Готовый перевод The Wind Pavilion's Pupil Bore Him a Son / Сын Ветра: Нежданное отцовство: Глава 11

Однако, прежде чем тот успел издать хоть звуковое подтверждение, сидевший рядом со взвинченными нервами Фэн Тинтун почти рефлекторно перехватил инициативу и оборвал собеседника на полуслове:

— Развеяться.

Фэн Тинтун смертельно боялся, что с языка Вэнь Цзинъюаня сорвется какое-нибудь шокирующее мир словцо.

На лице Се Шэньчжи вовремя промелькнуло выражение понимания и лёгкая улыбка, и он подхватил тему:

— О, развеяться — это прекрасно! Старший братец ведет уединенный образ жизни и редко спускается с гор, чтобы прогуляться. Младший брат до сих пор не имел возможности официально нанести визит старшему брату, в моем сердце давно живет восхищение им.

С искренним отношением он пригласил:

— Не желает ли старший брат почтить своим присутствием скромную обитель младшего? Младший брат вечно сталкивается с трудностями и неясности в постижении искусства меча, а я издавна был наслышан, что владение мечом старшего брата достигло непостижимых глубин. Если бы удалось получить от старшего брата хотя бы пару наставлений, младший брат был бы бесконечно благодарен.

Как только Фэн Тинтун услышал это, его брови тут же сошлись на переносице: сейчас у него развилась сильнейшая нервозная чувствительность к любой ситуации, когда Вэнь Цзинъюаня оставляли наедине с кем бы то ни было.

Он слишком боялся этого безумного ума Вэнь Цзинъюаня. Вдруг Се Шэньчжи и впрямь заманит человека к себе, и в ходе беседы Вэнь Цзинъюань внезапно брякнет что-нибудь вроде: «А как поживает моя супруга?..» или «Что там с моим сыном?..»

Тогда этому Фэн Тинтуну проще было бы просто повеситься на Пике Тяньшу и дело с концом.

— Не нужно, — Фэн Тинтун снова опередил Вэнь Цзинъюаня. — Ему пора возвращаться.

Говоря это, он одновременно подавал Вэнь Цзинъюаню знаки глазами, надеясь, что этот тип окажется достаточно сообразительным и немедленно послушно уйдет вслед за его словами.

Се Шэньчжи на мгновение замер от столь прямолинейного отказа, а его взгляд, полный явного недоумения, переметнулся на Фэн Тинтуна.

Он искренне не понимал: он всего лишь хотел попросить совета у старшего брата по поводу владения мечом, так почему же второй брат отреагировал настолько бурно и даже словно бы принимал решения за старшего брата?

Вэнь Цзинъюань, находившийся под угрожающим взглядом очей Фэн Тинтуна:

— ...Мм, мне пора уходить.

Это можно было считать молчаливым согласием с тем, что собирался возвращаться, о чем только что заявил Фэн Тинтун.

Хотя Се Шэньчжи и пребывал в растерянности, заметив, что сам Вэнь Цзинъюань тоже кивнул, настаивать на приглашении дальше он уже не мог. Тогда он сменил предложение:

— Раз старшему брату неудобно, не соизволит ли младший брат составить компанию старшему брату по пути к Скале Свисающего Снега? К тому же это избавит старшего брата от одиночества на обратной горной дороге.

Он рассуждал так: если удастся воспользоваться случаем ступить на Скалу Свисающего Снега и воочию взглянуть на место практики этого старшего брата, возможно, удастся почерпнуть какое-то озарение.

Раньше такой возможности не представлялось.

К тому же можно было бы выполнить поручение, данное наставником — убить двух зайцев одним ударом.

Стоило этим словам сорваться с языка, как у Фэн Тинтуна зазвенели все тревожные звоночки.

На Скалу Свисающего Снега? Да шутки шутите!

Он сам провел на Скале Свисающего Снега всего несколько дней, но кроме льда и снега там не было абсолютно ничего, это место казалось чересчур пустынным и убогим. Сам же Фэн Тинтун всегда отличался изнеженностью: выходя из дома, он, может, и не устраивал грандиозных процессий, но при нем всегда было великое множество носившейся с ним мелочевки, привычных мелких вещиц, а еще те принесенные им шелковые парчовые перины и подушки из облачных тканей, фиолетовые глиняные чайники, совершенно не вязавшиеся с убранством пещеры Ханьцзянь...

Он уходил в спешке и совсем не успел как следует все прибрать. Если позволить Се Шэньчжи подняться на Скалу Свисающего Снега, войти в пещеру Ханьцзянь и собственными глазами увидеть разбросанные по пещере Вэнь Цзинъюаня вещи, которые недвусмысленно принадлежат ему...

Тогда сколько бы языков у него ни выросло, он все равно не сможет оправдаться.

Какие еще просьбы о наставлениях в мече?

Боюсь, в Секте Тайшан мгновенно поползли бы потрясающие воображение слухи о том, как второй старейшина Пика Тяньшу и старший брат тайком делят одно ложе на Скале Свисающего Снега.

— Нельзя! — выпалил Фэн Тинтун почти автоматически. — Старшему брату предстоит уединение для прорыва! В столь критический момент принимать гостей не следует, а уж тем более нельзя допускать посторонних.

Се Шэньчжи: «…………»

Замешательство на его лице стало еще глубже, а взгляд начал бегать туда-сюда между Фэн Тинтуном и Вэнь Цзинъюанем.

На протяжении всего этого времени почти без умолку говорил исключительно Фэн Тинтун: он отвечал за Вэнь Цзинъюаня и принимал решения.

А этот прославленный, непостижимый и обладающий колоссальной силой старший брат от начала и до конца не произнес практически ни единого слова, за исключением пары мычаний.

Подобная картина в глазах Се Шэньчжи выглядела крайне многозначительно — словно, словно Фэн Тинтун заменял Вэнь Цзинъюаню голос, выражал его волю и даже имел право единолично распоряжаться всеми внешними делами Вэнь Цзинъюаня.

Разве не ходили слухи, что старший брат и второй брат всегда не ладили друг с другом?

Фэн Тинтун даже не подозревал, что со стороны эта с сцена вовсе не помогла отмести подозрения, а напротив, лишь сильнее подчеркнула особую связь между ними.

Между ними явно существовало некое не нуждающееся в лишних словах взаимопонимание и неразрывная узы.

Фэн Тинтун тоже уловил странность во взгляде Се Шэньчжи и мысленно выругался, почуяв неладное. Он поспешил сгладить ситуацию:

— Мы с ним встретились рано, он уже успел мне всё рассказать, верно же?

Он повернул голову и уставился на Вэнь Цзинъюаня.

Вэнь Цзинъюань снова тупо откликнулся:

— ...Мм, встретились рано.

Наблюдая за этим слаженным дуэтом, где один до покраснения лица оправдывался, а второй умел лишь поддакивать своим «мм», Се Шэньчжи мягким тоном произнес:

— Раз так, то младший брат не смеет мешать старшему брату уединенно совершенствоваться и очищать разум. Второй брат, у меня на руках еще остались дела, порученные наставником, так что я пока откланяюсь.

Эта короткая перепалка унесла куда больше сил, чем полноценный бой с Вэнь Цзинъюанем.

Вэнь Цзинъюань проявил заботу:

— Младший брат, если ты чувствуешь усталость или тебе в тягость разбираться с этими делами, я могу взять часть забот на себя.

Голос Фэн Тинтуна прозвучал жестко:

— Я не устал! Кто сказал, что я устал?

Он ни за что бы не позволил Вэнь Цзинъюаню вмешиваться — если бы тот просто не создавал дополнительных проблем, Фэн Тинтун уже вознес бы хвалу небесам.

— Возвращайся сейчас же на свою Скалу Свисающего Снега и больше не шатайтесь где ни попадя.

Вэнь Цзинъюаня выпроводили обратно на ту укрытую снегами и льдом одинокую вершину.

Проводив взглядом его фигуру, удаляющуюся на парящем мече и растворяющуюся в море облаков, Фэн Тинтун наконец смог выдохнуть.

Прошел день. На плановых утренних занятиях для учеников Пика Тяньшу Фэн Тинтун стоял на высокой платформе перед тренировочной ареной, обводя взглядом выстроившиеся внизу ряды младших братьев и сестер, усердно отрабатывавших базовые техники владения мечом в поте лица. Се Шэньчжи среди них не было.

По окончании утреннего урока он остановил Цзян, собиравшегося направиться на Пик Сюаньцзи за получением месячных ресурсов для культивации, и непринужденно поинтересовался:

— А где Шэньчжи? Что-то я его не вижу.

Цзян остановился:

— Отвечаю второму брату: старший брат Се сказал, что должен отправиться на Скалу Свисающего Снега, чтобы расспросить старшего брата о некоторых трудностях в искусстве меча.

Сердце Фэн Тинтуна сделало предательский кульбит.

Се Шэньчжи и впрямь не оставлял дурных замыслов.

Скала Свисающего Снега...

Этот дурачок Вэнь Цзинъюань, вдруг он сболтнет лишнего.

Больше не обращая внимания ни на что другое, он резко качнулся вперед, обратившись в полосу яркого света, и на полной скорости помчался в сторону Скалы Свисающего Снега. Горный ветер свистел так яростно, что его бирюзовые одежды развевались наотмашь.

Когда он, сойдя с летающего меча, быстрым шагом направился к пещере Ханьцзянь, то нос к носу столкнулся с ужебиравшимся уходить Се Шэньчжи.

Се Шэньчжи явно не ожидал встретить здесь Фэн Тинтуна. Он слегка притормозил и почтительно поклонился:

— Второй брат?

Чувствуя себя крайне неуютно под этим пристальным взглядом, Фэн Тинтун изобразил невозмутимость, кивнул и постарался заговорить максимально естественным тоном:

— Мм, ты уже закончил расспрашивать?

— Да, — кратко ответил Се Шэньчжи.

Фэн Тинтуру не терпелось спровадить его как можно скорее, поэтому он поспешно произнес:

— Тогда ступай с горы. Внутри пика еще полно дел, требующих твоего внимания, а у меня как раз есть пара вопросов к нему.

Се Шэньчжи не стал задавать лишних вопросов, лишь снова сложил руки в поклоне:

— Слушаюсь, второй брат, младший брат тогда удаляется.

С этими словами он развернулся, призвал свой меч, и его фигура быстро растаяла в бескрайней пелене облаков.

Проводив взглядом удаляющегося Се Шэньчжи, Фэн Тинтун широким шагом вошел в пещеру Ханьцзянь, миновал просторный и холодный парадный зал и направился напрямую к крошечной ледяной долине в глубине пещеры. Вэнь Цзинъюань действительно находился там.

Вэнь Цзинъюань сидел на корточках у края ледяной долины, зажав в пальцах несколько ярко-зеленых стебельков Ледяной травы, и терпеливо кормил сбившихся в пушистый комок снежных кроликов.

На Скале Свисающего Снега редко случалось так, чтобы лучи солнца пробивались сквозь тяжелые тучи, падая на его белоснежные одежды и мягкий пух снежных кроликов.

Фэн Тинтун подошел к Вэнь Цзинъюаню вплотную, свысока уставившись на него недоброжелательным взглядом:

— Что тебе только что говорил Се Шэньчжи? Ты не нес какой-нибудь чуши? Не сболтнул чего лишнего?

Вэнь Цзинъюань поднял голову:

— Я знаю, о чем можно говорить, а о чем не следует.

— Он рассказал мне о Собрании Вопрошания Дао Тяньган и спросил, не хочу ли я поехать.

Фэн Тинтун мгновенно все понял: предсказуемо, это наставник приказал Се Шэньчжи передать весть.

— И ты согласился?

Вэнь Цзинъюань отпустил Ледяную траву из рук и поднялся на ноги. Он был чуть выше Фэн Тинтуна и теперь слегка опустил взгляд, глядя на него сверху вниз:

— Я слушаюсь тебя.

Эти четыре слова застряли в горле Фэн Тинтуна, вызвав у него крайне странное и неприятное ощущение в груди.

Надо же, как этот паршивец сегодня послушен.

Фэн Тинтун отвел глаза, его голос прозвучал суховато:

— ...Поедешь.

Не удержавшись, он тут же принялся отчитывать:

— Ты целыми днями зарываешься в этом ледяном царстве, только и делаешь, что кормишь кроликов да листаешь старые фолианты. Кроме высокого уровня культивации, в тебе вообще осталось хоть что-то от величия старшего брата? Тебе тоже пора выйти в свет и посмотреть на мир.

Фэн Тинтун мысленно уверял себя, что делает это вовсе не ради самого Вэнь Цзинъюаня.

У него были свои тайные расчёты: этот чурбан Вэнь Цзинъюань с тех пор, как Фэн Тинтун лишил его рассудка своими ударами, больше ни разу не вступал с ним в поединок. Каждый раз, когда Фэн Тинтун пытался прощупать его силы или вызвать на спарринг, Вэнь Цзинъюань уходил от этого с удушающе-послушной улыбкой, от которой у него закипала кровь.

Как раз во время предстоящего Собрания Вопрошания Дао соберутся лучшие молодые мастера из сотен сект. Если Вэнь Цзинъюань примет в нем участие, ему неизбежно придется обнажить меч. Вот тогда-то Фэн Тинтун сможет хорошенько разглядеть, сколько же уровней силы осталось у Вэнь Цзинъюаня на сегодняшний день и до каких высот дошло его мастерство фехтования.

Лишь зная себя и противника, можно одерживать победы в сотнях битв.

Однако Вэнь Цзинъюань, услышав его слова, истолковал их совершенно иначе. Он шагнул вперед, протянул руки и легко заключил Фэн Тинтуна в объятия.

Уткнувшись подбородком в плечевую впадину Фэн Тинтуна, Вэнь Цзинъюань произнес низким, преисполненным торжественности голосом:

— Младший брат, не переживай, я обязательно послужу отличным примером для нашего ребенка.

Фэн Тинтун: «…………»

Его тело буквально окаменело. Ощущение чужих объятий, теплой и крепкой груди, жаркое дыхание у самого уха и эти безумные речи... Он резко оттолкнул Вэнь Цзинъюаня, отступил на два шага назад и ткнул в него пальцем:

— Смеешь обнимать меня при посторонних — и жить не захочешь!

Вэнь Цзинъюань:

— Значит, когда мы вдвоем, можно.

Фэн Тинтун мысленно подумал: ишь ты, какую невинность строит этот Вэнь Цзинъюань, а ведь в той похабной книжонке он творил с ним такие развратные вещи — сущий бесстыдник, воплощенный развратник!

Автор пишет:

Младший брат: Я должен найти способ победить его.

Старший брат: Младший брат меня любит.

Записки домоседа, выбравшегося наружу.

Глава 7: Все мои недавние выкрутасы перед ним были сплошным спектаклем

http://bllate.org/book/31998/3907433