Когда вся процессия наконец расположилась на ночлег, уже наступил вечер. В Хэйхэ темнеет рано, поэтому люди быстро устроились на новом месте и один за другим разожгли печи.
Внезапно раздался звонкий звук разбитого стекла — не успели остальные опомниться, как в отряде из Губернского управления поднялся переполох. Было зажжено множество факелов и керосиновых ламп, и кто-то громко кричал и отчитывал подчиненных:
— Кто! Кто бросил камень?!
Задний двор Торгового дома Хэйхэ был тесным, так что виновника отыскали мгновенно.
Се Цзин и Бай Минъюй были препровождены в парадную залу.
Се Цзин был одет в плотный ватный халат, а Бай Минъюй — в легкую одежду, на которую была накинута лишь меховая безрукавка. Стоя там, он выглядел совершенно растерянным:
— Какое стекло? Что со стеклом?
На почетном месте в парадной зале восседал закутанный в меховой плащ Бай Жунцзю. Слегка кашлянув, он пил горячий имбирный чай, который ему только что подали.
Бай Минчжэ, вне себя от ярости, стоял впереди и едва ли не подпрыгивал на месте:
— Что со стеклом? Ты его и разбил!
Бай Минъюй опешил:
— Зачем мне разбивать стекло? Нет, я ничего не разбивал! Это не я!
— Не ты, так твои подручные! — Бай Минчжэ указал на Се Цзина. — Поймали с поличным! Когда его схватили, у него в руке еще камень был!
Бай Минъюй остолбенел и перевел взгляд на Се Цзина, внезапно вспомнив то, что тот говорил днем.
Се Цзин стоял молча, храня непроницаемый вид.
За всю дорогу он всё обдумал: чей бы то ни было тот ящик с патронами для маузера, он представлял собой источник опасности, а среди всех присутствующих именно Девятый господин остановился в самом приметном месте. Се Цзин не знал, что именно произошло в прошлый раз, но он был уверен в одном: стоило изменить ход событий, как и финал окажется совершенно иным.
Девятый господин допил половину чашки горячего имбирного чая и произнес:
— Семейный суд устраивать не стоит. Мальчишка просто балуется, ничего страшного.
— Девятый господин, младший брат нарушил правила, нужно же…
Бай Жунцзю махнул рукой и спокойно ответил:
— В дальних дорогах не до таких строгих правил. Даже если наказывать, пусть отдохнут ночь, а там разберемся завтра утром.
Бай Минчжэ был глубоко признателен. Он распорядился переселить Девятого господина в другую комнату, а затем лично водворил обоих нарушителей обратно.
Бай Минъюй, совершенно не понимая, за что его отчитали, уселся пить чай, но стоило чашке приблизиться к губам, как ему прилетела затрещина по макушке!
Бай Минъюй вытянул шею и возмущенно завопил:
— Брат, ты за что?!
Бай Минчжэ снова ущипнул младшего за ухо и сокрушенно произнес:
— За что? Учу уму-разуму за отца! Ах ты негодник! Вот почему ты последние дни был таким послушным и непрерывно носил вещи в Восточный двор, да еще так усердно зубрил тексты? Оказывается, всё это время ты вынашивал какой-то план, а?!
Бай Минъюй выглядел озадаченным:
— Какой еще план?
— Замышлял пакости! Вижу ведь, что у тебя на уме одни гадости! — Бай Минчжэ отобрал у него чашку, залпом осушил ее, сел и продолжил отчитывать брата. — Встань смирно! Ты всё-таки второй молодой господин из знатного дома, что за сутулая и разболтанная поза!
Бай Минъюй от досады принялся подергивать ногой, кутаясь в одежду.
Он знал, что старший брат не станет применять к нему суровые семейные наказания, как это сделал бы родной отец. Брат был добр к нему и с самого детства пальцем его не тронул.
Вдоволь отчитав младшего брата, Бай Минчжэ повернулся и приказал подойти Се Цзину. Лицо его при этом вытянулось пуще прежнего:
— И ты туда же! Тебя выбрали сопровождать молодого господина, так должен же ты был во всём его сдерживать, а не потакать любым глупостям! Разве можно было просто так взять и разбить тамошнее стекло?!
Се Цзин ответил чистую правду:
— Молодой господин не приказывал мне бить стекло, это была моя собственная идея.
Бай Минъюй: «...»
Маленький тиран Семьи Бай, годами бесчинствовавший в уезде Цинхэ, впервые в жизни ощутил горечь поражения — теперь в этой истории уже никак нельзя было разобраться.
Ранним утром один из управляющих из свиты Бай Минчжэ пришел поднять их с постели. Он передал слова того самого господина: мол, детские шалости не стоят наказаний и побоев, просто мальчишка от избытка энергии не знает, чем заняться, так что пусть пробежит пару кругов и выпустит пар. Когда поручение было передано, лицо Бай Минъямя превратилось в кислую маску, но ему пришлось выползать из теплой постели и отправляться на пробежку.
У Се Цзина была всего одна та самая парадная теплая одежда на вате. В прошлые дни, когда холода стояли особенно лютые, он частенько бегал, чтобы согреться. Здоровье у него было отменное, так что пара кругов пробежки не доставляли ему ни малейших хлопот.
Совсем другое дело — Бай Минъюй. Второй молодой господин, родившийся с серебряной ложкой во рту, сроду не ведал лишений и теперь держался исключительно на чистом упорстве.
Сперва они бегали по внутреннему двору Торгового дома Хэйхэ. Спустя два круга Се Цзин уже разминался, делая махи ногами, в то время как Бай Минъюй присел на корточки, упершись руками в колени, и тяжело дышал. Густые облачка пара вырывались из его легких, превращаясь в белые клубы тумана, а лоб покрылся испариной.
Сделав пару вдохов, Бай Минъюй внезапно произнес:
— Что-то здесь не так.
Се Цзин на мгновение прервал разминку, но отвечать не стал.
Бай Минъюй посмотрел на него со значительно большим упорством в голосе:
— Тут дело нечисто. Коу Пэйфэн, ты ведь что-то от меня скрываешь?
Се Цзин подумал про себя, что в этом отношении Бай Минъюй ничуть не изменился: умом он особо не блистал, зато чутье у него всегда было удивительно точным. Прикинувшись абсолютно наивным, он повернулся к нему:
— Молодой господин, о чем вы? Насчет вчерашнего разбитого стекла? Хотите, я пойду поговорю со старшим молодым господином? Это действительно была моя личная прихоть, молодой господин здесь совершенно ни при чем.
Се Цзин даже слегка засуетился — ему не терпелось узнать, позавтракал ли уже Девятый господин.
Бай Минъюй ухватил его за руку и с упрямым видом не отпускал, между ними завязался спор.
Поскольку они шумели, а двор сам по себе был небольшим, к ним быстро приблизился крепкий мужчина в черной меховой куртке.
На этот раз пришел человек из автомобильного отряда Губернского управления. Подойдя к ним вплотную, амбал с ног до головы окинул их оценивающим взглядом, остановился и громко произнес:
— Девятый господин только что сверху наблюдал, как вы тут наматывали круги, и заметил, что усталыми вы не выглядите... — его взгляд упал на переплетенные руки парней, он на секунду замолчал и продолжил: — Велел передать: поверните направо от выхода и сделайте еще один большой круг вокруг торгового дома!
http://bllate.org/book/31520/3846196
Сказали спасибо 0 читателей