Готовый перевод Cat's Grace: Immortal Love on the Edge of a Knife / Кошачья грация: Бессмертная любовь на лезвии ножа: Глава 15

Сяо Ли, твои вкусы действительно трудно понять, но я их уважаю. — Она обернулась и бросила взгляд на стоявшего за её спиной белокожего, изящного парня. — Поэтому я всегда недолюбливала Альф.

Может, потому что я сама Альфа и лучше резонирую с себе подобными. Я имею в виду в плане чувств.

Конечно, я тоже говорю о чувствах. Дружить и партнёрствовать с Альфами очень даже неплохо — это куда комфортнее, чем водиться с бандами самодовольных Бет. Но что касается сердечных дел, моё сердце принадлежит исключительно Омегам.

Фэй Ли внутренне всё понял и взглянул на Сяо Линя:

— Может, поболтаете вдвоём? Здесь нет никаких камер и прослушки, можете открыто высказать друг другу всё, что на душе.

Сяо Линь кивнул, согласившись, и Фэй Ли без церемоний вытащил Jade за дверь.

Пусти меня!

За чайной комнатой располагался полузакрытый частный садик. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь шуршанием ветра, и этот окрик Jade заставил умолкнуть даже стрекотание цикад. Фэй Ли был вынужден отпустить его руку.

Твой барский нрав ни капли не изменился! Ни с кем не считаешься, огрызаешься даже с вице-президентом палаты. Похоже, все эти годы ты страдал зря.

А ты вот изменился и весьма заметно. Так ловко сводишь людей — небось, немало кому успел послужить сводником? — Jade не разозлился, а лишь усмехнулся. — Не думал, что перед лицом власти директор Фэй тоже не прочь поторговать собой.

Стерпев это оскорбление и сохранив полное хладнокровие, Фэй Ли перевёл тему:

— Так тот Омега внутри — действительно твой партнёр на время течки? Зачем таскать его с собой на такие мероприятия?

Что, директор Фэй намерен заменить его и помогать мне переживать течку?

Фэй Ли замялся:

— Если тебе нужны деньги на ингибитор, я могу...

Глядя на приглушённый свет в чайной и свой собственный молчаливый телефон, Jade понял, что Сяо Линь, должно быть, отлично ладит с гостем.

Впрочем, так оно и было. Для любого Омеги в его положении Бета, способный стабильно оказывать финансовую поддержку — поистине неплохой выбор. К тому же Цюй Лянь — женщина, и даже будучи Омегой, Сяо Линь превосходил её в физической силе. Если сравнивать со всеми опасностями, подстерегающими во время течки рядом с Альфой, Бета представлялся куда более безопасным вариантом.

Раз уж Сяо Линь сделал свой выбор, у Jade не оставалось причин оставаться здесь и продолжать выслушивать Фэй Ли.

Заметив, что тот собирается уходить, захмелевший Фэй Ли сделал шаг вперед, преградил ему путь и упёрся рукой в деревянную калитку садика.

Брови Jade сошлись на переносице — ему было интересно, какие ещё фокусы выкинет этот тип.

Посмотрев на него пару секунд в упор, Фэй Ли всё же опустил взгляд и произвёл с видимым трудом:

— Побудь со мной ещё немного.

Что? — Jade не верил собственным ушам. — Ты это мне?

Фэй Ли наконец снова поднял на него глаза:

— Да, составь мне компанию. Разве это не твоя нынешняя работа? — произнося это, Фэй Ли тоже поморщился. Накануне визита сюда его уломали выпить слишком много, и теперь алкоголь давал о себе знать. Он едва сохранял трезвость, а нарастающее изнутри нервное раздражение уже доводило до белого каления. Фэй Ли дёрнул галстук и расстегнул пару верхних пуговиц, душивших горло.

Во-первых, я больше не работаю в Stella, и сопровождать гостей — не моя работа. А во-вторых... — Jade перехватил свободный узел галстука Фэй Ли, с трудом сдерживая смесь стыда и ярости. — Компанию тебе я не составлю ни за какие коврижки. Причина проста: меня от одной мысли о тебе тошнит.

Такое отвращение, но тем не менее ты пришёл сюда вместе с Сяо Линем?

Потому что я знаю, что ты за фрукт, а Сяо Линь — нет. Я не мог допустить, чтобы он своими глазами шагнул в ловушку.

Фэй Ли закрыл глаза и усмехнулся:

— Ты действительно ни капли не изменился. Всё тот же живой Будда, не выносящий, когда кто-то страдает.

Не в силах вынести больше ни слова из уст Фэй Ли, Jade оттолкнул его и зашагал прочь.

Разве ты не хочешь узнать правду о том завещании?

Шаги Jade замерли. Его неподвижная спина выдавала внутреннюю борьбу, но спустя долгое время он всё же развернулся и вернулся к Фэй Ли:

— Какая правда?

Фэй Ли направился вглубь садика, и Jade поневоле пришлось следовать за ним.

Из трёхместных качеств, стоявших посреди сада, Фэй Ли занял лишь один край. Бросив взгляд на Jade, он дождался, пока тот после короткого колебания опустится рядом.

Качели, рассчитанные на троих, оказались как раз заполнены двумя взрослыми мужчинами. Железные цепи натянулись струной, но сами качели даже не шелохнулись. Jade знал: пока Фэй Ли не добьётся своего, он не заговорит, сколько ни проси, поэтому предпочёл вообще не раскрывать рта.

Цикады стрекотали в ночи, лёгкий вечерний бриз овевал сад, отчего лунный свет казался размытым, а тени деревьев — зыбкими. У Jade не было ни малейшего желания любоваться этой идиллией. Многолетняя загадка была для него гордиевым узлом, и неужели Фэй Ли действительно развяжет его? Пусть даже вернуть наследство не удастся, ему куда сильнее хотелось узнать правду о той воле покойного.

Посидев с прямой спиной пару минут, Фэй Ли оперелся локтями о колени, и его плечи разом поникли. С интонацией старого знакомого он проронил:

— Как же... как же я устал от такой жизни.

Ты надеешься на моё сочувствие или ждёшь утешения? — Jade только теперь понял, что бывают моменты, когда от высшей степени оцепенения люди начинают смеяться в голос.

Несколько прядей безупречно уложенных волос Фэй Ли упали на лоб из-за опущенной головы. Он зачесал их назад и перевёл взгляд на Jade:

— А ты? Как ты жил все эти годы?

Фэй Ли, я просто поражаюсь твоему бесстыдству, — лицо Jade темнело на глазах. — Ты рассчитываешь услышать, что хорошо, или что плохо?

Конечно, хорошо. С чего бы мне желать тебе плохого?

Если желаешь мне добра — верни принадлежащее мне наследство законному владельцу.

Ты о бизнесе семьи Пэй?

Значит, помнишь, что это активы семьи Пэй, а не твои собственные.

Можно и так.

Фэй Ли согласился настолько легко, что Jade поначалу даже растерялся, не в силах сообразить, наяву ли это происходит или это галлюцинация из-за его собственной одержимости.

Но сначала мне нужно завершить то, что я обязан сделать.

То, что должен сделать Фэй Ли.

Jade мгновенно вспомнил, как месяц назад Фэй Ли впервые пожаловал в Stella — в тот вечер он принимал в качестве гостей вице-президента Наньдуского отделения Хэ Чэнхоу. Позже Jade просмотрел записи камер видеонаблюдения с банкета на третьем этаже: он собственными глазами видел, как усердно Фэй Ли подкладывал еду и подливал вино тому старику. А сегодня он уже выступал сводником для другого вице-президента — Цюй Лянь.

Jade был слишком хорошо знаком с этим искусством заискивания и угодничества. Фэй Ли выкладывался в роли мальчика на побегушках по полной программе, неудивительно, что он устал. Будучи человеком бывалым, он прекрасно понимал: такой адский труд не бывает бесследным, и за этим наверняка скрывается грандиозная и тайная цель.

Если вспомнить, что в этом году как раз проходят выборы председателя торговой палаты города Цимин, перерыв между которыми составляет восемь лет... Общеизвестно, что Наньду и Бэйцяо — две самые мощные силы среди многочисленных филиалов, а Цюй Лянь и Хэ Чэнхоу как раз входят в число главных претендентов на пост председателя. Для элиты бизнеса города Цимин делать ставки на ту или иную сторону — обычное дело, а ключевые отделения неизбежно давят на компании и переманивают их на свою сторону, чтобы заручиться поддержкой.

Jade уже примерно догадывался, к чему клонит Фэй Ли:

— То, что ты непременно должен сделать — это попытаться угодить и Наньду, и Бэйцяо, чтобы в итоге остаться в выигрыше при любом исходе? — Он холодно усмехнулся. — Ты возомнил этих людей мной и моей мамой? Думаешь, они так легко поверят тебе и позволят добиться своего?

Сделав вывод, Jade заключил:

— Играть с тигром по шкуре и работать двойным агентом — путь к бесславному концу.

Ты переживаешь за меня?

Фэй Ли затуманенным, пьяным взором посмотрел на него с бесконечной нежностью, от которой у Jade перевернулось всё в желудке и по коже побежали мурашки.

Я переживаю лишь о том, что активы семьи Пэй станут разменной монетой в руках такого подонка, как ты.

Фэй Ли тихо вздохнул:

— Такой исход исключать нельзя, но я сделаю всё возможное, чтобы сохранить это достояние. А когда добьюсь успеха — верну тебе всё до последней монеты в первозданном виде.

То, что и так по праву должно было принадлежать ему, из уст Фэй Ли вдруг превращалось чуть ли не в акт благородства и самопожертвования. Взбешённый Jade поднялся на ноги и посмотрел на него сверху вниз:

— Произнося всё это, ты ждёшь, что я расплачусь от ублюдочной благодарности и скажу тебе спасибо? Фэй Ли, я прекрасно знаю, какой ты ублюдок — не мог бы ты прекратить корчить из себя святошу? От этого дерьма реально воротит.

Разве тебе не любопытно узнать, что именно я затеял? — проигнорировав оскорбления, Фэй Ли откинулся на спинку качелей, в упор глядя на него снизу вверх взглядом, полным откровенного вызова. — Я буду баллотироваться на пост председателя торговой палаты.

Ты... ты окончательно рехнулся.

Я никому больше об этом не говорил, надеюсь на твоё молчание.

Молчание? Кто вообще в это поверит? Альфа собрался баллотироваться в председатели палаты... Ха-ха-ха... Это лучшая шутка из всех, что я слышал за этот год.

Пусть даже шутка, — легкомысленно улыбнулся Фэй Ли, — если она заставила тебя рассмеяться, значит, уже удалась.

Похоже, ты погряз в водовороте иллюзий и ослеплён жаждой власти. Подумай сам: восемьдесят процентов населения — Беты, и в голосовании по принципу один человек — один голос как ты собираешься победить при базовой поддержке всего в двадцать процентов? С чего ты вообще взял, что из года в год председателями и вице-президентами палаты становились исключительно Беты — вне зависимости от пола, люди с реальной властью были Беты, а не Альфы или Омеги?

Да, именно такова доля нас, Альф и Омег. Разве ты сам в молодости не давал великую клятву изменить этот мир, где права и обязанности так неравноправны?

Строить иллюзии о переустройстве мира в восемнадцать-девятнадцать лет — это наивная безрассудность. Но питать подобные мечты на пороге тридцатилетия — не что иное, как жадность и глупость.

Разве этот мир не может принадлежать алчным глупцам? — Фэй Ли неотрывно сверлил Jade взглядом, и в этой сложной, глубокой бездне читалась сама его жажда власти.

Jade внезапно прозрело:

— Я и вправду недооценивал твои амбиции. Покушение на имущество моей семьи было лишь первым шагом? Оказывается, ты мешаешь заглотить весь Цимин целиком... Ха-ха-ха, чёрт возьми, до чего же смешно...

Смеясь, он вдруг резко замолк, лицо его помрачнело, а в глазах проступило отчаяние. Этот ублюдок ходил по канату, рискуя всем, что по праву принадлежало ему, Jade.

В чём дело?

Разъяренный Jade вцепился в аккуратно причёсанные волосы Фэй Ли, заставляя того запрокинуть голову:

— Мне плевать на твои безумные амбиции, но если ты уничтожишь дело всей жизни моей матери, уничтожишь всё, что принадлежит семье Пэй — я тебе этого не прощу. Даже занимая своё нынешнее положение, поверь, у меня найдётся тысяча способов лишить тебя жизни.

Фэй Ли облизнул пересохшие губы, сглотнул слюну, и на дне его спокойных, холодных зрачков зародился шторм:

— Я обещаю тебе.

Не желая больше говорить с этим одержимым безумцем, Jade потребовал:

— Какова же правда о той завещательной воле?

Завещание не было поддельным, всё в нём чистая правда... это было истинное и искреннее желание твоей матери...

http://bllate.org/book/31749/3876641