Готовый перевод Always Falling for the Villain / Вечная любовь к злодеям: Прыжки сквозь миры: Глава 9

Ло Фан перестала цыкать и пробормотала:

— Просто странные какие-то.

Когда Ро Чэнсин прогнал её и на кухне остался один, он прекратил работу и ошеломлённо уставился на воду в тазу.

Он протянул руку и помешал её, пустив по воде рябь.

На самом деле, он и сам чувствовал, что с ним что-то не так.

Что с ним стряслось?

Он так и не смог понять.

Последние два дня Хэ Юйбинь ходил с Ло Дашэном красить лозунги в производственную бригаду, и за это им тоже начисляли трудодни.

Ро Чэнсин по привычке хотел оглянуться во время работы, но, повернувшись, обнаружил, что позади пусто — лишь сварена на землю полегшая солома.

В другой раз Ло Чэнсин тащил солому следом за ним и, заметив, что тот оборачивается, озадаченно спросил:

— Чего тебе?

Ро Чэнсин покачал головой.

Ло Чэнсин привык к его молчаливому нраву, перешагнул через кучу соломы и тихо сказал ему:

— Если хочешь в туалет, так иди. Ты один тут самый усердный, ни дня не пропускаешь в поле.

Видя, что тот не двигается, Ло Чэнсин ещё больше уверился, что у того какое-то дело, и попытался ещё немного поуговаривать.

Ро Чэнсин не знал, с чего Ло Чэнсин решил, будто ему приспичило в туалет, но, немного посомневавшись, действительно поддался на его уговоры.

Ро Чэнсин впервые в жизни тайком вернулся домой до удара колокола.

Он слышал от отца, что покраска лозунгов занимает всё утро, и, подсчитав время, сообразил, что Хэ Юйбинь уже давно вернулся в дом семьи Ло.

Ро Чэнсин говорил себе в душе, что возвращается сейчас лишь потому, что боится, как бы Хэ Юйбинь не стал без спросу перекладывать вещи в пустом доме.

Стоило ему только переступить порог двора, как Хэ Юйбинь радостно подбежал к нему:

— Чего это ты вернулся раньше времени?

Ро Чэнсин не знал, что ответить, и промолчал.

Хэ Юйбинь обрадовался сам по себе:

— Здорово, старший брат Ро! Вскипятишь мне немного горячей воды? Пока Ван Фэнся и Ло Фан не вернулись, я хочу искупаться.

Хэ Юйбинь считал, что не мылся уже целую вечность, и теперь его тело отчаянно зудело. Обычно, когда дома находились Ван Фэнся и Ло Фан, у него не было никакой возможности помыться.

Ро Чэнсин ничего не ответил, но направился к кухне. Он отломил с пола полстебля соломы для растопки и вскипятил для Хэ Юйбиня воду.

Хэ Юйбинь встал в дверном проёме и заговорил с ним:

— Ты даже не представляешь, как хлопотно сегодня было красить лозунги в бригаде.

Тогда он даже немного пожалел об этом: если бы он ходил следом за Ро Чэнсином, работать бы не пришлось, но для покраски лозунгов от него потребовалось повозиться самому — руки перепачкались красным, белым и клейстером, так что, вернувшись, он добрых полдня отмывал их водой.

— Завтра тоже пойдёшь? — спросил Ро Чэнсин.

Хэ Юйбинь кивнул, притащил низкую деревянную табуретку и сел рядом с ним:

— Придётся идти. Сегодня мы вывели целиком «Женщины способны поднять половину неба», а вчера, когда подсчитывали урожайность с му, «Женский надел» вышел на третье место по сборам, и бригадир сказал, что похвалит нас на собрании.

Ро Чэнсин хмыкнул и стал подкладывать в печь дрова.

— Сегодня бригадир даже похвалил меня за то, что иероглифы получились ровными и красивыми, а каждая строка выстроилась прямо.

— Освободимся из бригады как раз к полудню, завтра точно не получится вернуться так рано, — говорил Хэ Юйбинь, и пламя из топки озаряло его лицо.

Ро Чэнсин на мгновение замер, чувствуя, что Хэ Юйбинь из его воспоминаний и тот, что сидит перед ним, в чём-то отличаются.

Тот Хэ Юйбинь из воспоминаний... Ло Дашэн с первого же взгляда понял, что у паренька на уме недоброе, и смотрел на него исполобья; кроме Ло Фан, во всём доме никто не глядел на него с одобрением.

Не говоря уже о том, чтобы его отец Ло Дашэн стал рекомендовать Хэ Юйбиня бригадиру для покраски лозунгов.

Кажется, и впрямь что-то изменилось.

Из-за чего же именно?

Похоже, всё изменилось с того самого момента, как он привёл Хэ Юйбиня в свой дом...

Когда вода закипела, Ро Чэнсин отнёс её за дом, на то место, где они обычно мылись, и помог опустить занавеску.

Хэ Юйбинь принёс полотенце и мыло и сказал собирающемуся уходить Ро Чэнсину:

— Старший брат Ро, сможешь потом помочь мне потереть спину?

Хэ Юйбиню и в голову не приходило, что Ро Чэнсин откажется потереть ему спину — дело-то плёвое.

Погода сейчас стояла ещё не холодная, так что купание не доставляло хлопот.

— Ты ещё вернёшься в поле? — вспомнил о чём-то Хэ Юйбинь и высунул голову из-за занавески.

Ро Чэнсин ответил:

— Больше не пойду.

— Тогда подожди немного, я быстро ополоснусь и позову тебя.

Хэ Юйбинь опустил занавеску и ещё раз дёрнул её.

Оба мужики, чего тут стыдиться? — думая об этом, Ро Чэнсин присел на лавку.

Прошло совсем немного времени, как Ро Чэнсин услышал журчание воды — это Хэ Юйбинь зачерпывал воду деревянным ковшом и поливал себя.

Ро Чэнсин сидел снаружи.

Этот плеск воды заставил Ро Чэнсина в полудрёме вспомнить звуки текущей реки, которые он слышал в ту ночь у водохранилища.

— Я закончил, — донёсся изнутри голос Хэ Юйбиня.

Услышав призыв, Ро Чэнсин уперся руками в коленки, поднялся, в несколько шагов подошёл к занавеске и откинул её, только тогда разглядев открывшуюся картину.

Хэ Юйбинь повесил полотенце и сменную одежду на перекладину, а мыло положил на стоявший рядом каменный выступ. Ро Чэнсин перевёл взгляд на Хэ Юйбиня, и в глаза сразу бросилась сплошная белизна.

Если бы они встали рядом, контраст кожи Ро Чэнсина был бы очевиден.

Стоя к нему спиной, Хэ Юйбинь повернулся к Ро Чэнсину и, слегка склонив голову, с улыбкой произнёс:

— Когда я был в общинном дворе образованной молодежи, никто вот так не помогал.

Ро Чэнсин что-то буркнул в ответ, не до конца расслышав слова Хэ Юйбиня.

Он не знал, что это называется лопатками, ему просто казалось, что Хэ Юйбинь слишком худой — когда он стоял вот так, расслабленно, на спине отчётливо выпирали две кости.

И руки по сравнению с руками Ро Чэнсина казались тонкими.

Словно поддавшись какому-то наваждению, Ро Чэнсин протянул руку и легко накрыл ладонью то место, где выпирала кость.

— Щекотно! — усмехнулся Хэ Юйбинь.

Ро Чэнсин резко опомнился. Опустив взгляд ниже, он с удивлением обнаружил, что Хэ Юйбинь всё ещё в штанах, просто их штанины были закатаны высоко вверх.

— Чего это ты в штанах купаешься? — голос прозвучал чужой, словно доносящийся издалека.

Хэ Юйбинь не заметил его странности и сунул мочалку прямо в руку Ро Чэнсину:

— Мне как-то неловко.

Сказав это, он, видимо, и сам сообразил, что ведёт себя не слишком по-мужски, и тут же добавил:

— Да и эти штаны всё равно стирать пора. Давай же, старший брат Ро, три быстрее, я уже замёрз.

Ро Чэнсин хмыкнул и принялся тереть мочалкой спину Хэ Юйбиня.

Тот под его рукой резко вздрогнул и сквозь зубы процедил:

— Не так сильно.

Ро Чэнсин собирался было сказать, что он и так старался умерить силу, но, взглянув на место, которое только что потёр, действительно заметил там яркий красный след.

Тут уж Хэ Юйбинь кричал не зря.

Ро Чэнсину оставалось лишь двигаться ещё осторожнее. Нажим, который Хэ Юйбинь назвал в самый раз, по мнению Ро Чэнсина, больше напоминал простое поглаживание по спине туда-сюда — такое и трением-то назвать было нельзя.

Время от времени рука Ро Чэнсина без преграды из мочалки напрямую касалась спины Хэ Юйбиня.

Кожа юноши была гладкой.

А руки Ро Чэнсина от многолетней тяжёлой работы стали грубыми и мозолистыми.

Мужское тело излучало жар; помогая Хэ Юйбиню тереть плечи, он наклонился чуть ближе, и его обжигающее дыхание овевало кожу Хэ Юйбиня, а рука, упёртая в его тело, тоже казалась раскалённой.

Хэ Юйбинь сам позвал Ро Чэнсина помочь потереть спину, но теперь почему-то почувствовал себя крайне неуютно, поэтому, когда Ро Чэнсин потёр ещё пару раз, он кое-как отобрал мочалку обратно:

— Ладно-ладно, хватит.

После чего вытолкал и выпроводил Ро Чэнсина наружу, спешно задернув занавеску.

Ро Чэнсин чувствовал себя так, будто с ним что-то было не так: в голове помимо воли всплывали только что ощущаемые прикосновения и...

Он тряхнул головой. Раньше ведь ему случалось купаться в реке вместе с Ло Чэнсином и остальными парнями, так почему тогда он смотрел на них как на собственные руки?

Ро Чэнсин находил это противоестественным. В груди словно что-то застряло, и он от досады решил снова уйти в поле.

Хэ Юйбинь закончил мыться как раз вовремя: не обнаружив Ро Чэнсина во дворе, он сам зачерпнул воды из боjки, намылил и постирал свою одежду.

К этому кусочку мыла он относился очень бережно.

Не успел Хэ Юйбинь закончить стирку и повесить вещи на ту самую перекладину, где сушил одежду Ро Чэнсин, как во двор разом вошли Ло Фан и Ван Фэнся.

На лице Ло Фан сияла улыбка, она без умолку щебетала матери о предстоящем через несколько дней собрании. Голоса ещё не успели перешагнуть порог, как разнеслись по двору.

Хэ Юйбинь тут же отвернулся и мгновенно забыл о странном чувстве, что томило его во время купания.

А вот Ро Чэнсин не забыл. Напротив, чем сильнее он пытался об этом не думать, тем настойчивее мысли лезли в голову.

Он думал: что в конце концов этот Хэ Юйбинь с ним сделал? Почему стоит только вспомнить о нём, как у Ро Чэнсина в груди всё начинает сдавливать от тоски?

По вечерам в деревне Шаньбао уже тянуло прохладным ветерком, но Ро Чэнсин продолжал сидеть на улице в той же майке, в которой работал в поле.

Ему казалось, что в голове будто громыхнуло молнией — всё вокруг словно онемело.

Каждое утро, стоило подняться, у Ро Чэнсина уже не оставалось времени на всякие глупости: работа в поле с каждым днём становилась всё хлопотнее, за уборкой кукурузы и арахиса на одном участке следовал другой, да и кукурузную солому тоже требовалось уложить как надо.

Погода стояла какая-то странная: словно зная, что они целыми днями горбатятся на полях за сбором урожая, солнце палило их изо всех сил.

— И с чего это небо такое? Мне кажется, сейчас жарет сильнее, чем летом, — Ло Чэнсин обмахивался фуражкой.

Стоявший рядом с ним Чжан Цзюнь тоже остановился:

— И впрямь, чудеса какие-то.

— Поди, через пару дней дождь сорвётся, — Ро Чэнсин поднял глаза к небу и снова принялся подбирать солому.

Ло Чэнсин утер пот:

— Как пить дать, ливанёт.

Чжан Цзюнь махнул рукой, подзывая их:

— Эй, пойдёмте к краю поля, чаю попьём!

Стоило ему только подняться, как он изумлённо воскликнул, толкнув Ло Чэнсина локтем:

— Глянь-ка, кто это там у края поля?

— Кто? — Ло Чэнсин посмотрел на межу и тоже улыбнулся.

Ло Чэнсин был примерно одного возраста с Ро Чэнсином. Некоторое время назад он сосватался с Сюй Мэй из соседней деревни, сводный жених с матушкой сходили к ней домой, и обе семьи обо всем договорились.

Ро Чэнсин не понимал, почему они все так любят суетиться из-за подобных дел.

Ло Чэнсин бросил мотыгу и побежал к краю поля.

Чжан Цзюнь был чуть младше Ро Чэнсина, он с ухмылкой произнёс:

— Старшой, пойдём-ка тоже чайку хлебнем!

Они двинулись друг за другом и увидели, что Ло Чэнсин и Сюй Мэй уже давно стоят под деревом. Сюй Мэй опустила голову с очень застенчивым видом, а Ло Чэнсин обмахивал ее соломенной шляпой и о чём-то с улыбкой говорил.

У края поля стояли чайник и пиалы — любой, кого мучила жажда, мог напиться, воду в поле приносили специально.

http://bllate.org/book/31794/3881880