Готовый перевод The Little Husband Sent to the Mountains is Spoiled by a Rough Man / Избалованный аристократ и суровый горец: нежное приручение: Глава 9

– Ложись пораньше.

С этими словами дверь тихо скрипнула, и он притворил её снаружи.

– Ты!.. – Сюй Сюй в ярости изо всех сил пнул створку ногой. Его грудь тяжело вздымалась, и лишь спустя долгое время он выдавил из себя: – Неотесанный мужлан!

Постояв немного перед дверью, он ощутил во рту горький привкус — чем больше он думал об этом, тем сильнее распалялся.

Довелось ли ему за всю свою жизнь хоть раз испытать подобное пренебрежение и холодность? В животе нестерпимо урчало від голода, запястья ныли, да и в самом важном месте тоже тупо побаливало. К тому же он застрял в этой незнакомой горной деревушке, где у него не было ни родных, ни друзей и даже не с кем словом перемолвиться.

Сюй Сюй повернулся, прислонился спиной к двери, легко прикусил кончик пальца и с горькой усмешкой подумал о себе.

И что с того, что он находился в Столице? Разве после смерти матушки он не остался совсем один?

Стоило об этом подумать, как обида в груди немного улеглась.

Он вернулся в комнату, порылся в дорожном мешке и выудил оттуда сухую, жесткую лепешку. Горячей воды найти не удалось, поэтому он просто раскрошил ее на мелкие кусочки и стал всухомятку пережевывать.

В комнате ярко горели свечи. Бегло осмотревшись, он заметил деревянную кровать, старый шкаф и письменный стол — всё простое, видавшее виды, но бросающееся в глаза своей аккуратностью и чистотой.

Не успел он сделать и пары укусов, как снаружи раздались два негромких стука в дверь.

Сюй Сюй отложил лепешку, помедлил немного и поднялся, чтобы открыть. За дверью было пусто, ни единой живой души.

Пока он в замешательстве затворял створку, его взгляд случайно упал на стоявшую на земле белую фарфоровую чашу. В ней горкой лежала теплая рисовая каша, присыпанная сверху обжаренными полосками сушеного редиса — вид у нее был весьма аппетитный. Рядом с чашей примостился глиняный чайник с грубыми стенками, из носика которого вился тонкий струйкой пар.

Окинув окрестности быстрым взглядом и сообразив, что всё это принес Ли Иму, Сюй Сюй нахмурился, нагнулся, поднял еду с потчеванием и запер дверь.

Глава 9. Первая встреча с Сяо Маней

Первая ночь в Горах Цзиншань выдалась беспокойной: Сюй Сюй ворочался с боку на бок и заснул мертвецким сном лишь под утро, когда небо на востоке окрасилось в бледно-серый цвет.

Когда он снова открыл глаза, во дворе царила тишина. Лишь черная собака, примостившаяся в углу, настороженно навострила уши и в упор уставилась на него — чужака.

Наклонив голову, он выглянул наружу через полуоткрытую створку окна. Солнце давно клонилось к закату, багровый закат заливал небосвод, а далёкие горные хребты один за другим были окутаны причудливым сиянием — пейзаж открывался поистине потрясающий и чарующий.

Прищурившись и прикинув положение солнца, Сюй Сюй с изумлением понял, что проспал так долго, что пропустил и утренний, и дневной приём пищи.

Посидев немного, чтобы окончательно прийти в себя, он накинул верхнюю одежду, умылся и неспешно вышел за ворота. Долго и лениво прогуливаясь по селению, он вернулся назад лишь тогда, когда сумерки окончательно окутали землю.

Сюй Сюй шагал легко и беззаботно, тихонько напевая себе под нос и толкая калитку, но его шаги внезапно оборвались, а песенка смолкла на полуслове.

Во дворе оказалось неожиданно много людей: четыре маленькие девочки резвились неподалеку, несколько сельчан молча стояли в сторонке, а несколько крепких, ладно скроенных мужчин устроились за длинным столом, судя по всему, обсуждая какие-то дела.

При виде вошедшего все разом замолчали, и их взгляды тут же скрестились на нем.

Ли Иму сидел во главе собравшихся. Сейчас он тоже поднял взгляд, и, убедившись, что это Сюй Сюй, поднялся на ноги, слегка приподнял ладонь и дважды поманил его пальцем.

Этот жест... разве он не был точь-в-точь похож на тот, с помощью которого тот вчера заставил черного пса спокойно сесть?

Сюй Сюй почувствовал легкое раздражение. Постояв в нерешительности на месте пару мгновений, он наконец не спеша подошел, остановился возле длинного стола, заложил руки за спину и с недовольным видом бросил:

– Чего вам?

Заметив, что лицо у Сюй Сюя бледное, а под глазами залегли темные круги, Ли Иму сразу догадался, что накануне тот толком и не смыкал глаз.

– Сегодня все в сборе, познакомлю тебя с остальными, – проговорил он.

– Угу, – равнодушно отозвался Сюй Сюй, всем своим видом показывая крайнюю леность и полнейшее равнодушие.

Ли Иму подвел его к старшему:

– Это старейшина нашей деревни, Старший дядя Ли.

Взгляд Сюй Сюя упал на сидевшего рядом со стулом пожилого мужчину в серой матерчатой шапке, с бородой и старой стеганой курткой, перекинутой через плечо. Тот выглядел самым настоящим, коренным деревенским жителем.

Старший дядя Ли сначала с недоумением оглядел Сюй Сюя, но тут же всё понял, расплылся в широкой улыбке, согнулся в полупоклоне и протянул руку:

– Вы, должно быть, молодой господин тайфу Сюй?

Не дожидаясь ответа, он вопросительно глянул на Ли Иму и подался вперед, едва ли не касаясь гостя носом:

– Великий Наставник оказал горам Цзиншань неоценимую услугу! Если бы не он, о ремонте дорог нечего было бы и мечтать — мы бы даже серебра на земляные работы не наскребли... Наша глушь бедна и убога, угостить вас нечем, но если у молодого господина возникнет в чем-то нужда, смело обращайтесь к А Му.

Сказав это, Старший дядя Ли понадеялся, что Ли Иму добавит пару вежливых слов, но тот хранил молчание, отчего старику пришлось украдкой бросить на него сердитый взгляд.

Не успел он завести новую речь с лестью, как Ли Иму лишил его этой возможности, переключившись на Сюй Сюя:

– А Ян, вчера он ходил встречать тебя.

Встречать меня? Встречать-то он ходил твою зазнобу, а меня захватил просто по пути.

Взгляд Сюй Сюя скользнул вслед за жестком Ли Иму и остановился на А Яне.

Затем, проследив за пальцем Ли Иму, Сюй Сюй перевел глаза на молодых людей, сидевших рядом с А Янем. Все они были просто одеты, пышали здоровьем и, как и сам Ли Иму, отличались высоким ростом и крепким телосложением.

На душе у Сюй Сюя стало немного тоскливо. Чем же их здесь кормят, что все они вырастают такими громилами?!

Не вдаваясь в долгие представления, Ли Иму лишь коротко бросил:

– А Цзинь, Сяо Пан, – после чего чуть вздернул подбородок, указывая на другую сторону: – А он — Хулу.

Сюй Сюй молча оглядывал всех по очереди, но услышав имя Хулу, чуть не прыснул со смеху.

Хулу? Надо же додуматься дать кому-то такое легкомысленное прозвище!

Брови Ли Иму слегка сошлись на переносице, во взгляде мелькнуло предупреждение, и он указал на невысокого худощавого мужчину вдали:

– А это Брат Вэй.

Брат Вэй торопливо кивнул в знак приветствия, его пальцы нервно теребили подол одежды. Человек этот отличался застенчивым нравом и был невысок ростом, зато его одежда сидела безупречно и аккуратно — на ней невозможно было отыскать ни единой складки.

Сюй Сюй слегка кивнул и с легкой улыбкой произнес:

– Понятно.

– А вон та — тоже наставница, Сяо Маня, жена А Яна, – Ли Иму на секунду замолк, переводя взгляд: – Ну а этого, Му Яньхуэя, ты уже видел вчера.

Женщина-наставница? Редкое зрелище.

Сюй Сюй среагировал с опозданием и лишь спустя пару мгновений равнодушно бросил:

– А-а.

Когда все взаимные представления подошли к концу, Ли Иму обвел собравшихся взглядом и обронил самую малость:

– Это Сюй Сюй.

Переглянулись — значит, познакомились.

Больше не обращая на него никакого внимания, Ли Иму снова сел за стол и возобновил с молодыми людьми прерванное обсуждение деревенских дел.

Сюй Сюй постоял немного в одиночестве, чувствуя смертельную скуку, и перевел взгляд на небольшой дворик неподалеку. Несколько девочек сначала резвились вовсю, но с тех пор, как он вошел, стали украдкой поглядывать на него. Стоило им встретиться с ним глазами, как одна показала язык и скорчила рожицу, другая сжалась и смущенно захихикала, и все они разом отвели взгляд.

Сюй Сюй нашел это забавным и обратился к Ли Иму:

– А они кто?

Чего это он не стал представлять эту малышню?

Ли Иму и остальные как раз обсуждали детали ремонта дороги вокруг каменного стола и даже головы не подняли, сделав вид, будто ничего не слышат, и попросту оставили его без всякого внимания.

Решив, что торчать здесь бессмысленно, Сюй Сюй неспешно подошел ближе, присел на корточки так, чтобы оказаться на одном уровне с детьми, и мягко спросил:

– Малышки, во что это вы играете?

Девочки перестали баловаться, никто из них не произнес ни слова, лишь изредка исподлобья поглядывали на него своими чистыми, наивными и полными любопытства глазами.

В глазах этих детей не было хитрости, свойственной городским ребятишкам; каждая из них излучала искренность и простодушие, располагая к себе.

Лицо Сюй Сюя невольно расслабилось, а уголки губ тронула улыбка.

– Чего это вы такие невоспитанные?

У него за спиной раздался мягкий женский голос. Обернувшись, Сюй Сюй увидел приближающуюся наставницу Сяо Маню, которая ласково обратилась к детворе:

– Ну-ка, поприветствуйте старшего брата.

Малышки помялись с минуту, после чего хором с покрасневшими лицами тихо произнесли:

– Здравствулте, старший брат.

Сяо Маня с улыбкой пояснила:

– Вчера вы вернулись слишком поздно, и мы побоялись тревожить ваш покой, поэтому не стали будить. Наверное, вы проголодались, но ужин будет готов с минуты на минуту.

Ростом эта женщина была примерно с Му Яньхуэй, волосы ее были уложены в узел единства, лоб оставался чистым и открытым. Черты лица нельзя было назвать ослепительными, но глаза и брови казались такими чистыми и аккуратными, что от одного взгляда на нее становилось тепло на душе. Они с А Яном составляли прекрасную пару.

Сюй Сюй ответил:

– Ничего страшного.

Сяо Маня улыбнулась. Заметив его немногословность, она почувствовала, что между ними на мгновение повисло напряжение, и поспешила сказать:

– Пожалуй, пойду помогу накрыть на стол.

– Сестрица Сяо Маня, а вы давно здесь?

Уже собравшаяся уходить Сяо Маня на звук его голоса обернулась и мягко ответила:

– Меньше года. Вообще-то я собиралась уйти сразу после Нового года, да только бросить этих детей не смогла.

Говоря это, она с нежной улыбкой посмотрела на девочек, и во всем ее выражении лица сквозило бесконечное тепло и мягкость.

Сюй Сюй проникся к ней симпатией:

– И чему же вы их учите, сестрица Сяо Маня?

Сяо Маня слегка удивилась, не ожидав от него такого обращения. При первой встрече, заметив на Сюй Сюе богатые одежды, она решила, что перед ней заносчивый молодой господин из знатной семьи, но тот оказался на редкость простым в общении.

– Я учу их арифметике и чтению стихов, а временами — музыкальным азам, – ответила она.

Ее глаза ярко блестели, и она спросила в ответ:

– А вы?

Глава 10. Отсутствие аппетита — это преступление?

Сюй Сюй приподнял бровь, с легкой доброжелательной улыбкой на губах посмотрел на Сяо Маню и ответил:

– Пока не знаю.

Он был уверен, что Ли Иму ни за что не позволит ему учить детей, опасаясь, как бы тот не испортил подрастающее поколение.

От такого пристального взгляда красивого юноши Сяо Маня невольно покраснела.

Они постояли еще немного. Взгляд Сюй Сюя упал на детей: те по очереди качались на качелях, подвешенных к большому дереву, весело смеясь и радуясь жизни.

– Чьи это дети?

Сяо Маня, не смея поднять на него глаз, указала на двух девочек постарше:

– Сяо Е и Дун Юань. Их дома находятся очень далеко, им приходится переходить через две огромные горы, чтобы добраться сюда. К тому же они девчонки, а братец И переживает за них, вот и разрешил им жить здесь.

– А вон та — Юань Юань, – Сяо Маня подалась чуть вперед и тихонько пояснила: – Отец ее и Цю Цзи погиб три года назад во время обвала в Няньдаогоу. Девочки остались сиротами, и с тех пор живут здесь. Дом Цю Цзи находится в деревне Аньхэ, но сегодня праздник, поэтому он не пришел.

– А это Ли Юйань, ребенок братца И, молодой господин должен его знать.

Сюй Сюй покачал головой:

– Только что узнал.

Ли Юйань выглядел несколько худее и мельче сверстников, кожа у него имела желтоватый оттенок. Присев на корзину, он показал наружу лишь свою головку с двумя пучками волос и весело ухмыльнулся Сюй Сюю — на кого именно он был похож, оставалось только гадать, но рожицу корчил забавную и миловидную.

Сюй Сюй замялся, собираясь что-то спросить:

– А Ли Иму и Му Яньхуэй...

Договорить ему не дали.

Мужчины за длинным столом дружно поднялись: уже стемнело, все дела были обсуждены, и теперь каждый собирался расходиться по домам.

http://bllate.org/book/32912/4030193