Готовый перевод My Target is a Southerner / Мой парень — южанин: Неожиданная любовь: Глава 12

Ци Юэ: «О-о». Лицо — каменная маска.

Всё, приехали.

В голове у Ци Юэ творился настоящий хаос. Он и представить не мог, что ради выгоды люди способны доходить до такой степени исступления, ссорясь до покраснения лиц.

Ся Ян спросил, не хочет ли Ци Юэ в туалет. Тот отказался: Ци Юэ собирался прилечь на стол, чтобы вздремнуть и заодно обдумать свою жизнь.

Сам посудите: он мог бы спокойно лежать дома, собирать арендную плату и жить припеваючи, как ленивая рыбина, но упорно продолжал работать в Чансян. А всё потому, что здесь царила прекрасная атмосфера.

В этом месте собралась куча молодых людей, горящих любовью к новеллам, аниме и играм.

Ци Юэ до сих пор помнил, как в день получения письма о зачислении спросил у кадровика: У нас есть требования к одежде? Ну, там, униформа или что-то подобное?

Девушка из отдела кадров ответила: Нет, что вы! У нас в компании полная свобода в одежде, свобода интересов, а уж уровень принятия — и того выше. Хоть в юбке приходите, если захочется.

Но сегодняшнюю перепалку на совещании Ци Юэ видел впервые.

Телефон в кармане дважды завибрировал.

Ци Юэ смахнул со лба выбившиеся пряди, выпрямился и достал телефон.

Людей, которые писали бы ему по собственной инициативе, было мало. Открыв чат, он ожидаемо увидел сообщение от Цинь Юйхэ.

HE: [Ты до скольких сегодня задержишься?]

Ци Юэ бросил взгляд в сторону проектора. Автор первоисточника уже ушел, посторонних не осталось, а значит, дальше последует еще более суровое «собрание с критикой».

Ци Юэ скривил губы.

Ци Сяо Юэ: [Не знаю, начальство собирается прочитать еще одну вдохновенную лекцию.]

HE: [Фото]

Когда фото прогрузилось, Ци Юэ чуть не взвизгнул — это была его голографическая карточка!

У Ци Юэ глаза на лоб полезли, а уши сами собой встали торчком. Он же по рассеянности оставил карточку в машине!

HE: [Я через пару дней еду в старую усадьбу семьи Цинь.]

HE: [Если тебе срочно нужно, приедешь забрать?]

HE: [Мои родители говорят, что сто лет тебя не видели.]

Цинь Юйхэ, похоже, был совсем свободен: сообщения сыпались одно за другим.

Ци Юэ, которого пригласили, внезапно стал стесняться: [В праздники? Неудобно как-то, буду вас отвлекать.]

Цинь Юйхэ: [Раньше тебя это не смущало?]

Ци Юэ потер переносицу.

И то верно.

Раньше, в любые праздники, Ци Юэ любил приходить в семью Цинь со своей чашкой и ложкой, чтобы поесть на халяву. Он так часто появлялся, что за большим круглым столом в столовой для него уже по привычке держали персональное место.

О-о-о.

Ци Сяо Юэ: [Братец, я же теперь вырос, стал сознательным.] И кожа моя стала тоньше, стыдно же!

В другой части города Цинь Юйхэ аккуратно убрал драгоценную карточку Ци Юэ в витринный шкаф. Взглянув на такое милое сообщение, он беззвучно усмехнулся: честно говоря, ему хотелось, чтобы Ци Юэ оставался именно таким — не слишком сознательным.

***

В тот же день, после череды обсуждений, компания приняла решение временно приостановить производство «Десяти лет текущей воды», чтобы минимизировать ущерб для обеих сторон.

До праздника Весны оставалась неделя, и весь отдел был пропитан духом «давайте отложим всё до конца каникул».

Экзамен на постоянную должность у Ци Юэ и остальных тоже намечался уже после праздников.

Темп жизни замедлился, все вокруг готовились к встрече Нового года.

С тех пор как Ци Юэ отказался от приглашения в старую усадьбу семьи Цинь, они с Цинь Юйхэ не виделись лично.

Время пролетело незаметно, наступил канун Нового года.

Компания дала выходные с последнего дня уходящего года по седьмое число первого лунного месяца.

За два дня до каникул Ци Юэ выкроил время, чтобы раздать парные надписи жильцам своих квартир и арендаторам магазинов, лично поздравив каждого с наступающим праздником.

В центре города запускать фейерверки и петарды было запрещено, а работники-мигранты устремились в родные деревни.

В день кануна Нового года город стал тише, чем обычно.

Ци Юэ проспал до обеда, а потом навел в квартире идеальный порядок.

На праздничный ужин он сварил себе порцию замороженных пельменей, заварил лапшу быстрого приготовления с ветчиной и яичницей, а в дополнение заказал «семейное ведро» из Макдоналдса. Включив на планшете сериал, он усадил за стол своего кролика Беляша.

В этом году они встречали праздник вместе уже в девятый раз.

Поздравления от друзей в интернете посыпались как раз в тот момент, когда он приступил к еде.

Ци Юэ положил телефон на стол и пролистал список стандартных рассылок, среди которых обнаружилось сообщение с красным конвертом от HE.

Он открыл личный чат с Цинь Юйхэ.

Цинь Юйхэ прислал «кодовый» красный конверт.

Ци Юэ без колебаний принял его — внутри было двести юаней, а кодовая фраза гласила: «Желаю тебе счастливого Нового года».

Конверт был получен, и собеседник увидел системное уведомление. Цинь Юйхэ спросил: [Что ешь на ужин?]

Ци Юэ, глядя на дымящуюся курочку, ответил: [Пирую, как король.]

Цинь Юйхэ прислал фото своего новогоднего стола.

Ци Юэ увеличил изображение и включил режим Шерлока Холмса.

Судя по обстановке и обилию изысканных блюд, Цинь Юйхэ сейчас праздновал в старой усадьбе семьи Цинь.

Вся семья была в сборе, царила полная идиллия.

Ци Юэ чуть приподнял уголки губ, завидуя атмосфере в доме Цинь.

Что касается его собственного ужина, то, хотя Ци Юэ и считал, что его пельмени со свининой и кукурузой очень даже неплохи, а лапша получилась на славу, он решил ничего не фотографировать. Отправишь такое — еще засмеют.

Цинь Юйхэ на ужине не выпускал телефон из рук. Раз он прислал фото стола, а ответа в виде фото от Ци Юэ всё не было, он подождал немного и спросил текстом: «Ты ешь танъюани или пельмени?»

Ци Юэ с аппетитом проглотил пельмень и напечатал одной рукой: «Братец, жители юга не едят танъюани по любому поводу».

HE: [Тогда какая сегодня начинка?]

Ци Сяо Юэ: [Свинина.]

Съев еще один пельмень, Ци Юэ снова увеличил фото праздничного стола Цинь Юйхэ и в левом верхнем углу разглядел маленькое блюдце с аккуратно слепленными пельменями.

Ци Юэ похлопал по аватарке Цинь Юйхэ и процитировал интернет-мем: [Видел сегодня у одного пользователя.]

HE: [Что?]

Ци Сяо Юэ: [Богачи не варят пельмени в одном котле, они варят их по четыре-пять штук, используя мишленовские техники готовки.]

Вдобавок он скинул скриншот тех самых изящных пельменей и подколол Цинь Юйхэ: «Я пересчитал, их там правда пять штук».

Цинь Юйхэ: «...»

Цинь Юйхэ в этот вечер тоже ужинал с родителями и старшим братом.

В отличие от прошлых лет, в этот раз Цинь Муфэн привез свою девушку.

Те самые пельмени с бараниной, которые привлекли внимание Ци Юэ, слепила Ся Шэншэн.

Цинь Юйхэ небрежно бросил взгляд на влюбленно воркующих брата и его будущую жену, а затем опустил голову и «отщипнул» половину порции собачьего корма для Ци Юэ: «Раньше всегда было по четыре штуки, это только потому, что брат привез девушку, их стало пять».

Ци Юэ грыз куриную ножку: «Муфэн-гэ?»

Этот Цинь Муфэн и был самым настоящим «большим братом» Цинь.

Но Ци Юэ побаивался его: как только слышал это имя, сразу выпрямлял спину и не смел лишнего сказать.

HE: [Угу.]

Ци Сяо Юэ: [Она красивая? Красивая?] — страх страхом, а любопытство никуда не денешь.

Цинь Юйхэ не знал, как ответить на такой вопрос, поэтому перевел стрелки: [А какие тебе нравятся?]

Первой мыслью Ци Юэ было ляпнуть «мне нравятся мужчины», но в последний момент он дал по тормозам.

Нельзя было сказать.

У него и так были кое-какие тайные мысли насчет брата А-Хэ.

А если сказать — вдруг брат А-Хэ гомофоб и начнет его избегать?

Тогда они даже друзьями остаться не смогут.

«Трудно сказать, — Ци Юэ решил дать обтекаемый ответ, — встретишь — сам поймешь, что тебе нравится».

Ци Сяо Юэ: [Братец, а у тебя?]

В окне чата HE слова «печатает...» то появлялись, то исчезали. Наконец, HE ответил: [Твой ответ — это мой ответ.]

Ци Юэ решил, что ответил на все сто баллов, и засмеялся: «Великие умы мыслят одинаково».

Цинь Юйхэ поджал губы и отложил телефон.

Этот диалог не принес ему радости.

Значит, Ци Юэ нравятся девушки.

Цинь Муфэн, который давно наблюдал за младшим братом, положил своей девушке пельмень, слепленный матерью, и постучал по столу, привлекая внимание: «Что за привычка в телефоне сидеть во время еды?»

Цинь Юйхэ равнодушно скользнул по нему взглядом.

Цинь Муфэн подколол: «Слышал, ты недавно выкупал целый магазин, чтобы кто-то мог спокойно погулять?»

Цинь Юйхэ нахмурился и понизил голос: «Кто тебе сказал?»

«Заявка на закрытие магазина лежала у меня на столе, — увидев такую реакцию, Цинь Муфэн приподнял бровь, — мне обязательно нужно, чтобы кто-то рассказывал?»

Ся Шэншэн, услышав это, включилась в разговор: «У А-Хэ что-то намечается?»

Цинь Юйхэ заговорил тоном зажатого в угол ягненка: «Нет». Увидев боковым зрением, что Цинь Чжоучжэн листает телефон, он тут же перевел стрелки: «Папа, ешь нормально, нечего в телефон играть».

Ся Шэншэн легонько пихнула Цинь Чжоучжэна локтем.

Цинь Муфэн наклонился к уху девушки и нарочито громко прошептал: «Мой младший брат — гордый и вредный тип».

Цинь Юйхэ: «...»

Ладно, проехали.

Он яростно подцепил палочками пельмень, который так активно обсуждал с Ци Юэ, и съел его.

***

Цинь Юйхэ приехал навестить Ци Юэ в первый день Нового года.

Рано утром Ци Юэ, который всю ночь не спал, встречая праздник, вскочил с постели из-за звонка Цинь Юйхэ.

Едва подняв трубку, он услышал первый сюрприз: «Мама приготовила немного пельменей, привез тебе».

Ци Юэ, зарывшись лицом в подушку, пробормотал: «А-а, спасибо тетушке, братец, съешь их сам, мы так далеко, пока доедешь, всё остынет».

Цинь Юйхэ слушал этот сонный, мягкий голос, представляя себе Ци Юэ, свернувшегося в комок под одеялом, и с улыбкой ответил: «Они в термосе, всё еще горячие».

Ци Юэ не хотел вставать и пару раз дернул ногой под одеялом: «В такой праздник я даже такси не найду, чтобы к тебе приехать».

Цинь Юйхэ посмотрел на окна жилого дома: «Спускайся, я внизу».

На том конце провода послышалась какая-то возня, и Ци Юэ, только что нежившийся в постели, пулей вылетел из-под одеяла с громким воплем: «А-а! Ну ты даешь, брат!»

Цинь Юйхэ тихо усмехнулся, в его глазах плясали искры радости.

Сидевший за рулем Лао У смотрел прямо перед собой, стараясь не слушать и не видеть ничего лишнего.

Ци Юэ с рекордной скоростью умылся, натянул первую попавшуюся одежду и помчался вниз, опасаясь, что Цинь Юйхэ придется ждать слишком долго, и по пути постоянно оглядываясь.

http://bllate.org/book/31516/3845607