Готовый перевод The Transmigrated Scum Alpha Was Cornered by the Movie Queen Omega / Ловушка для «негодяя»: Как кинодива приручила попаданку: Глава 6

Более того, она помнила, что, только оказавшись здесь, кажется, уловила феромон Ду Цзулань. Не значило ли это, что на самом деле та уже едва держалась на ногах?

Она не удостоила Лысого Вана ответом, а во взгляде, брошенном на Ду Цзулань, смутно проступало беспокойство. Она хотела заговорить, но всё же сдержалась.

Видя её вид, Лысый Ван решил, что она испугалась, и самодовольно усмехнулся.

Впрочем, разговор между Янь Сюньчжэнь и этим человеком занял всего несколько минут. Лысый Ван не успел толком насладиться смехом, как к нему кто-то подошел. Несколько рослых охранников-бета обступили его со всех сторон. Помня о том, что он приглашенный гость, они всё же проявили некоторое уважение и не стали заламывать ему руки.

Следом спешно прибыли распорядитель этого приема, а также тот самый мифический «покровитель наверхУ», менеджер, которого она совсем недавно отчитывала.

Менеджер прекрасно знал нрав своего родственника и не раз вытаскивал его из неприятностей. Увидев открывшуюся перед ним картину, он едва не лишился чувств от страха, подбежал к Янь Сюньчжэнь и, сгибаясь в три погибели, залебезил:

— Генеральный директор Янь, тут такое… что произошло?

Самодовольство Лысого Вана тут же улетучилось. Он с неверием смотрел, как его опора и защита обращается к стоящей перед ним красавице «генеральный директор Янь».

Она — глава Цзюньянь?!

Разве не говорили, что дочь семьи Янь — никчемная бестолочь? Почему же от нее исходит такое подавляющее давление?! Почему…

Янь Сюньчжэнь отвела полный тревоги взгляд от Ду Цзулань и перевела его на эту собравшуюся вместе компашку жуликов, глядя на их перепуганные лица без малейшей тени эмоций.

— Я слышала, ты можешь сделать так, что любой человек не сможет больше оставаться в Цзюньянь, — холодно произнесла Янь Сюньчжэнь. — Выходит, раз я только что отругала его, а до этого отчитывала тебя, ты собираешься и меня выгнать?

— Да как я смею! Как я смею! Скорее уж вы меня выгоните, — с холодным потом на лбу менеджер кинулся к остолбеневшему Лысому Вану и так и норовил пнуть того под зад, мысленно сгорая от ярости и проклиная его. Приняв вид человека, готового пожертвовать близким ради справедливости и испытывающего глубочайшее отвращение, он заголосил: — И в мыслях не было, абсолютно нет! Это всё он наплел, прикрываясь моим именем. На самом деле мы с ним едва знакомы…

— Вот как.

Хотя Янь Сюньчжэнь так и сказала, на лице ее не было ни малейшего признака доверия.

Кто-то из подчиненных принес еще один стул и почтительно поставил перед ней.

Она опустила взгляд на стул, откинула прядь волос с лица и с невероятной элегантностью опустилась на сиденье. Одна ее округлая длинная нога была закинута за другую, изящная тонкая рука опиралась локтем о бедро, а щека подпиралась костью предплечья.

Ее голос звучал низко, властно и очень приятно, а в конце фразы невольно проскальзывала чарующая ленца:

— Тогда тебе тоже придется катиться отсюда вместе с ним. Цзюньянь внесет тебя в черный список.

— Г-генеральный директор Янь…

— Нет, генеральный директор Янь, я действительно не имею к нему никакого отношения…

Услышав, что покровительствовавший ему приятель вмиг открестился от него, Лысый Ван переменился в лице — оно пошло пятнами от синевы до багровости. Не выдержав внутренней грызни, он в ярости прошипел:

— Чего ты сдулся? Разве не ты говорил, что старшая дочь семьи Янь — просто ничтожество, умеющее только транжирить деньги и спать с омегами? Ты…

Голова Янь Сюньчжэнь шла кругом от всех этих разбирательств.

Бросив быстрый взгляд на стоявшую рядом Ду Цзулань и заметив на ее лице легкую тень боли, она решила покончить со всем побыстрее и не затягивать бессмысленную возню с этими двумя.

Бокал с вином в ее руке все еще не был опущен.

Желтоватая жидкость внутри до боли напоминала шампанское, а крошечные пузырьки то поднимались, то опускались, придавая напитку роскошный вид.

Она понятия не имела, почему переселилась в это тело, но от одного запаха алкоголя ее тут же развозило, однако и пить простую воду в такой обстановке она не могла, поэтому бросила внутрь шипучую таблетку.

В следующий миг, легко качнув запястьем, она плеснула содержимое бокала прямо в лицо стоявшему на некотором расстоянии и согнувшемуся в поклоне Лысому Вану.

Холодным тоном она произнесла:

— Еще раз оклевещешь меня — и я устрою так, что ты на собственном опыте узнаешь суровость законов Хуаго. А кроме того —

Шум, поднявшийся посреди приема, так или иначе привлек всеобщее внимание; а когда выяснилось, что главной героиней скандала оказалась таинственная и не пользующаяся доброй славой любительница роскошной жизни, старшая барышня Янь, градус обсуждений взлетел до небес.

Гости повытягивали шеи, желая услышать, что же скажет эта барышня.

И тут они услышали голос Янь Сюньчжэнь:

— Госпожа Ду Цзулань — моя хорошая подруга. Ты оскорбил ее, извинись.

Ду Цзулань, казалось, никак не ожидала от Янь Сюньчжэнь такого поступка.

Принимая извинения, она прикусила губу, слегка опустив голову, так что были видны лишь чуть изогнутые кончики ее длинных ресниц.

— Простите, госпожа Ду… — с трепетом произнес он, горько сожалея о содеянном и проклиная себя за то, что позволил женской красоте затуманить ему разум и свел знакомство с такой грозной силой. — Я был неправ, пожалуйста, простите меня.

Тут же по знаку Янь Сюньчжэнь подоспела охрана и скрутила мужчину, вытолкав его вон. Янь Сюньчжэнь велела передать его в руки правосудия, а поднявшийся в зале шум быстро стих. Не прошло и полминуты, как вокруг снова воцарилась атмосфера утонченной светской беседы и звона бокалов.

На лице Ду Цзулань проступила легкая усталость, а ее белая, почти светившаяся изнутри кожица покрылась едва заметным румянцем.

Она сжала собственное запястье. Янь Сюньчжэнь видела, что из-за феромонов та едва держится на ногах, поэтому, сохраняя уважительную дистанцию, тихо спросила:

— Не хочешь немного отдохнуть?

Ду Цзулань выглядела несколько растерянной и едва заметно кивнула.

Она послушно, шаг в шаг, последовала за Янь Сюньчжэнь в небольшую комнату для отдыха неподалеку.

Янь Сюньчжэнь щелкнула выключателем, зажигая свет в комнате, и помогла ей устроиться.

Сначала она хотела сесть сама, но, вспомнив растерянный вид главной героини, сделала пару шагов назад. Придерживая подол длинного платья, она продемонстрировала стройные, белые и подтянутые икры, спускающиеся к изящным стопам, и опустилась на корточки прямо перед Ду Цзулань, протянув руку:

— Ты в порядке?

Ду Цзулань чуть наклонила голову набок.

ее невинное, но донельзя соблазнительное лицо, с этим наивным наклоном головы, делало ее похожей на кошечку — до безумия милую.

Янь Сюньчжэнь кашлянула, чувствуя, как от такого взгляда у нее покраснели кончики ушей.

Когда на тебя так смотрит красивая девушка, даже строгой генеральной директωрше становится неловко.

Она постаралась принять серьезный вид и произнесла:

— Знаешь, в этом мире есть четыре типа людей: мужчины, женщины, плохие люди, и еще… я — хороший человек.

Выдав шутку, которую сложно было назвать смешной, она сама усмехнулась собственным словам и решила выйти, чтобы позвонить в больницу.

http://bllate.org/book/32571/3979971