Готовый перевод Ten Years After She Ran Away With The Baby / Десять лет в бегах: секрет, спрятанный в сердце: Глава 3

— Старый однокурсник? — Янь Шэн попробовал слово на вкус. — Это такой же старый однокурсник, как папа номер один, папа номер два или папа номер три?

— Кх-кх! — Янь Хуэй поперхнулся от такой череды пап и, чувствуя себя неуютно, пробормотал: — Ну, примерно так…

Это «примерно» означало, что трое его соседей по университетской комнате были крестными отцами, а Юй Сян — самый что ни на есть настоящий отец.

Испугавшись, что Янь Шэн сейчас выдаст еще что-нибудь эдакое, Янь Хуэй поспешно перевел тему:

— Шэн-шэн, хочешь, чтобы папа на обед приготовил креветки в соусе фужун?

— Хочу! — внимание Янь Шэна мгновенно переключилось, и он даже решил сделать дополнительный заказ. — А можно еще крылышки в кока-коле?

Янь Хуэй взглянул на него, но, в конце концов, смягчился:

— Хорошо, но только одно.

— Ура!

Закупив продукты, они поехали домой. Белый Ауди Q3 вскоре въехал в довольно старый жилой комплекс.

Дома построили тридцать лет назад, и теперь они безнадежно устарели как внешне, так и по планировке. Всю зелень вырубили, чтобы заасфальтировать площадки под парковку и удовлетворить растущие потребности жильцов, из-за чего весь квартал выглядел крайне уныло.

Однако этот обшарпанный и неприметный жилой комплекс располагался в самом знаменитом школьном районе Цзиньду, где каждый метр земли был на вес золота.

Конечно, жизнь в этом районе еще не гарантировала поступление в элитные школы, но по крайней мере давала право участвовать в розыгрыше мест. Поэтому, даже несмотря на ветхость и неудобства, родители расхватывали здесь квартиры как горячие пирожки, и цены оставались заоблачными круглый год.

Вернувшись в их небольшую квартиру площадью меньше восьмидесяти квадратных метров, Янь Хуэй проследил, чтобы Янь Шэн выпил лекарство, отпустил его играть, а сам с головой погрузился в дела на кухне.

К половине первого обед из трех блюд и супа был подан вовремя. Янь Шэн долго уговаривал Янь Хуэя, и в итоге ему удалось выпросить еще одно крылышко. Вытерев рот, он, вполне довольный жизнью, отправился на дневной сон.

Убрав со стола, Янь Хуэй заглянул в детскую, чтобы проверить, не раскрылся ли Янь Шэн, и заодно потрогал его лоб. Температура немного спала, и он наконец смог вздохнуть с облегчением.

Покинув спальню, он снова вернулся на кухню, достал из холодильника только что купленное мороженое, развернул его и откусил кусочек.

Холод мгновенно ударил в голову, но приятная сладость тут же успокоила вкусовые рецепторы. Когда кусочек нежной массы растаял, рот наполнился густым ароматом молочных продуктов, пробуждая давние воспоминания.

Мороженое было первым десертом, который Янь Хуэй попробовал в своей жизни. И именно оно стало поводом для его знакомства с Юй Сяном.

С самого рождения Янь Хуэй жил с бабушкой и дедушкой. У стариков было высокое давление и повышенный уровень холестерина, поэтому десерты находились под строжайшим запретом. Так продолжалось до восьми лет, пока родители не забрали его с собой на торжественный ужин.Такие банкеты на первый взгляд кажутся блистательными, полными роскоши и изящества, но если содрать с них этот лоск, то всё оказывается донельзя примитивным. Гости любезно беседуют и улыбаются друг другу, а сами втайне соревнуются во всём, даже в успехах своих детей.

С подачи родителей Янь Хуэй прилюдно продемонстрировал результаты полугодового усердного обучения игре на фортепиано, а затем неотступно следовал за ними, не бегая и не шумя. Он был настолько послушным и покладистым, что все вокруг осыпали его похвалами.

В то время Юй Сян вовсю резвился в саду с друзьями, время от времени издавая пронзительные крики, отчего взрослые недовольно хмурились.

— Это ведь Юй Сян, сын второго господина Юй? По сравнению со своим кузеном он, конечно, непоседлив.

— В любом случае, он не наследник, так что небольшая шалость не повредит.

— Всё же стоит его приструнить, иначе рано или поздно он натворит бед…

В тот день Янь Хуэй впервые услышал имя Юй Сяна. Тогда он ещё не понимал, кто есть кто, и лишь издалека наблюдал за ними.

Так продолжалось, пока толпа детей, смеясь, не вбежала в дом, направляясь прямо к нему.

Впереди всех бежал высокий, крепко сбитый мальчик с загорелой кожей. В руке он держал рожок с мороженым, а в его глазах мерцал странный огонёк.

Прежде чем Янь Хуэй успел среагировать, они столкнулись. Мальчика подхватили друзья, а Янь Хуэй повалился прямо на пол, и мороженое, оставив след, потекло по его рубашке и жилетке.

Ещё мгновение назад он был маленьким принцем фортепиано, на которого устремлены все взоры, а теперь выглядел жалким и потерял всякий лоск.

Янь Хуэй ошарашенно поднял голову и встретился взглядом с мальчиком. Он услышал, как другие дети за его спиной радостно зашептали:

— Получилось! Скорее, уходим! Юй Сян, пошли!

Юй Сян почему-то не ушёл, и остальные тоже не успели сбежать. Их поймали подоспевшие взрослые и заставили каждого склонить голову и извиниться.

Юй Сян, как главный зачинщик, стоял первым.

— Я правда не нарочно. Просто хотел угостить тебя мороженым, но бежал слишком быстро и не успел затормозиться. Прости.

Янь Хуэй знал, что Юй Сян лжёт, но когда пошёл с дворецким переодеваться, внезапно, словно под действием чар, вспомнил эти слова. Вспомнил взгляд родителей, когда они, впервые взяв его с собой на банкет, наказывали следить за своим образом.

Теперь ему не нужно было беспокоиться о том, что он испачкает одежду.

Набравшись смелости, он спросил дворецкого:

— Можно мне съесть мороженое, прежде чем я переоденусь?

Это был первый десерт, который попробовал Янь Хуэй. Скрываясь от родителей, он сидел на банкетке в гостевой комнате и ел мороженое, перепачкав все руки растаявшим лакомством.

Глава 3

— Магазин мороженого? — Юй Сян стоял перед панорамным окном и смотрел на Ян Кэсинь.

— Да, это сеть авторского мороженого, довольно известная. У них есть филиалы в Пэнчэне и Юньцзине, а этим летом они открылись и в Цзиньду, — Ян Кэсинь пролистала информацию в телефоне, докладывая о результатах расследования.— Ещё есть местная кондитерская Сусянгэ, они специализируются на китайских сладостях, вроде соевых пирожных и песочного печенья таосу. У всех этих заведений неплохая репутация, я собрала адреса и приложила список ресторанов сиамской кухни, отправила вам на почту.

— Хорошо, спасибо. — Юй Сян сжимал телефон так, словно держал в руках контракт на миллиарды, и в его голосе сквозило сомнение. — А приглашать кого-то есть мороженое в такую погоду… не будет ли это выглядеть странно?

Ян Кэсинь на мгновение замешкалась:

— Если речь о девушке, то может быть, но с мужчинами всё зависит от их личных предпочтений.

Юй Сян задумчиво кивнул и спросил:

— Пуховики купила?

— Да, один длинный, другой короткий, как вы любите, согласно вашим меркам и брендам. Уже висят в шкафу. Ещё я подобрала две кашемировые кофты и повседневные брюки, они отлично подойдут к верхней одежде.

Вспомнив, что в его собственном чемодане были одни лишь костюмы да пальто, Юй Сян искренне поблагодарил её:

— Спасибо. Ближайшие несколько дней можешь распоряжаться временем по своему усмотрению, если что-то понадобится, я свяжусь с тобой по телефону.

— Поняла, господин Юй-младший. Тогда не смею вас больше задерживать.

Когда Ян Кэсинь ушла, Юй Сян открыл Вичат и уставился на свежедобавленный контакт, закрепленный в самом верху списка. Его тонкие губы сжались в суровую линию.

На аватарке был изображен силуэт мужчины, сидящего на корточках на пляже, а фоном служило море, озаренное багровым закатом. Из-за контрового света Юй Сян не мог разглядеть лица, но даже по одной лишь фигуре он понял — это не Янь Хуэй.

Однако Янь Хуэй использовал фото этого человека в качестве аватарки.

Возможно, в Вичате самого Янь Хуэя тоже есть такой же закрепленный контакт, и на его аватарке красуется силуэт Янь Хуэя.

Две аватарки, словно отражения друг друга — точь-в-точь как парные картинки, которые так любят влюбленные в своих лентах новостей.

Юй Сян, словно занимаясь самоистязанием, перешел в чат.

Сян-е: Забыл спросить твой нынешний номер, мой остался прежним.

Когда пришло уведомление, Янь Хуэй как раз помогал Янь Шэну с уроками. Успеваемость у мальчика была неплохая, особенно по математике и естествознанию — предметам, требующим логического мышления и позволяющим учиться в игровой форме; по ним у него почти всегда были высшие баллы.

Но вот английский и родной язык шли туго.

И это при том, что сам Янь Хуэй был довольно известным автором. Для него осознание того, что собственный сын не справляется с литературой, было настоящим позором.

— Повтори, что ты сказал? — Янь Хуэй прищурился, его выражение лица стало пугающе серьезным.

Янь Шэн втянул голову в плечи, но всё же упрямо повторил:

— Так его правда не слышно! Красноголовый же провалился в желудок коровы!

— Разве в этом суть? — Янь Хуэй постучал пальцем по парте. — Это сказка! Сказка — это не реальность!

— Но его всё равно не слышно… — пробормотал Янь Шэн себе под нос.

Янь Хуэй потер переносицу, подавляя желание отшлепать ребенка, и после недолгого раздумья спросил:

— Когда ты голоден, у тебя в животе урчит?

— Бывает, но это не урчание, это перистальтика кишечника, — с самым серьезным видом принялся просвещать отца Янь Шэн. — Пап, перистальтику нельзя использовать как оправдание для того, чтобы сверчок разговаривал сквозь живот. Если бы Красноголовый попал в кишечник к корове, он бы там погиб и точно не выбрался.

— …Зря я купил тебе эту серию Сто тысяч почему. — Янь Хуэй взглянул на телефон, поднялся и сказал: — Даю десять минут. Если не выпишешь все причины, почему Красноголовый и Синеголовый — хорошие друзья, тебе не поздоровится.

Сказав это, он вышел из детской, закрыл дверь и, глубоко вдохнув, открыл Вичат.

Увидев сообщение от Юй Сяна, Янь Хуэй мгновенно забыл о своем раздражении, и на его лице даже появилась легкая улыбка. Прислонившись к дверному косяку, он с комфортом скрестил ноги и, вбив номер телефона в строку ответа, нажал отправить.

Не прошло и двух секунд, как Юй Сян перезвонил.

Янь Хуэй слегка приподнял бровь и ответил:

— Так быстро? Боялся, что я дам тебе ненастоящий номер?

Этот чуть растянутый тон, привычные насмешки — Юй Сян мгновенно перенесся на десять лет назад.

В те времена Янь Хуэй был точно таким же: любил подшучивать, разговаривал двусмысленно, из-за чего их слухи об их романе разлетелись по всем деловым кругам Юньцзина. Все вокруг твердили, что старший молодой господин из семьи Янь до смерти любит второго молодого господина из семьи Юй, но только сам Юй Сян знал — Янь Хуэй никогда не произносил слова люблю.

После недолгого молчания Юй Сян мягко сказал:

— Нет, я хотел спросить, есть ли у тебя время на выходных. Утром всё прошло слишком сумбурно, мы толком не поговорили.

— А… о, вот оно что, — Янь Хуэй замялся, выпрямился и переложил телефон в другую руку. — На выходных, скорее всего, не получится. Можно в будни.

Отец-одиночка не знает выходных, у него есть свободное время лишь тогда, когда ребенок в школе.

— Понятно, — Юй Сян смотрел на свое отражение в панорамном окне и произносил заготовленные слова, стараясь, чтобы в голосе не было ни капли эмоций. — Это не помешает твоей работе?

Янь Хуэй рассеянно разглядывал декоративную картину на стене:

— Нет, я фрилансер, свободен в любое время.

Фрилансер, у которого нет времени именно на выходных.

Юй Сян опустил взгляд, стараясь, чтобы его голос звучал как можно бодрее:

— Тогда, может, завтра? Приглашаю тебя на обед. Есть один отличный ресторан сиамской кухни, тебе должно понравиться.

Услышав это, Янь Хуэй почувствовал, как внутри что-то дрогнуло. Он приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но в итоге лишь тихо ответил:

— Хорошо.

Договорившись о времени и месте, Янь Хуэй положил трубку, ещё немного постоял в задумчивости, а затем развернулся и вошел в комнату.

http://bllate.org/book/32765/4008291