Готовый перевод Salted Fish Substitute's Daydream / Идеальный план ленивого дублёра: Глава 16

На следующий день во второй половине дня Янь Суйюань нашёл время выйти из дома. Он заранее договорился о встрече с Чи Ла и уже отпросился у Чжо Янбина.

Накануне вечером Чжо Янбин, естественно, с лёгкостью согласился, однако не спешил отпускать его. Янь Суйюань догадался, что у того ещё найдутся распоряжения, и послушно остался в кабинете, ожидая, пока тот заговорит.

— Ты… — Чжо Янбин долго размышлял, прежде чем наконец заговорить. Казалось, он тщательно подбирает слова, и с некоторым недоумением спросил: — Почему ты совсем не тратишь те деньги, что я тебе дал?

Янь Суйюань не ожидал, что тот вдруг заведёт об этом разговор. Слегка удивившись, он поспешно ответил:

— Вовсе нет, господин Чжо, я ведь уже потратил десять тысяч…

На сердце у него немного тревожно ёкнуло, и он подумал про себя: неужели благодетель решил проверить счета и сверить расходы?

По выражению лица Янь Суйюаня Чжо Янбин сразу понял, что тот истолковал всё неверно. Он легко кашлянул и с некоторым смущением произвестил:

— Я знаю, что ты потратил десять тысяч. Не нужно так нервничать, я к тому… почему всего десять тысяч?

Янь Суйюань: «?»

Чжо Янбин хмыкнул и внезапно принялся демонстрировать своёт богатство:

— Раз уж ты теперь со мной, как наниматель, я обязан гарантировать, что ты будешь жить в достатке. Иначе какой вообще смысл в контракте?

— Хотя двести тысяч в месяц — это сущие гроши, но, учитывая твои блестящие успехи за последние полмесяца, я вполне могу рассмотреть вопрос о повышении тебе жалования. Так что можешь не испытывать никаких психологических нагрузок.

Янь Суйюань: «…»

Сущие гроши — двести тысяч?

Что это за речи от которых захватывает дух?

— Спасибо, господин Чжо, — тихо ответил Янь Суйюань. — Но мне кажется, что двести тысяч — это в самый раз.

На лице Чжо Янбина застыло выражение глубочайшего уныния:

— Так почему же ты не пользуешься моими деньгами? Разве не ради этого ты согласился быть со мной?

Янь Суйюань опешил. Ради чего?

Этот мир до странности безумен: благодетель принуждает содержащегося питомца оправдываться, почему тот не тратит его деньги!

— Ты уже столько дней со мной, а я ни разу не видел, чтобы ты купил себе приличную вещь, и не слышал, чтобы ты куда-то ходил тратить деньги. Кроме тех самых первых десяти тысяч, я больше не замечал, чтобы ты прикасался к моим средствам. Почему?

Чжо Янбин ломал голову над этим вопросом последние несколько дней.

Раньше он вообще не обращал внимания на подобные мелочи, пока вчера Цзянь Ли не напомнил ему. Поскольку именно Цзянь Ли отвечал за ежемесячные переводы денег Янь Суйюаню, при проверке счетов он обнаружил, что средства на счёте Янь Суйюаня практически не тронуты, и доложил об этом шефу.

Тогда Чжо Янбин ещё удивленно переспросил его:

— Разве это ненормально?

— Совершенно ненормально, — Цзянь Ли поправил очки и принялся неторопливо анализировать ситуацию: — Шеф, возможно, у вас нет опыта в содержании людей, поэтому вы не совсем понимаете здешние правила. На самом деле кругом полно боссов, которые содержат любовников, и расходы у этих любовников куда больше, чем у господина Яня.

Именно от Цзянь Ли Чжо Янбин узнал, что любовники, которых содержат другие боссы, — это сущие машины по сжиганию денег. Брендовые сумки, украшения и одежда ввозятся в дома рекой, любая случайная сумочка может стоить под сотню тысяч, а некоторые, пользуясь благосклонностью, вымогают у покровителей роскошные автомобили и яхты, ничем не отличаясь от настоящих вампиров.

Выслушав это, Чжо Янбин тоже призадумался: почему любовники других боссов способны так транжирить деньги, а его собственный — такой бережливый…

Неужели он меня ни во что не ставит?

Чжо Янбин пришел в ярость.

Цзянь Ли в тот момент был готов придушить этого остолопа-босса прямо на месте и лишь мыслями о своей миллионной годовой зарплате сумел подавить этот порыв. С необычайной мягкостью он произнес:

— Шеф, а вы не думали о том, что… возможно, господин Янь просто излишне заботлив и хочет сэкономить ваши деньги?

Только тогда Чжо Янбин внезапно всё понял.

Если дело обстоит так, то по сравнению с вампирами, которых содержат другие боссы, Янь Суйюань и впрямь невероятно чист и лишён всякой фальши! Деньги для него — просто прах!

— Ты последовал за мной, потому что нуждался в деньгах. Теперь, когда они у тебя есть, не нужно забивать себе голову лишними мыслями: трать сколько положено, и чтобы я больше не видел тебя перед собой одетым как оборванец, — холодно заявил Чжо Янбин. — Деньги, которые я даю, обязаны быть потрачены!

У любовников других боссов всё это есть, значит, и у его избранника тоже должно быть всё необходимое, иначе перед людьми будет стыдно.

Янь Суйюань: «…»

Впервые слышит, чтобы благодетель заставлял любовника тратить деньги насильно. Что ж, век живи — век учись.

Янь Суйюань вздохнул. Деньги-то у него теперь водятся, но во-первых, у него в принципе очень низкая потребность в покупках. Или, выражаясь еще прямее, сам по себе Янь Суйюань — человек, лишённый всяких желаний. Если бы не Чжицю, у него, наверное, вообще не осталось бы стимула жить. В повседневной жизни у него нет абсолютно никаких запросов к еде и одежде: питаться древесными листьями или роскошным французским обедом для него не имеет принципиальной разницы, поэтому брендовые украшения и вовсе не имеют для него никакой привлекательности.

Более того, в его родных краях осталась целая орава родственников. Если он вдруг разбогатит и начнёт сорить деньгами, они испугаются, не занялся ли он какими-нибудь противозаконными делами. Тетя, пожалуй, среди ночи примчится в город, уцепится за него и станет рыдать, допытываясь, не ограбил ли он банк.

— Спасибо, господин Чжо, — попытался хоть немного объясниться Янь Суйюань. — Видите ли, дело не в том, что я не хочу тратить деньги, просто… люди вашего круга, возможно, не до конца понимают уровень жизни таких людей, как мы.

— Двести тысяч в месяц — это сумма, которую большинство не может заработать и за целый год. Во всяком случае, раньше я как ни старался, а заработать не мог.

— Если я вдруг начну швыряться деньгами направо и налево, мои родственники смертельно испугаются.

Он осторожно бросил взгляд на Чжо Янбина, который, казалось, внимательно его слушал, и продолжил:

— К тому же я хочу немного подкопить, чтобы в будущем купить новое жильё. Тогда моя младшая сестра сможет жить в лучших условиях, и ей больше не придется жить в общежитии.

Раньше он не знал, что его ежемесячный доход составит целых двести тысяч, но теперь, прикинув всё в уме, понял: даже если контракт продлится всего год, при небольшой экономии через год у него наберётся два миллиона. Этого хватит, чтобы продать старый дом, а затем купить просторное жильё в хорошем районе.

Выслушав его доводы, Чжо Янбин заметно посветлел лицом:

— Ты хочешь купить квартиру?

— Да, — Янь Суйюань смущенно почесал в затылке. — То место, где мы сейчас живем, — старый жилой массив, да и хороших школ поблизости нет. Если переехать в квартиру получше, Чжицю будет жить гораздо комфортнее.

В каждой третьей фразе он упоминал Чжицю. Чжо Янбин вспомнил, что у него есть младшая сестра, и закивал:

— Неплохо, очень хорошо, когда есть чёткий план.

На душе у него стало ещё приятнее: любовники других боссов только и знают, как транжирить деньги на роскошь и праздность, а у Янь Суйюаня отличная голова на плечах, он понимает пользу приобретения недвижимости, совсем не поверхностен и к тому же сильно привязан к сестре. Ему нравились такие верные долгу и сердечные люди.

— Сейчас на рынке недвижимости дела идут неплохо, однако купить квартиру в хорошем районе с хорошей школой поблизости, пожалуй, будет сложно. Я знаком со многими людьми из сферы недвижимости, так что скажи Цзянь Ли, в каком районе тебе приглянулось жильё, и он поможет всё устроить.

Произнося это, Чжо Янбин был абсолютно искренен. Он считал, что раз уж Янь Суйюань так послушен и угождает его вкусам, то купить квартиру — сущая мелочь, о которой совершенно не стоит беспокоиться.

Однако Янь Суйюань был крайне поражён. Он-то прекрасно знал, как трудно заполучить жильё в хорошем районе с престижной школой, да и цены там неподъёмные для простого человека. Но смысл слов Чжо Янбина был предельно ясен: стоит только пожелать, и всё будет исполнено.

Он чуть было не подумал, не содержит ли Чжо Янбин благотворительный фонд, и замер на полминуты, прежде чем прийти в себя:

— Спасибо.

Заметив отражение благодарности в его глазах, Чжо Янбин, вертя в руке перьевую ручку, с показным равнодушием махнул рукой:

— Раз больше вопросов нет, ступай. Завтра оденься прилично, когда пойдешь к другу, не смей меня позорить.

Поэтому, отправляясь сегодня из дома, Янь Суйюань действительно облачился в тот самый наряд, который недавно купил в брендовом магазине одежды, отправляясь спасать репутацию своего благодетеля.

Когда они встретились в кофейне, Чи Ла издалека уставился на него так, что у того чуть глаза на лоб не полезли. Первой его реакцией было:

— Ты что, ограбил банк?

А следом последовало:

— Откуда у тебя эта дорогая подделка от торговцев из WeChat?

Янь Суйюань знаком попросил его говорить потише:

— Тсс… Я всё тебе по порядку расскажу.

Этим невозможно было поделиться ни с кем другим, но Чи Ла — совсем другое дело. Они были лучшими друзьями, знавшими все его секреты, между ними не было никаких тайн, да и Янь Суйюань не собирался ничего от него скрывать.

Пересказав другу историю своих недавних приключений, он вполне ожидаемо увидел, как у Чи Ла от удивления отвисла челюсть.

— Т-так, значит, ты теперь богат?

Янь Суйюань не привык пить кофе и заказал себе лишь стакан сока. Услышав слова друга, он уклончиво ответил:

— Нельзя сказать, что богат, скорее — просто с неба свалилась манна небесная.

— Почему же она не падает на мою голову? — позавидовал Чи Ла. — Твой благодетель легко сносный в общении? Он случайно не такой, как в романах: высокий, красивый и холодный?

Подобные люди обычно сходятся по интересам: друзья Янь Суйюаня разделяли примерно те же взгляды на жизнь, поэтому они не только не презирали подобное поведение, но даже завидовали.

Янь Суйюань мысленно представил лицо Чжо Янбина и кивнул:

— И впрямь высокий, красивый, и очень холодный.

Если не считать того, что с головой у него, судя по всему, не всё в порядке, во всём остальном он просто прекрасен.

— К тому же он очень добрый.

Чи Ла удивился:

— Разве властные генеральные директора бывают добрыми? Звучит совсем не круто!

— Настоящие генеральные директора должны холодным тоном приговаривать: пусть эта корпорация обанкротится за ночь, а сами — ворочать судьбами мира по своему желанию!

Янь Суйюань горько усмехнулся:

— Когда читаешь романы, такое действительно нравится, но в реальной жизни… к счастью, господин Чжо оказался добрым человеком, иначе я бы и не заметил, как меня сжили со свету.

— Скажи, он правда тебя не трогал? — сгораил от любопытства Чи Ла. — Разве ты не говорил, что ты — замена его белой луннели? Как же он сдерживается и не ложится с тобой в постель?

Янь Суйюань покачал головой:

— Думаю, возможно, он хочет хранить верность своей белой луннели.

Чи Ла издал восхищенный возглас:

— Боже мой… как трогательно, можно у него взять интервью?

Будучи студентом третьего курса журналистики, Чи Ла проявлял жгучий интерес к любым светским сплетням.

— Он совсем не похож на того, кем его рисуют в новостных журналах. Я слышал от старших сокурсников, что заместитель генерального директора Чжо жутко не любит давать интервью, и каждый раз, когда выходят статьи о нём, он держится холодно и отстранённо, и никому не удается докопаться до его сокровенных тайн.

— Оказывается, у него тоже есть своя белая луннель…

Чи Ла восхищенно вздыхал ещё долгое время, после чего внезапно опомнился:

— Но погоди-ка, раз уж так, разве он не должен был уложить тебя в постель? В конце концов, раз уж он не смог получить желаемое, он же обратился к тебе именно за этим! Неужели он в этом плане того… немощен?

Янь Суйюань: «?»

Вряд ли. Судя по всему, мышцы у него развиты отлично, так что проблем в постели быть не должно.

— Наверное, он просто презрительно смотрит на меня свысока и считает недостойным, — он всё же попытался хоть немного защитить репутацию своего благодетеля.

Чи Ла совершенно в это не верил. Внешность Янь Суйюаня, конечно, не поражала воображение своей сказочной красотой, но уж точно была привлекательной. Как кто-то может тратить по два миллиона в год на содержание только ради того, чтобы просто посмотреть?

Сколько бы ни было денег, так ими не разбрасываются!

В этот момент Янь Суйюань почувствовал вибрацию телефона. Опустив взгляд, он увидел новое сообщение от благодетеля. Быстро пробежав глазами текст, он скривил лицо в неописуемом выражении.

Благодетель напомнил ему, что на людях нельзя позорить его имя, и с поистине широким барским жестом снова перевёл ему денег, наказав потратить их на шопинг с другом.

Он, должно быть, первая в истории канарейка, которую хозяин насильно заставляет тратить деньги, тыкая носом.

http://bllate.org/book/31419/3832557