Готовый перевод Gazing Up in the Lingering Night / Взгляд в ночное небо: Странный ветер: Глава 2

Всегда дожидаясь глубокой ночи, когда снаружи стихал шум, Е Лантянь вместе с Ху Мяньмянь выходили из дома.

Они были навьючены многочисленными свертками и сумками. Уже у самого порога, задев деревянные занавески из бусин, они издали звон, который разбудил Е Жэня.

— Папа, мама, вы куда? — потирая глаза, спросил он.

Родители вздрогнули. Е Лантянь через силу выдавил улыбку и произнес:

— Мама заболела, папа везет её лечиться. Ты жди дома.

Е Жэнь немного подумал и в конце концов кивнул:

— Я буду ждать, пока вы вернетесь.

После этого Е Лантянь, не выпуская руки Ху Мяньмянь, быстро выскочил за дверь.

Е Жэнь вышел на порог и смотрел, как они бегут прочь со двора и исчезают за поворотом.

Стояла звездная ночь. Двор был полон стрекота цикад и едкого запаха пороха от взорванных хлопушек. В душе стало так тоскливо, что мальчик невольно чихнул.

— Эй, малец! Где твои предки? Чего до сих пор не свалил отсюда!

На следующий день группа людей по привычке пришла дежурить и запускать петарды.

Е Жэнь ответил:

— Папа повез маму лечиться.

— Лечиться? — люди опешили и начали перешептываться.

Они покосились на Е Жэня, сидевшего на ступенях и грызущего батат, и, посовещавшись, разошлись.

Однако к вечеру пришла целая толпа — не меньше нескольких сотен человек.

У каждого в руках было по мешку с петардами. Люди во весь голос кричали: Не притворяйся мертвым! Забирай свою Звезду Одиночества и Убийства Небес и проваливай! — а затем поджигали фитили и швыряли снаряды во двор.

Испугавшись оглушительных взрывов, Е Жэнь убежал за дом и спрятался под деревом, дрожа всем телом.

Неизвестно, сколько прошло времени, но вдруг грохот петард сменился испуганными криками толпы.

Среди пороховой гари Е Жэнь уловил запах дыма и, охваченный странным предчувствием, вернулся к дому.

— Пожар! Горим!

Толпа в панике разбегалась, оставив после себя лишь тихо догорающий дом.

Е Жэнь широко открыл глаза. Он застыл на месте, а затем, опомнившись, схватил ведро и побежал к реке за водой, чтобы залить пламя.

Но ведро было слишком маленьким, а пожар — слишком сильным.

Вскоре дом был полностью поглощен огнем, а густой черный дым потянулся к самым небесам.

Е Жэнь бегал туда-сюда, таская воду, пока от вдыхания едкого дыма не рухнул на землю.

Когда на следующий день он очнулся, то увидел лишь черные обгоревшие остовы. Все вещи внутри превратились в пепел.

Он забрел в пустой дом и зарыдал:

— Папа и мама будут меня ругать!

Но прошла неделя, а родителей всё не было, и никто его не ругал.

Вскоре другие жители уезда перестали появляться в этих краях. Сюй Лун увез всю свою семью в большой город, старшая сестра из дома Ху тоже забрала родителей и покинула уезд Шаньень, исчезнув без следа.

Последние запасы еды в доме быстро подошли к концу. Проголодав два дня, Е Жэнь поддался инстинкту выживания и вышел на улицу.

Когда он показался на людях, прохожие были поражены: они сбивались в кучки, указывали на него пальцами и шептались.

К какому бы магазину ни подходил Е Жэнь со словами Я хочу есть, на него всюду рычали и требовали убираться. А хозяин одной закусочной даже швырнул в него керамической миской.

Мальчик увернулся, и миска разбилась, ударившись о землю.

Он шел дальше. Местность в уезде была неровной, со множеством подъемов и спусков, и ноги Е Жэня начали дрожать от усталости.

Дойдя до одной пельменной, он увидел, что хозяин стоит спиной к выходу и лепит пельмени, а единственный посетитель сидит к нему спиной.

Не в силах больше терпеть голод, Е Жэнь проскользнул внутрь, надеясь стащить остатки еды со стола посетителя, но урчание живота выдало его.

Хозяин обернулся, увидел мальчишку, пришел в ярость, схватил пароварку и бросился на него, намереваясь проучить.

Е Жэнь бросился наутек. Хозяин был толстым и не смог его догнать, поэтому просто вытащил из пароварки пельмень и со всей силы швырнул вперед:

— Не смей больше соваться в мою лавку, мать твою! Иди подыхай в другом месте!

Пельмень угодил Е Жэню прямо в затылок.

Именно этот удар словно прочистил мальчику мозги.

Он вдруг будто понял, что именно означает быть Звездой Одиночества и Убийства Небес.

С бесстрастным выражением лица он развернулся и под свирепым взглядом хозяина зашагал прямо к пельменной.

— Ты что делаешь?! Ты что творишь?!

Хозяин, видя такой напор, не решился лезть в драку и начал пятиться, боясь, что этот проклятый ребенок решится на отчаянный шаг.

Е Жэнь прошел прямо в пельменную, запрыгнул на скамью, а с неё — на стол.

Бац!

Он с силой ударил ногой по миске, которая отлетела в стену и со звоном разбилась.

— Не дадите еды — я здесь сдохну! Размажу кровь по вашим пельменям! Повешусь у вас на пороге!

Бац!

Е Жэнь вопил, сдирал со стен ценники, крушил посуду на столах. Разгромив одну лавку, он тут же отправлялся в другую.

Он разнес целую улицу.

Все высыпали посмотреть на это безумие, а Е Жэнь, давясь едой, которую запихивал в рот, с покрасневшими глазами буравил взглядом толпу.

— Я умру у вас на глазах!

Люди были в шоке.

Так, по-настоящему, и родилась Звезда Одиночества и Убийства Небес.

— Цыц.

Е Жэнь, спавший на парте, поднял голову и недовольно нахмурился.

Воздух в классе был спертым и жарким, яркое солнце пробивалось сквозь стекло и припекало ему макушку, отчего лоб и волосы покрылись испариной.

Он поправил сине-белую школьную форму, вытирая пот, и поверх выпрямленной спины сидящего впереди одноклассника заметил маленькое зеркальце, отражавшее слепящий свет.

— Докладчик!

Звонкий голос прорезал гнетущую тишину, разбудив тех, кто клевал носом.

Мел в руке учителя с хрустом сломался, весь класс обернулся, а сидевший впереди Сюй Синсянь слегка повернул голову назад.

Е Жэнь вскочил, указал на Сюй Синсяня и выкрикнул:

— Он слепит меня зеркалом!

По классу прокатился дружный вздох: Опять он раздувает из мухи слона.

Учительница закатила глаза и вздохнула:

— Сюй Синсянь сделал это не нарочно. Почему ты вечно создаешь проблемы?

— Да точно нарочно! — не унимался Е Жэнь, тыча пальцем в голову Сюй Синсяня. — Он такой гадкий! Когда я хочу посмотреть на доску, он специально садится ровнее, чтобы загородить обзор. Я открываю окно, чтобы проветрить, — только оттолкнул, а он сразу закрывает обратно, чуть голову мне не защемил!

— Скажите, разве он не подлец? — Е Жэнь обвел взглядом остальных, но не получил никакой поддержки.

Учительница вяло проговорила:

— Когда это ты смотрел на доску? Человек сидит прямо, потому что у него хорошая осанка, а окно он закрыл, потому что...

На полуслове она осеклась, почувствовав, что ситуация какая-то странная, и перевела взгляд на Сюй Синсяня.

Сюй Синсянь отложил чернильную ручку и невозмутимо произнес:

— Он свистел девчонкам на улице и приставал к ним с непристойными комментариями.

Его холодный, спокойный голос мгновенно подавил раздражение, которое только успел разжечь Е Жэнь.

Некоторые ученики в классе отвернулись и снова уткнулись в парты.

Учительница посмотрела на Е Жэня:

— Слышал? Человек восстанавливает справедливость. Будешь и дальше безобразничать — перестанешь ходить в школу. На улице ведь никто не будет тебя контролировать, вот будет свобода.

— А вот и нет, — Е Жэнь задрал подбородок, торжествующе улыбаясь. — Вы не хотите меня видеть, а я назло буду приходить и буду портить вам жизнь.

Его слова звучали настолько нагло, что учительница снова закатила глаза и начала обмахиваться контрольной работой, чтобы хоть немного остыть.

В духоте и от шума потолочного вентилятора она и так была на взводе, а тут еще этот Звезда Одиночества и Убийства Небес — никаких сил не осталось.

— Сюй Синсянь, может, лучше пересядешь? Не сиди рядом с ним.

Сюй Синсянь поднял голову:

— Кто-то всё равно должен сидеть на этом месте. Со мной всё в порядке.

— Лицемер!

Не дожидаясь ответа учителя, Е Жэнь тут же его осадил.

— Ты специально сел передо мной, чтобы пакостить, у тебя на уме одни гадости! — Он снова повернулся к учителю: — Учитель, я хочу сменить место, я не хочу сидеть рядом с этим негодяем.

Учительница рявкнула:

— Какое еще место? Иди садись на учительский стол, если хочешь.

Е Жэнь:

— Не пойдет, там наглотаюсь меловой пыли, да и ваши слюни полетят, противно.

— Фу! — учительница закрыла глаза и начала массировать кулаками виски.

В классе воцарилась тишина. Открыв глаза, учительница просто проигнорировала Е Жэня и повернулась к доске, продолжая объяснять материал.

Его требование не было удовлетворено, но так как утренняя раздражительность уже сошла на нет, Е Жэнь снова сел на место и посмотрел на зеркальце на парте Сюй Синсяня. Оказалось, Сюй Синсянь тоже смотрит в него.

Их взгляды встретились в зеркальном отражении.

Е Жэнь высунул язык, оттянул веко, скорчил рожу, а когда Сюй Синсянь отвел взгляд, показал ему средний палец.

Затем он увидел, как Сюй Синсянь взял красный маркер и закрасил красным ноготь в отражении зеркала.

— Черт! — Е Жэнь поспешно отдернул руку. — Подлый прием!

Наконец прозвенел звонок. Учительница, массируя виски, поспешно объявила конец урока, и некоторые ученики стали собирать портфели, чтобы отправиться на стадион — это был последний урок физкультуры.

Е Жэнь никогда не делал домашку, поэтому портфеля у него не было. Пользуясь тем, что Сюй Синсянь собирает вещи, он выхватил зеркальце с его парты.

Сюй Синсянь посмотрел на него, а Е Жэнь с издевкой бросил:

— Раз оно слепило мне глаза, значит, теперь оно моё.

На бледной щеке Сюй Синсяня отпечатался след от книжного переплета. Он замер, собирая сумку, и пристально посмотрел на лицо Е Жэня.

Тот не заметил его выражения, повертел зеркальце в руках и, собираясь уходить, пробормотал:

— Настоящий мужик, а зеркальцем пользуется.

Сюй Синсянь не сказал ни слова, лишь обвел взглядом перешептывающихся одноклассников.

В Шаньской средней школе уроки физкультуры у одного класса второго года обучения и одного класса первого года обучения проходили одновременно. Выйдя из кабинета, Е Жэнь сразу спустился на этаж ниже, в класс 1-го «А», у которого тоже был урок физкультуры.

Увидев его, все нахмурились, зашептали: Опять явился этот вестник несчастий, — и поспешно расступились, давая дорогу.

Е Жэнь развязной походкой прошел мимо, а поравнявшись с одним из учеников, хлопнул его по плечу:

— Неплохо, сообразительный.

Тот, проклиная всё на свете, отскочил в сторону.

Е Жэнь вошел в класс и направился к месту во втором ряду. Окружающие провожали его настороженными взглядами и перешептывались.

http://bllate.org/book/30926/3769855