием, приносящим несчастья, сам Ши Фэн, судя по всему, принимает это близко к сердцу. Оформить этого ребенка как ученика Нань Хунцзы и вырастить в качестве младшего брата — неплохой способ избавиться от застарелого душевного узла.

— Да какая разница, лишь бы формальность была соблюдена. Ученики великих сект все равно видят своих учителей раз в год по обещанию, кто из них не учится основам техник у старших братьев? — усмехнулся один из практикующих. — Я к своему старшему брату привязан куда больше, чем к наставнику.

— Если так завидуешь, иди и сам подбери какого-нибудь малца, а не верещи тут у меня над ухом, — раздраженно бросил Властелин Долины.

— Ха... Ну, знаешь ли...

Толпа мгновенно разлетелась во все стороны, словно испуганные птицы, и скрылась из виду.

Дело было вовсе не в том, что у них не было учеников или младших братьев — просто возиться со столь малыми детьми большинство практикующих не желало.

Ведь они постигали великие божественные законы бессмертного Дао, а не обучались нянькать детей.

Трехлетний ребенок еще слишком мал и разумом не дорос до понимания мирских дел. Если не пропустить его через котел трех тысяч пыльных страстей земного мира, в будущем при попытке прорваться сквозь границы миров и пережить Стадию Прохождения Скорби могут возникнуть непреодолимые препятствия.

Поразмыслив немного, Властелин Долины решил вернуться и отговорить Ши Фэна, предложив отдать ребенка на воспитание кому-нибудь из горных охотников, а забрать обратно уже в зрелом возрасте.

Но стоило ему переступить порог скальной пещеры, где обычно жил Ши Фэн, как к нему со сложным выражением лица подбежал один из мужей и шепнул:

— Властелин Долины, с этим ребенком что-то не так.

— Что такое? — Властелин Долины мгновенно насторожился.

В глубине пещеры пухлый белокурый комочек, завернутый в новое маленькое ватное одеяльце, сладко спал у ног Ши Фэна, свернувшись калачиком и тихонько посапывая. Спал он на редкость сладко и спокойно — из тех детей, что не сбрасывают одеяло и не крутятся во сне, сплошная радость для родителей.

Заметив возвращение Властелина Долины, Ши Фэн даже не поднял головы, продолжая сидеть в позе лотоса неподвижно, чтобы не разбудить малютку, половина тела которого покоилась у него на коленях.

— Мы тут воспользовались моментом, пока Ши Фэн вытирал ему лицо, ласково расспросили, сколько ему лет, и вот... — выражение лица этого практикующего было невероятно живописным, оно выражало больший шок, чем если бы тот услышал, что его собственный ученик бросил путь самосовершенствования и женился на четырех женах.

— Три года. — так ответил тогда малыш, склонив голову набок и растерянно оглядываясь вокруг, словно пытаясь отыскать хоть какое-то подтверждение своим словам. Но вокруг не было ни Поместья Чэнь, ни служанок и слуг, готовых прикрикнуть на него за глупости.

Как бы далеко он ни заблудился, он должен быть в Поместье Чэнь, так что стоило здесь немного вздремнуть, как слуги и дворовые слуги обязательно найдут его.

Подобное поведение Чэнь Хэ, совершенно не соответствовавшее его возрасту, наконец заставило практикующих насторожиться, и они перевели взгляды на Ши Фэна. Подождав, пока Чэнь Хэ крепко уснет, Ши Фэн слегка похлопал его по спине и только после этого кивнул им.

Тут поднялся шум: если у ребенка нарушено ментальное развитие, не то что обучать его высшему Небесному Пути — даже научить элементарному пониманию вещей будет крайне трудно!

Но Ши Фэна это ни капли не волновало.

Еще до того, как он понял, что разум Чэнь Хэ поврежден, он уже обдумывал возможные решения.

Из бесчисленных тайных методик различных сект Поднебесной Ши Фэн пусть и не владел всеми в совершенстве, но парочку знал отлично.

Метод прямого просветления через передачу энергии — даостская техника утонченного вливания мудрости — подходил Чэнь Хэ как нельзя лучше.

После падения с Утеса Мотянь в защитный барьер меридианы и энергетические каналы Чэнь Хэ оказались расшатаны потоками духовной энергии, и сейчас был самый подходящий момент для применения этой тайной техники.

Властелин Долины Черной Бездны обладал потрясающей проницательностью. Заметив сосредоточенный и заранее всё продумавший взгляд Ши Фэна, он сразу догадался о его намерениях и поспешил вмешаться:

— Ни в коем случае! У этого ребенка поврежден разум, мы еще даже не разобрались, в чем именно проблема, а применять метод прямого просветления — это, боюсь, крайне опрометчиво!

Ши Фэн словно не услышал его.

Видя, что тот намерен действовать по-своему, Властелин Долины проявил молниеносную реакцию и подхватил ребенка на руки, унося подальше.

Кроха проснулся, протер глаза и растерянно огляделся.

— Малыш, не бойся, тише, — испугавшись, что ребенок испугается и заплачет, поспешил успокоить его Властелин Долины.

Однако Чэнь Хэ лишь ошеломленно поморгал и, склонив голову набок, спросил:

— Вы новый управляющий, дедушка?

— Я Властелин Долины! Кхм?

Властелин Долины почувствовал неладное. Он замер и в упор уставился на Чэнь Хэ.

Малыш испугался его взгляда, слегка задрожал, но даже не смел шевельнуться.

— Малыш, как тебя зовут?

— Чэнь... Хэ, — запинаясь и невнятно проговорил кроха.

Это имя было выбито на серебряном кольце с бубенчиком, и все о нем знали. Раз он мог назвать собственное имя, значит, казалось, рассудком он тронулся не так уж сильно. Но в следующее мгновение эта надежда Властелина Долины рухнула.

— Где это я? — малыш покусывал палец, его взгляд скользнул по Ши Фэну и задержался на нем без малейшего узнавания. Он смотрел на окружающих так, словно видел совершенно чуждый ему мир.

Властелин Долины вспомнил слова о том, что с ребенком что-то не так, почувствовал тревогу в сердце и тут же допытался:

— Малыш, сколько тебе лет?

— Три года.

Прекрасно, ответ слово в слово. Чертов упрямец, неужели этот малец не замечает, что он куда старше трех лет?

— Почему ты играл не дома, а прибежал сюда?

— Не знаю, я только что ловил цикад у пруда, — Чэнь Хэ нахмурился, пытаясь вспомнить. — А потом я упал в воду. Дедушка управляющий, где это мы? Бабушка наверняка рассержена, я больше никогда не буду убегать.

— Ты меня не узнаешь? — Властелин Долины похолодел от ужаса. Он поднес ребенка прямо к Ши Фэну и указал на него пальцем: — И его тоже никогда не видел?

Чэнь Хэ невинно посмотрел на него и покачал головой.

— …

Этот ребенок на самом деле не дурачок! У него Синдром Помрачения Сердца!

— Ладно, будь что будет, используй любую тайную технику, хоть прямое просветление, хоть заклинание возвращения душ! — Властелин Долины в полном отчаянии сунул ребенка обратно Ши Фэну. — Все равно твои утренние мясные булочки улетели коту под хвост!

Примечания автора:

Не знаю, как в древности называли амнезию, так что использовал термин Синдром Помрачения Сердца.

Чэнь Хэ не дурачок, у него особая форма амнезии... каждое утро после пробуждения его память автоматически стирает все события прошедшего дня и сбрасывает состояние к моменту катастрофы — то есть его воспоминания застряли в том дне, когда он трехлетним упал в пруд.

Кхм, вы смотрели фильм 50 первых поцелуев? У него точно такая же проблема, как у главного героя, который застрял в одном и том же дне недели.

И наконец, будьте спокойны, это обязательно излечат, перед нами мир бессмертных и практикующих →＿→ А в этой главе говорилось лишь о том, что ребенок, подобранный даром, действительно обошелся даром, сколько ни корми [грубая ошибка].

http://bllate.org/book/32916/4030821