Кэ Лань и Тун Цзянь склонились друг к другу, изучая ноты, пока Се Ян неторопливо доедал свой обед.
Минуту спустя Тун Цзянь не удержался и начал напевать мелодию.
Через две минуты ноты внезапно оборвались.
Кэ Лань и Тун Цзянь синхронно перевернули лист, убедились, что музыка действительно закончилась, и подняли глаза на Се Яна. Тун Цзянь, не в силах сдержать эмоции, подался вперед и выпалил:
— Се Ян, где ты это достал? Чье это произведение, какой мастер написал эту музыку?
Кэ Лань, в отличие от него, после первой вспышки восторга помрачнел. Он колебался, не зная, что сказать. Даже по отрывку было понятно, что музыка превосходна, но...
Се Ян отложил палочки, отпил сока и произнес:
— IUD всегда исполняли только то, что писали сами. Теперь я — новый участник группы, и то, что я вам показал, естественно, мое собственное сочинение.
Тун Цзянь и Кэ Лань были по-настоящему потрясены.
— Ты еще и писать музыку умеешь?! — воскликнули они в один голос.
— Умею, и довольно неплохо, — Се Ян никогда не отличался излишней скромностью в подобных вопросах. Он отставил стакан, перевел взгляд с одного на другого и продолжил: — Я могу сделать так, чтобы последняя песня или последний альбом IUD стали классикой. Чтобы воспоминания о группе остались у всех как о моменте, когда вы блистали на сцене, а не как о череде внутренних конфликтов. Но я не занимаюсь благотворительностью.
Кэ Лань придержал рвущегося вперед Тун Цзяня и спросил:
— Чего ты хочешь?
Мышь уже попалась в мышеловку, польстившись на приманку.
Се Ян откинулся на спинку стула, глядя им прямо в глаза, и произнес:
— Я хочу, чтобы после истечения вашего контракта с Вэньи вы перешли в мою компанию. Срок контракта — двадцать лет.
Тун Цзянь остолбенел:
— Двадцать лет?! Ты с ума сошел? Чем это отличается от продажи в рабство?
— Я в своем уме. Как я уже сказал, у вас нет ни рычагов для переговоров, ни путей к отступлению. Сейчас перед вами два выбора. Либо вы отказываетесь от этой песни и смотрите, как Мо Бинь окончательно губит бренд IUD, погребая под собой ваше прошлое и будущее; либо вы сотрудничаете со мной, дарите IUD красивый финал, а потом каждый из вас начнет сольную карьеру, чтобы построить блестящие двадцать лет. Выбирайте сами.
Кэ Лань и Тун Цзянь притихли.
И правда, отступать им было некуда.
Спустя несколько минут Тун Цзянь стиснул зубы, взял со стола ноты и тихо сказал:
— Лань-гэ, я хочу исполнить эту песню. IUD она необходима.
Кэ Лань крепко зажмурился.
Разве он сам не хотел ее спеть? Эта музыка была такой поразительной и новаторской, что после выхода она могла в одночасье избавить IUD от репутации группы-однодневки и тронуть сердца бесчисленных фанатов. Он понимал: выхода нет. В отличие от Тун Цзяня, чьи способности были выдающимися, сам он во всем оставался посредственностью. После распада IUD ему было бы трудно добиться успеха.
Но двадцать лет... Это почти половина жизни. Неужели стоит променять свободу на двадцать лет жизни по указке, лишь бы совесть была чиста?
— Кэ Лань, ты ведь хочешь сниматься в кино, верно?
Кэ Лань вздрогнул и поднял глаза на Се Яна.
— Чему ты так удивлен? Я читал твои интервью и немного знаю о тебе, — Се Ян отбросил прежний жесткий тон, перейдя к тактике уговоров. — Я подписываю вас не для того, чтобы эксплуатировать, а чтобы вместе зарабатывать деньги. У Тун Цзяня особый тембр и отличная техника, одного альбома хватит, чтобы он снова стал популярен и полностью освободился от невидимых оков, которыми его сковал IUD. Твои вокальные данные средние, тембр обычный, зато ты умеешь писать тексты и делать аранжировки. Но это закадровая работа, а на сцене тебя держит только твое лицо. Я намерен максимально использовать потенциал твоей внешности. Ты как раз учился актерскому мастерству в университете — вот и будешь сниматься, я готов вкладывать деньги в твое продвижение. Словом, мой план вашего развития будет строиться на уважении к вашим собственным желаниям.
Обещание звучало слишком заманчиво. Тун Цзянь не удержался и потянул Кэ Ланя за рукав:
— Лань-гэ, сниматься в кино... Ты сможешь постоянно играть, тебе не придется больше быть ведущим.
Кэ Лань с трудом подавил охватившее его волнение и произнес:
— Но...
— Да что но! Лань-гэ, если подпишешься с Се Яном, у нас появится шанс. Если нет — всю жизнь будешь ходить с клеймом того, кто травил новичка. Вспомни, что мы видели и слышали по дороге в этот кабинет...
Взгляд Се Яна оживился, он посмотрел на Тун Цзяня.
Видели и слышали?
В решающий момент именно Тун Цзянь ухватил суть. Кэ Лань вспомнил все те перешептывания о маленьком боссе, которые он слышал, когда они заходили в Century, и его колеблющаяся решимость мгновенно окрепла.
Человек, которого высшее руководство Century называет маленьким боссом, явно обладает серьезным влиянием.
— Хорошо, я согласен, — сказал он, приняв решение. — У нас с Тун Цзянем пятилетние контракты с Вэньи, они истекают в ноябре этого года. После этого я подпишу контракт с тобой...
Се Ян поспешно прервал его:
— С этим не спешите. Моя компания еще не создана, да и мне самому предстоит договориться о расторжении контракта с Вэньи. Подождите немного.
Тун Цзянь и Кэ Лань опешили и снова хором спросили:
— Твоя компания еще не создана?!
— Еще нет, — невозмутимо ответил Се Ян, вылавливая кусочки мяса из котла. — Так что все, о чем мы сейчас договорились — лишь устные обещания, но я верю в вашу порядочность. А теперь давайте есть. Распад IUD требует тщательного планирования, обсудим это за обедом.
Тун Цзянь и Кэ Лань: «...»
***
— Ха-ха-ха!
Чоу Син внезапно расхохотался прямо посреди совещания, отчего начальник отдела, делавший доклад, сбился с ноты.
Заметив, что все уставились на него, Чоу Син в одно мгновение изменился в лице, снял Bluetooth-гарнитуру, захлопнул стоявший перед ним ноутбук и бросил:
— Чего все на меня уставились?
Он взял лежавший рядом с компьютером план проекта, пролистал его, холодно хмыкнул и отбросил в сторону:
— Что за чушь вы написали? Столько народу, а не могут договориться, как двадцатилетний студент. Этот план на доработку. Через три дня жду новый вариант.
Сказав это, он поднялся и вышел из зала заседаний.
Хэ Цзюнь поспешно собрал компьютер и бумаги, которые только что использовал Чоу Син, коротко кивнул присутствующим и последовал за боссом.
Остальные украдкой покосились на сидевшего справа Чоу Цзинбана, автора этого проекта. Увидев, как тот побагровел, а лицо его нервно подергивается, они, перепугавшись, поспешили уйти, прихватив свои вещи.
— Какой кошмар. Это уже какой по счету проект, который Заместитель председателя Чоу зарубил?
— Тсс, помолчи.
Хлоп!
Чоу Цзинбан не сдержался и с силой швырнул стакан с водой.
Вернувшись в кабинет, Чоу Син достал телефон, принял запрос от Се Яна в мессенджере и отправил ему сообщение.
Хэ Цзюнь вошел следом через пару минут, разложил технику и тихо доложил о том, что Чоу Цзинбан разбил стакан.
Чоу Син усмехнулся:
— Пусть хоть все перебьет. Я еще жив, а он уже власть делит. Возомнил, будто Жундин не может существовать без наследника из их семьи... Дальний родственник, называется. Почему он до сих пор не ответил? Знает только, что есть!
Не успел он закончить фразу, как пришел ответ от Се Яна.
Чоу Син: Завтра вечером ужин.
Се Ян: Нет времени, учеба началась, я в университет.
Уголки губ Чоу Сина опустились вниз. Посмотрев на телефон ледяным взглядом, он вдруг повернулся к Хэ Цзюню и приказал:
— Скажи людям, чтобы выключили кондиционеры в Century. Раз у него нет времени поужинать со мной, то пусть вообще не ест.
Хэ Цзюнь: «...»
Приятный поход в ресторан на хот-пот был внезапно прерван из-за сбоя в электросети Century. Се Ян молча выслушал извинения менеджера, но ничего не сказал. Стиснув зубы, он доел все продукты, несмотря на стремительно растущую температуру в зале, и только потом позвал Тун Цзяня и Кэ Ланя на выход.
Свернув во внешний коридор, Се Ян заметил, что индикатор на камере наблюдения горит. Он на секунду остановился и, подняв руку, показал камере средний палец.
Какой еще сбой сети? Это у кого-то с головой явный сбой.
Бах!
Чоу Син, просматривавший записи с камер Century через права администратора, с силой захлопнул ноутбук.
http://bllate.org/book/32763/4008034
Сказали спасибо 0 читателей