Готовый перевод The Strong Breed: The Real Hudson / Сильные виды: Опасное притяжение: Глава 13

Чжэн Цяо заглянул на кухню и увидел, что Чжоу Юньтан в фартуке готовит еду.

— Ну как? Сексуально?

Чжэн Цяо улыбнулся:

— Ты ещё и готовить умеешь?

— Недооцениваешь меня, — ответил Чжоу Юньтан, нарезая овощи. — Как думаешь, кто готовил всё то, что ты ел в последнее время?

На этот раз Чжэн Цяо действительно немного удивился:

— Я думал, это доставка.

— ...Ну надо же, метать бисер перед слепыми.

Слова прозвучали с некоторым подтекстом, но капитан Чжэн, прямой как палка от швабры, очевидно, думал совсем о другом. С улыбкой подойдя ближе, он спросил, не нужна ли помощь.

— Ты умеешь готовить?

— Умею.

До того, как у его отца случилась беда, Чжэн Цяо действительно ничего не умел, но потом научился всему.

— Да от тебя и не требуется, — сказал Чжоу Юньтан. — Тебе ведь скоро на смену, и опять на всю ночь. Ступай приляг пока, я позову, как всё будет готово.

Чжэн Цяо чувствовал себя немного неловко, но Чжоу Юньтан настойчиво его выпроваживал:

— Ты здесь только мешаешь мне готовить.

Он не стал спрашивать, в каком смысле «мешает», а Чжоу Юньтан и не стал объяснять.

Когда Чжоу Юньтан вынес на стол простые домашние блюда, Чжоу Юньтан играл с двумя собаками.

— Лепить пельмени уже времени не было, так что я просто парочку блюд сообразил, — сказал Чжоу Юньтан. — Не обессудь.

— С чего бы? Поесть уже за счастье.

Чжоу Юньтан не стал церемониться, вымыл руки и сел за стол.

Еда оказалась очень вкусной, а рис — рассыпчатым и ароматным.

Чжоу Юньтан спросил Чжоу Юньтана:

— С какой начинкой ты больше всего любишь пельмени?

— Да любые люблю, но на Новый год мама всегда лепила с тремя деликатесами. А ты?

— А я как раз больше всего люблю с тремя деликатесами.

Они перекидывались незначительными фразами, и лишь когда трапеза почти подошла к концу, Чжоу Юньтан запоздало спросил:

— С чего это ты на Новый год остался один?

Рука Чжоу Юньтана, державшая палочки, на мгновение замерла, но он не поднял головы:

— Кто тебе сказал, что я один? Вот ты уйдешь, и я тоже уйду.

Они вместе поужинали в канун Нового года, после чего Чжоу Юньтан заглянул в больницу и отправился на дежурство.

Для Чжоу Юньтана это был далеко не первый раз, когда приходилось дежурить в новогоднюю ночь, да и для Чжао Ди тоже.

Они совершали обычный обход и в половине второго ночи вернулись в участок, где Чжао Ди бросил Чжоу Юньтану шоколадку.

— С Новым годом, напарник.

Чжоу Юньтан с улыбкой поблагодарил его и уже собирался развернуть нежную обертку Dove, как увидел, что в отделение входит знакомый человек с термосом в руках.

— О, босс Чжоу?

Чжао Ди тоже заметил Чжоу Юньтана.

— С Новым годом, — с улыбкой поприветствовал Чжао Ди Чжоу Юньтан. — Ночка выдалась на удивление спокойная?

— Угу, и не говори, на редкость тихая, обычно по праздникам всегда такой дурдом, — Чжао Ди был в неплохом настроении. — Ваши ребята из Пятой улицы в последнее время ведут себя хорошо, я очень доволен.

Чжоу Юньтан громко рассмеялся и перевел взгляд на Чжоу Юньтана.

— Наступил Новый год, я принес вам пельмени.

Время уже перевалило за полночь, и издалека доносились звуки хлопушек и фейерверков.

Чжоу Юньтан открыл термос: оттуда шел густой пар, пельмени выглядели так, будто их только что слепили.

Чжао Ди приятно удивился.

Его мама лежала в больнице, и его собственный девиз по жизни сводился к фразе «главное — выжить». Никакой доставки в тридцать первый день года не было, перед выходом из дома он перекусил лапшой быстрого приготовления, так что при виде пельменей у него чуть на глаза не наворотились слезы.

— Босс Чжоу, пусть добро вернется тебе сторицей.

Чжоу Юньтан улыбнулся и достал из другого пакета одноразовую посуду для обоих:

— Говорите потише, я принес всего на пробу, если услышат в соседней комнате и прибегут отбирать — я не виноват.

— Капитан Чжэн, ери пока горячее.

Чжоу Юньтан подошел ближе, зажал палочками пельмень, и в этот момент прямо над ухом раздался тихий-тихий шепот:

— С тремя деликатесами.

В это мгновение Чжоу Юньтану даже показалось, что вокруг стало как-то по-домашнему уютно.

Уютная атмосфера продержалась недолго: не успели они доесть пельмени, как зазвонил телефон дежурного.

Чжао Ди протянул руку трубке, и выражение его лица мгновенно изменилось.

Положив трубку, он отложил палочки:

— Чжоу, погнали.

Чжоу Юньтан схватил фуражку, готовый следовать за ним:

— Куда?

Чжао Ди бросил свирепый взгляд на Чжоу Юньтана и, чеканя каждое слово сжатыми зубами, произнес:

— Пятая улица.

Полицейская машина мчалась по пустым улицам среди ночи первого дня нового года, а следом за ней неотступно шла Майбах.

Мчась на Пятую улицу, Чжоу Юньтан позвонил Сунь Хао.

— Что там у вас происходит? — в голосе Чжоу Юньтана звенели ледяные нотки, это был явно допрос с пристрастием.

— Брат, сегодня я уже ничего не могу поделать, это Ци Юэе с кем-то схлестнулся.

— Ци Юэе? — Чжоу Юньтан удивился. — Он тоже туда заявился?

— Угу, похоже, этот его благоверный в клубе с кем-то начал зажиматься, вот он их и застукал.

— ...Твою мать.

Чжоу Юньтан вспомнил этого вечно строящего из себя целомудренного небожителя артиста и Ци Юэе, который при всей своей солидности и смазливой внешности вечно стелился перед тем человеком. Ярость в груди вспыхнула сама собой.

— Да всё нормально, брат, я уже взял всё под контроль, сейчас обе стороны мирно беседуют. Твою мать!

Секунду назад всё было мирно, но в следующую секунду Сунь Хао подпрыгнул на месте.

Чжоу Юньтан сразу понял: мирно тут и не пахло.

Он до упора вдавил педаль газа и резко обогнал ехавшую впереди полицейскую машину — нужно было обуздать Ци Юэе до того, как туда завалятся Чжоу Юньтан с напарником. Тот парень обычно выглядел сама любезность, но когда доходило до дела, превращался в бешеную собаку.Стоило ему обогнать их, как Чжао Ди снова недовольно поморщилась:

— Что это он удумал? Это случаем не воспрепятствование официальной деятельности? Он что, всерьез думает, что смог подкупить меня тарелкой пельменей?

Чжэн Цяо бросил взгляд на едущую впереди майбаховскую иномарку, слегка нахмурился, а затем услышал, как Чжао Ди добавила:

— Этот Чжоу Юньтан — тот еще фрукт, ничего хорошего от него не дождешься.

Чжоу Юньтан прибыл на место на десять секунд раньше полицейской машины.

— Музыку выключить, — бросил он на ходу, прежде чем подняться наверх.

По приказу босса музыка тут же умолкла, и шумный мир мгновенно погрузился в тишину.

Несмотря на канун Нового года, в ночном клубе все еще оставалось немало людей — в основном приезжие молодые люди, которые не уехали домой и собрались здесь вместе, чтобы повеселиться.

Широким шагом преодолев лестницу, Чжоу Юньтан направился прямиком на второй этаж, но кто-то схватил его за рукав:

— Брат, он внизу.

Проследив за взглядом Сунь Хао, Чжоу Юньтан действительно увидел на первом этаже в одном из диванранков мужчину, стоявшего на коленях.

Было очевидно, что на коленях стоял вовсе не «небожитель» Хан Хан и не Ци Юэе.

В этот самый момент в дверь вошли Чжэн Цяо и Чжао Ди:

— Поступил вызов, что здесь началась драка. В чем дело?

Первый этаж Пятой улицы занимали сцена, танцпол и диванранки. К этому моменту многие посетители уже разошлись по сторонам, а около мягких уголков валялись осколки бутылок и опрокинутые столы — вокруг царил полный беспорядок.

Ци Юэе, закинув ногу на ногу и с ледяным выражением лица, сидел на диване. Перед ним, опустив головы, стояли тот самый «художник» и его никчемный сожитель, который теперь стоял на коленях и, заливаясь слезами, молил о пощаде.

— Сунь Хао! — рявкнул Чжоу Юньтан. — Объясни обоим офицерам, что здесь произошло!

Его пронзительный взгляд скользнул по Хан Хаю, а пока Сунь Хао вводил всех в курс дела, он развернулся и направился к Ци Юэе.

Лицо Ци Юэе было чернее тучи, от него так и везло аурой «я чертовски зол, не подходите ко мне на пушечный выстрел», и даже появление Чжоу Юньтана не заставило его смягчить выражение лица.

Чжоу Юньтан закатил глаза, подумав про себя: неужели этот сорванец не мог найти другого места для своих разборок? По крайней мере, черт побери, не в такой же день!

Подойдя ближе, он уселся прямо рядом с Ци Юэе:

— Какая ситуация?

— Сам как думаешь? — Ци Юэе в упор пялился на своего мелкого бойфренда. Тот и правда был чертовски хорош собой: белокожий, утонченный, с алыми губами и белыми зубами, с полудлинными волосами — в белом костюме он вылитый небожитель. Ци Юэе действительно души в нем не чаял: в обычное время он боялся лишний раз до него дотронуться, а не зная, как еще угодить любимому, попросту засыпал его деньгами.

Этот мелкий «художник» — какой из него к черту художник? Ци Юэе давно знал, что у того нет ни таланта, ни способностей, но раз у человека есть мечта, любой порядочный парень обязан сделать всё возможное, чтобы помочь ее осуществить.

Ци Юэе задействовал все свои связи, чтобы пристроить его в ученики к именитому мастеру. Не скупясь на огромные деньги, он устраивал для него одну персональную выставку за другой. Когда картины парня не раскупались, Ци Юэе, боясь расстроить возлюбленного, скупал их сам по баснословным ценам анонимно. Он вознес этого человека до уровня настоящего творца.

И что в итоге?

А в итоге этот тип на его же деньги выпивает с другими мужиками и снимает номера в отелях. Если бы сегодня Сунь Хао случайно не заметил их и не позвонил ему, он бы еще неизвестно сколько ходил с рогами.

В тот момент он сидел дома и играл с дедом в маджонг, но, схватив телефон, выбежал из дома, даже не натянув куртку.

Пока атмосфера здесь оставалась напряженной, Чжэн Цяо и Чжао Ди уже во всем разобрались.

Чжэн Цяо хотел подойти, но Чжао Ди остановила его, потянув за рукав:

— Я сама.

Подойдя ближе, Чжао Ди окинула взглядом присутствующих у диванранка:

— Кто первый начал драку?

Сидевший на диване Ци Юэе поднял на нее взгляд и выдал с наглым, заносчивым видом:

— Я.

Их взгляды встретились. Чжао Ди провела кончиком языка по внутренней стороне щеки, достала наручники и прямиком направилась к Ци Юэе, с ходу защелкнув их на его запястьях.

Не умеешь вести себя тихо в праздники — сейчас эта девчонка быстро тебя научит порядку!

— …Офицер Чжао, неужели обязательно так радикально? — поднялся на ноги Чжоу Юньтан. — Он же больше не буянит, всё ведь уладилось?

— Ты еще кто такой? Тоже решил в бунтари записаться? Тогда отправляйся с нами писать объяснительную.

Чжоу Юньтан тут же захлопнул рот.

Чжао Ди дернула Ци Юэе за руку, заставляя подняться:

— Живей! Хватит мяться. Больше всего на свете я терпеть не могу таких, как вы: стоит напиться, как сразу забывают, как их зовут!

Запястья Ци Юэе были скованы наручниками, и когда Чжао Ди потянула его за собой, он резко взмахнул рукой, чуть не затащив потерявшую бдительность девушку прямо в свои объятия.

В его глазах плескалась ярость, когда он ткнул пальцем в стоявшего в стороне «маленького художника»:

— Жди меня здесь.

Затем он опустил взгляд на человека, который по-прежнему стоял на коленях:

— И ты тоже. Я вас обоих живьем не оставлю.

Нахмурившись, Чжао Ди ткнула его в поясницу дубинкой:

— Ты что удумал? Угрозы прямо при мне распускаешь? Смелости тебе не занимать!

Ци Юэе посмотрел на нее, ничего не ответил и в сопровождении наручников направился к выходу.

Чжао Ди ушла вместе с Ци Юэе, а Чжэн Цяо бросил оставшимся участникам инцидента:

— Оба за мной, живо!

Те двое оказались послушными: один с виноватым, сникшим видом, а второй с размазанными по лицу слезами и соплями, понурив головы, поплелись за Чжэн Цяо к выходу.

Чжоу Юньтан тоже направился вслед за ними, но перед уходом бросил Сунь Хао:

— Приберитесь здесь. Всем пострадавшим сегодня клиентам выставь по две бутылки алкоголя за счет Пятой улицы в качестве извинений, а к каждому столу отправь по фруктовой тарелке. Пожелай всем счастливого Нового года.

http://bllate.org/book/31649/3861463