Готовый перевод Love Variety Show But With My Straight Childhood Friend / Реалити-шоу: Как превратить лучшего друга в парня: Глава 7

Лу Цзинь задумался:

— А? Что за взгляд? Я и не заметил.

Цяо Ижань щелкнул Лу Цзиня по лбу:

— Твои собачьи мозги ты сам себе отбил? Или забыл, я же тебе рассказывал, почему Лин Хань в конце концов начал ухлестывать за Чэн Янем?

— О-о-о, — сообразил Лу Цзинь. — Из-за какого-то фэншуя, что ли?

— У Лин Ханя начался спад в карьере, он ударился в суеверия, сходил к мастеру, и тот сказал, будто ему нужно найти человека с родимым пятном под ключицей. Оказалось, у Чэн Яня как назло такое есть. Лин Хань сначала планировал просто поиграть в завоевание, но в итоге влюбился по-настоящему, — Цяо Ижань ткнул пальцем в красную точку над грудной мышцей Лу Цзиня. — Глянь-ка сюда, это ты себе как умудрился поставить?

Лу Цзинь посмотрелся в зеркало: под ключицей и вправду красовалось вполне заметное красное пятнышко.

Вообще-то оно больше походило на след от поцелуя.

Он поломал голову над этим добрых полминуты:

— Разве не ты меня разукрасил?

Цяо Ижань:

— С чего бы это...

А ведь и вправду он.

Когда они барахтались в реке, задело ремнем от брюк.

Лу Цзиня аж в дрожь бросило.

Он вспомнил недавний рассказ Цяо Ижаня о том, как после влюбленности Лин Ханя в Чэн Яня тот же мастер заявил, будто Чэн Янь должен послужить каким-то сосудом для фэншуя — короче говоря, в планах нарисовался криминал, и Лин Хань начал метаться туда-сюда, запутываясь в типичную драму с любовными страданиями.

Но если речь шла о нем самом...

Лин Хань, пожалуй, и секунды сомневаться не станет: завтра же его благополучно запакуют и доставят прямо к Лин Ханю домой.

— Пойду всё ему объясню, — охваченный единственным желанием выжить, Лу Цзинь решительно направился к выходу. — Никакой я ему не приношу удачу в карьере...

— Вернись, — Цяо Ижань ухватил Лу Цзиня за трусы. — Вот так просто заявляться и всё вываливать — это глупо.

Лу Цзинь с отчаянием посмотрел на Цяо Ижаня:

— И что тогда делать?

Цяо Ижань на мгновение сосредоточенно нахмурился:

— Не спеши, я набросаю тебе сценарий.

...

Снаружи в ванной комнате Хэ Сяо никак не мог воодушевиться.

— Брат Лин Хань, — уныло протянул Хэ Сяо, шаря вокруг в поисках бриллиантового ожерелья. — А ты разве не будешь искать бриллиантовое ожерелье? У нас же романтический ужин намечается~

Лин Хань погрузился в собственные мысли и вообще ничего не ответил.

Красное родимое пятно на теле Лу Цзиня... разве это не тот самый человек, которого он искал?

Но, казалось бы, стоило отыскать нужного человека — и обрести покой, так почему же внутри зашевелилось это смутное, едва уловимое волнение?

Он взглянул на Хэ Сяо, который всю дорогу окружал его заботой, и вдруг всё понял. Вот оно что.

Лу Цзинь не только обладал более привлекательной фигурой, но и совершенно о нем не заботился.

Он столько лет продержался в мире игры в го благодаря своему буйному духу соперничества.

Этот парень ставит его ни во что, да еще и этот конкурент Цяо Ижань...

Лин Хань тронул уголками губ улыбку — он начал распаляться.

Он говорил себе, что это вовсе не то омерзительное, монотонное чувство, которое называют любовью, а самая настоящая партия в го.

Он обязан одержать сокрушительную победу.

При этой мысли Лин Хань поднялся на ноги и прямиком из-под обеденного стола извлек бриллиантовое ожерелье от щедрой спонсорши.

— Ого, брат Лин Хань такой крутой, — Хэ Сяо помрачнел еще сильнее. Фигурой он уступал Лу Цзиню, умом — Лин Ханю, да кто он вообще такой?

На самом деле после ухода из плавания его постоянно донимало чувство растерянности.

Что делать дальше? Стать тренером? Ему не хватит ни стажа, ни умения учить других; податься в артисты? Он не умеет ни петь, ни танцевать, да и связей никаких.

Его единственным достоинством была сносная внешность да неплохая фигура.

Вот только в шоу-бизнесе полно красавчиков, и даже если не брать никого со стороны — на этом самом шоу хватало людей, превосходящих его во всех отношениях.

Подавленный Хэ Сяо нос к носу столкнулся с Цяо Ижанем, как раз вышедшим из ванной.

Пройдя через череду мучительных раздумий, Цяо Ижань с Лу Цзинем так и не решились натянуть грязную одежду, поэтому набросили выданные съемочной группой банные халаты.

Халаты оказались крошечными, да к тому же шелковыми, на их телах они держались из рук вон плохо, так что оба выглядели донельзя смущенными.

Но, к счастью, планам по разыгрыванию сценария это не мешало, и Цяо Ижань произнес:

— Мы вдвоем пока сходим наружу, поищем чего-нибудь перекусить.

Кто же знал, что Лин Хань без лишних слов вытащит бриллиантовое ожерелье и, поиграв бровями, бросит взгляд на Лу Цзиня:

— Я уже распорядился, чтобы съемочная группа прислала ужин.

Их изначальный план заключался в том, чтобы двинуться в путь прямо под дождем, но стоило им бросить взгляд на меню свежего ужина при свечах, а затем на бушевавшую снаружи тропическую ливень, как, взвесив все за и против, оба уселись за стол.

Ужинать вдвоем могло бы оказаться неловко, но вчетвером... разве это не тимбилдинг?

...

Это был тимбилдинг высочайшего стандарта.

В центре деревянного обеденного стола, за которым расселись четверо, красовался устроенный съемочной группой пир посреди необитаемого острова: медовая свиная ноя до карамельной корочки сочилась жиром, крабы в карри с ароматом чеснока и кокосового молока громоздились целой горкой, а в ананасовой лодочке, политой малиновым соусом, покоился охлажденный омар.

Пока Лу Цзинь армейским ножом срезал мякоть с ананаса, лезвие вычерчивало в свете свечей холодные искристые дуги, а сочные кусочки падали в кокосовую чашу, поднимая волны сладковатого аромата.

Лин Хань изящно разрезал стейк прожарки медиум-рэйр, позволяя крови расплываться по фарфоровой тарелке.

Никто из четверки не проронил ни слова, за столом раздавался лишь звон ножей и вилок, пока Хэ Сяо внезапно не завел разговор от нечего делать:

— Брат Ижань, а ты по гороскопу кто?

Цяо Ижань как раз увлеченно уплетал еду и, услышав такой вопрос от Хэ Сяо, подумал, что и впрямь чувствует себя как на обычном тимбилдинге.

Классический набор тем для беседы коллег: знаки зодиака, типология личности и похудение.

Но эта тема как нельзя лучше подходила для запуска заготовленного сценария.

— Не интересуюсь, — Цяо Ижань точно закинул панцирь краба на тарелку для костей перед Лу Цзинем. — Никакие знаки зодиака или гороскопы по бацзы я в расчет не беру. Верить во всё это — лучше уж верить в собственные силы.

Будь это банальный «сценарий», Цяо Ижань вполне мог бы выждать момент и заставить Лу Цзиня прояснить, что под ключицей у того вовсе не родимое пятно, а обыкновенный синяк.

Но раз уж в прошлой жизни он насоздавал столько патриотических и идейных кинокартин, масштаб мышления Цяо Ижаня простирался гораздо дальше.

Пусть Лу Цзинь после разоблачения и окажется в безопасности, Лин Хань ведь не перестанет искать людей с отметинами, оставаясь всё тем же суеверным типом.

Даже если на этот пострадает не Лу Цзинь, под удар попадет кто-то другой.

Цяо Ижань не мог позволить этой «вредной заразе» распространяться дальше — он должен был задушить суеверия еще в зародыше.

— Правда? — Хэ Сяо насыпал целую горку клейкого рисового манго. — Я вот тоже не знаю, верить или нет, но мне тут как-то гадал мастер, сказал, в этом году меня ждет испытание...

Столовый нож Лин Ханя внезапно вонзился в кусок мяса на тарелке:

— Однако порой судьба бывает предопределена заранее.

Цяо Ижань с серьезным видом посмотрел на Лин Ханя:

— Тогда людям стоило бы лишь складывать бацзы при рождении, к чему тогда все эти старания и борьба? Заглянуть в бацзы можно, но это дает лишь примерное направление, а самое главное — как ты сам мыслишь и поступаешь.

С этими словами Цяо Ижань продемонстрировал ладонь:

— Глядите, у меня вот линия жизни какая короткая, неужели мне теперь опустить руки и просто ждать конца? Вместо того чтобы пассивно ждать гибели, я бы предпочел проживать каждый день так, будто он последний — пожалуй, только так можно прожить жизнь не зря.

Лин Хань смолк, погрузившись в какие-то раздумья.

Цяо Ижань уже собирался продолжить, как вдруг услышал всхлипывания.

Хэ Сяо залился слезами.

— Точно... и правда! — Хэ Сяо внезапно схватил Цяо Ижаня за руку, вскочил со стула и поднял бокал для тоста: — Брат Ижань, как же правильно ты всё сказал, ты — мой учитель по жизни! Мы не должны верить в судьбу, мы обязаны полагаться на собственные силы! Моя судьба в моих руках, а не на небесах!

Цяо Ижань: ?Д?

Что за человеческий тип белого фосфора, как это он сам собой воспламенился?!

Пока обстановка накалялась от неловкости, на сцене вновь объявился режиссер.

Размахивая мегафоном, он с воодушевлением завопил:

— Поздравляю всех с переходом во второй этап ужина при свечах — битву предопределения! Пусть каждый вытянет по три бамбуковые палочки, на них указаны знаки, намекающие на вашу «сужденную пару»!

Выслушав это, Лин Хань ничуть не удивился, лишь слабо улыбнулся.

Прекрасно, тогда давайте поглядим, так ли уж важна эта пресловутая судьба.

Глава 6

Спустя полчаса на столе остались лишь пустые тарелки да объедки.

Цяо Ижань рассеянно скармливал Лу Цзиню ананас и одновременно размышлял.

Эту игровую фазу режиссерская группа наверняка ввела экспромтом, верно? Иначе с чего бы они так долго тянули с подготовкой?

Да и Лин Хань в туалете застрял напрочь.

Никогда прежде не доводилось слышать, чтобы ледяные красавцы страдали расстройством желудка.

Лу Цзинь уже уплетал за обе щеки до седьмого пота, да и Хэ Сяо не отставал — лопал вовсю, пока пузико не округлилось.

Благодаря столь упорной совместной пиршественной битве горы «романтического ужина» наконец подошли к концу.

Осушив последнюю капли кокосового сока, Цяо Ижань испытал глубокое удовлетворение.

Он терпеть не мог переводить продукты даром — вечно в других шоу, или в тех, где участвовал сам, знаменитости не доедали порции до конца, и эта деталь до ужаса его раздражала.

Лу Цзинь прекрасно знал эту его привычку, поэтому усердно набивал желудок, хотя Цяо Ижань никак не ожидал, что Хэ Сяо тоже подключится с таким рвением.

Видимо, спортсмены и впрямь отличаются от прочих артистов — хлебнули в свое время лиха.

Цяо Ижань одарил Хэ Сяо одобрительным взглядом; тот, хоть и находился в состоянии легкого углеводного опьянения, едва перехватив его взгляд, машинально расплылся в улыбке.

Щенок сиял словно солнышко.

Цяо Ижань вежливо улыбнулся и ткнул пальцем в район собственных зубов.

Щенок мгновенно захлопнул рот.

Как только Цяо Ижань покидал всю посуду в раковину и навел порядок на столе, Лин Хань наконец соизволил выйти из уборной.

В тот же самый момент команда режиссеров выкатила бамбуковый тубус, инкрустированный светящимися ракушками.

— Дорогие участники, поздравляем с тем, что вы от пуза наелись! — с жутковатой ухмылкой произнес режиссер. — А теперь переходим к нашей игровой части — битве предопределения! В нашем тубусе спрятано двенадцать бирок-палочек с именами вас четверых, по три штуки на каждого!

— Пожалуйста, вытяните по три палочки. Те, кому выпадут совпадения, отправятся в наш «гардероб судьбы» на целых десять минут — проверим, кто же ваша истинная пара? Вдруг кто-то умудрится вытянуть три одинаковые бирки с именем одного человека и проведет в уединении в темноте целых полчаса? А может, кому-то достанутся три палочки с собственным именем, и он просидит в гардеробной в одиночном заключении?

Цяо Ижань: ...

К чему это вы уставились на меня, когда заговорили про «три палочки с собственным именем»?

Столь тонкие намеки были уже излишни.

— Намеки судьбы вот-вот раскроются! — световик съемочной группы резко перевел луч прожектора прямиком на бамбуковый тубус. — А теперь в роли официального нотариуса выступаю я, и первым вытягивает палочку...

Цяо Ижань с непроницаемым выражением лица поднял руку, прерывая его:

— Мы можем сперва взглянуть на содержимое тубуса?

Режиссер опешил:

— Э-э... — машинально покосившись на Лин Хань, который хранил абсолютное молчание, режиссер тут же поправился: — Разумеется, можете.

http://bllate.org/book/30967/3774679