Готовый перевод My Organs Fell for You First / Мои органы влюбились в тебя раньше меня: Глава 12

Поддерживать пристойный внешний вид и хорошие манеры в любое время — для него это было крайне важно.

Вот только когда он поднял стакан и запрокинул голову, чтобы выпить молока, Се Ян, подавившийся мясной сосиской, внезапно толкнул его, из-за чего весь стакан выплеснулся ему прямо на лицо.

Никакой пристойности и элегантности не осталось! В ярости он отвесил Се Яну затрещину. Се Ян отрыгнул из глубины горла кусок сосиски, который угодил прямо в затылок Гу Юньлану.

У Чэнь Вана с утра совсем не было аппетита, и ел он мало. Взяв чашку кофе, он сел рядом с Гу Саем и, помрачнев, молчал.

Гу Сай огляделся вокруг: свободных мест оставалось еще много, и он никак не мог взять в толк, почему Чэнь Ван уперся и решил сесть именно рядом с ним. Он неторопливо ел, а Чэнь Ван в упор, без всякого смущения, пялился на него.

Спустя какое-то время Чэнь Ван выпалил безо всякого предисловия: — Я… согласен.

Гу Сай: — А? С чем согласен?

Чэнь Ван так разозлился, что чуть не ударил кулаком по столу: — С чем, по-твоему, согласен? Хватит притворяться дураком, только не задирайся слишком сильно: сколько мы продержимся вместе, решать мне, и даже если не сложится надолго, не устраивай сцен, я на это не куплюсь.

Гу Сай похлопал глазами, добрых полминуты пробыл в полном недоумении, а затем до него дошло, и он просветлел лицом: — А, ты про то, чтобы объединиться в команду! Без проблем, давай тогда вместе с сестрицей Мяомяо. Как раз сестрица Мяомяо говорила, что втроем у нас больше шансов на победу. Не переживай, как только доберемся до этапа выбывания, мы разделимся, я знаю правила и скандалить не буду.

Чэнь Ван: ……

Если бы взглядом можно было убить человека, он бы сейчас наверняка загрыз Гу Сая насмерть.

Ему казалось, что Гу Сай в прошлой жизни был свиньей, которую он съел, а в этой переродился, чтобы отомстить ему.

После завтрака они вошли в Девятислойную Башню.

Это было высотное здание о девяти этажах, однако внутреннее пространство здесь оказалось намного-намного просторнее обычных башен. Особенно на первом этаже, площадь которого составляла более десяти тысяч квадратных метров, причем с каждым новым ярусом площадь уменьшалась.

На каждом этаже требовалось выполнить соответствующее задание и собрать положенные серебряные монеты, чтобы подняться выше. Серебряные монеты были валютой Девятислойной Башни, и за них не только поднимались наверх, но также покупали еду и реквизит.

Режиссер объяснил все нюансы правил, и началась прямая трансляция.

Как водится, сначала поприветствовали зрителей, затем зачитали рекламный текст от золотого спонсора и официально приступили к первому испытанию.

— Уважаемые гости, видите тот сверхдлинный коридор? В самом его конце стоит запертый на кодовый замок ящик, а в нем лежит серебряная монета. Код спрятан на веере рядом с ящиком, стоит только раскрыть складной веер, и вы увидите цифры.

Гу Сай вытянул шею и присмотрелся: на глаз коридор был метров сто длиной, и на дальнем его конце действительно стоял деревянный ящик, сверху подсвеченный красным софитом, что создавало напряженную и жутковатую атмосферу.

По обе стороны от деревянного ящика находились две большие железные клетки, в которых сидели восемь человек в черном. Все они были в солнцезащитных очках и с беспристрастными лицами, словно настоящие наемные убийцы.

Режиссер продолжил: — Однако, как только вы откроете складной веер, пойдет отсчет времени. Через десять секунд охотники в коридоре откроют клетки и бросятся за вами в погоню. Если вас догонят до того, как вы выбежите из коридора, серебряную монету заберут обратно, а если вы успешно выскочите из коридора, эта монета останется у вас.

В Девятислойной Башне в эту игру играли и раньше, поэтому зрители были знакомы с правилами.

[Осмелюсь заявить, что в этой игре братец Юньлан занимает первое место, и никто не посмеет назвать себя вторым.]

[Что касается физической силы и скорости, наш Юньлан всегда на высоте.]

[Это точно, я до сих пор помню, как впервые увидела, что Гу Юньлан играет в эту игру — бежал прямо как гепард. Столько тестостерона, столько сексуального напряжения, у меня от одного вида на несколько месяцев раньше начались критические дни.]

[Братец Юньлан бежит, волны одна за другой, у меня в глазах от этой тряски рябило.]

[Так хочется обладать выносливостью братца Юньлана, вот бы физическую силу можно было передавать воздушно-капельным путем.]

[Предыдущий оратор, поумерь свой пыл!]

Глава 17. Звучный пук, тихий пук

Под восторженные возгласы пользователей сети и подстрекательства режиссера Ма Гу Юньлан шагнул вперед и решил бросить вызов первым, чтобы, так сказать, послужить примером для остальных гостей.

Он подошел к ящику, взял складной веер, собрался с духом, шумно выдохнул и резким движением раскрыл веер.

В тот же миг в коридоре зазвучала сирена и начался обратный отсчет — удар за ударом, прямо как звонкий призыв к смерти, от одного звука которого на душе становилось тревожно.

Гу Юньлан высмотрел код, быстро ввел его, распахнул ящик, схватил серебряную монету и со всех ног бросился бежать.

Прошло всего две секунды после того, как он справился с задачей, как вышло отведенное время, и люди в черном наперегонки выскочили из клеток, стремительно бросившись в погоню за Гу Юньланом.

Гу Юньлан даже не оглядывался, он лишь не сводил глаз с выхода из коридора, мчась с предельной скоростью в безопасную зону, и преследователи не успели даже коснуться края его одежды.

Он победил, и серебряная монета досталась ему.

Его фанаты устроили в чате бурную овацию, а на площадке раздались громкие аплодисменты.

Лань Мяомяо захлопала в ладоши и цокнула языком: — Скорость учителя Гу просто поражает... Эй, Гу Сай, а в детстве он тоже так быстро бегал?

Гу Сай призадумался и ответил: — Ага. В начальной школе на спортивных состязаниях, будь то спринт, марафон или эстафета, он почти всегда занимал первые места.

Лань Мяомяо: — Вау, какая умница!

Гу Сай: — Угу, очень круто.

Сидевший рядом Чэнь Ван услышал это и покосился на Гу Сая. С каких это пор в тоне Гу Сай ему стали слышаться восхищение и трепет?

Подумаешь, быстро бегает! И что тут такого выдающегося?

В этот момент режиссер Ма спросил: — Кто бросит вызов следующим?

— Я. — Чэнь Ван вышел вперед и не преминул бросить на Гу Сая взгляд из серии ну-ка-погляди-на-меня.

С невозмутимым видом он остановился перед ящиком, правой рукой раскрыл веер, а левой уже принялся вводить пароль — не потерял ни секунды, причем держался донельзя спокойно, ничуть не поддавшись давлению сирены.

Достав монету из открытого ящика, он побежал обратно, а люди в черном выскочили из клетки и устремились за ним в погоню.

Желая заставить Гу Сая взглянуть на него по-новому и полюбить еще сильнее, он развил максимальную скорость. Правда, в шаге от безопасной зоны он внезапно остановился, оглянулся на тех восьмерых в черном, расплылся в улыбке и, поигрывая в руке серебряной монетой, продемонстрировал такой вызов, очевиднее которого и быть не могло.

[Нет, братец Ван, ты давай-ка шагай сюда!]

[Братец Ван, умоляю тебя, что за показуха в такой момент, беги уже в зону, а то поймают — и вся спесь слетит!]

Получив сигнал насмешки, люди в черном стиснули зубы и помчались еще быстрее. С тех пор как они появились на этом шоу, еще никто не смел бросать им такой вызов — для них это было оскорблением.

Бежавший впереди человек в черном уже почти схватил Чэнь Вана, но в тот самый момент, когда он протянул руку, Чэнь Ван сделал шаг назад и пересек черту безопасной зоны.

Преследователи резко затормозили и с глухим стуком врезались друг в друга кучей-малой.

— Вау! — Лань Мяомяо и Гу Сай воскликнули в один голос.

Чэнь Ван остался весьма доволен собой: с серебряной монетой в руке он развел руки в стороны, пожал плечами, наслаждаясь моментом всеобщих аплодисментов, и с наглым видом выдал: — И это все? Ну надо же, какое ничтожество.

Ха, после моего только что сногсшибательного выступления Гу Сай наверняка сражен наповал, того глядишь, ночью вспомнит — и носом пойдет кровь.

Гу Юньлан скрестил руки на груди, бросил на него быстрый взгляд, затем перевел глаза на хлопающего Гу Сая, и выражение его лица стало каким-то неопределенным.

[Мой братец Ван просто космос!]

[Я же говорил, братец Ван — универсальный боец, у него нет слабых мест.]

[Вот только детей рожать он не умеет.]

Гуань Юйцзя поспешил подлизаться: — Братец Ван, ты такой крутой, настоящий мачо! Как ты так раскачался, научи меня, а?

Как сильно Чэнь Ван хотел бы, чтобы эти слова ему сказал Гу Сай! Жаль только, что это был этот надоедливый прилипала.

Он раздраженно бросил: — Сам иди учись у тренера.

Гуань Юйцзя возразил: — Но мне кажется, что тренер учит всякой ерунде.

Чэнь Ван: — С чего это ты вдруг заговорил о себе в таком духе?

Гуань Юйцзя: ？？？

[Ха-ха-ха-ха, так вот эта ерунда — это и есть Гуань Юйцзя.]

[Ну и язычок у братца Вана, так прикусит губу, что сам же от собственного яда и окочурится.]

В прошлый раз Се Ян проиграл в этой игре, а теперь, увидев, как Гу Юньлан и Чэнь Ван победили с такой легкостью, он решил, что людей в черном заменили на каких-то слабаков.

Поэтому он вызвался добровольцем и решил испытывать удачу третьим.

Захватив серебряную монету, он добежал до середины пути, но его уже почти настигли: оказывается, никто никого не заменял, просто разница в силе между ним и первыми двумя участниками была слишком колоссальной.

Тем не менее, он не собирался сдаваться просто так и в двух-трех метрах от безопасной зоны внезапно подпрыгнул, пытаясь выехать за счет инерции.

Однако он переоценил свои силы: корпус-то вылетел, а вот ноги остались позади линии.

Видя, как преследователь вот-вот ухватит его за щиколотку и утащит назад, Лань Мяомяо внезапно вцепилась Се Яну в волосы и выдернула его вперед.

— А-а-а-а! — заорал Се Ян. Пусть победа выглядела не слишком презентабельно, но свою серебряную монету он все-таки добыл.

Поднявшись с земли и массируя саднящую макушку, он скривился и сквозь зубы, крайне неохотно, выдавил из себя благодарность Лань Мяомяо.

Лань Мяомяо отряхнула руку от выдранных волос и поинтересовалась: — Я оказала тебе такую услугу, а ты в ответ отделался простым спасибо?

Се Ян: — А что еще? Разве спасибо — это мало?

Алые губы Лань Мяомяо изогнулись в улыбке, и она погрозила пальчиком: — Мало. Я хочу большего.

Се Ян: ……

[Лань Мяомяо что, заставит Се Яна жениться на ней на словах и в деле?]

[Исключено, абсолютно исключено, мамочка не позволит своей дочке любить такого типа!]

[Какого такого типа? Се Ян, конечно, выглядит слегка гнусновато, мыслит распутно, моральный облик оставляет желать лучшего, а морщин на лбу маловато... то есть многовато, но в остальном он вполне ничего себе парень, между прочим.]

[А что, есть что-то еще?]

Се Ян уставился на улыбающуюся Лань Мяомяо и слегка растерялся: — Чего? Чего ты от меня хочешь?

Лань Мяомяо подалась к нему ближе: — Хочу, чтобы ты отблагодарил меня как следует.

Се Ян, похоже, уловил намек Лань Мяомяо: девчонка либо положила на него глаз, либо хочет пропиариться за его счет как пара на экране — в любом случае, какой бы ни была причина, он был только рад подыграть.

Поэтому он снова нацепил свою фирменную гнусную ухмылочку и спросил: — И как же отблагодарить?

Лань Мяомяо: — Назови меня папочкой.

Се Ян: ……

[Ха-ха-ха-ха-ха, я так и знал! Разве могла моя сестрица Мяомяо позариться на импотента Се Яна!]

[Ее фирменный стиль во всей красе. Молчание Се Яна было оглушительным.]

Когда настала очередь Гуань Юйцзя добывать серебряную монету, он прекрасно понимал, что в беге ему соглядатаев не опередить, так что ни на что не рассчитывал и хотел лишь отделаться для галочки. Скорость он развивать не собирался, делая упор исключительно на изящество поз — выглядеть максимально круто при любых обстоятельствах.

http://bllate.org/book/31601/3856421