Готовый перевод Cyber Shiba Inu: Love Training / Кибер-сиба и уроки любви: цена сияния: Глава 16

— Ой, я тебе не помешал? Ты так красиво танцуешь, не мог бы ты станцевать для меня ещё раз, Сяо Чи?

— Прости, я спешу!

Чи Фэйюй был напуган не на шутку. Лишь спустя какое-то время он смог прийти в себя. Ощущение слежки вызывало у него жуткий дискомфорт и страх. Объехав Чжао Цзюня стороной, он снова бросился бежать в панике.

В третий раз несколько парней из свиты Чжао Цзюня схватили его за волосы и втащили в подсобное помещение. Заперев дверь изнутри, они повалили Чи Фэйюя на пол и принялись избивать руками и ногами.

— Черт возьми, из себя недотрогу строишь? А?

— На колени! Извинись перед старшим молодым госпожой!

— Разве ты не любишь танцевать? Танцуй давай, вставай и танцуй!

Сначала Чи Фэйюй сжался в комок на полу, прикрывая голову руками, и еще мог терпеть, не крича и не плая. Однако парни били в полную силу, и вскоре Чи Фэйюй больше не мог выносить такую боль: он горько рыдал и умолял о пощаде, стоя на коленях со слезами на лице.

— Мне больно, не надо! Не надо, я виноват, прекратите, а-а-а!

— Простите, простите, умоляю вас…

Вскоре из носа пошла кровь, всё тело покрылось синяками. Свернувшись калачиком на полу, Чи Фэйюй извергал прозрачную кислую слюну, не в силах даже издать звук плача. В этот момент Чжао Цзюнь, который до сих пор молча наблюдал со стороны, наконец заговорил, останавливая остальных:

— Ладно-ладно, наш Сяо Чи наверняка не хотел выступать перед нами только потому, что в школьной форме это неудобно, верно? Завтра я принесу тебе красивое платьице, уж в нём-то ты обязательно перед нами станцуешь.

С этими словами парни прекратили избиение. Чжао Цзюнь неторопливо подошёл, бережно поднял с земли покрытого синяками и ранами Чи Фэйюя и обнял его.

С того дня оставшиеся три года учебы в средней школе превратились для Чи Фэйюя в сущий ад. Даже когда Чжао Цзюнь окончил школу и поступил в университет, он всё равно возвращался во время выходных, чтобы проведать его.

Позже Чи Фэйюй поступил в лучшую академию искусств. Он думал, что, покинув среднюю школу, наконец оставил позади эту кошмарную жизнь. Он усердно изучал самые разные дисциплины, и ещё до окончания учебы им заинтересовалась одна развлекательная компания, предложившая подписать контракт.

Чи Фэйюй и его мама были вне себя от радости, но стоило ему встретиться с директором этой компании, как он понял: судьба никогда не отпускала его, и ему вовек не вырваться из цепких лап больших денег.

В просторном кабинете на диване сидел всего один человек. Сейчас он многозначительно переглядывался с окаменевшим от шока Чи Фэйюем.

Это был Чжао Цзюнь. К тому времени он уже унаследовал семейную развлекательную компанию, и его первым делом стало разыскать Чи Фэйюя и подписать с ним контракт, прибрав к рукам.

В ужасе отступив на два шага назад и собираясь бежать, Чжао Цзюнь не спеша поднялся на ноги и включил телефон. На экране одна за другой сменялись фотографии: Чи Фэйюй в школьном платье танцует в школе, а также несколько снимков, способных вызвать ещё большее унижение.

— Будь послушным, Сяо Чи. Я уже поговорил с госпожой Чи, она безумно рада, что ты подпишешь контракт с нашей компанией. Я тоже невероятно рад, что теперь ты будешь развиваться под моим началом.

Чжао Цзюнь подошел к Чи Фэйюю, легко ухватил его за подбородок и счастливо улыбнулся, согнув глаза в лучики:

— Так что не подведите нас, ладно?

— Не подведите нас.

— Не смей расстраивать маму!

— Сяо Чи, ты всё делаешь отлично.

— Твой танец был очень красивым и особенным.

— Больше не смей причинять себе вред, слышишь?

Нежный голос из воспоминаний выдернул его из путаницы смутных детских воспоминаний. На щеках Чи Фэйюя уже беззвучно струились слёзы. Он торопливо поднял руку, чтобы вытереть их, и, следуя запечатленному в памяти образу злодея, опираясь о стену, медленно направился к Чэн Цзыюю.

Тут же, на глазах у нескольких сотрудников, под озадаченным и удивленным взглядом Чэн Цзыюя, он резко схватил его за воротник, злобно усмехнулся и бросил:

— Чэн Цзыюй, не будь таким неблагодарным. Я же сказал: велено войти — так заходи. Что ты всё с кислым лицом ходишь, только праздник портить. Заходи, а не то я разрежу твою форменную одежду на куски, чтобы все могли полюбоваться, какая у нашего профессионального телохранителя потрясающая фигура.

Вокруг раздался хохот собравшейся толпы зевак, наблюдавших за представлением. Чэн Цзыюй молча уставился на Чи Фэйюя, его зрачки мелко дрожали, отражая проблеск невероятно сложных эмоций.

Лицо Чи Фэйюя всё еще улыбалось, но сердце трепетало от страха. Во взгляде Чэн Цзыюя он отчетливо видел незнание, удивление, гнев и то, чего боялся больше всего — разочарование.

Я желаю в одиночку пасть в бездну

— Что ты сказал? — лишь спустя добрый десяток секунд Чэн Цзыюй оправился от шока. Лицо его окончательно окаменело, а в холодном тоне сквозил сдерживаемый гнев.

Тело Чи Фэйюя едва заметно подрагивало. Он изо всех сил старался сдержаться и не выдать свой страх. Пытаясь скрыть панику, он поднял руку и легко похлопал Чэн Цзыюя по щеке, бросив с вызывающей легкомысленностью:

— Я говорю: не будь неблагодарным, заходи.

Чэн Цзыюй протянул руку и перехватил запястье Чи Фэйюя. Он почти не приложил силы, но Чи Фэйюй тут же оказался полностью обездвижен — какое-то время они застыли друг напротив друга в тупике.

К счастью, Сюй Юнь вовремя понял, что дело неладно, подбежал и поспешно развел их руки в стороны.

— Ладно-ладно, мы здесь собрались, чтобы веселиться, давайте без ссор. Брат Чэн, заходи давай, всё в порядке.

Заметив, что напряжение вокруг них немного спало, Сюй Юнь наконец вздохнул с облегчением и исподтишка подмигнул Чэн Цзыюю.

Несколько членов команды тоже подоросли, с шумом и смехом подтягивая его. В итоге общими усилиями Чэн Цзыюя втащили внутрь.

— Ну же, заходи, ничего страшного!

— Толпой веселее!

Убедившись, что Чэн Цзыюй вошел в гостевую комнату, устроился в углу на стуле и сидит там в одиночестве, слегка отвернувшись и храня молчание, Чи Фэйюй не стал докучать ему лишним вниманием — начальная сцена сыграла свою роль, цель была достигнута.

Музыка, еда, коктейли.

Толпа обступила обеденный стол и барную стойку, оживленно беседуя и смеясь. Чи Фэйюй сидел в самом углу, потягивая один за другим красивые розовые коктейли.

В этот фирменный напиток добавляли фруктовый сок и множество крепких напитков, так что градус был немаленьким. Сначала он казался сладким, как сок, но стоило осушить пару бокалов, как алкоголь ударил в голову.

В голове у Чи Фэйюя зашумело, а лицо слегка покраснело. Подняв взгляд, он посмотрел в дальний угол, где всё еще сидел Чэн Цзыюй. Из-за головокружения зрение немного расплылось, и в тусклом желтоватом свете гостевой комнаты силуэт Чэн Цзыюя покачивался на сетчатке его глаз.

Подумать только, даже сейчас он сидит такой прямой, и никто к нему не подходит, сидит там совсем один.

Под воздействием алкоголя все вокруг становились всё смелее и развязнее. Неподалеку менеджер включил колонку на полную мощность, оглушая округу грохотом музыки. Сердце Чи Фэйюя сжалось, возвращая его из задумчивости в реальность.

Время пришло, вот-вот должна была начаться вторая сцена.

Прихватив еще два бокала с коктейлем, Чи Фэйюй выдохнул воздух с примесью алкоголя и медленно направился к далекой расплывчатой фигуре.

— Брат Юй, давай выпьем.

Остановившись перед Чэн Цзыюем, Чи Фэйюй с улыбкой и пьяной неторопливостью протянул ему бокал.

Чэн Цзыюй, который до этого сверлил взглядом дверь комнаты, услышал голос и перевел взгляд на Чи Фэйюя. Он едва заметно покачал головой и, не меняя выражения лица, протянул руку, отстраняя предложенный бокал. Казалось, он всё еще затаил обиду из-за недавнего инцидента, поэтому его тон прозвучал холодно и безучастно:

— Рабочее время, алкоголь запрещен.

Его слова были простыми и сухими, он мгновенно вернулся к первоначальной сдержанности, не оставив и следа даже от той мизерной учтивости, что подобала заказчику. На душе у Чи Фэйюя заскребли кошки, и, сильно впившись ногтями в ладонь, он продолжил:

— Я же говорил, пошли веселиться, чего ты такой зануда?

Тут на лице Чи Фэйюя проступило недовольство, и он резким движением плеснул розовый коктейль прямо в лицо Чэн Цзыюю!

Чэн Цзыюй мгновенно среагировал на начальное движение Чи Фэйюя. Его взгляд помрачнел, и он взмахом руки отбросил руку Чи Фэйюя в сторону. Чи Фэйюй почувствовал, как в руке онемело сухожилие, пальцы разжались сами собой, и бокал с выплеснувшейся жидкостью взмыл в воздух. Отражая свет ламп гостевой комнаты, он описал в вышине сияющую полого-дугообразную траекторию и, издав звонкий треск ломающегося стекла, разлетелся на куски о деревянный пол.

— Чи Фэйюй, ты наигрался уже?!

— Чэн Цзыюй, не нарывайся!

В тот же миг звон разбитого стекла и злые крики — один сдержанный, другой взрывной — слились воедино. Окружающие испугались этого шума и инстинктивно затихли, повернув головы в их сторону.

В просторном люксе повисла тишина, нарушаемая лишь гудением только что выключенной стереосистемы да редкими шепотками нескольких человек.

Сердце Чи Фэйюя пронзила острая, как нож, боль. Запрокинув голову, он залпом осушил второй бокал, затаив немного напитка во рту, а затем резко ухватил Чэн Цзыюя за щеки обеими руками.

Чэн Цзыюй никак не ожидал от него столь внезапного прикосновения к лицу и на секунду замер. В следующее мгновение Чи Фэйюй, в упор глядя ему в глаза, подался вперед и прямо в губы поцеловал Чэн Цзыюя!

Тихий шепот стал еще отчётливее, раздались одобрительные возгласы и подначки. Многие члены команды уже много лет работали в шоу-бизнесе, поэтому после первой волны изумления отнеслись к подобному без особого удивления.

Однако Чэн Цзыюй, судя по всему, впервые в жизни сталкивался с подобным обращением. Выпучив глаза, он словно окаменел и даже не подумал сопротивляться. Тяжело дыша, Чи Фэйюй изо всех сил пытался разжать зубы Чэн Цзыюя, но капельки персикового коктейля уже стекали по их подбородкам, пачкая одежду обоих.

Чи Фэйюй не обращал на это никакого внимания и вовсе не заботился о том, какова будет реакция Чэн Цзыюя. Как безумный, он впивался в губы Чэн Цзыюя, словно задыхающийся человек, судорожно хватающий ртом кислород. В упор глядя в шокированные глаза Чэн Цзыюя, он заметил, как удивление в них сменяется чистейшей яростью.

— Хватит, уйди!

Раздался сердитый рык Чэн Цзыюя, и в тот же миг Чи Фэйюй ощутил мощный толчок в плечо — в порыве гнева Чэн Цзыюй инстинктивно оттолкнул его!

Чи Фэйюй пошатнулся и отступил на несколько шагов назад. По идее, от такого толчка можно было сделать пару шагов и легко восстановить равновесие, но из-за сильной боли в лодыжке и царившего в голове пьяного тумана он издал глухой стон и рухнул на пол.

Чэн Цзыюй поднялся с дивана. Чи Фэйюй сидел на полу: один возвышался над ним, глядя сверху вниз, другой смотрел снизу вверх — на одном лице застыло неверие в происходящее, на другом горько струились слезы боли.

http://bllate.org/book/31460/3837746