Готовый перевод This Venerable is Unhappy / Его Высочество недоволен: Месть поверженного владыки: Глава 4

Только теперь он понял, почему Учитель был так невозмутим — оказывается, тот давно привык. Но разве можно быть настолько бесчувственным? Злодейские амбиции этого сопляка по отношению к Учителю уже стали очевидны каждому.

Однако Учитель провёл в культивации тысячу лет, всем сердцем стремясь лишь к совершенствованию, познанию Дао и борьбе за господство над миром, поэтому для него вполне обычно не ведать мирских страстей.

Хотя тело Пэй Но вновь обрело свободу, оно было донельзя измождённым, и вскоре его одолела усталость.

Сыновне почтительный ученик уложил его спать и снова вышел.

Стоило ему перешагнуть порог, как Пэй Но тут же открыл глаза, с трудом поднялся с ложа и шаг за шагом направился к двери.

Дверь оказалась заперта на замок — Замок Удержания Бессмертных.

Неужели этот негодяй вознамерился запереть его?

Пэй Но вернулся к столу, на котором стояла чайная пиала.

Он уже много лет не нуждался в обычной пище, но теперь, будучи слабым, был вынужден хоть что-то есть, поэтому Ло Синлэй специально приказал слугам приготовить отвар из различных драгоценных сокровищ природы, чтобы питать его тело.

Пэй Но только приподнял крышку пиалы, как Система испуганно завопила:

— Хозяин, не ешьте! Там яд!

Как же больно за него… плачу!

Ло Синлэй просто отъявленный мерзавец! Учитель уже при смерти, а он всё равно подмешивает ему яд! И это после того, как он ещё недавно думал, будто его глубокие чувства имеют хоть какое-то оправдание.

Пэй Но холодно произнёс:

— Я знаю. Все его уловки — сущая ерунда.

Как он мог не знать? Этот негодяй больше всего на свете любил травить людей ядом. В тот день он понял, что негодяй целых десять лет понемногу поил его ядом — вот почему тогда он потерпел сокрушительное поражение, а теперь его жизнь хуже смерти.

Пэй Но опустил крышку и уставился на собственные пальцы.

Бледные, немощные — кто бы мог поверить, что это тело принадлежит самому Пэй Но?

Неужели его ждёт лишь такой конец: влачить жалкое существование в этом разбитом сосуде рядом с проклятым ублюдком последние дни?

Одиночество и отчаяние подступили к горлу, и Пэй Но взмахом руки сбросил белоснежную чашу на пол — та разлетелась на мелкие осколки.

— Хозяин, хозяин! — Систему чуть сердце не разрывало от жалости, грусть-тоска заела! — Потерпите ещё немного, скоро у вас появится новое тело! Честно! Не надо так, мне смотреть… больно.

Видеть, как над его божественным мужем так издеваются, было невыносимо больно.

Пэй Но удивился:

— С чего тебе переживать?

Система:

— …!

А тем временем Пэй Но медленно поднялся, обошел осколки, вернулся на ложе, оперелся о подушки и с безмятежным видом стал ждать появления Ло Синлэя.

Вскоре Ло Синлэй торопливо вошёл в комнату. Заметив осколки на полу, он поймал во взгляде своих зеленоватых глаз мимолетную рябь:

— Почему Учитель гневается?

Пэй Но смотрел на него. Губы его были белы как снег, но в глазах горел острый, как клинок, блеск:

— Ты хочешь запереть меня?

— Ученик не смеет! — Ло Синлэй слегка вздрогнул, быстро опустил голову, и его взгляд упал на запертую дверь. — Учитель заблуждается. Е Вэйжань еще не пойман, а вы получили тяжелые ранения. Беспокоясь о безопасности Учителя, я пошел на этот шаг. Если Учитель недоволен, прямо сейчас ученик всё снимет.

Пэй Но вовсе не поверил его объяснениям и пристально уставился на него:

— С тех пор как я очнулся, я не видел никого, кроме тебя. Всё услышанное — лишь слова из твоего уст, где правда, а где ложь, как отличить?

Ло Синлэй посмотрел на него и дерзко, с красивой улыбкой ответил:

— Оказывается, Учитель заскучал. Раз так, я просто составлю вам компанию и проведу на прогулке.

С этими словами он подался вперед, собираясь поддержать Пэй Но.

Но стоило его длинным пальцам едва коснуться одежды Пэй Но, как тот, не выдержав слабости, согнулся пополам и исторг полный рот крови со звучным:

— Кхе!

А следом за этим раздался глухой, надрывный кашель.

— Учитель? Учитель? — брови Ло Синлэя дернулись, но он увидел, что человек в его объятиях уже потерял сознание.

— Что в конце концов с Учителем?

В ушах звучало нетерпеливое требование Достопочтенного Владыки. Хэ Шуньчэн украдкой утёр несуществующий холодный пот, чувствуя себя абсолютно несчастным.

О небеса, лишь ему одному ведомо, до какой степени он ужасался Императора. Каждый осмотр Императора заставлял его трепетать от страха — ведь он долгие годы жил под жестким гнетом Императора, и его душа была полна глубоких шрамов.

К счастью, сейчас Император без сознания. Если бы он очнулся, он бы…

Стоило ему об этом подумать, как лежавший перед ним человек открыл глаза и уставился на него с абсолютно бесстрастным выражением лица.

Хэ Шуньчэн испуганно взвизгнул и отпрыгнул на три сажени в сторону. П-п-прошлый раз, когда Император уничтожил Повелителя Демонов Пожирателя Душ, у него было точно такое же выражение лица!

Тем временем Достопочтенный Владыка, ни капли не боясь смерти, уже окружил постель заботой:

— Учитель? Вы в порядке?

В голосе звучало беспокойство, а вид был искренним.

Пэй Но моргнул, слегка нахмурившись:

— Кто это?

Ло Синлэй бросил взгляд вниз — этот трусливый мальчишка уже дрожал всем телом, стоя на коленях у изголовья, готовый принять любую участь.

Поэтому он небрежно бросил:

— Это лекарь нашей секты.

Хэ Шуньчэн на мгновение почувствовал себя неуютно от такого диалога, но тут же вспомнил: сейчас Император потерял память.

Значит ли это, что он уже не так страшен? Чуть душу не ушли в пятки.

В этот момент до его слуха донеслись тихие слова Императора с ложа:

— Лекарь? Лицо у него откровенно безобразное.

Хэ Шуньчэн:

— …

Ло Синлэй заботливо пододеяльник поправил, подворачивая края, и перевел вопрос:

— Хэ Шуньчэн, каково в конце концов состояние моего Учителя?

Хэ Шуньчэн, уже заранее получивший инструкции от Достопочтенного Владыки, почтительно ответил:

— Император еще не оправился от тяжелых ранений, его тело ослаблено, поэтому случился временный обморок. Сейчас ему лучше не отвлекаться на мирские дела и уделить все силы восстановлению.

— Тогда… почему я ничего не могу вспомнить?

— Император тяжело ранен, каналы, ведущие к головному мозгу, заблокированы, отсюда и временное помутнение памяти. Как только тело окрепнет и восстановится, память обязательно вернется.

Ло Синлэй протянул руку и мягко сжал бледные пальцы Пэй Но. В его глазах читалась бесконечная нежность, а взгляд лучился нерастраченной страстью:

— Что бы ни случилось, я всегда буду рядом с тобой.

Лицемерная фальшь!

Его наигранная забота ни капли не растрогала Пэй Но, зато заставила стоявшего рядом Хэ Шуньчэна замереть в изумлении.

Император тяжело ранен и еще не умер, но Достопочтенный Владыка не только не попытался вовремя нанести решающий удар мечом, но и окружил его столь пристальной и нежной заботой — разве это не подозрительно?! Неужели Достопочтенный Владыка все еще опасается Императора? Или же он хочет использовать его в своих целях?

Ему было не дано постичь помыслы тех, кто стоит наверху, поэтому всё, что оставалось Хэ Шуньчэну в этот момент — опустить голову и под нетерпеливым знаком Достопочтенного Владыки поспешно удалиться.

— Поздний час, Учитель, лучше вам пораньше отдохнуть! — выпроводив Хэ Шуньчэна быстрым движением, Ло Синлэй неторопливо снял верхнюю одежду.

Пэй Но полулежал на постели, сузив глаза:

— Что ты делаешь?

— Поздний час, ученик должен служить Учителю во время отхода ко сну. — Ло Синлэй легко улыбнулся.

Даже решив держаться и терпеть, Пэй Но в этот момент чуть не задохнулся от ярости.

Этот негодяй бесстыден и развращен! Раньше, когда он «умер», это было одно, но теперь, когда он вернулся с того света, этот наглец по-прежнему смеет издеваться над ним! Его лицо потемнело, и он гневно рявкнул:

— Вон!

— Учитель? — Ло Синлэй лишь тихо рассмеялся. Облаченный лишь в бледно-фиолетовую нижнюю сорочку после снятия верхней одежды, он резко подался вперед и прижал Пэй Но к ложу. Их взгляды встретились, дыхания смешались.

Затем он произнес:

— Перестаньте притворяться.

— Вы… действительно потеряли память?

Его длинные черные волосы рассыпались по плечам, зеленые глаза манили демоническим блеском, источая невыразимое очарование.

В этот момент мысли Пэй Но уже обрели абсолютную холодную ясность. Глядя на непутевого ученика, оказавшегося так близко, он внезапно усмехнулся и парировал вопросом:

— Ты любишь меня, верно?

Система изумленно ахнула:

— Хозяин, вы что, знали?!

Он-то думал, что хозяин настолько бесчувственен, что никогда до этого не додумается.

Ло Синлэй слегка замер. Его тонкие пальцы запустились в пряди волос Пэй Но, лаская их, после чего он с легкой улыбкой признался:

— Да, я люблю Учителя.

— Но люблю лишь мёртвого Учителя.

— Живой Учитель видел в этом мире слишком много всего, но никогда — меня. Я слишком долго смотрел вам в спину, и это стало невыносимо утомительным.

— Мертвый Учитель будет принадлежать только мне одному и смотреть станет лишь на меня одного.

Его глаза были глубоки, тон — полон тяжелой серьезности, и каждое слово шло из глубины души.

Система прониклась, не удержавшись от всхлипа: такая смиренная и безнадежная любовь, такая безумная привязанность, такое искреннее чувство, которое не сотрется за всю жизнь.

Как трогательно!

Но ведь Учитель предназначен главной героине, его нельзя отдавать этому парню, что же делать? Хозяин, вы должны хорошенько подумать, заводить однополые отношения — это серьезный шаг!

На страстное признание Ло Синлэя Пэй Но ответил лишь презрительной усмешкой:

— Чушь собачья!

Система:

— …

Император поистине тверд сердцем.

Пэй Но посмотрел на него и медленно спросил:

— Моему часу суждено настать очень скоро?

В глазах Ло Синлэя мелькнуло напряжение:

— Да.

Пэй Но вскинул брови и усмехнулся:

— Ты думал, что мертвый я буду принадлежать тебе — какое же это самообман и иллюзия. Раз уж мы с тобой состояли в связи учителя и ученика, я дам тебе шанс перед смертью. Ты вечно твердил, что в моих глазах нет места для тебя — что ж, теперь в моих глазах отражаешься только ты. Можешь попытаться сделать так, чтобы перед смертью моё сердце тоже наполнилось тобой.

Ло Синлэй замер. Он просчитал все возможные реакции Учителя на раскрытие его чувств, кроме этой…

Пока он застыл в замешательстве, обессиленный и слабый Пэй Но внезапно подался вперед и впился в его губы поцелуем.

После ухода Ло Синлэя.

— Ох!

Система едва могла на это смотреть: тело Пэй Но находилось в столь плачевном состоянии, что он исторг вовсе не какую-то грязь, а самую настоящую кровь.

Не выдержав, она подала голос:

— Раз он вызывает у вас такое отвращение, зачем же вы… зачем поцеловали его?

Уголки губ Пэй Но изогнулись в улыбке, полной леденящего душу мрака:

— Эта мразь довела меня до нынешнего состояния, и хотя отомстить ему надежды уже нет, я заставлю его провести остаток жизни в невыносимых муках, когда жизнь хуже смерти, иначе мне не утолить свою обиду!

Вот так… он решил поиграть с чужими чувствами.

Свежий выпуск бессердечного главного героя прибыл!

Однако Система чувствовала себя крайне неловко: раньше, когда он читал новеллы, он безумно любил хитрых, коварных и расчетливых главных героев, но почему сейчас ему стало немного жаль этого парня? До чего же тот безнадежный мерзавец.

И он не удержался от реплики:

— Играть с чужими чувствами… разве это хорошо?

Пэй Но слегка вздрогнул, и в его глазах вспыхнула искра гнева:

— Играть? Ты не я, как тебе понять мою боль и ненависть? Если бы была возможность убить его одним ударом меча, я бы тоже не стал мараться подобными грязными трюками.

Система вмиг потеряла дар речи.

До сих пор он смотрел на происходящее глазами сторонника: ему казалось, что раз в конце концов Пэй Но сможет возродиться и обрести лучший путь бессмертия, а позже еще и расправится с Ло Синлэем ради мести, то все эти текущие манипуляции выглядят несколько неэтично.

Но он упустил из виду то, что казалось ему само собой разумеющимся, для Пэй Но было всей его жизнью, его горьким предательством и невыразимым крахом.

http://bllate.org/book/32406/3955302