Готовый перевод This Isn't Scientific / Это антинаучно! Пророчества пройдохи: Глава 8

— Сяо Цзянь, почему ты в Цзиньчэне? — с немалым удивлением спросил Юй Шэньлю.

Хитро блеснув глазами, Хо Цзянь тут же нашёл оправдание:

— Э-э, я вышел в учебное путешествие!

— Что-то я не слышал, чтобы твоим учебным путешествием был Цзиньчэн, — Юй Шэньлю покачал головой. — Говори, в чём дело?

Поняв, что его вполне сносный довод разбили в пух и прах, Хо Цзянь немного сник, но тут же вновь обрёл бодрость духа. Он заявил:

— Дядя, ты же не забыл про историю с сестрой. Разве я не хотел помешать этой трагедии?

Мелкий паршивец! Юй Шэньлю беспомощно покачал головой:

— Тебе всего сколько лет, а уже лезешь в дела старшей сестры?

— В шестнадцать лет я уже не ребёнок, в древности в таком возрасте люди поди уже женились бы, — тихонько пробормотал Хо Цзянь.

— Всего лишь возраст пляшущих слонов, до совершеннолетия ещё несколько лет, сам подумай, ребёнок ты или нет? — Юй Шэньлю протянул руку и похлопал племянника по плечу. — Шу — взрослая женщина, она обязана сама отвечать за свои поступки, плохие они или хорошие, понимаешь?

Хо Цзянь и сам знал, что Юй Шэньлю прав, но всё равно продолжал бурчать:

— Неужели мы просто бросим сестру и ничего не сделаем?

— Успокойся, я видел этого мужчину, его характер долго сдерживаться не сможет. Твоя сестра не глупа, разобравшись в правде, она сама во всём разберётся, — утешал племянника Юй Шэньлю. — Какая молодая девушка не влюблялась в какого-нибудь мерзавца?

Слова эти прозвучали на удивление легко и игриво.

Однако Хо Цзянь обратил внимание на другое и сказал:

— Дядя, ты говоришь прямо как мой наставник!

Наставник ведь тоже так говорил: утверждал, что этот мужчина не сможет вечно подавлять свою истинную природу и очень скоро покажет своё истинное лицо перед сестрой. Но вот уверенность дяди основывалась на личной встрече с тем человеком и наведённой справках. И на фоне этого наставник, который, хоть и был невероятно крут, но сумел всё понять по одной лишь фотографии, казался ещё более... удивительным?

Услышав это, Юй Шэньлю вновь перевёл взгляд на Чэнь Юаня.

— Я Юй Шэньлю, — Юй Шэньлю сложил руки перед грудью в приветственном жесте, чувствуя некоторое замешательство.

Сидящий напротив юноша выглядел едва ли старше Хо Цзяня, но Хо Цзянь называл его наставником. Наставником в каком смысле? А раз Хо Цзянь утверждал, что этот парень пришёл к тем же выводам, что и он сам, то как этот человек вообще оказался замешан в истории с Хо Шу?

Впрочем, Юй Шэньлю вовсе не опасался, что у незнакомца могут быть дурные замыслы: будучи чиновником Государства Хуася, людей он оценивал всегда безошибочно. В глазах юноши не было ни тени лукавства, выражение лица — спокойное и мягкое, они сразу располагали к себе. Вот только отношения наставника и ученика не завязываются просто так, и оставалось загадкой, кто же этот парень на самом деле.

Старинный этикет. Заметив, как Юй Шэньлю приветствует его классическим поклоном со сложенными руками, Чэнь Юань в очередной раз убедился, что этот мир сохранил немало элементов древней культуры — будь то традиционные иероглифы или фэншуй. И подобная атмосфера ему очень нравилась. Сохраняя невозмутимый вид, он ответил аналогичным жестом:

— Чэнь Юань, — назвал он своё имя и, выдержав паузу, добавил: — Хо Цзянь пока ещё не мой ученик.

Стоило прозвучать этим словам, как Юй Шэньлю всё понял: ситуация оказалась донельзя простой — его собственный племянник просто привязался к человеку.

— Прошу прощения за беспокойство, — вздохнув, он вежливо выразил своё сожаление.

Чэнь Юань кивнул:

— Ничего страшного.

Сам же он подумал, что превратности человеческих судеб действительно непредсказуемы: встретить Хо Цзяня на улице, а в этом парке столкнуться лицом к лицу с его родным дядей. Судя по возрасту, Юй Шэньлю едва исполнилось тридцать — неужели поздний ребёнок?

— Скажите, не желаете погадать по иероглифу? — указав на бумагу и кисть, лежавшие на столе, Чэнь Юань не оставлял попыток заставить собеседника испытать судьбу.

Услышав повторное предложение погадать, Юй Шэньлю не стал отказываться, чтобы не выглядеть излишне жеманным. Он кивнул, взял кисть и вывел на бумаге иероглиф.

Глубокий.

Иероглиф из его собственного имени.

Сначала Чэнь Юань проникся симпатией к прямоте Юй Шэньлю, сочтя его человеком широких взглядов. Дождавшись, пока тот закончит писать, он в упор всмотрелся в написанный иероглиф.

По почерку человека всегда можно безошибочно определить его характер. Почерк Юй Шэньлю отличался благородным костяком — сразу видно, мастерская рука. Но главное заключалось в другом: на первый взгляд иероглиф казался простым, однако при внимательном рассмотрении в нём угадывался скрытый клинок. Можно было с уверенностью утверждать: этот человек обладает твёрдым, решительным характером, который предпочитает не выставлять напоказ. Вспомнив красную родинку на брови Юй Шэньлю, Чэнь Юань лишний раз убедился, что тот рождён для государственной службы — властвовать над массами и править целыми регионами.

Впрочем, отбросив всю эту сопутствующую информацию, если брать чисто гадание…

Указательный палец Чэнь Юаня опустился на написанный Юй Шэньлю иероглиф, и он неторопливо заговорил:

— Этот иероглиф состоит из двух частей. Левая — вода, её природа принадлежит Инь, а Инь символизирует женщину.

— Правую сторону можно истолковать как яму и дерево. Дерево в яме означает стеснение, а стеснение предвещает скорые неприятности.

— Судя по этому иероглифу, в ближайшее время вас ждут беды из-за женщины.

Хо Цзянь смотрел на иероглиф, слушал объяснения Чэнь Юаня и вдруг просветленно ахнул. Он тут же вставил:

— Наставник, выходит, если кто-то другой напишет этот иероглиф, его тоже настигнут беды из-за женщин?

Чэнь Юань покачал головой:

— Гадание по иероглифам — это вовсе не значит, что любое написанное слово имеет строго фиксированное значение. У каждого свой почерк, да и время гадания всегда разное, всё это приводит к совершенно иным результатам.

Различались даже сами методы толкования. Именно поэтому гадание по иероглифам по праву считалось самым сложным искусством в метафизике. Составление карт судьбы по дате рождения, фэншуй и геомантия — всё это казалось трудным, но базовые навыки при определённом усердии мог освоить даже человек без прочного фундамента. С гаданием же дело обстояло иначе: от толкователя требовалась истинная связь с метафизикой. В большинстве случаев они истолковывали увиденные знаки, опираясь лишь на своё «чутье», а людей, способных по-настоящему обладать подобной интуицией, были единицы на десятки тысяч. Именно поэтому люди вечно считали всех представителей этой профессии уличными шарлатанами. Простые бродячие предсказатели хватали лишь вершки и принимались дурачить народ, тогда как людей с подлинным талантом можно было пересчитать по пальцам.

Хо Цзянь мало что понял, но, глядя на выражение лица Чэнь Юаня, невольно проникся благоговейным трепетом.

— Дядя, предсказания наставника невероятно точны! Он лишь мельком взглянул на фотографию того мужчины и сразу сделал те же выводы, что и ты. А ещё он смог разглядеть мой прежний характер и то, что я болел, — принялся убеждать он Юй Шэньлю, упорно гнуя свою линию. Разве знание о грядущих неприятностях не повод заранее подготовиться?

Беды из-за женщины? Звучало как полнейший бред. Первой реакцией Юй Шэньлю было полное неверие: у него даже девушки не было, да и вряд ли какая-то дама осмелилась бы досаждать ему, откуда взяться женским бедам? И тем не менее он знал, что племянник не станет лгать, а значит, Чэнь Юань — далеко не простой человек. Быть может, и впрямь должно случиться нечто подобное?

— Я понял, — произнёс Юй Шэньлю, хотя на душе у него по-прежнему скребли сомнения.

Пусть даже этот мир сохранил немало древней культуры, но с развитием технологий ко всякого рода предсказаниям неизменно относились скептически. Шарлатанов в этой сфере крутилось слишком много, и после череды разоблачений люди стали сомневаться в самой возможности верить гаданиям. Именно так рассуждал и Юй Шэньлю. Даже зная, что на свете действительно существуют невероятно точные и мистические прорицатели, ему было трудно поверить, что сидящий перед ним юноша — один из таких чудесных мастеров.

Чэнь Юань прекрасно понимал мысли Юй Шэньлю и нисколько на него не сердился. До тех пор пока он прочно не заслужил имя, большинство людей наверняка будут относиться к нему именно так: со скепсисом, желанием поверить, но в итоге оставляя все сомнения при себе.

Никакой проблемы в этом не было. В конце концов, информацию Юй Шэньлю он дал о событиях, которые произойдут в самом ближайшем будущем.

Всё упиралось в другое…

— С вас пятьсот юаней, — Чэнь Юань протянул раскрытую ладонь к Юй Шэньлю.

Хо Цзянь аж подпрыгнул от неожиданности: вчера-то было всего двадцать юаней, с чего вдруг цена подскочила до пятисот? Цены менялись слишком быстро! Он уже хотел что-то сказать, но Чэнь Юань словно бы почувствовал это и бросил на него мимолётный взгляд. В глазах наставника не было ни капли жадности — лишь абсолютное спокойствие. И Хо Цзянь странным образом лишь открыл рот, не издав ни звука.

Пятьсот юаней для Юй Шэньлю не составляли большой суммы, к тому же у наставника наверняка были свои резоны.

Юй Шэньлю, разумеется, заметил переглядывания Чэнь Юаня и Хо Цзяня, сделав определённые выводы, однако ломаться не стал. Независимо от того, верил он в гадание или нет, раз человек потратил свои силы, за это полагалось заплатить. Судя по всему, это был первый заработок Чэнь Юаня за сегодняшний день?

— С почином, — достав портмоне и отсчитав пятьсот юаней, Юй Шэньлю протянул деньги Чэнь Юаню с добрым пожеланием.

— Благо за доброе слово, — забрав деньги, Чэнь Юань почувствовал прилив хорошего настроения: удачное начало — верный знак того, что день выдастся отличным, разве нет?

— Сяо Цзянь, ты сегодня отправишься с… Мастером Чэнем? Или вернёшься со мной? — судя по виду Хо Цзяня, он изрядно потрепал нервы старшей сестре и теперь болтался без дела. Юй Шэньлю хоть и знал, что племянник не пропадёт, но всё же считал своим долгом присмотреть за пареньком.

Прежде чем Хо Цзянь успел ответить, Чэнь Юань опередил его:

— Зови меня просто Чэнь Юань.

Хотя некоторые люди прежде и величали его Мастером Чэнем, из уст Юй Шэньлю это прозвище прозвучало как-то уж очень неестественно.

Услышав это, Юй Шэньлю кивнул, показывая, что понял.

— Э-э… — Хо Цзянь немного подумал и посмотрел на Чэнь Юаня. — Я всё же хочу остаться с наставником.

Рядом с Чэнь Юанем можно было увидеть столько удивительных вещей, упустить такую возможность — настоящее преступление!

— А где вы остановились?

— В постоялом дворе вместе с наставником, — честно ответил Хо Цзянь.

Однако Юй Шэньлю уловил в словах скрытую деталь: постоялый двор, а не отель — это значило, что жили они не в самых лучших условиях.

Слегка нахмурившись, он предложил:

— Как насчет того, чтобы вам обоим перебраться ко мне? У меня в Цзиньчэне есть пара свободных квартир.

Безопасность прежде всего, её нужно было гарантировать.

Хо Цзянь посмотрел на Чэнь Юаня, всем своим видом давая понять, что решение за ним.

Чэнь Юань не собирался умышленно морить себя лишениями. В конце концов, выбрав постоялый двор, он руководствовался лишь тем, что у него не было документов на руках да и лишних денег в кармане. Раз уж подворачивались куда более комфортные условия, он не собирался заниматься аскетизмом ради каких-то там тренировок духа. Поэтому он кивнул.

Для начала сойдёт — почему бы не воспользоваться гостеприимством Юй Шэньлю, чтобы поскорее закрепиться в этом месте, а долг потом можно будет вернуть.

Именно так решил для себя Чэнь Юань.

http://bllate.org/book/31659/3863486