Готовый перевод Peach Color on a Military Uniform / Персиковый цвет на ратном мундире: Глава 11

Наблюдая за тем, как окружающие управляются с палочками, она решила повторить их движения, но попытка оказалась неуклюжей: зажатый в палочках кусочек мяса вот-вот готов был выскользнуть. В этот момент слева протянулась пара других палочек — они подхватили дымящийся кусочек красного тушеного мяса и бережно переложили его в её чашку.

Даже не глядя, она знала, чьи это палочки. Тао Яояо не успела поблагодарить, как услышала голос Бай Цзиньси:

— Что хочешь съесть? Я тебе положу.

Взглянув на спокойное и нежное лицо спутницы, она счастливо улыбнулась:

— Спасибо, Байбай! Ты такая молодец!

Затем Тао Яояо слегка смущенно поджала губы, чуть придвинулась к Бай Цзиньси и прошептала:

— Я еще ничего из этого не пробовала… хочу попробовать всё…

Следом из её носа вырвался легкий хмык — некое подобие кокетства, исполненного застенчивости.

Не успела Бай Цзиньси среагировать, как ученики, всё это время поглядывавшие на их столик, невольно затаили дыхание. Старшая сестра Бай — и такая нежная? А эта новоприбывшая младшая сестра просто само очарование!

Даже Су Сю была поражена: она никогда прежде не видела наставницу такой. Да что там, пожалуй, даже наставник, знавший её дольше всех, и даже почтенный предок Чанцин не видели её подобной.

Бай Цзиньси, застигнутая врасплох этим проявлением нежности, не стала обращать внимание на реакцию остальных. Она довольно улыбнулась и произнесла:

— Тогда я буду класть тебе понемногу всего, а ты сама решишь, что нравится больше.

— Хорошо! — Тао Яояо широко распахнула глаза и закивала. — Байбай такая добрая!

Когда выяснилось, что больше всего Тао Яояо пришлись по вкусу кисло-сладкие ребрышки, обед подошел к концу. Бай Цзиньси обернулась: через открытые двери постоялого двора в помещение уже просачивались сумерки. В этот момент слуга зажег еще два фонаря, и в зале стало заметно светлее.

— Скоро час Сюй, — Бай Цзиньси посмотрела на Су Сю. — Через полчашки чая сбор у входа.

Они с Тао Яояо немного подождали у порога, пока все ученики собрались вместе. После захода солнца в деревне Тао зажглись лишь редкие огоньки, и поселение погрузилось во тьму.

Су Сю несла фонарь с ядрами ночного жемчуга вместо фитиля, идя позади и чуть правее Бай Цзиньси. Пять чувств культиватора обостряются вместе с ростом силы — о Бай Цзиньси и говорить нечего, но и десять учеников позади могли прекрасно видеть дорогу благодаря этому фонарю.

Поскольку время было оговорено с прислугой заранее, когда отряд Бай Цзиньси приблизился к усадьбе Тао, они увидели, что дом уже сияет огнями. Управляющий усадьбой дожидался их у входа. Завидев приближающуюся Бай Цзиньси, он тут же отвесил низкий поклон:

— Благодарю бессмертных наставников за то, что выкроили время в своем плотном графике. Прошу, проходите.

Миновав управляющего, Бай Цзиньси не стала тратить время на лишние любезности и прямо спросила:

— Веди нас в комнату вашего молодого господина.

Управляющий, часто кланяясь, принялся указывать путь. Проходя мимо одного из слуг, Тао Яояо вдруг замерла. Ощутив неладное, она обернулась и увидела Сяо У, которого встречала днем вместе с Бай Цзиньси.

Хоть это и показалось ей странным, он ничем не отличался от того Сяо У, что запечатлелся в её памяти. Бай Цзиньси, заметив, что та отвлеклась, проследила за её взглядом.

Миновав длинную галерею, они вышли к комнате, у дверей которой дежурили слуги. Через приоткрытую дверь Тао Яояо уловила след ауры духа, но было очевидно, что она не принадлежит тому практикующему путь духов (гуйсю).

Заметив, что она нахмурилась, Бай Цзиньси тихо произнесла:

— Это не он.

Тао Яояо согласно кивнула:

— Не он.

Хотя Бай Цзиньси не видела того практикующего путь духов (гуйсю) и не обладала природным чутьем на запахи, свойственным Тао Яояо, она могла с уверенностью сказать, что слабая и чистая аура духа в комнате молодого господина Тао никак не связана с тем существом, о котором говорила Тао Яояо.

Войдя в комнату, они направились прямиком к кровати. Госпожа Тао, не отходившая от сына, тут же вскочила. Она не посмела взять наставницу за руку, лишь судорожно сжала в пальцах платок. В её глазах читались мольба и скорбь:

— Бессмертная наставница, прошу, взгляните, есть ли еще спасение для моего сына?

Бай Цзиньси дважды взглянула на беспамятного молодого господина Тао, а затем перевела взгляд в изножье кровати. Госпожа Тао, не сводившая с неё глаз, проследила за её взглядом, но ничего не увидела. Она сделала полшага к Бай Цзиньси и спросила с сомнением:

— Бессмертная наставница, вы что-то заметили?

— Су Сю, дай молодому господину Тао пилюлю для успокоения духа, — Бай Цзиньси подняла руку в призывающем к тишине жесте, прося госпожу Тао сохранять спокойствие, а затем снова посмотрела в изножье кровати: — Чья это обида?

С самого порога Тао Яояо приметила призрачный силуэт у кровати. Тень была до того слабой, что лишь присмотревшись, Тао Яояо уловила знакомые черты — это был тот самый человеческий облик, который мелькал у практикующего путь духов (гуйсю); возможно, душа, успевшая вырваться, пока тот был тяжело ранен.

Размышляя об этом, она услышала диалог Бай Цзиньси и госпожи Тао, а затем поймала недоуменные взгляды учеников. Она вспомнила: способность видеть призраков напрямую зависит от уровня культивации.

Культиваторы действительно способны видеть духов, но если их уровень невысок, они различают лишь те сущности, что источают густую, нескрываемую ауру. Чем слабее, бледнее и чище дух, тем сложнее его заметить — это под силу лишь тем, чье мастерство достигло высот.

Разумеется, для Тао Яояо, рожденной как природный артефакт, подобных преград не существовало.

Подумав об этом, она не смогла удержаться и почувствовала, как её восхищение и любовь к Бай Цзиньси стали еще глубже, хоть сейчас было совсем не время для подобных размышлений.

Видя, что в комнате лишь они двое способны узреть духа, Бай Цзиньси сложила пальцы в печати и прошептала заклинание. Не успели остальные удивиться, как она взмахнула рукой — и в глаза присутствующим будто ударил поток холодного ветра. Когда они открыли их и снова взглянули на изножье кровати, то наконец увидели ту слабую, едва уловимую ауру духа.

— Ах! — первой среагировала госпожа Тао. От начального испуга до абсолютного неверия — она хотела подойти, но не смела. Когда же их взгляды с призрачной девушкой встретились, госпожа Тао разрыдалась: — Сиэр? Это ты? Как ты могла…

С плачем госпожи Тао аура духа девушки заструилась быстрее. Все присутствующие ощутили исходящую от нее печаль. В глазах призрака выступили кровавые слезы, и, глядя на лежащего без чувств молодого господина Тао, она скорбно прошептала:

— А-Хэн…

Спустя мгновение она взглянула на Бай Цзиньси и медленно произнесла:

— Меня зовут Янь Сиэр, А-Хэн — мой муж…

http://bllate.org/book/31141/3794891