Готовый перевод Can't I Be Your Younger Brother / Горький дым первой любви: Не хочу быть младшим братом: Глава 7

Это были последние слова, которые его отец оставил ему перед тем, как закрыть дверь. Глядя на то, как мачеха и её никчёмный сынок стоят у входа, словно на посту, и вовсю машут флагами в поддержку его отца, Ин Байюнь, который уже хотел было что-то сказать, резко развернулся и ушёл.

Заметив это, доносившиеся из-за спины всхлипывания женщины стали ещё громче.

Привычным путём пройдя через квартал богатых особняков, Ин Байюнь поймал первое попавшееся такси. Салон машины пропах кожей вперемешку с каким-то незнакомым парфюмом, от этого запаха у Ин Байюня в висках запульсировало. Назвав водителю адрес, он приоткрыл окно.

Яростные порывы ветра ворвались в салон сквозь оконный проём, а Ин Байюнь, съёжившись на сиденье, с презрительным прищуром разглядывал зажигалку в руке.

Тёмный корпус ярко блестел в лунном свете, словно окутанный тонкой дымкой сияния. Это был подарок отца на его совершеннолетие. Говорили, что отец выкроил время среди бесчисленных забот и лично вырезал на металле надпись.

Моему сыну Байюню: пусть каждый день приносит радость, с восемнадцатилетием.

Вспомнив слова отца, Ин Байюнь с силой потёр неровную поверхность корпуса. Те воспоминания, которые он так старался не забывать, вместе с багровыми от слёз глазами отца остались в том доме.

За окном не утихал бурный ветер. Ин Байюнь внезапно разжал пальцы, и зажигалка, проведшая с ним почти четыре года, вот так стремительно исчезла в ночной мгле.

Сегодня вечером служба погоды передала штормовое предупреждение: двойфутайфун, состоящий из тайфунов Сынфэн и Ляньюнь, приближается к нашему побережью. Убедительно просим горожан соблюдать осторожность в поездках и избегать...

Раздался резкий треск помех, и прерывающийся голос радиостанции внезапно смолк. Ин Байюнь опустил взгляд на индикатор заряда телефона и откашлялся.

Уважаемый водитель, будьте добры, подзарядите мой телефон.

Сидящий впереди шофёр быстро взял гаджет. Аккуратно примерив штекер зарядного устройства, он виновато улыбнулся Ин Байюню:

Прошу прощения, братишка, боюсь, моя зарядка к твоему не подойдёт.

Ин Байюнь поднял глаза на старенькую раскладушку в руках водителя и на мгновение замолчал. Взяв телефон обратно, он перед самым отключением отсканировал QR-код, наклеенный на спинку сиденья, и заранее перевёл плату за проезд.

Выйдя из WeChat, удалив фотографии и убедившись, что никакой личной информации больше не осталось, Ин Байюнь положил телефон на переднее сиденье.

Поступление средств в WeChat: десять тысяч юаней.

Следом в салоне раздался механический женский голос. Водитель слегка нажал на тормоз и в шоке обернулся:

Парень, ты чего...

Ин Байюнь отвёл взгляд к окну, и его тихий голос прозвучал глухо и отстранённо:

Если кто-то позвонит по этому номеру, скажите, что хозяин телефона уехал из этого города. Это вам вознаграждение.

Машина наконец остановилась у многоквартирного дома.

Получив неожиданное богатство, водитель сначала хотел повернуть к полицейскому участку, но этот щедрый благодетель совсем не выглядел шутником — скорее уж походил на богатого мажора, который с жиру бесится и раздаёт деньги направо и налево. В итоге шофёр послушно довёз спонсора до пункта назначения по навигатору.

Вот только здешние условия для жизни разительно отличались от его прежнего района: на обочинах громоздились горы мусора, у нескольких уличных магазинчиков даже не было вывесок, а перед единственной торговой точкой с горящим светом сидела компания пьяных работяг, громко гнусавивших на непонятном загородном диалекте.

Приехали, братишка.

Заметив шатающегося бродягу, неизвестно откуда вынырнувшего из темноты, таксист поспешно разблокировал двери, опасаясь неприятностей. Ин Байюнь коротко бросил в ответ слово, толкнул дверцу и вышел. Холодный пронизывающий ветер забрался под воротник, пробирая до кожи. Он слегка топнул на месте и поднял голову, оглядывая этот не слишком-то близкий его сердцу дом.

Бросив один-единственный взгляд, он тут же отвёл глаза.

Госпожа Цзян Минь, судя по всему, заранее знала, что этот день настанет. Перед тем как улететь за границу в поисках свободы, она на его имя купила небольшую двухкомнатную квартиру с гостиной. Жизнь показала, что это было чуть ли не единственным полезным делом, совершённым ею после развода с Ин Фэном.

Эй, ты... ты... новенький?

Только Ин Байюнь принялся возиться с железным замком на входе в подъезд, как сбоку донёсся заикающийся мужской голос. У Ин Байюня не было настроения разговаривать, и он молча сдвинулся в сторону.

Он уже и забыл, когда приезжал сюда в последний раз. Наверное, тогда, когда врезал своему никчёмному братцу, после чего Ин Фэн точно так же велел ему катиться.

Только вот в тот раз Ин Байюнь покатился недостаточно решительно, всё ещё надеясь, что отец явится за ним.

Зато на сей раз он выкатился до того резво, что даже забыл ключи.

Ты... из какой бригады? Как же так... даже такую плёвую вещь, как взлом... взлом замка, осилить не можешь? Неудивительно, что... что одет так легко, видать, даже... ип-ип... ничего украсть не удаётся.

Бродяга долго наблюдал со стороны, пока не увидел, как Ин Байюнь с раздражением резко дёрнул за замок. Презрительно усмехнувшись, он принял легко одетого Ин Байюня за коллегу по ремеслу и, заикаясь на каждом слове, решил вставить свои пять копеек ради насмешки.

Ин Байюнь повернул голову и наконец соизволил оглядеть собеседника: хуже некуда разбитая обувь, дешёвые чёрные штаны, которые обтягивали ноги словно кусок вяленого мяса.

Переведя взгляд выше, он заметил уникальный отличительный знак на его рваной одежде, после чего бросил на бродягу странный взгляд. Засунув руки в карманы, он неторопливо открыл рот:

Где взял эту одежду?

Украл... тьфу... старший... подарил.

Бомж скрестил руки на груди и с виноватым видом отступил на пару шагов назад, но при упоминании старшего задрал подбородок с изрядной гордостью. Растрёпанные наподобие птичьего гнезда волосы закрывали его бегающие глаза.

Ин Байюнь окинул его взглядом, и голос его прозвучал безмятежно:

Откуда у твоего старшего ключи?

Несколько месяцев его не было дома, а единственная пижама из спальни уже красуется на бродяге — нетрудно представить, в какое состояние превратился его дом.

Никто и в грош его не ставил, а теперь они ещё и обнаглели настолько, что приходят сюда красоваться перед ним.

Глядя на стоящего перед ним парня, бродяга издал хридкий смешок. Окинув Ин Байюня оценивающим взглядом, он заикающимся голосом выдал:

Ты... раз уж в этом деле крутишься, да... этого даже не знаешь, и... за-за-зачем тебе вообще ключи?

Ин Байюнь на мгновение умолк.

Увидев это, бродяга поспешил развить успех:

Мой старший... уже по-поменял замок, теперь туда... никто не войдёт.

Ин Байюнь неторопливо окинул его взглядом, уголки его губ изогнулись в холодной усмешке:

Значит, новые ключи у твоего старшего? Веди меня к нему.

Услышав это, бомж снова оглядел Ин Байюня с ног до головы и с самым серьёзным видом покачал головой:

Ты... ты слишком хилый, меня-то... меня тебе ни за что... не повалить... так что и вступать...

http://bllate.org/book/31552/3850873